Vampire's heart.

…«Холодно», – это была первая осознанная мысль юноши после долгого потока мыслей в голове.       Вторник, 29 октября 2015 года, время 14:57. Идёт осенний ливень, капли которого барабанят по всему, с чем соприкоснутся: асфальт, голая земля, деревянные лавочки и столы, графитные надгробия. Дует прохладный ветер, пробирающий до неприятных мурашек, заставляя двух парней изредка вздрагивать и ëжиться.       В глазах молодого человека стоят неприятные слезы, от которых нос слабо покалывает, когда он читает надписи на надгробиях, чувствуя поддерживающую руку другого парня на своём плече…

***

      В глаза бьёт яркий солнечный луч, пробивающийся с улицы через шторы прямо в светлую комнату. Тэхён лениво поворачивается на другой бок, скрываясь от назойливого света, продолжая нежится в кровати, даже не думая вставать.       Комната студента в мягких бежевых тонах, на полках находятся различные статуэтки, светильники, на столе в виде буквы «Г» стоит шкатулка с украшениями – в ней лежат кольца, кулоны, цепочки, серёжки; учебники, тетради, подставка для книг… Перечислять можно долго, что может стандартно находится на столе семнадцатилетнего парня.       На часах 09:27. Ким продолжает дремать в своей кровати, пока на его телефон начинают сыпаться сообщения. С каждым сообщением недовольная морщинка на лбу парня проявляется сильнее, и когда он слышит уже третий назойливый звонок подряд он с раздражённым вздохом привстаёт на свои локти, хватая с тумбочки мобильник и отвечая на звонок. – Алло? – Членом по лбу не дало?       Голос на другом конце трубки негромкий, раздражённый, на заднем плане слышится чья-то монотонная речь. Тэхён удивлённо распахивает глаза, слыша такой дерзкий и знакомый ответ, окончательно садясь на кровати и спуская свои ноги на пол, спросонья совсем ничего не понимая. Тишина затягивается на несколько секунд, которые по ощущениям растягиваются на полчаса, пока её снова не прерывает голос по ту сторону экрана. – Ким ты совсем оборзел там что-ли? Ты время видел? – А сколько времени?.. – Половина десятого. Пары идут уже битый час, а тебя рядом я не наблюдаю.       И снова тишина. В затуманенном сном мозге Тэхёна совершается слишком трудный для него процесс сопоставления всех фактов, на что он снова сосредоточенно хмурится: какие пары, кто ему звонит, и что, что половина десятого… – Тэхён, мать твою, подъëм! Чимин вызывает Тэ, приём. База ответьте.       Вселенная захлопнулась. Тэхён глаза в шоке распахивает, в мгновение ока проснувшись, вскакивает с кровати с ёмким «Чëрт», сказанным под нос, едва не упав, поскользнувшись на прикроватном коврике, сразу мчась в ванную. – База отвечает, проснулся я, – Тэхён кран открывает, поставив звонок на громкую и оставив его лежать на раковине. – Неужели. Тебя историк прибьёт, если заявишься с опозданием, поэтому на первую пару лучше вообще не суйся, он сегодня злой, как черт.       Ким, уже моя руки, про себя хмыкает, подмечая, что чёрта недавно не зря вспомнил, начиная чистить зубы. – Фто прям фофсем флой? – Он только что выгнал какого-то студента из аудитории за то, что у него ручка слишком громко упала. Ты сам как думаешь?       В трубке слышится короткий смешок. – Тогда на первой паре я вообще не появлюсь.       Тэхён выходит быстрым шагом из ванной, вытирая лицо полотенцем, в другой руке держа телефон, по пути в свою комнату заканчивая звонок с другом.

***

      В столовой колледжа как всегда не особо оживлённо: большая часть студентов предпочитает ловить «окно» и выходить в уже проверенные кафе и забегаловки, нежели рисковать и питаться в столовой. Но Тэхён и Чимин не разделяют их убеждений, спокойно перекусывая во время пропуска. Взяв себе по сэндвичу и кофе с автомата – кофе в нём абсолютно невкусный, но тут уже грех жаловаться, сами припёрлись в пищеблок – они заняли два места за столом, принимаясь за трапезу.       Тэхён, только набив рот своим бутербродом, сразу мычит, вспоминая тему для разговора, обращаясь к другу с полным ртом. – Фпомнил... – Идиот, убери эту привычку говорить с набитым ртом, – Чимин сразу его перебивает, сурово смотря на друга, беря свой сэндвич, – прожуй, потом говори… И не набивай полные щеки, никакой культуры у тебя.       Ким на чужие слова лишь тяжко вздыхает, глаза закатывая, нехотя всё же замолкая, показательно жуя и проглатывая, за один присест умяв половину бутера, следом обратно к другу поворачиваясь, наблюдая за тем, как тот отпивает свой кофе, как будто выжидая момент. В следующее мгновение снова обращаясь к Паку, говоря чуть тише. – …Так как у вас там с Намджуном…       В этот раз Чимин снова перебивает друга, невольно поперхнувшись своим напитком, смущённо покраснев. Ким, с просто до невозможности довольной и ехидной ухмылкой, хлопает другу по спине, давая восстановить дыхание, впитывая в себя чужой недовольный взгляд. – Ну тише, Минни, тише. – Я тебе сейчас твоё тише знаешь, куда засуну…       Чимин снова закашливается, в этот раз беря стаканчик с кофе и пытаясь успокоить раздражение в горле, стирая наступившие на глаза от интенсивного кашля слезы, словив на себе внимание от парочки других студентов.       Восстановив дыхание и утерев из уголков глаз слезы, Пак понижает громкость своего голоса, не глядя с Тэхёном разговаривая. – У нас с ним всё в порядке. – Прям всё? – Прям всё. – Так, а подробностей я дождусь или ты меня так завуалированно послал? – Второе, – Чимин едва заметно хмурится, за маской раздражения скрыв смущение, снова возвращаясь к своему перекусу, злостно жуя, отводя взгляд куда-то в сторону.       Тэхён лишь фыркает на слова друга, точно так же возвращая всё своё внимание еде, тоже едва заметно проявив морщинки над бровями: ну ничего, он ещё узнает у этой вертихвостки подробности. Точнее тот сам рано или поздно расскажет.

***

      Ловя себя на мысли, что на поверхности стола достаточно удобно лежать, Тэхён, сидя рядом с Чимином, слушает всё тот же монотонный голос преподавателя по истории искусств, примагнитившись глазами куда-то в стену. В голове проносятся различного рода своры мыслей, от «Как вытянуть из Чимина что-то о Намджуне» до «Что я здесь вообще делаю».       Кстати о Чимине. Этот интриган с розовой башкой, прямо сейчас сидящий рядом, как ранее упоминалось, беспрерывно пялиться на первые ряды, не сводя своего взгляда с Кима на первых рядах.       Чужой взгляд, который обычно описывают как «глаза-сердечки», заставляет Тэхёна закатить глаза, садясь ровно за партой и складывая на ней свои руки, чуть-чуть наклонившись к уху товарища, тихим шёпотом заставляя того вздрогнуть. – Ты долго на него пялиться будешь или может уже начнёшь как-то давить педаль газа в пол? Не знаю... – Да угомонись ты уже, – Пак снова показывает ту самую хмурость, переводя взгляд на друга, – может я уже давлю, как могу, просто тебе не говорю ничего.       Тэхён на заявление друга лишь глаза в шоке распахивает, наблюдая за чужим уже довольным выражением лица и такой же ехидной ухмылкой: засранец, ещё и измывается над чужим любопытством.       Время на паре как будто вообще не идёт. Тэхён прожигает взглядом часы на стене под чужую нудную лекцию историка. В голове проскакивает отчетливая мысль, что минутная стрелка как будто совсем не движется и стоит на месте. Может, часы сломаны? Или села батарейка? Или…       Его мысль прерывается громким рингтоном телефона преподавателя. Противное пиликанье просто въедается в мозг. Мелодия вроде и противная, до головокружения надоедающая, в то же время впитывающаяся в подсознание и в абсолютно случайный момент воспроизводящаяся в мыслях.       Все глаза… Нет, ладно, не все. Большая часть глаз в аудитории устремляется на педагога, будто рефлекторно реагируя на это отвратное оповещение о звонке. После взятия трубки все снова начинают заниматься ничего не деланьем, как, в прочем, и сам Тэхён, возвращая свои щенячьи глаза на часы. Когда там уже конец…       По классу доносятся разные звуки: перешептывания и смешки однокурсников, черканье в тетради, катание ручки по столу, раздражающее кликанье чей-то механической ручки, противный рингтон сменился голосом историка, а если совсем уж прислушиваться будет слышно тиканье часов. Рядом сидящий товарищ продолжает мысленно поедать другого Кима, который, уловив момент, поворачивается назад и начинает делать то же самое, очаровательно улыбаясь Чимину и заставляя его слабо покрыться румянцем. Засранцы, до чего милые. Их взаимодействия и отношения заставляют Тэ в какой-то степени завидовать – конечно же белой завистью, это ведь друзья. Хотя их взаимоотношения с Намджуном та самая дружба с вечными подколками и стëбом, но однофамильцев явно всё устраивает.       И снова мысли Тэхёна прерывают. Что же это такое…       В этот раз уже сам преподаватель, и привлекает внимание уже всех, сидящих в аудитории, учеников. – Внимание, студенты! Все сейчас на меня, – старик из-под призмы очков осматривает всё помещение, – по приказу свыше, – педагог делает показательный жест указательным пальцем, – от декана, у вас всех на днях будет туристическая поездка. Будете изучать архитектуру наглядно за её время. С вами поедет ещё пара человек с другого курса по своему личному желанию.       По аудитории сразу идёт гул. Все ребята оживляются, начиная шептаться и издавать многозначительные восклицания. Тэхёна и Чимина, конечно же, тоже не обходит стороной: первый с открытым ртом и улыбкой поднимается с парты, второй снова кусает губу, с такой же глупой улыбкой переводя свои глаза-полумесяцы на Намджуна на первых рядах, в ответ видя чужие ямочки на щеках. Счастливые какие.       Дальше пара походит кое-как да еле-еле под общим ажиотажем по поводу скорой поездки за город. Абитуриенты то и дело отвлекаются, перешёптываются, хихикают, в помещении полностью отсутствует тишина. Преподаватель уже жалеет, что рассказал об этом в середине занятия – надо было сохранить будоражащую новость до её конца. В конце концов он сдаётся, садясь на своё место за учительским столом, давая детям обсудить свои планы до конца занятия: времени для разбора темы всё равно осталось чертовски мало, будут самостоятельно разбирать дома.       Историк спокойно отпускает группу с занятия, давая им время снова сходить с столовую, кофейню по близости или просто время для отдыха между парами. Следующая пара – черчение.       Чимин на всех пара́х сразу подлетает к Намджуну, хватаясь за крепкую руку парня, сцепляя и переплетая свои пальцы с чужими, вызывая на лице Джуна новую улыбку и заставляя его в ответ сжать ладошку Пака. Через пару секунд к ним подтягивается и второй Ким, пожимая свободную руку однокурсника, решив никак не комментировать их милости с вертихвосткой: чего Тэ ещё мог ожидать. – Нихао, Джун. – О, ты в китайцы заделался? – с губ Намджуна слетает беззлобный смешок, пока он жмёт чужую руку в ответ, – Шан у хао.       Глаза Тэхëна лезут на лоб от ответного китайского, который уже не лежит в понимании самого парня. – Братан, мои знания китайского на моём нихао и закончились. У тебя отлично получается интеллектуально насиловать мой мозг, – Тэхён говорит, слабо посмеиваясь, поправляя висящий на плече портфель.       Тут помимо Джуна не сдерживает короткого смешка уже и Чимин, идущий с другой стороны от Намджуна.       На улице для октября стоит чудесная погода: светит яркое солнце, умеренно грея землю и всё, попадающее под влияние его лучей. Прохладный ветер помогает держать баланс температур, не давая совсем уж разнежиться под тёплыми лучами. Природа во всю показывает свои яркие осенние краски в виде пожелтевшей листвы, украшающей кроны деревьев и землю, редко щебечущих птиц, то и дело прыгающих по земле, ища себе пропитание или материалы для построек гнёзд.       Ребята решают, что данного времени за счет раннего ухода с пары хватит на то, чтобы просиживать штаны не в столовой университета, а в хорошей уютной кофейне неподалёку. Троица, воодушевлённо болтая, довольно быстро достигает пункта назначения, заходя в небольшое заведение.       «Прощание» – уютная небольшая кофейня, оформленная в пастельных тонах. С большими панорамными окнами, выходящими на слабо оживленную улицу. Бариста в этом кафе – на бейджике красным маркером аккуратным почерком выведено Мин Юнги – уже давно стал некой частью их компании, зная большую часть их сплетен и разговоров, всегда одаривая заходящую в кофейню троицу мягкой улыбкой. Заведение не обладало особой популярностью, чем удивляло ребят. Потрясающий кофе, вкусные десерты, приятная атмосфера, ненавязчивая музыка и обаятельный сотрудник – и всё равно малое количество посетителей. Даже интересно, почему у такой светлой кофейни такое название... Чимин с Намджуном под руку и Тэхёном рядом как всегда оживлённо заходят в уже полюбившееся здание, разбавляя тихую музыку своим щебетанием. Юнги сразу встаёт со своего места, показываясь из-за стойки, снова показывая студентам свою радость от их прихода. – Юнги-щи! – Тэхён как обычно машет рукой баристе, даря тому ответную улыбку, попутно развязывая затянутый вокруг шеи уже подвысохший клетчатый шарф, – сделаешь нам, как и всегда? – Конечно, пять минут, – Мин сразу оживляется, возвращаясь к эспрессо-машине, начиная чем-то шуметь. Ребята занимают своё привычное место на диванчиках за столиками у панорамного окна, по пути стягивая с себя верхнюю одежду. Точнее, стягивает её один Тэ: Джун и вертихвостка решают остаться в своих кофтах, пока сам Ким был в куртке. Через время к ним подходит Юнги с подносом, ставя перед ребятами их напитки и садясь рядом с Тэхёном, сразу потянувшись за своей кружкой с капучино. – Ну рассказывай, молодёжь, как дела у вас? Чимин не даёт Кимам даже рта открыть, отвечая за всех разом. – У нас запланирована поездка за город на какую-то… Экскурсию? – Пак вопросительно смотрит на ребят, делая глоток миндального рафа.       Кимы лишь кивают, утвердительно промычав, давая Чимину дальше рассказывать всё самому. – Ну да, экскурсию. Будем изучать древние архитектурные строения в живую. Правда какие у нас тут есть строения такого типа, я ума не приложу. – Ну, мало ли, – Юнги ставит кружку на блюдце, проворачивая её за ручку по кругу от нечего делать, – вы можете и не знать об этом, не стоит утверждать, что таких построек нет. Но будьте аккуратны, мало ли что. Одни едите? Отель хороший? Какая местность?... – Хëн, – Тэ пару раз кашляет: поторопился с ответом и латте с корицей на пару с шоколадным маффином чуть не пошли не в то горло, – мы не маленькие ведь, правда. Всё будет отлично. Уже через неделю снова встретимся здесь же и расскажем тебе всё. – К тому же, – Джун щёлкает пальцами, поставив кружку со своим эспрессо на стол, – у нас есть чат, так что мы будем на связи. В отеле в любом случае будет и сеть, и интернет... Ну или на крайний случай вай-фай.       Все трое ребят поддакивают друг другу, начиная убеждать и успокаивать Мина. – Ладно, ладно, убедили, – Юнги снова слабо улыбается, в этот раз не показывая, а пряча умиротворённую улыбку в кофейном напитке. За столом снова слышатся одобрительные и радостные возгласы, пока компашка тискается: Намджун обнимает рядом сидящего Чимина за талию, притягивая к себе и оставляя лёгкий поцелуй на его макушке, довольный Тэхён в свою очередь мягко треплет Мина по волосам, заставляя того недовольно нахмурится и после, под всеобщие смешки, начать поправлять причёску.

***

      Следующая неделя резко начинается с плохой, просто с ужасной погоды: льёт неприятный дождь, небо потускнело, затянулось тучами и спрятало тёплое солнце. Прохладный ветер бьёт лицо – и ложного тёплого октября как не бывало. Тэхён в университет не входит, а буквально влетает: весь промокший до нитки, попавший под очередной ливень. Сам себя Ким в мыслях материт за то, что не догадался с утра взять с собою зонт – прогноз погоды явно придумали не для него. Не хватало ещё заболеть прямо перед долгожданной поездкой. Он с недовольным выражением лица проходит в нужную аудиторию, сразу находя взглядом выбивающуюся из общей толпы розовую макушку, мило болтающую с объектом обожания. Весь промокший он плюхается на сиденье с другой стороны от Чимина, сложив кожанку с каплями влаги у себя на коленях, этим наконец привлекая к себе внимание друзей. – Ёлки-палки, тебя водой из шланга окатили? – вертихвостка не сдерживает своего смешка, попутно начиная ерошить мокрые каштановые пряди.       Тэхён же на это действие реагирует скидыванием чужой руки со своей промокшей головы. – Какой ты остроумный. Нет, чтобы побеспокоится о друге? Всё с тобой ясно, – Тэ наигранно складывает руки на груди, строя обиженную мордашку и показательно отворачивая голову от друга, следом чувствуя тяжесть и приятное тепло на своих плечах. – Я тогда это за него сделаю. Одень, – Намджун со своими очаровательными ямочками любезно предоставил Тэхёну свою куртку, накинув её поверх чужой рубашки в красную клетку, каким-то чудом – чудом под названием «принявшая удар на себя кожанка» – оставшейся сухой. Тепло. Тэ сразу кутается в верхнюю одежду друга, шмыгнув носом, в благодарность кивнув и пробормотав «спасибо». Дождь барабанит по стёклам, создавая спокойную и комфортную атмосферу, отбивая и так отсутствующее желание к учёбе в такую погоду. Очередная монотонная лекция, за ней ещё одна и потом ещё одна. Только компьютерная графика хоть немного, но радует разнообразием среди монотонных речей преподавателя, возгласами «да не туда крутишь, идиот! дай сам сделаю» и «какую дичь мы сделали – не мы сделали, а ты сделал». Изверги, четыре пары на дню. Спасибо, что не пять. – Ненавижу понедельник, – Тэхён ставит свой поднос на стол рядом с друзьями, плюхаясь за него же, поправляя рукава чужой куртки на себе. – Покажи мне хотя бы одного человека, который любит, – Намджун с другой стороны от Чимина издаёт смешок, пока розововолосый уже уплетает свой обед. – Ещё и эта погода, – Ким продолжает, будто не слыша соседа, – лучше бы к Юнги сходили, чем тут сидели бы. В бок Тэхёна прилетает несильный удар локтëм. – Флыф, – Чимин перенял привычку Тэхёна говорить с набитым ртом, тем не менее не продолжая и всё таки дожевав, – итак настроение в говно, не нагнетай ещё больше. Я от головной боли сдохну сейчас, а тут ты, поганец, бубнишь. – Ну прости, прости. Молчу. Просто правда раздражает, – Тэ мягко кладёт руку на макушку Чимина, легонько массируя её, из-за чего хмурый Пак нехотя, но расслабляется, продолжая жевать плюшку. Между ребятами за столиком виснет тишина, нарушаемая классическим шумом и грохотом столовой, лязганьем столовых приборов и громкими каплями дождя, бьющимися об окна. Дабы хоть как-то разбавить эту гнетущую тишину, Тэхён снова подаёт голос, попутно берясь за вилку и свой салат «Цезарь». – Я всё таки предлагаю после взятия плана поездки пойти к Юнги, – Ким отправляет полную вилку в рот, по пути уронив один недо-сухарик обратно в тарелку, – он всё равно нас ждёт каждый день, а тут сразу расскажем про поездку. – Можно попробовать, – второй Ким убирает свою грязную посуду в сторону, – только мне кажется, что кое-кто заболеет и снова оставит нас на месяц одних, а потом придёт и будет жаловаться на то, что он не в теме.       Намджун снова показывает свои ямочки на щеках, смотря на Тэхёна, который в свою очередь закатывает глаза и слабо хмурится: засранец. – Да это было один раз! – Но было же. – И не на месяц, а на две недели. – Бы-ло. – Да угомонитесь вы оба уже, – Пак говорит негромко, устало, тем не менее оба парня сразу замолкают, переводя свои взгляды на него, – мы пойдём к хëну, покажем и расскажем про экскурсию, выпьем нормального кофе, а не растворимого, а потом по домам. Если ты, – Чимин пальцем указывает на Тэхёна, заставляя того немного отшатнуться и надуться, – снова заболеешь, я приду к тебе как голос твоей совести, которой у тебя нет, и буду сниться тебе в кошмарах. Тэ на слова друга лишь фыркает, легко отбивая руку вертихвостки в сторону. – Напугал. Да пожалуйста. Но если придёшь ко мне домой, будешь лечить меня сам.

***

Пары на удивление проходят как-то быстро. Последняя из них как раз та жизненно необходимая история. Жизненно необходимая в данный момент лишь потому, что вся троица получает эти долгожданные инструкции и подробности о предстоящей поездке за город, а там же получает несколько листов с более подробной информацией: всё об отеле, местности поблизости с ним и расписание поездки по датам, куда и в какой день они собираются идти. Даже парочка свободных дней есть. Ребята сразу решают в эти дни осмотреться самостоятельно за городом и прогуляться втроём. А вот отель у Тэхёна не вызывает доверия. Здание на фото довольно неплохое на первый взгляд: милый двухэтажный домик, окрашенный в медовый жёлтый и имеющий около окон на первом этаже клумбы, по всей видимости с цветами. Но внутри что-то скребется, так и говоря, что что-то не так. От этого домика веет чем-то… Странным. Жутким даже. Ещё и стоит посреди лесной глуши. Тем не менее на свои комментарии по поводу отеля он слышит лишь смешки одногруппников и мягкие слова друзей, старающиеся успокоить его разбушевавшуюся чуйку на плохие события. Она редко когда обманывала Тэхёна, но вдруг сегодня даёт сбой. Ливень на улице более менее сошёл на нет, сменившись накрапыванием грибного дождя, так что ребята решают не дожидаться, когда плохая погода снова взбушуется и быстро добегают после пар до кофейни Юнги, который снова сидит за своей стойкой в телефоне: в кафе снова пусто. – Юнги-хëн, мы как не придём так чувствуем себя VIP-персонами, – Чимин не давит в себе смешка, весело подскакивая к стойке. – Вы и сами знаете, почему так. А ну быстро заказали и место своё заняли, – Юнги в шутку гонит ребят к батарее, видя их мокрые волосы и одежду: как курица наседка, ей богу. Заказ компании из раза в раз остаётся неизменным: Чимин предпочитает миндальный раф и какой-нибудь чизкейк, Намджун потягивает эспрессо, Тэхён же пьёт латте с корицей или лавандовым сиропом, уплетая за обе щеки шоколадный маффин. Юнги нарадоваться не может, что у ребят присутствует эта хоть и неважная, но стабильность, пока сам тоннами вливает в себя капучино – сердце рано или поздно точно помашет ему рукой. – Ну, давайте, начинайте, – Юнги, уже рефлекторно, снова расставляет ребятам их заказы, хотя те сотни раз просили просто оставлять поднос на столе и садится рядом. – Значит так, – Тэхён тянет, разворачивая смятый в кармане листок с расписанием, сдувая мешающую мокрую прядь с лица, – едем завтра… – Завтра?! – Чимин едва не вскакивает с места, поставив свой напиток обратно на стол, – это мне сейчас за вечер надо будет срочно обморочно всё собирать… – Вертихвостка, угомонись. По видео-звонку собираться будем, если что напомним тебе, что ты забыл взять. Я продолжу, – Тэ снова переводит свой взгляд с Пака на листочек в руках, – едем завтра, в дороге будем почти весь день с утра. Значит, интернета завтра не будет. Блин это ещё и музыку качать.. – Блин это вообще дохрена всего делать, а не только музыку качать, – Намджун подпирает свою голову рукой, крутя кружку на блюдечке, – видимо, мы ночь не будем спать, пока будем собираться, а потом как раз всю дорогу будем отсыпаться. – Какие вы критичные, – Мин лишь усмехается, пока ставит свою кружку на стол и делает фотографию расписания в руках Тэ, – вы на сборы часа два потратите, ну может три, ладно, а сейчас в такие крайности кидаетесь. Дети малые. – Мы ловим возможность поныть тебе, чтобы остался осадок на всё то время, что нас не будет, – тут уже усмехается сам Тэ, скользя взглядом по расписанию, – после приезда день отдыхаем, потом идём в одну сторону от отеля, там будет музей, потом… Опа. Чимин, с тебя фотоаппарат. Там то ли озеро, то ли море рядом. Пойдём фотографироваться. – Не купайтесь только, я вас умоляю, – Юнги нервно улыбается, снова пряча улыбку в кружке. – Не будем, не будем. В общем у нас пять музеев и два дня отдыха. Уезжаем на девять дней, получается, если учитывать само время езды. – И как мне без вас тут больше недели, – тут уже ноет старший, лбом уперевшись в столешницу перед собой, – я со скуки тут помру пока вас не будет. – Ну, хëн, – вся троица тянет это с каким-то обожанием и умилением, заставляя Юнги снова улыбнуться. – Мы правда быстро вернёмся. Ты не успеешь сказать слово «кофе», – Тэ кладёт свою руку на макушку рядом сидящего Мина, мягко массируя его голову: уже его личный ритуал и собственная фишка в их компании. – Мы будем тебе писать и слать фотки. – Мы будем на связи, хëн. Не беспокойся за нас. Чимин с Намджуном поддакивают другу, стараясь успокоить своего старшего, заставляя его лишний раз улыбнуться и почувствовать приступ сентиментальности. Они действительно больше, чем за год, стали друг другу братьями и семьёй, которой кому-то так не хватает. Они сидят довольно долго, до темноты и включения фонарей на улице, хотя по ощущениям проходит лишь пять минут. В хорошей компании время летит незаметно. Ребята прощаются, одевая свои уже более менее просохшие куртки, напоследок крепко обнимая расчувствовавшегося Юнги, оставляя ему напоследок ощущение фантомных объятий, после махнув ему рукой и уходя из кофейни. Мин, после ухода ребят, тихо шепчет себе под нос слово «кофе».

***

Компашка довольно быстро расходится по домам. Время позднее, так что ребята сначала доводят до дома Чимина, а потом оба Кима уже и сами расходятся по своим домам. Тем не менее, прощаются они не на долго: в планах ещё совместные сборы по видео-звонку. Наблюдать в звонке бардак друг друга довольно забавно, особенно учитывая, что некоторые – однофамильцы мысленно указывают на Чимина – очень душевно нестабильны, когда находятся среди хаоса разбросанных вещей и посреди поля забытого хлама, вынутого из шкафов. Стоит довольно приятная домашняя атмосфера, несмотря на то, что ребята находятся в разных точках города. Чимин что-то оживлённо рассказывает, пока оба Кима спокойно и молча собирают свои сумки, лишь улыбаясь чужой энергичности и пылкости. Они с удовольствием слушают чужие сплетни, жалобы, иногда вставляя свои комментарии и поддакивая вертихвостке, в ответ видя его довольную мордашку в камере. Если в кофейне они жаловались на то, что им не хватит времени, то сейчас наоборот. Они действительно собрали свои вещи за два часа. Ну, разве что Чимин за два с половиной: он полчаса искал, куда засунул свой полароид и бумагу к нему. Он обрыл всю свою квартиру, перерыл все шкафы, чтобы в конце концов замереть перед столом на пару минут среди разбросанного шмотья, и следом взять фотоаппарат и картриджи к нему со стола, демонстративно поворачиваясь к установленному телефону, видя и слыша смеющихся во весь голос товарищей. Сейчас они расселись по своим кухням, попивая чай или кофе – кто что захотел – снова слушая рассказы энергичного Чимина. Изверг, откуда столько энергии взял на ночь глядя. Оба Кима уже клюют носами в звонке, слушая рассказ Чимина о том, что какой-то из преподавателей относится к нему предвзято и вообще этот учитель заноза в заднице, который портит всю малину самому Паку. В конце концов он видит уже сонные и отрешённые лица своих друзей, буквально будя их одним громким «Ким!» в микрофон, заставляя обоих сразу вздрогнуть, пока сама вертихвостка довольно хихикает над проделанной выходкой. Они всё таки решают расходится. Время второй час ночи. Они договариваются завтра встать пораньше, дабы ещё перед выездом заскочить к Юнги и попрощаться с ним уже перед самой поездкой. Тэхён хочет сказать снова о своём предчувствии по поводу этой поездки, но решает всё же промолчать: мало ли чутьё действительно шалит. Договорившись о времени встречи и ещё полчаса обговаривая то, какие места надо будет занять в автобусе – обязательно самые задние, чтобы втроём рядом сесть – они наконец-то расходятся по кроватям. Тэхёну не спится ещё какое-то время. Внутри что-то продолжает скрестись, нагнетая атмосферу и заполняя голову тревожными мыслями по поводу этой поездки. Сердцебиение учащается. Устав бороться самостоятельно, Ким возвращается на кухню, где принимает успокоительное, следом возвращается в уже нагретую ранее кровать, зарываясь под одеяло и смотря в окно, в которое снова барабанит дождь, минут через десять после действия таблеток наконец сумев уснуть. Всë точно будет нормально.