Азартная игра

Тем временем, Джессика шла по лабиринтам коридоров, исполненная непоколебимой решимости. Сердце её металось в груди, как птица в клетке, но страх отступил перед жаждой свободы. Она не знала, куда ведет её путь, но знала одно: она должна обрести выход. Замок представлялся бесконечным лабиринтом, где коридоры переплетались, словно змеи, а лестницы устремлялись в никуда. Хоулмз брела наугад, словно слепой, ощупывающий стены, стараясь запомнить дорогу. /Джессамин, тоже мне. Да пошел он!/ И вот, словно мираж, перед ней возникла дверь. Дверь, через которую она вошла, и через которую, исполненная надежды, она собиралась вырваться на свободу. Собрав всю свою волю в кулак, она с силой распахнула её и увидела заснеженный лес, простиравшийся до самого горизонта. И в этот миг, холод, пронизывающий до костей, и белизна снега, слепящая глаза, не имели для нее никакого значения. Свобода манила ее, как путеводная звезда, и она, не раздумывая, шагнула в этот морозный плен, готовая встретить любые испытания, лишь бы вырваться из золотой клетки. Снег хрустел под ногами, словно кости врагов, поверженных у её ног. Дыхание вырывалось изо рта белым облаком, превращаясь в призрачную маску, скрывающую истинные чувства. Лес встретил её ледяным объятием. Деревья, словно заколдованные стражи, выстроились вдоль её пути, их ветви, словно когтистые лапы, тянулись к ней, норовя остановить. Но Джессика бежала, не оглядываясь, её сердце, словно компас, указывало верное направление. Она была готова заплатить любую цену за свою свободу, даже если этой ценой окажется её жизнь. Так и прошли мучительные часы. Она бежала и бежала, бежала и бежала, но выхода не было. Ощущение как будто она бегала кругом. Адский холод пожирал ее изнутри, боль ломала кости. Каждый шаг давался все тяжелее и тяжелее пока в какой-то момент силы окончательно ее не покинули и она не потеряла сознание... Снег, словно безмолвные ангелы, опускался на ее неподвижное тело, укрывая его ледяным саваном. Каждая снежинка, как крошечная слеза небес, касалась ее бледного лица. Но тут тишину пронзили, словно сталь, чьи-то шаги- тяжёлые, гулкие, словно поступь Голема, восставшего из древних легенд. Гриндевальд окинул взглядом ее тело и его глаза смягчились. Он осторожно обергул ее в свое плащ и поднял на руки. К удивлению мага, она была очень лёгкой и он без проблем понес ее обратно в замок. Особняк принял ее в свои каменные объятия. Мужчина шел по знакомым коридорам, не обращая внимания на удивленные взгляды слуг. В руках он держал замерзшую девушку, и в этот момент он был далек от образа могущественного мага. Он принес ее в ее комнату, уложил на кровать и позвал целителя. Пока тот колдовал над Джессикой, Гриндевальд стоял у окна, наблюдая за бушующей за окном стихией. Когда целитель, наконец, отступил, Геллерт подошел к кровати. Хоулмз лежала неподвижно, ее лицо было бледным. Он коснулся ее лба, но заметив краем глаза Винду, сразу отдернул руку. -Пусть отдыхает. Как очнётся накорми ее и приведи в порядок- холодным тоном приказал он и покинул комнату.