Лего, эльф и мандарины. Новогодняя сказка.

30 декабря Торговый центр гудел как улей, принимая в свое жерло всё новых и новых покупателей. Народ сновал толпами по широким линиям обосновавшихся внутри магазинов, бутиков и сувенирных лавок. Люди как в последний раз — сметали все на своём пути, начиная от фруктов в продуктовом и заканчивая дурацкими новогодними шапочками Санты на тематических островках, установленных по случаю грядущего праздника. В детских магазинах творилось нечто непотребное и истерическое. Надо думать, канун нового года как-никак. Микки глубоко вдохнул, крепче сжимая ладошку сына перед крутящейся стеклянной дверью входа в этот ад на земле. — Ни на шаг от меня, понял?! — уже в пятый раз строго проговорил Микки Еву. Тот театрально закатил глаза и что-то беззвучно прошептал одними губами. Явно что-то нецензурное. — Ты понял меня?! — снова строго повторил отец. — Да понял я, понял, пап, — устало ответил семилетка. — Если чё, у меня телефон с собой! — Если чё?! Если чё, то это последний раз, когда я иду с тобой в торговый центр накануне нового года! Будешь с мамой ходить всю оставшуюся жизнь по бутикам с косметикой и нижним бельём! — предупредил Микки. — Я понял пап, не отходить от тебя ни на шаг, — обречённо в сотый раз проговорил мальчик. Он вздёрнул голову и распахнул глаза. — Ах, папа, ты строгач с поводком дома забыл! — Ха-ха-ха, — саркастично поморщился Микки. — Допиз... Договоришься, и правда надену на тебя ошейник. Они шагнули в стеклянную вертушку и слились с потоком обезумевших от предновогодней суеты людей. Ев тут же начал пружинисто подпрыгивать от нетерпения, дёргая при этом Микки за руку. Милкович стоически сжал зубы и чуть крепче сжал руку сына. Ёбаный квест начался. Микки двадцать пять лет и он отец первоклассника. Ев родился, когда Микки было восемнадцать, и не от большой любви. Можно сказать, что он, Микки, жертва изнасилования, но это далеко в прошлом, и результат тех жутких событий на лицо. Вот он, резво скачет рядом, счастливо хлопая такими же голубыми глазами, как и у самого Микки. С его матерью Микки не жил ни дня, но сына никогда не бросал. Первые полгода после рождения Евгения, Мик не появлялся в жизни ребёнка совсем, слишком глубока была психологическая травма. Но однажды, увидев того в коляске в парке, где Светлана прогуливалась ежедневно с малышом, он больше не мог игнорировать тот факт, что он отец. Пусть насильно, пусть без любви, но ребёнок ведь совсем ни в чем не виноват. А то, что Ев является зеркальной копией Микки, усилило ещё больше его родительские инстинкты. И вот уже шесть с половиной лет Микки приходящий воскресный папа и источник алиментов. Деньги он исправно перечисляет Светлане по собственной инициативе, так как женаты они никогда не были и официально Светлана не предъявляла никаких претензий. Однако появление в жизни Микки ребёнка очень здорово повлияло на всю его дальнейшую жизнь. Что-то щёлкнуло в мозгу Сауд-Сайдского в сущности ещё подростка, когда тот заглянул тогда в парке в глаза малыша. Эта встреча здорово повлияла на Микки: он резко взялся за ум, доучился в школе, закончил курсы бухучета, нашёл законную работу, снял небольшую квартиру недалеко от места, где живет Светлана с Евом, и начал учавствовать в жизни сына настолько, насколько он мог. Слава Богу, Света не была против, даже наоборот, очень поощряла это, говоря, что мальчику нужен отец и мужская энергетика. Конечно, эта язва не могла лишний раз промолчать и добавляла с русским акцентом что-то типа: "Правда, не знаю, есть ли эта энергетика у пидора, вроде тебя". Микки тоже не очень верил в положительное влияние мужского присутствия в своём лице жизни ребёнка, но лишь исходя из собственного опыта общения со своим отцом. Но Микки — не Терри и он хотел быть лучше. Поэтому он молча проглатывал подъёбки Светы и старался быть Еву тем отцом, которого у него самого не было в детстве. Светлана, не смотря на весь свой яд и сарказм, не препятствовала общению Ева с отцом: часто отпускала мальчика на выходные или каникулы к Микки, доверяла ребёнка, уезжая в отпуск или идя на свидание с очередным хахалем. Так было конечно не сразу, но Микки очень старался и Света увидела в молодом папаше то, что давало ей уверенность и спокойствие за сына. И вот, в очередной раз она нашла себе престарелого пузатенького папика и улетела с ним на все новогодние праздники куда-то в тёплые края устраивать свою личную жизнь, любезно передав сынулю в заботливые руки его папаши. Микки не был против: Светлану судьба тоже не баловала и жизнь этой женщины в своё время была далеко не сахар и потрепала за шкирку не меньше, чем его самого. Поэтому Милкович, ни разу не возражая, забрал Евгения на все зимние каникулы к себе. И теперь они стояли возле магазина "Лего", точно зная на что потратят конверт с деньгами, который Света втюхала в руку брюнета перед отъездом со словами: "Пусть он выберет себе подарок. Скажи, что это от мамы". — Ты готов, малой? — спросил Милкович перед тем, как погрузиться в пучину людских тел и страстей, стоя на пороге магазина с конструкторами. — Готов, — серьёзно ответил ребёнок. — Заходим, берём то, что ты хотел, и идём на кассу. — Да, пап. Пошли уже. Они вклинились в толпу людей, точно зная маршрут к нужному стеллажу, и быстро пошли к полкам, где стояла заветная коробка с хуиллиардом мелких пластмассовых деталей по цене нового ноутбука. Они подошли к нужному стеллажу и Ев, как завороженный, посмотрел на огромную коробку на самой верхней полке. — Папа, неужели это всё мне? — неверяще прошептал мальчик. — Стоп, стоп, не всё! Какой-то один выбери, а то нам с мамой своими органами придётся приторговывать, чтобы покрыть стоимость этой поеб... этого чудесного набора. — Я могу выбрать любое? — Да, сынок. Любое, но одно! Ев посмотрел на Микки и вытянул руку с указующим перстом. — Вот этот! Микки до этого момента ещё надеялся, что обойдётся малой кровью, но нет. Пальчик мальчика чётко указывал на черно-красную коробку с башней, на вершине которого жёлтым пятном сидело всевидящее око. Мик посмотрел на ценник и молча прикрыл глаза. — Уверен, что это? — ещё капля надежды теплилась где-то глубоко в душе Микки. — Сто пудов!!! — утвердительно кивал головой мальчик и Миккина надежда склеила ласты. — Как ты их выбираешь? По цене что ли? Микки выпустил руку сына и встал на носочки, доставая коробку с верхней полки, за которую они на кассе отвалят весь конверт, что дала Светлана, и ещё сотня баксов улетит из его собственного кошелька. — Держи, — отдал Микки коробку подпрыгивающему сыну с таким счастливым лицом, за которое никаких денег не жалко. — Теперь быстро на кассу и валим на фудкорт. Ещё полчаса они провели в очереди, чтобы заплатить кучу денег за картонную коробку с пластиковой хуйней внутри, реальная цена которой, должно быть, баксов сорок от силы. Ев счастливо улыбался в предвкушении сегодняшнего вечера и прижимал конструктор к себе обеими руками. Когда бешеные деньги были оторваны с кровью от сердца, а покупка уложена в фирменный пакет, они вышли из магазина. — Спасибо, папа, — сказал Ев, чуть ли не со слезами на глазах. — Это тебе от мамы. Это она дала деньги на подарок к новому году. — Всё равно спасибо, что сходил со мной! Я так люблю тебя! — Маме напиши сообщение вечером, ей будет очень приятно, — Ев обнял Микки обеими руками и уткнулся носом в его живот. — Пошли поедим? — нежно потрепав парня по голове, спросил Микки, проглотив ком в горле. — Пошли! Я хочу картошку и сырные палочки. А ещё нагетсы и бургер. И коктейль. И колу. И... — Ты не лопнешь, деточка? — Нормально, утрамбую, — весело улыбнулся мальчишка и подмигнул Микки, который подмигнул сыну в ответ, радуясь безмерному детскому счастью. Конечно всё, что заказал Ев, утрамбовать не удалось, и остатки из нетронутого бургера, половины порции нагетсов и сырные палочки Микки положил в пакет с конструктором. Они вышли на центральную аллею, где была наряжена огромная елка. Рядом с ней стояла небольшая сцена-подиум, на которой сидел Санта Клаус. Вокруг образовалась толпа людей с детьми, которые желали пообщаться с волшебным дедом и рассказать ему о своих сокровенных желаниях на новый год. Санта был не один, рядом сновали его помощники: гномы, эльфы, олени, снеговички и прочая новогодняя "нечисть". Молодые парни и девчонки были одеты в соответствующие костюмы: снеговики в белых шубках с прикрепленными к носу морковками, олени были с ободками в виде рожек на голове и мягкими серыми "копытами" на ногах, эльфы в смешных коротких штанишках вкупе с полосатыми бело-красными плотными колготками и в красно-зелёных колпаках. На ногах у них были дурацкие тапки с торчащими загнутыми мысками. Весь этот балаган производил массу шума, чем веселил детей и взрослых. К Санте стояла очередь из желающих посидеть на коленях деда и получить маленький подарочек. — Пап, я хочу к Санте! — заверещал Ев. — Ев, ты взрослый мужик. Давай не надо, а? — Ну пааапа!!! Там подарки раздают! — тянул мальчик Мика в конец очереди. — У тебя же есть уже не самый такой херовый подарок. — А тут ещё дают! — В кого ты такой жадный то? — сдался Микки и пошёл на поводу у сына, вставая в конец очереди таких же жадных до халявных подарков детей. Через пятнадцать минут ожидания Ев потянул Микки к себе и тихо на ушко сказал, — я писать хочу. Благо, туалеты были тут же, в нескольких шагах от очереди. Микки показал Еву направление в мужской туалет. — Давай, дуй, я тут тебя жду. Мальчик побежал в припрыжку, оглядываясь на Микки. Тот махнул ему рукой, мол иди, я никуда не уйду. Ев вернулся через несколько минут, встав обратно в очередь к отцу. — Руки вымыл? — спросил Микки и парень повертел перед носом брюнета влажными ладошками. — Отлично. Теперь я пошёл. Стой тут и никуда не уходи, я быстро, — Микки передал пакет с "Лего" сыну и ушёл в том же направлении, откуда только что вернулся Ев. Сделав свои дела, Мик вымыл и высушил руки и вернулся обратно в очередь к сыну. Ева в очереди не было. **************************** Несколькими днями ранее в другой части города. — Па, да где я найду тебе десять человек, которые бесплатно и по доброй воле напялят костюмы сказочных героев и в выходной день вместо того, чтобы проводить его с друзьями и семьями, будут кривляться в торговом центре? — возмущался Галлагер. — Не знаю! Мэри всё организовала и хочет собрать денег на благотворительность для детского дома к новому году. С тебя десять добровольцев. Вернее девять. Ты тоже участвуешь. Хе-хе, — категорично отрезал Клейтон и злорадно улыбнулся. — Я?! Ты издеваешься? Я взрослый мужик! — верещал Йен, двадцатитрехлетний рыжий парень, по совместительству младший юрист в фирме своего отца. — Взрослые мужики не напиваются в слюни и не блюют потом всю ночь в тазик! — парировал Галлагер-старший. — Это была вечеринка по случаю рождества и приезда Липа! Ты же знаешь, он на три дня всего приезжал. — Липу твоему тоже уши оторвать надо было. Жаль, что он уже улетел, — продолжил ворчать Клейтон. — В общем, ничего не знаю, Мэри дала мне задание, а я передаю его тебе как младшему сотруднику. Вон, поищи в своей этой ЛГБТ-конторе. Тревора напряги. Праздник для детей должен быть организован и точка! Собранные средства пойдут в детский дом на подарки ребятам. — Нормально ты так на меня свои задания сваливаешь? — Нормально я так за тобой тазики ночью выносил? — Ладно, ладно. Я понял. Будет сделано, господин адвокат. — То-то же. В субботу в десять чтобы у ёлки в торговом центре тусили десять счастливых эльфов, снеговиков и всяких разных там... оленей, — хохотнул Клейтон и вышел из кабинета. Йен горько вздохнул и взял телефон в руку. Он нашёл нужный контакт и набрал номер. — Трев, привет. Эт я. — Привет, Йен. Как твои дела? — Хуже некуда. — Что-то случилось? Могу я тебе чем-нибудь помочь? — О да, очень даже можешь. Йен вкратце обрисовал ситуацию, в которую его загнал папочка, и обозначил проблему. — Не вопрос, найдём мы тебе эльфов и феечек. Какова награда? — В том то и дело. Чистый энтузиазм и благотворительность. — Мммм, — промычал Тревор. Он давно положил глаз на рыжего и сейчас была возможность потребовать у него за помощь нечто такое, на что рыжий не соглашался просто так. — Допустим, я уговорю пацанов и девчонок поработать бесплатно весь день в субботу накануне нового года, — Тревор обозначился сразу, что он прекрасно понимал, что найти десять человек в такие дни и для такой работы без его помощи просто нереально. — Мне-то что за это будет? Йен так и знал, что этот хитрый кареглазый твинк что-нибудь непременно захочет взамен. Поэтому он и не хотел ему звонить, но это было дело, в котором он не мог подвести ни Клейтона, который действительно всю ночь после адской попойки с Липом выносил за ним тазик, ни Мэри, святую женщину, заменившую ему в детстве мать. — У меня есть накопления, могу пожертвовать вашей конторе, — Йен готов был откупиться деньгами, но, как и предполагал, Тревору не это от него было нужно. — Свидание, Йен. Я хочу романтическое свидание со свечами, ужином и поцелуями, — чётко обрисовал цену настырный транс. — Свидание со свечами и ужином. Никаких поцелуев. — Нет. Так не пойдёт. Из этого списка можно выкинуть свечи или ужин, но не поцелуи. — Черт с тобой. В субботу к девяти утра мне нужно десять человек. Все равно, мальчики или девочки, там будут костюмы сказочных героев, так что на пол — по барабану. — Договорились! — в разы повеселел Тревор и отключился, пока Галлагер не успел передумать. И вот "долгожданная" суббота! Десять добровольцев стоят в торговом центре за полчаса до открытия, переодеваясь в костюмы, в которых им предстоит весь день веселить детей и подбивать взрослых жертвовать десяткой или двадцаткой баксов для обездоленных ребятишек. Йен было уже обрадовался, что сам он в этом цирке участвовать не будет, но нет. Один из парней, которых любезно предоставил Тревор, был размера настолько необъятного, что даже ободок с рогами соскальзывал с его огромной головы, не говоря уже о каких-то костюмах. Нужно было сшить три вместе, чтобы этот богатырь с хуёвым обменом веществ влез в него. "Малыша" отправили восвояси, а Галлагеру пришлось напяливать полосатые чулочки и арлекинский колпачок на рыжую голову. Ровно в десять торговый центр открыл свои двери покупателям и переодетая молодёжь нацепила на свои лица счастливые улыбки. Йен не представлял, что такого пообещал им Тревор, но улыбки были действительно искренними. Думая, что как только он всё организует, то сможет спокойно пойти перекусить на фудкорт, он даже не завтракал дома. К двенадцати его желудок пел песни китов, но народу было столько, что даже отойти отлить было большой проблемой, не говоря уже про еду. Тем более Йен не мог покинуть площадку этого действа, так как чувак, который был должен изображать Санту, слился в последний момент, подхватив грипп накануне и свалившись с температурой. Искать в десять вечера нового добровольца на роль Санты было задачей неисполнимой, поэтому для роли доброго деда пришлось уговаривать Карла. Йен пообещал ему все сокровища мира за этот актёрский перфоманс, а именно выкидной ножик, который тот давно клянчил у Йена. Карлу напялили бороду на резинке, очки в золотой оправе и посадили на стул, предварительно положив под жопу пару подушек, так как мелкий Карл тянул на очень хлипкого Санту, который в детстве пил, курил и болел. Первые два часа, после открытия торгового центра, Карл добросовестно исполнял свои обязанности под строгим взглядом старшего брата, снующего в толпе в зелёных шортиках и чулочках. Но его мочевой пузырь не выдержал больше и тот, спрыгнув со стула с громким низким рыком "Санте нужно отлить", удалился в мужской туалет. Йен аж задохнулся от нелепости ситуации, но девочка, изображающая снеговика, быстро смекнула и включила режим аниматора, увлекая детей в хоровод и дружное пение новогодних песен, пока "Санта ушёл отлить". Глядя на то, как дети радуются маленьким подаркам в мешочках, в которых лежал кулёк конфет и брелок с мягкой игрушкой, Йену пришла в голову гениальная идея. Некоторые дети стояли тут явно больше из-за подарка, нежели из-за Санты. Поэтому он начал подходить к ребятам постарше и предлагать подарок от своего эльфийского имени, чтоб им не приходилось томиться в очереди к Санта Клаусу, тем самым здорово проредив ряды желающих. Когда Карл вернулся на своё законное место, очередь уменьшилась вдвое. Галлагер в толпе увидел черноволосого мальчишку с пакетом из магазина "Лего", в котором просвечивался тот самый глаз Саурона, которым Лиам вынес ему весь мозг. Он подошёл к маленькому брюнету и присел на корточки, солнечно улыбаясь. — Привет! Я эльф Йен. А ты кто? — дружелюбно начал он, наклонив голову и всматриваясь в прелестное лицо мальчика. Его голубые глаза распахнулись и он радостно заулыбался. — Привет, эльф Йен! Я Евгений! — Ев вложил свою маленькую ладошку в большую лапу рыжего эльфа. — Какое красивое у тебя имя, Евгений. — Можешь звать меня Ев. Меня так все зовут, так проще. — Хорошо, Ев. Что у тебя в пакете? Это же башня Саурона с всевидящим оком? — Да! Это мне папа с мамой купили на новый год! — это был долгожданный подарок, было видно насколько ребёнок счастлив. Йен посмотрел по сторонам, но мальчик явно стоял здесь один. — А где твоя мама? — Она улетела со своим новым хахалем на Сейшелы, — честно ответил ребёнок, а Йен чуть не подавился смехом. — Хахалем? — переспросил эльф. — Да. Так папа говорит. — А где же твой папа? — Он отошёл в туалет и сейчас вернётся. — Если не хочешь на колени к Санте, я могу подарить тебе подарок от себя и не нужно будет стоять в очереди, — тихо шепнул эльф на ухо паренька. — О да! Это было бы отлично! — голубые глаза мальчика заблестели от восторга. — Пойдём, возьмём твой подарок из мешка Санты, — Йен встал с корточек и протянул руку мальчику. Тот, забыв обо всем на свете, схватил ладонь эльфа и пошёл с ним. Они обогнули сцену и оказались по другую сторону ёлки. Йен полез под нижние ветки искусственной красавицы: там они складировали мешки с подарками и подавали Санте очередной полный, когда его предыдущий становился пуст. — Вот, держи, Ев! Это тебе от Санты. Будь послушным и хорошо учись в школе. Договорились? — Да! Я буду! Спасибо тебе, эльф Йен. — Евгений! Милкович!! Ев!! — услышали они встревоженные вопли. — Ооо, это мой батя. По ходу он меня потерял и мне щас влетит... — Ев представил глаза своего отца, когда тот не обнаружил его в очереди. — Пойдём вместе. Не бойся, я возьму вину на себя, — Йен взял мальчика за руку и они пошли на тревожные крики. — Папа!!! — крикнул Ев, завидя шарящегося в толпе отца с бешенными испуганными глазами. — Я тут!!! — мальчик помахал рукой с зажатым в ней мешочком с подарком. Микки ринулся бегом и бухнулся на колени, резко сгребая сына в объятья. — Я убью тебя, Евгений Милкович! Я же сказал, никуда!!! — брюнет прижимал мальчика к себе и гладил по голове. — Я думал все, пиздец... — Мик старался не ругаться матом при сыне, но на стрессе его фильтр отключился. — Куда ты делся, чёрт возьми?!! Я чуть не обосрался от страха!! — Микки схватил ладонями личико Ева и смотрел испуганно в его глаза. — Это я виноват, — услышал Микки сверху низкий бархатный голос. Он поднял глаза и увидел высокого рыжего парня в костюме эльфа. Тот смотрел на него умоляющим взглядом и очень мило улыбнулся. — Я увидел его в толпе и предложил получить подарок от Санты, минуя очередь. Простите его, он не виноват. — Это эльф Йен! Он подарил мне подарок, чтобы мы не стояли с тобой в очереди к Санте. Я ж только из-за подарка ж... — искренне сказал мальчик. Микки встал на ноги и перехватил пакет из рук Ева, хватая тут же сорванца за освободившуюся руку. — Простите, что заставили Вас волноваться, — продолжал извиняться эльф, а Микки не мог отвести от него взгляда. Парень был такой красивый и зелёный колпачок так здорово подчеркивал цвет его рыжих волос, что Микки показалось, что этот эльф и впрямь настоящий. Ещё прожектор светил откуда-то сверху так, что вокруг головы рыжика образовался световой нимб. У Микки аж колени задрожали. Йен тоже смотрел на отца Ева не отрывая глаз. Они с мальчиком были похожи, как две капли воды, только отец был ещё и взрослым мужчиной, что привлекало Галлагера ещё больше. — Ваш сын так похож на Вас... — тихо сказал Йен, завороженный синевой прекрасных глаз брюнета-старшего. — Да. Постарался... — пробубнил Микки севшим голосом. — Я... Мы могли с Вами где-то видеться? — нахмурил брови эльф, пристально вглядываясь. Микки сразу захотелось разгладить пальцем эту морщинку между пушистых медных бровей, его рука даже непроизвольно дернулась. — Это вряд ли. Мне на небеса пропуск заказан, или где там водятся такие... эльфы, — сказал Микки быстрее, чем смог подумать. Ев стоял и, задрав голову, с интересом разглядывал то одного, то другого, слушая диалог своего отца со сказочным персонажем. — О нет, что Вы, меня туда не пускают! Я в детстве был плохим мальчиком. Да и сейчас... тоже, — Йен не мог сдержать дурацкой улыбки и столь же дурацкой реплики, отчего его конопатые щеки покрылись нежным румянцем, и Мик не смог не улыбнуться в ответ. — Так где производят на свет такое сказочное совершенство? Ваша мама Ариэль, а папа ирландский бог красоты? С Милковичем случился, по видимому, какой-то неизвестный доселе припадок, инсульт, паралич тела и остолбенение конечностей на фоне стресса, мозги волной отхлынули в боксеры, а язык молол то, что ему подсказывала совсем другая голова. Он в жизни никогда так много не пиздел, тем более такой хуйни и совершенно незнакомому человеку. Йен улыбался как форменный идиот с родословной в седьмом колене, абсолютно не скрывая свою умственную отсталость. Он не мог поверить, что такой красивый мужчина за пару минут осыпал его столькими комплиментами. — Скажите, тут где-то стоит скрытая камера, а Вы сдаёте экзамен по пикапу? — Йен чуть подался вперёд и заговорщески понизил голос. Микки ощутил лёгкий парфюм эльфа с цитрусовыми и древесными нотками. Ну конечно, чем ещё может пахнуть волшебство и любовная магия, как не апельсинками и ирландским лесом. И тут желудок Йена напомнил, что тот так и не поел с самого утра, громко заурчав. — Ого! Эльфа не кормят феечки своей волшебной пыльцой? — отреагировал Микки на звуки из явно голодного живота волшебного существа, приподняв игриво брови и закусив нижнюю губу. Боже, он же с ним флиртует. Он флиртует с парнем в полосатых чулочках и смешных меховых черевичках. — Я не ем пыльцу фей. У меня на них не стоит... Эээ, аллергия в общем. У меня. На пыльцу, — снова зарумянился парень и в этот раз уже вместе с шеей и ушами. Он не отрывался от лица Микки ни на секунду, разглядывая уже губы, шею и вновь возвращался к глазам. Микки закусил щеку изнутри, чтобы не заржать от этой фразы и от смущённого вида рыжего. Видимо, не только у Микки началась словесная диарея. — У меня есть бургер! — услышали они голос Ева и наконец оторвали глаза друг от друга, посмотрев рассеяно вниз. — Ты ешь бургеры, эльф Йен? — спросил мальчик. — Да, я ем бургеры, — честно ответил рыжий. Ев полез в пакет и вытащил сверток. — Правда он немного остыл, — протянул мальчик сверток Йену. — Бери, да, пап? — спросил Ев и взглянул на отца. Тот утвердительно махнул головой и сказочное чудо снова лучезарно улыбнулось, забирая бургер из рук Ева и благодаря его. Тут из-за ёлки выбежал снеговик и позвал эльфа. — Йен, твою мать, у нас мешок пустой! Тащи новый, там щас Санта начнёт подзатыльники раздавать, вместо подарков! — зашипел снеговик женским голосом. — Ну, мне пора.. — сказал эльф, двигаясь спиной к тому месту, где лежали мешки с подарками. — Весёлого нового года тебе, Ев. И Вам, голубоглазый знакомый незнакомец, — добавил он и нырнул под елку за новым мешком с подарками. — Пока... Эльф Йен... — тихо ответил Микки, не двигаясь с места. Ев дёрнул Микки за руку, выводя того из транса, и повёл к выходу из торгового центра. Еву не терпелось открыть уже конструктор и начать собирать башню. Микки всё оглядывался назад, пока Ев тащил его к выходу, ища глазами Йена с рыжими волосами и зелёными глазами. Йен поймал взгляд голубых глаз в тот момент, когда отец с сыном выходили через прозрачные двери торгового центра, а потом снова нахлынула толпа и Галлагер потерял эту парочку из вида. Всю дорогу домой Микки молчал или односложно отвечал сыну, витая где-то в облаках, где-то там, где, по его мнению, могли сделать такого красивого эльфа. Йен до конца дня не мог стереть улыбки со своего лица, глупо залипая и делая все невпопад. У него было такое стойкое ощущение, что он где-то видел этого парня: может он жил с ним в одном районе или встречался с ним в магазине, а может он ему снился когда-то давно. Йен чувствовал, будто они знакомы всю жизнь. Как будто он знал его раньше, но потом забыл. Как будто ему стерли память, а теперь, снова встретив его, обрывки воспоминаний начали возвращаться. Он помнит эти глаза, такие глаза невозможно забыть, помнит этот мурлыкающий голос и этот пухлый рот, это озорное выражение лица с говорящими бровями и сексуально закушенную губу. Он только не помнит, откуда он всё это помнит. **************************** 31 декабря Микки не спал всю ночь. Он не смог. Он выходил курить, потом проветривал комнату, потом снова кутался в одеяло, но так и не смог сомкнуть глаз. Почему я не взял у него телефон? Почему он не спросил мой номер? Почему он назвал меня знакомым незнакомцем? Микки абсолютно точно не видел его раньше, иначе он никогда бы не забыл такого парня. Вот как сейчас, увидел и не может выкинуть его из головы. Микки встал с постели, не вздремнув ни минуты, и поплелся в душ. Мысль пришла сама собой: он вернётся сегодня в этот торговый центр и возьмёт номер телефона у этого сказочного эльфа Йена. И может пригласит его погулять завтра втроём с Евом, покататься на горке или на коньках. А может позовёт вместе встречать новый год. А вдруг у него есть кто-то? Может он вообще в отношениях и у него семья? Может мне всё это вообще показалось? Ну нет... Нету у него никого. Это мой эльф. — Ев, ты поедешь к тёте Мэнди в гости? Она ждёт тебя сегодня. — Да!!! — вскочил лохматый Ев и начал скакать на кровати. Мама никогда не разрешала этого делать. А папа никогда не запрещал. — Тогда давай быстро умывайся, одевайся и поехали. У меня ещё куча дел сегодня, — скомандовал Микки и Ев пулей побежал в ванную. Ну, про кучу он, канеш, напиздел, но одно очень важное дело у него точно было. Слишком важное, которое не давало ему спать всю ночь. Микки приготовил Еву завтрак, а сам выпил лишь кружку крепкого кофе: ему кусок в горло не лез от волнения или предвкушения, он сам ещё не понял. В половине десятого Микки и Ев стояли на пороге квартиры Мэнди и Микки трезвонил в дверь. — Ну, хорошо хоть в полдесятого, а не в полседьмого, — открыла дверь сонная лохматая брюнетка, широко зевая. Она увидела Ева и тут же её лицо посветлело, а рот растянулся в улыбке. — Евиииии! Моя любовь, моя морковь!!! — заверещала Мэнди и распахнула объятья. — Иди ко мне, мой сладкий сахарок! Как ты вырос, парень! — Мэнди крепко обняла племянника и расцеловала в щеки. — А ты что стоишь? Не зайдёшь даже? — обратилась она уже к брату. — Мэндс, я попозже зайду. У меня одно важное дело есть. Побудешь с Евом? — Мик топтался на пороге, а Ев проскочил в коридор и начал раздеваться. — У тебя что, свидание, жопик? — прищурилась сонная ведьма. — Нет. Но если ты меня задержишь ещё на минуту, то, возможно, оно никогда не случится. — Беги, Ромео. Мы попозже испечём печенье. — Спасибо, Мэндс, пока Ев! — Микки тут же развернулся и быстрым шагом пошёл к лестнице. — Спасибо не булькает. — С меня бутылка, меркантильная сучка! — То-то же! — крикнула сестра вслед, когда Микки уже спускался. Он подъехал к торговому центру прям к открытию, припарковал машину и двинулся сразу ко входу. Людей было много, несмотря на достаточно ранний час для покупок. Но люди спешили за последними забытыми подарками и покупками, чтобы вторую половину дня провести дома с семьёй, друзьями и родными, провожая старый год и встречая новый. Мик вошёл внутрь и сразу двинулся в сторону центра, где стояла большая новогодняя елка и сидел Санта Клаус со своими помощниками. Один единственный помощник интересовал Милковича, интересовал до вспотевших ладошек и тахикардии. Микки за пять минут дошёл до нужного места, но кроме ёлки и снующих туда-сюда людей тут ничего и никого не было. Ни подиума, ни Санты, ни его помощников. Микки стоял по середине большого пространства, оглядывался и не мог поверить, что он потерял эльфа Йена. Вся жизненная сила и кровь схлынула с Микки, он не мог поверить, что так лоханулся. Как ему теперь отыскать этого парня? Микки постоял несколько минут и пошёл к рецепции с администрацией торгового центра. — Добрый день. Подскажите, как мне найти людей, которые были вчера около ёлки? Там проходила акция по сбору денег для детского дома, ещё был Санта Клаус и всякие олени, снеговики... — Да-да, я поняла о чём Вы говорите. Вчера действительно там был Санта, — сказала милая девушка за стойкой. — А где же они сегодня? — Не могу знать, договор был только на один день и сегодня их тут не будет. — А как мне их найти? — О, это нужно уточнять у менеджера по аренде торговых площадей, это он вёл все переговоры. — Могу я его увидеть? — Нет, к сожалению. Он улетел на все зимние каникулы в Альпы, вернётся только двенадцатого. — Тогда с кем ещё я могу переговорить? — Ни с кем... До десятого всё руководство на каникулах. — Но мне надо его найти!!! — Микки сжимал столешницу до белых костяшек. — Приходите после праздников. Благотворительностью можно заниматься круглый год, не только на Рождество и новый год, — "обнадежила" девушка, дежурно улыбаясь. Микки как будто положили на голову кучу дерьма, сказав, что это лечебные грязи. Он не хотел ждать без малого две недели. Он не мог, он просто с ума сойдёт. Микки направился снова к ёлке и несколько раз обошёл её по кругу, будто это могло что-то изменить... Он готов был плакать как маленькая девочка, лишь бы найти способ отыскать этого глупого красивого эльфа. Микки зажал переносицу большим и указательным пальцем и зажмурил глаза. Курить. Он просто адски хочет курить. Выйдя через ту же стеклянную дверь, он отошёл к месту для курения, глубоко затянулся и выпустил дым, прислонившись спиной к фасаду здания. Микки судорожно затягивался вновь и вновь и не мог найти выход из этой дурацкой ситуации. Он выбросил докуренный до фильтра бычок и прикурил новую сигарету. Он будет дежурить тут хоть все праздники напролёт, с открытия и до самого конца, и, тогда, может быть, судьба сжалится над ним и пошлёт ему снова встречу с этим рыжим чудом. Мик докурил ещё одну сигарету и полез в пачку за третьей, выбивая её замёрзшими пальцами. — Вы много курите, знакомый незнакомец, — услышал Микки низкий тёплый голос и поднял голову, неверяще уставившись на парня, стоявшего всего в метре от него. Сейчас он был совсем в другой одежде: вместо колпачка на голове парня была бини болотного цвета, а зелёный костюм эльфа заменила тёплая парка и мягкий длинный шарф вокруг шеи. Ноги Йена облегали темно-синие джинсы, а рыжие "тимбы" завершали образ. Парень улыбался, так же мило, как и вчера, держа руки в карманах и смущённо топчась на месте. Его светлое лицо и зелёные ласковые глаза были теми же, что и вчера. Микки был просто ахуеть как рад! Абсолютно счастье — вот что почувствовал Милкович, осознав, что ему не нужно сидеть в ожидании эльфа под ёлкой в торговом центре или шерстить Чикаго в поисках рыжего парня по имени Йен. — Что ты тут делаешь, эльф Йен? И давай на "ты". Если я и старше тебя, то не на много, — сердце Микки трепетало и он неосознанно улыбался. Нашёлся. Он нашёлся! — Моя сестра послала меня за мандаринами. "Что за новый год без мандаринов, Йен" кричала и возмущалась она, пока я не оделся и не вышел из дома, — на самом деле Йен ещё вечером того дня решил ехать в торговый центр с надеждой встретить там этого голубоглазого незнакомца. Он жил с Клейтоном и Мэри, но вчера наведался в дом Галлагеров, да так там и остался на ночь. Во время ужина он ржачно рассказывал своим братьям и сёстрам о Санта-Карле, вызывая гомерический смех у Фионы, а потом было уже поздно и Йен остался спать в комнате Липа. С утра он целенаправленно собрался ехать торговый центр, а тут ещё Фиона попросила его купить мандарины. Дёргать судьбу за усы, меняя свои грандиозные планы, рыжий был не намерен, поэтому решил совместить судьбоносное с насущным: и мандарины купить (но не в макете за углом, а там же, в ТЦ) и отыскать ту самую парочку вчерашних брюнетов. — Это здорово! — ответил Микки. — Что именно? Что меня подняли в восемь утра и выпихнули из дома? — лицо Йена тоже светилось. Он улыбался, не отводя глаз от Микки, и брюнет надеялся, что причина этой радости заключена в нём самом. — Нет. То, что ты пришёл. — Да? Ты так думаешь? — Я так думаю. Я даже уверен. — Почему? — Потому что я забыл вчера попросить у тебя номер телефона, а вот сегодня уже точно не забуду. Йен облегченно вдохнул и выдохнул, ещё шире улыбаясь Микки. У него как будто камень с души упал. Йен так мило смутился и почесал кончик носа, что Мик невольно залюбовался им. Такое открытое, почти детское выражение лица, по которому можно прочитать всё, как в открытой книге, умиляло Милковича. — Чёрт возьми, я уж было подумал, что мне вчера показалось... — не громко сказал рыжик. — Нет, не показалось, — Микки как храброй воды выпил и не намерен был теперь молчать. Снова это чувство, когда ты понимаешь, что это твоё, это оно самое. Теперь в этом надо убедить рыжего милого парня. — Это хорошо. — Да, это очень хорошо, — закивал Микки. Он согласен, что это пиздец как хорошо! — Что ж, может ты мне даже скажешь, как тебя зовут, синеглазый? — Йен напрочь забыл о том, что помимо мандаринов и, главное, встречи с синеглазым папашкой, ему предстояло обещанное Тревору свидание. Тот не заставил себя ждать и весь вечер субботы бомбил Галлагера сообщениями об обещанном ему свидании за услугу, которую ему оказал. Вобщем, рыжий решил, что убьёт сразу всех зайцев : синеглазый, мандарины и заодно Тревор, мать его. — Я Микки. Микки Милкович. Живу на пересечении двадцать первой и одиннадцатой улиц. Третий подъезд, шестой этаж. Квартира 614С, — Йен засмеялся в голос и Микки заслушался его живым искренним смехом. — Это на тот случай, если ты потеряешь мой телефон, а я не смогу дозвониться до тебя, тогда ты сможешь просто найти меня там. Йен какое-то время пристально смотрел на Микки, как будто намеревался принять самое важное решение в своей жизни, а после уверенно протянул свою большую ладонь, предлагая её Микки. — Ну, что ж, тогда пойдём, Микки Милкович из третьего подъезда с шестого этажа из квартиры 614С! Микки вложил свою руку в большую ладонь Йена и улыбнулся. — Пересечение двадцать первой и одиннадцатой. Не забудь, чувак, — уточнил Милкович. — Никогда в жизни не забуду! Слово эльфа! — хохотнул Йен и сжал ледяную кисть в своей горячей. Они шли снова в торговый центр. — Даже не спросишь куда мы идём? — спустя минуту заговорил Йен. — Видимо за мандаринами? — ответил Мик. — Хотя мне всё равно куда идти. С тобой. Ты тут рядом живёшь? — спросил Микки. — Нет, не рядом, совсем не рядом. — Так зачем ты так далеко от дома потёрся за мандаринами? — Надеялся встретить тебя тут снова и узнать твоё имя. Возможно, ты спросил бы мой телефон. И назвал бы мне свой домашний адрес? — Микки не мог понять, шутит рыжий или нет, но всё что сейчас происходило было каким-то нереальным. — Ты очень красивый, Микки Милкович. Ты знаешь об этом? — Йен смотрел на брюнета, чуть склонив голову и не выпуская его ладонь из своей руки. Мик улыбнулся, залившись румянцем, нервно потёр указательным пальцем шрам на брови и отвёл глаза. Никогда в жизни Микки так не смущался и за эти сутки краснел больше раз, чем за всю свою жизнь. Это невозможно выдержать. Это какой-то сюр. — Почему ты назвал меня знакомым незнакомцем? — Мик решил сразу задать все те вопросы, которые мучали его всю ночь. — Хм... Я видел тебя. — Где? — Я не помню. Может в магазине, может на районе. Возможно во сне, а может в другой жизни. — И что же мы там делали? Во сне? — Не помню. Мы просто были вместе. Как сейчас. Как должно быть всегда. — Боже. Ты псих? — Да, есть такое. У меня БАР. Тебя это пугает? — Меня больше всего пугает мысль, что я тебя больше никогда не увижу. — Не давай мне ложных надежд, Микки. Я же зацикленный параноик. Могу поверить тебе на слово и ты от меня никогда больше не сможешь избавиться. — Ну наконец-то! Хоть что-то стоящее за сегодняшнее утро! — Микки наигранно распахнул глаза и типа вытер пот со лба свободной рукой. — Смотрю, ты тоже не совсем в себе? — хихикнул рыжий, сверкая зелёными глазами. — Я ебанутый без диагноза и справок. — оскалился Микки, но пока не стал говорить Йену, что пару лет в подростковом возрасте ходил на сеансы к психоаналитику по направлению суда для борьбы с чрезмерной и неконтполируемой агрессией. — Так где ты встречаешь новый год? С семьёй? — Да. А что, у тебя есть предложения получше? — Йен очень надеялся, что у Микки есть предложение получше. — Приходи к нам с Евом. Ещё будет моя сестра, но вы подружитесь, я абсолютно уверен в этом, — просто сказал Микки. — Я приду, — абсолютно серьёзно сказал Йен. — Только мандарины отвезу сестре. Конечно он придёт. Он пойдёт за этим парнем куда угодно, не выпуская его руку из своей, чтобы не дай Бог снова не потерять его из вида. — Хорошо, — довольно сиял Микки. — Хорошо. — эхом отзывался рыжий. Они шли к лавке с овощами и фруктами, не замечая ничего и никого вокруг. Рядом с прилавками стоял маленький диванчик и они, не сговариваясь, уселись на него. Йен взял вторую руку Микки в свою и нежно потирал его все ещё прохладные пальцы, держа кисть Микки в своей обжигающе-горячей ладони. У Микки от этих прикосновений бегали табуны довольных мурашек по всему телу, а ладони покалывало как от маленьких разрядов электричества. — Нет, знаешь, я передумал, — резко сказал Милкович и Йен напрягся и нахмурился. — Я отвезу тебя с мандаринами к твоей сестре и сразу заберу обратно, а то вдруг ты заблудишься или забудешь где я живу или, упаси Господь, женишься по дороге ко мне. Я лучше проконтролирую это лично. — Договорились, Микки Милкович, — Йен снова заулыбался и Милкович не мог оторвать глаз от его лица. Йен игнорировал все входящие звонки и сообщения, о которых оповещал его телефон в кармане. Йену было не до этого. Йен был сильно занят. Тревор появился как чёрт из табакерки: внезапно и не вовремя. Как он нашёл его в огромном торговом центре оставалось загадкой века — не то нюх у него был на рыжего, не то Тревор подкинул Галлагеру жучок и отслеживал его передвижения, но то, что кареглазый часто появлялся рядом в самых разных неожиданных местах, наводило на подозрительные мысли. — Ты чего трубку не берёшь?! — Тревор приближался быстрым шагом, сердито сдвинув широкие брови. Йен повернул голову в сторону кучерявого твинка и только сейчас вспомнил, что должен был встретиться с ним на фудкорте. Рыжий нехотя перевёл свой взгляд с брюнета на Тревора и не двигался с места, даже рук Микки не выпустил из своих. — О, Трев, прости. Мои планы неожиданно изменились. Вот буквально полчаса назад, — он не извинялся, просто ставил кареглазого перед фактом. — Ты мне должен, — сквозь зубы зло процедил мелкий, недобро зыркая на брюнета, чьи руки в своих держал рыжий. — Сколько он тебе должен? — вступил в диалог Микки. Ему не нравился этот твинк и он хотел быстрее избавиться от него. — Я отдам за него долг и ты съебнёшь отсюда быстро и навсегда, — добавил синеглазый, приподняв брови в ожидании ответа. Тревор переводил непонимающий взгляд с Йена на незнакомца. — Не твоё дело!! — рыкнул дохуя осмелевший парень на брюнета. — Йен, кто это вообще?! — возмущенно обратился он к Галлагеру. — Это Микки, — просто ответил рыжий, что ни коим образом не прояснило ситуации для Тревора. — Тогда скажи ему "пока" и пошли уже... — настаивал кучерявый. Из Микки вырвался смешок от такой неприкрытой неприязни и наглости. Он встал, нехотя вытащив свои руки из лап Йена, сделал шаг к "помехе", сжав кулаки с партаками на фалангах, и демонстративно "хрустнул" шеей. — Слышь, пиздюк, ты нам мешаешь. Говори, что он тебе должен. Или вали сразу, — воспитание и гены невозможно исправить временем, рано или поздно они всё равно проявляются в поведении, особенно в стрессовых ситуациях. — Он мне должен свидание! — этот воробей нагло вскинул голову, подняв подбородок выше. Они с Микки, по факту, были одного роста, но брюнет был крепче и шире в плечах, что не придавало очков Тревору. От брюнета сквозило неприкрытой опасностью и практически ощутимо волны агрессии исходили в сторону кареглазого. Микки обернулся на сидящего позади него рыжего и вопросительно приподнял брови в ожидании ответа. Тот наивно пожал плечами и утвердительно махнул рыжей бошкой, так и продолжая сидеть и смотреть, как Мик защищает своё. Мик молча повернулся к твинку, медленно оглядывая его с ног до головы. — Значит так. Планы изменились, цыпа. Я предлагаю тебе тихонечко съебаться отсюда. — Но мой ужин!! И ещё поцелуи!! — не унимался Тревор, сжимая маленькие кулачки. — Я тебя сейчас так поцелую, что новый год и все близлежащие каникулы ты проведёшь в реанимации, — низко рыкнул Милкович, недобро сверкнув глазами-лезвиями. Запал Тревора быстро иссяк, так как жизнь и здоровье важнее поцелуев, и он отступил на шаг, взглянув на Йена. — Прости, Трев. Я переведу деньги на счёт сообщества в качестве компенсации, — единственное, что теперь мог сделать для Тревора Йен за оказанную услугу. Кучерявый взбесился не на шутку, ведь его счастье было так близко, а тут какой-то гопник все обломал. — Да пошёл ты, Йен!— выплюнул Тревор, зло сузив глаза. — Сходи к своему психиатру, у тебя явно обострение, раз ты кидаешься на первого попавшегося мужика! Ты сказал ему, кстати, что у тебя биполярочка? — на грани истерики взвизгивал Тревор. Йен скрипел зубами от злости и обиды. Микки больше не мог это терпеть и ухватил парнишку за ворот, сжимая его в кулаке, тем самым перекрывая кислород парню. — Я всё про него знаю. Зато ты не знаешь, что у меня неконтролируемая агрессия и если я сейчас прям тут тебя заебашу насмерть, то мне ничего за это не будет, — он говорил ровно, почти тихо, выплевывая слова в лицо наглого субтильного объекта. Судя по адскому блеску в голубых глазах, сомнений в сказанном не оставалось. Тревор нервно дергался, как червяк на крючке заядлого рыбака, пока Микки не выпустил его из мёртвой хватки, он по инерции отступил на пару шагов назад, поправляя ворот и хватая ртом кислород. — Два психа... — тихо пробубнил кареглазый. — Вали, цыпа. Весёлого нового года, мелкий говнюк— хмыкнул Микки. — Попросишь у меня ещё помощи, Галлагер... — прошипел Тревор и увидел однозначный посыл от Микки в виде среднего пальца в крепком кулаке. Он развернулся и практически побежал прочь. Микки медленно повернулся к Йену и тот постучал ладонью по месту на диване рядом с собой. Брюнет молча сел и глубоко вздохнул и выдохнул, пытаясь избавиться от ярости и привести мысли в порядок. Йен тут же схватил Милковича за руки, снова поглаживая большими пальцами тыльную сторону кистей в желании успокоить. Брюнет поднял на него глаза и сглотнул. Никто никогда не смотрел на него с таким восхищением и обожанием, как этот рыжик. — Вдруг ты передумаешь? — тихо спросил Мик. — Нет. — Или разочаруешься? — Нет. — Почему? Почему ты так уверен? — Ты выглядишь как моя судьба, — коротко ответил Йен — Я видел тебя, теперь встретил тебя. Я не откажусь от тебя. — Боже, это полный бред... — шёпотом сказал Микки как будто самому себе. Но Йен услышал. — Да уж, согласен. Выглядит по меньшей мере странно, — и снова улыбнулся. — Но я уверен, это ТЫ. — Мандарины? Твоя сестра ждёт. — Микки решил перевести тему, потому как он чувствовал всё тоже самое, о чём говорил Йен и от этого у него рос ком в горле, который если не проглотить может вылиться в слезы. — Да, точно. Не уходи никуда, — Йен встал и подошёл к прилавку. Он попросил взвесить две связки цитрусовых и, расплатившись, вернулся к Милковичу. Тот молча забрал одну сетку с мандаринами, а в освободившуюся руку Йена впихнул свою ладошку. Они шли к выходу огромного торгового центра всё так же держась за руки и переплетая пальцы друг друга. С мандаринами в одной руке и счастьем в другой. **************************** ЗЫ: Ровно год спустя, 30-ого декабря, акция по сбору средств для детского дома снова развернулась под новогодней ёлкой в том же торговом центре. Мэри лично попросила Йена помочь в организации этого проекта и тот не смог отказать. Йен, как и в прошлом году, выступал в роли эльфа, и своего мужа тоже заставил участвовать, нарядив Милковича в снеговика. В этот день многие посетители торгового молла видели, как снеговик страстно целуется с помощником Санты с другой стороны ёлки. Снеговичок вставал на носочки, чтобы дотянуться до губ эльфа и обвивал его шею руками, а рыжий эльф тискал снеговика за талию, крепко прижимая к себе и поблескивал обручальным кольцом на безымянном пальце..