Liebe

Пианино звучал по всему огромному залу вперемешку с другими музыкальными инструментами,создавая гармоничную мелодию,под которую кружились в танце некоторые из приглашенных гостей.Идеально сшитый костюм казался Хайду скучным и унылым,и он бы с удовольствием переоделся в свою любимую белую рубашку,если бы не значительные личности,находящиеся с ним в одном помещении. Прямо под ухом жужжала его суженная,Офелия,которая,к его же сожалению,не заставляла биться чужое сердце также гулко и быстро,как кое-кто другой,находящийся в другом конце зала.Родители приглашали лишь самых лучших музыкантов,одним из которых являлся господин Джекиланд Тодороки,известный пианист,чьи мелодии заставляли в прямом смысле рыдать от их прекрасного звучания.Сейчас он не обращал абсолютно никакого внимания ни на кого в этом помещении,полностью отдаваясь музыке,что давало шанс Хайду слишком грубо и некультурно разглядывать его лицо и бледные ладони. Офелия в очередной раз что-то спросила у своего спутника,от чего он резко вздрогнул и наконец взглянул на суженную за весь вечер.Светлые волосы сложены в высокий хвост,а бирюзовое платье на ней выглядело как влитое,полностью раскрывая красоту ее милого лица.Но даже в нем Хайд абсолютно ничего не чувствовал к ней.Парень действительно любил ее компанию,но ее саму-точно нет.В ее зеленых глазах блондин не видел того бушующего океана,как в тех.Он не видел на ее аккуратных ладонях ту бледность,как в тех.Он не видел в ее милом личике то,которое бы желал видеть. Это действительно огорчало Хайда,и он отчаянно надеялся,что когда-то его сердце растает и для этой девушки,но это случится явно не сейчас.Мелодия медленно кончается,и Лоулесс младший сразу же аккуратно убирает назойливую руку с его локтя,проходя глубже в зал под вопросительный возглас суженной. Лихт встает из-за своего инструмента,откланиваясь и уходя как можно дальше от всей толпы.Единственным таким помещением оказался огромный балкон,на котором пока не собралось ни одного человека,к его же счастью.Свежий ночной воздух расслаблял,и парень оперся на каменные края,вглядываясь в чистое небо.Неожиданно,его окликают меньше чем через минуту нахождения там; -Друг мой Тодороки!Как же я рад видеть тебя здесь! -Граф Лоулесс? Лихт узнает этот радостный голос из тысячи,и в его голубых глазах заиграли огоньки счастья.Тот повернулся боком,ответив на рукопожатие парня,который сразу же пристраивается рядом. -Твои мелодии как всегда прекрасны.Я готов слушать их вечно.-Голос Хайда звучал искренне,как и сама озвученная мысль,что задела сердце пианиста,которое пропустило удар. -Ты слышал их уже больше десятка раз,и каждый раз мне это говоришь.Уж не врешь ли ты?-Усмешка слышалась в заданном вопросе,но Лоулесс все равно ответил достаточно серьезно. -Как ты мог такое обо мне подумать!Чтобы я тебе врал когда-то!Мы с тобой больше пяти лет знакомы,если не забыл. -Хайд!Вот где ты оказался! Неожиданный женский голосок вывел Хайда из себя,но тот вовремя успокоился,медленно поворачиваясь на звук. -Ох,Офелия!Я же вроде говорил тебе,что уйду. -Ты ни слова не промолвил перед тем,как грубо уйти от меня.Объяснись сейчас же!Ох-,Кажется,девушка только сейчас заметила за спиной суженного пианиста,что прожигал холодной сталью в ней дыру,от чего ей стало стыдно,-Кажется я прервала ваш разговор.Прошу меня простить!Вы-тот самый господин Тодороки,известный пианист? -Да.А вы?-Голос ледяной глыбой звучал из бледных уст парня,и Хайд удивлено глянул на собеседника из-за резкой перемены его настроения. -Офелия,суженная графа Хайда.Приятно было лично познакомиться с таким талантливым человеком как вы! Та чуть поклонилась,и Лихт чуть отошел,буркнув «взаимно,благодарю».Хайд неловко покашлял,возвращая на себя всеобщее внимание. -Так зачем ты меня искала? -Это не сильно важно!Я подожду тебя у дверей,прошу прощения ещё раз за прерванных разговор.-Девушка ушла также быстро,как и пришла,оставив после себя плохое послевкусие в виде льда в глазах пианиста. -Кажется,ты не рассказывал,что у тебя появилась суженная. -Она хорошая девушка,я рад,что родители выбрали для меня именно ее,но.. -Но?-,Голос Лихта неожиданно стал чуть резче,будто ожидая то,о чем он уже давно мечтал. -Мое сердце явно не принадлежит ей. -Тогда кому принадлежит твое сердце?-Кажется,будто Хайд и не услышал вопрос,начав говорить на одном дыхании,смотря прямо на источник своих чувств. -..Только из-за одного человека оно всё ещё бьется и дает мне жить.Лишь из-за одного взгляда оно начинает танцевать глубоко в груди.Мне хватает даже просто вспомнить,чтобы мое лицо стало неестественно алым,а ладони затряслись словно от зимнего холода.Я думал,что это пройдёт со временем и появлением Офелии,но нет.Я все еще засыпаю и просыпаюсь лишь от мысли о своей бесконечной любви.Я..Ох.. Под конец блондин стыдливо закрыл лицо рукой,чуть сжав тонкие губы.С каждым словом Лихт все больше и больше отчаивался,под конец уже мечтая просто заткнуть своего друга.Пианист никогда даже представить себе не мог,что Хайд мог хоть на долю секунды так думать о •нем•.В голове завистливые мысли длинными корнями заслонили все остальное,и он ляпнул,даже не подумав. -Кажется,Mein Freund,ты просто без ума от этой девушки.Кто же эта счастливица?-Лихт ни за что не желал услышать это злосчастное имя.Любое,кроме своего.Он глубоко в душе эгоистично мечтал,чтобы Хайд назвал его чертово имя,и ничье больше.Пальцы на холодном камне неосознанно сжались,из-за чего кожа чуть поцарапалась,отрезвляя мысли. -К сожалению,я не могу рассказать тебе об этом.Не думаю,что ты поймешь. -Почему же?-Пианист чуть удивленно глянул в алые глаза,которые горели отчаянием и бесконечной грустью,от чего ему действительно стало жаль своего друга. -Почему мы говорим лишь обо мне?От чьего милого лица бьется твое сердце,Лихт? Лоулесс удачно перевел тему с себя на другого,и этот вопрос явно застал врасплох парня,который испуганно опустил взгляд в пол.Хайд понял этот жест не так,как нужно было. -Ты не равнодушен..К Офелии?! -Как ты мог только подумать об этом!-Лихта невольно оскорбили в самое сердце,и тот злобно посмотрел в чужое лицо. -Тогда как я могу понимать твой испуганный взгляд?Ты можешь рассказать все,что находится в твоей душе!Ну же,кто же заставляет твое сердце трепетать от одного лишь взгляда на нее?-Хоть Хайд и сам чувствовал это к Лихту,тот даже не надеялся на взаимность,и был бы бесконечно рад даже тому,что сам пианист просто будет счастлив,хоть и с кем-то другим. -Думаю,ты тоже не поймешь меня,Mein Freund. -Тебя-то я точно пойму.Что же ты чувствуешь,Лихт?-Рискнув,Лоулесс посмотрел прямо в голубые глаза,в которых резко загорел огонь,и Лихт еле слышно прошептал в ответ. -…Ты сам меня спросил об этом.Прошу меня извинить за следующие действия. -Чего? Пианист молча приблизился к Хайду,который этого явно не ожидал,и встал на месте,давая возможность взять ситуацию в свои руки.Щеки предательски заалели сразу после того,как их расстояние стало меньше целой ладони,и стали ещё горячее,когда на них появились чужие руки.Лихт сомкнул их губы в нежном и спокойном поцелуе,не ждя ответную реакцию и просто прижавшись своими устами к чужим.Голова Хайда окончательно опустела,и тот лишь смог опустил свои ладони на чужой талии,чуть позже приближая тело все ближе к себе.Пальцы пианиста зарылись в блондинистые волосы,нарушая их идеальный внешний вид,который явно не шел ему по сравнению с виднеющимися отовсюду локонами. Лихт первый отстранился,все также находясь в объятиях другого парня,прошептав ему в самые губы; -Liebe.Ich liebe dich, mein Freund.Лишь твое лицо заставляет мое сердце биться чаще,лишь твои глаза сняться мне по ночам,и лишь ты сам одним своим существованием заставляешь меня жи- Он не успел продолжить,так как его вновь утянули в поцелуй,протянув за подбородок.Лихт невольно почувствовал,как щеки Хайда горят,словно настоящее пламя,что разгорелось в их сердцах ещё задолго до этого.Теперь они оба рады,что балкон являлся не шибко популярным местом среди приглашенных гостей.