For God's name

Сказитель ликовал. Как давно кукла не был так счастлив. Черная радость заполняла его как сосуд - до краев. Брошенное семя пустило росток, но не такой, какой ожидал садовник - много лучший. Вместо колючего чертополоха, он видел перед собой полноценного хищника. Способного приманить к себе жертву и растерзать без толики жалости. Но все же и в шаге от победы, Шестой не утратил рассудительности. - Я говорил тебе, боги жестоки. Ты ведь просто хотела как лучше. Защитить себя вовсе не грех, ты и сама знаешь. Твоя подруга только защищала тебя и приют, и вот как ее заставила расплачиваться Архонт. В этом мире совсем нет справедливости, - растянувшись на горячем от солнечного света камне, неспешно растягивая фразы, разглагольствовал Скарамучча. Любимая шляпа скрывала его лицо от пронзительных лучей светила и от робких взглядов, что бросала на куклу Клерви. Меньше часа прошло с тех пор, как покой Предвестника потревожила встрепанная, запыхавшаяся девчонка. Она едва переводила дух, согнувшись пополам. Решение назрело в ее душе, но жалкий голос сомнений требовалось притушить одобрением. Она не алчная, она не мстительная - но жаждущая справедливости. Ее справедливости. Где по заслугам получат прежние друзья. Последний разговор с Перри прошелся как нож по сердцу. Клерви избегала подруги, отворачивалась, потупив взгляд. Ее разум как давшая течь дамба уступал неразрешимым противоречиям. Клерви изнывала от тревог днем, а ночью утопала в желанных грезах. К ней приходил Анжело. Ей улыбалась Крукабена. Перри просила прощения за жестокую шутку. Утро ставило все по своим местам: нет Анжело, мертва Крукабена. Одна лишь Перри осталась, будто бы и рядом, но стала недосягаема, изменилась, укрылась за другим, чуждым слуху Клерви именем. "Я просто хочу жить спокойно. Хочу, чтобы мои близкие, любимые были в порядке." Волнение, тревога и неприятие взяли свое. Сомнения как бесконтрольный поток сорняков вытесняли высокие помыслы, подменяли все лучшее. Чернело слабое сердце. "Почему? Разве они заслуживают лучшего? Они ведь бросили меня. Все." Удушливое пламя гнева и обиды разрасталось в душе девушки. - Прошу, помогите мне... Я совсем запуталась... - задыхаясь умоляла Клерви того единственного, кому хотела довериться. Скарамучче она доверила свои потаенные мысли и тревоги. В нем увидела друга. Как свет тянется к свету, тень растет среди теней. - Я помогу. Только не ври себе больше, - усмехнулся Сказитель. Фатуи угадал на глаз все, о чем она умолчала. Она и не заметила как Предвестник поравнялся с ней. Ощутила только пальцы заскользившие по щеке. Бесстрастные, холодные глаза Шестого без труда убедили девушку: в его словах не будет ошибки. И путь, что она разделит с Предвестников, правдив и верен. -Нельзя прощать тех, кто вредил тебе. Нельзя прощать ту, что убила твою мать. Эту вину не замолить извинениями, ведь она не вернет твою потерю, - ласково шептал Сказитель. Его слова ядом проникали в ум девушки, подталкивали к худшему, что было в ней. - Будь проклята Арлекино. Будь проклят Анжело. Ведь и он бросил тебя. Прельстился на власть и благополучие. Ты ведь ему больше не нужна. Забери у них обоих все, что тебе причитается. Пусть ощутят на своей шкуре твою боль. Рука Предвестника казалась неестественно холодной, когда сомкнулась запястье Клерви. Юноша привлекал ее к себе. - Мне так жаль тебя. Такая добрая, и никто не заплатил за твою доброту, - Скарамучча обнял девушку дружески. Клерви давно искавшая чужой заботы соглашалась, нежилась как котенок, упираясь лбом в чужое плечо. - Ты ведь не хотела ничего дурного, и как все обернулось. Клерви не помнила слетело ли с ее губ согласие, а потому повторяла еще и еще. Она согласна. - Тогда начнем с питомца Архонта. С твоей Перри, - шептал на ухо Сказитель, кривя рот усмешкой. - Без Архонта они ничего из себя не представляет. Так укажи на подходящее ей место. - Но как? - отвечала Клерви, уже не думая о верном и неверном. -Давай убьем бога, - заговорчески отвечал Сказитель, нахально скаля зубы. Блеск в его глазах был таким заразительным. Лицо Клерви менялось без ее воли. Черты заострились, стали зеркальным отражением подзуживавшего ее Шестого. Бирюзовые глаза утратили светлый блеск, потемнели от безмерной злобы. Куда бы не пошла, чтобы не сделала - в том не будет ее вины. - Они заслужили, - Клерви подумала, но губы шевельнулись сами, выдавая ее мысли. - Они заслужили, - соглашался Сказитель. Запал, который демонстрировала девушка покорил его. Уже не вещь, но родственная душа предстала перед жадным взглядом куклы. Предвестник обошел Клерви по кругу. Зацепил пальцами растрепанные рыжие локоны, собирая. Его действия удивляли, но девушка не реагировала, слишком упивалась она своими темными желаниями. Обжигающе холодное касание медальона отрезвило, вернуло к реальности. - Глаз Порчи. Он потребуется тебе для воплощения нашей задумки, - предупредительно ответил Предвестник, щелкая застежкой цепочки. Скользнувший по коже подарок, повис тяжелой ношей на шее. Клерви сполна ощутила его потенциал. Гидро элемент. Как раз, чтоб потягаться с Перри. Но сначала...

***

Фурина крутилась на улице. Настроение Архонта было просто превосходным. С делами на сегодня было покончено, богиня ждала свою любимую на месте встречи. Синие очи метались по улице, изучали со всей тщательностью лица редких прохожих. А вот и она! - Арлекино! - радостно воскликнула Фокалорс и воздев руку к небу, махала, привлекая к себе внимание. Арлекино увидела богиню сразу и расплывшись в счастливой улыбке шла на встречу. Счастье было не долгим. За спиной Фокалорс пришла в движение странная, скутанная плащом фигура. Точный укол интуиции, и девушка перешла на бег, пытаясь поспеть. Лишь несколько мгновений. Ей нужно успеть. Фокалорс с удивлением заметила чьи-то руки, обвившие ее. В одной из дланей блеснуло лезвие клинка. Внезапный удар выбил из легких воздух. Фурина в непонимании и неверии уставилась на оружие по рукоять вошедшее в ее плоть. Синие глаза метнулись выше, ища поддержки. - Арли... - слабо сорвалось с губ Архонта, пока ее телом владел болевой шок. Замешательство прошло быстро. Жестокая рука без сомнений повернула кинжал и боль взвилась по телу бога. Мука на том не прекратилась: острое лезвие покидало плоть, но путем не протараненным. Кинжал снова вгрызался в нежное тело, расширил уже нанесенную рану. Слабый стон сорвался с губ Фокалорс, поток алого омыл ее ноги. Она уже не могла стоять - рука нападавшего поддерживала бога от падения. И эта рука исчезала. Как тряпичную куклу Архонта швырнули в объятия только подоспевшей Арлекино. За пару секунд пролетела маленькая вечность. Синие глаза остановились на любимом лице. Толика милосердия в конце ее пути. Фурина ощутила леденящее дыхание смерти, но страха не было. Она не отводила взора от мертвенно бледной девушки, что тщетно пыталась зажать рану. Исход угадывали обе. По воле случая им был дан шанс попрощаться. Но время вышло. Дугой выгнулось тело Архонта, забилось в предсмертной агонии. Гаснущий разум бога уловил тихие мольбы любимой. Фокалорс затихла. Не отличимая от того, какой была минуты назад. Даже прекрасные очи еще не теряли цвета и выражения. Мягкой и теплой была кожа. Не было только дыхания. Арлекино не могла поверить. Ей казалось все это наваждением, диким кошмаром, из которого нужно найти выход. Нужно проснуться. И Фурина будет в порядке. Будет спать на соседней подушке. Ужасный сон все не сходил. - Я убила ее, - вдруг подала голос персона напавшая. - Я убила ее - так ты сказала мне, Перри? Капюшон спал, открывая лицо убийцы. То была Клерви, в которой не осталось ничего от Клерви прежней. От Клерви доброй и ласковой. То была дочь Крукабены, подобная во всем своей матери, как полная копия оригиналу. Со всей нежностью Арлекино льнула губами ко лбу Архонта, осыпала поцелуями лицо, только начавшее терять цвет. Даже в бледности Фурина была красива. - Подождите меня совсем немного, госпожа, - шептала девушка своему бездыханному покровителю, неловко стягивая с плеч пиджак. Она бережно скутала Архонта своим одеянием, словно в том была необходимость. Темные пальцы осторожно скользнули по векам, закрывая синие глаза с замершим, остановившимся взглядом. Гидро Архонт казалась уснувшей прямо по среди улицы, сидя на мостовой, опершись плечом на стену дома. Арлекино шла к Клерви не спеша и не медля. Тонкая ткань блузы приставала к коже под каждое дуновение ветра. Вечерней прохлады девушка не ощущала, она отрешилась от всего - не упускала из виду только свою цель. Разум стал чист и пуст. В ладонь послушно легло привычное оружие - пламенное копье. Первую атаку Клерви намеревалась парировать. Кинжал был короток, но помня свои навыки, она в себе не сомневалась. Перри так предсказуемо нанесла лобовую атаку - укол на длину копья. Встретить и отклонить оружие казалось не сложным, но пламя заструившееся по алому оружию опалило руки. И все же удар прошел вскользь. Клерви поравнялась с подругой. Дистанция ей удобна и самое время сделать выпад. Не питая надежды только на материальное оружие, рыжая окружила подругу кругом водных лезвий, что должны были сомкнуться одномоментно. Без шанса на защиту. И все же Перри уцелела. Укрылась за коконом пламени. На губах Клерви играла улыбка. Счастливая и безумная. Перри не потеряла голову от злости и горя, напротив холодна и собрана. Их бой пусть и сильно припоздал, но пройдет честно. На равных. Восторга подруги Арлекино не разделяла. Ее с головой захлестнуто желание пролить чужую кровь, выпустить всю до капли. Не оставить и праха от подруги детства. Где-то в закоулках разума слабо трепыхнулась мысль - они обе до сих пор пляшут под дудку Крукабены, Фатуи. Время словно обернулось вспять. Не было прошего в мире времени. Нет и мира вокруг. Только искры высекаемые в мгновения столкновения оружия. Металл, пламя, вода. Улицу застило паром. А девушки кружились будто в безумном танце, то отступая, то нападая, меняясь ролями и снова повторяя. Плащ Клерви как решето просвечивал насквозь. Напитанная влагой одежда липла к коже, сковывая движения. Водный клинок свиснул, рассекая воздух и вонзился в бедро Арлекино, оставляя сквозную рану. Игнорировать ее у девушки не получилось. Она упала на колено, прожигая бывшую подругу диким от ярости взглядом. - Что вы творите?! - ломкий мальчишеский голос привлекал внимание. Клерви среагировала на него. Отвлеклась. Арлекино не простила ошибки. Бирюзовые глаза распахнулись широко. Клерви запрокинула голову изгибаясь всем телом. Ее в момент пронзило множество пламенных шипов - творений Арлекино. - Клерви! - спотыкаясь на ходу к ним бежал, только вернувшийся в город Анжело. - Нет! Клерви! Он терял равновесие, едва не падал на каждый шаг, но не остановился пока не достиг возлюбленной. Перед ней юноша пал на колени, бережно поднимая распластавшееся на мостовой тело девушки. Смерть настигла ее мгновенно. Анжело не мог поверить своим глазам. Неужели так велика его ошибка. Неужели столько стоит его опоздание. - За что? - паренек обратился к Арлекино, щуря глаза. - Вы же дружили! Она не заслужила такого! Клерви! Моя Клерви! Юноша изливал свой гнев криком, прижимая к себе ту, к кому так опоздал. На большее его не хватало. За годы в доме Очага озлобленность его миновала, а разбитое вдребезги сердце не породило силы и ярости. Арлекино не слушала. Едва опираясь на раненную ногу, она стремилась к объекту своей заботы. Она обещала вернуться к леди Фурине и не могла дальше заставлять ее ждать.