Задушевное

Стук в тяжёлую железную дверь. –Кёрли, можно у тебя помыться?– на пороге стоял Джимми с тёмно-синим полотенцем, перекинутым через плечо. Даже не здороваясь, он задал свой вопрос резко, отчётливо, что называется, в лоб. Лицо его не выказывало никаких эмоций, серые глаза смотрели по-обыкновенному холодно и настороженно. А вот Кёрли слегка опешил. –А-а.. а почему у себя не можешь?– Капитан вскинул светлые брови в недоумении. Никогда ещё Джимми не обращался к нему со столь неожиданными просьбами. –Да у меня там..,– Джимми отвернулся, потирая пальцами лоб. –воды нет. Это видимо, от того дождя.. метеоритного, под который мы недели две назад попали. Помнишь ведь? Трубу, наверное, повредило,– шатен звучал так, словно вовсе не хотел говорить об этом. –М-м,– задумчиво протянул Кёрли. –две недели назад мы попали под дождь, а последствия от него, хочешь сказать, проявились только сейчас и только в твоей каюте?– Кёрли улыбнулся одними уголками губ, чуть прищуривая глаза. Было понятно, что он не верит словам Джимми. Джимми это, естественно, раздражало. Почему Кёрли становится таким проницательным в столь неудобные для этого моменты? Джимми вновь отвёл взгляд, прикусывая изнутри нижнюю губу. Кёрли смотрел на коллегу удивлённо, широко распахнув голубые глаза и неосознанно склонив голову к плечу. –Я просто.. хочу сделать это с тобой,– наконец, собравшись с силами, процедил сквозь зубы Джимми, будто через “не могу” поднявший свой взор на собеседника. Смотрел он всё тем же взглядом хулигана со двора, злого, на что-то или на кого-то давно, но сильно обиженного, всё так же искоса, недоверчиво и несколько презрительно. Но теперь уже с некоторой надеждой и теплотой, затлевшей в глубине гранитных глаз. “Ну пожалуйста!” – читалось в них, в выражении лица, во всём Джимми целиком. –Вот оно что,– хмыкнул Кёрли, заметно расслабившись. –ну, хорошо. Давай. Заходи,– Капитан жестом руки пригласил Джимми в свою каюту. Шатен торопливо шагнул внутрь, не то опечалено, не то стыдливо наклонив голову к груди. Через пару минут они оба уже стояли в тесной душевой кабинке под струями чуть тёплой воды. Никто из экипажа не мог позволить себе такой роскоши как горячий душ : горячую воду нужно было экономить, чтобы хватило до конца полёта. Также Пони Экспресс запрещали своим сотрудникам мыться чаще, чем раз в неделю, опять-таки в целях экономии. Но в контракте же не было написано, что членам экипажа нельзя мыться вместе? Густая пена местного шампуня из одноразовых пробников пахла какой-то химией, отдалённо напоминающей ментол. Запах был до того резким, что от него начинало щипать глаза. Впрочем, свежесть он придавал потом надолго, что не могло не радовать в условиях непозволительно длительного нахождения в герметично закрытой жестяной банке, коей был доверенный на ближайший год команде Кёрли «Тулпар». Капитаны – первый и второй – стояли, растирая жгучую мятную пену друг по другу, о чём-то вполголоса говорили в процессе, иногда так тихо, что журчание воды, утекающей в слив на полу, совсем заглушало их слова, и всё смотрели в давно знакомые глаза напротив. За весь полёт они ни разу не были так близко друг к другу. Максимумом, который они могли позволить себе здесь, на чёртовом космическом корабле, дрейфующем в чёртовой звёздной бездне бескрайних галактик, в постоянном стрессе и недосыпе, были короткие объятия за настольной игрой в холле и редкие поцелуи в темноте одиноких коридоров. Этого было ужасно мало. Это было до страшного больно. «Душа не терпит пустоты» – так ведь там этот ваш Янсен Зого писал? «А сердце хочет нежной ласки»? Да, так, кажется. Что же, оказывается, он был прав. Чертовски прав. –Кёрли, я не могу,– сказал Джимми чуть громче, чем ранее. Голос его слегка дрогнул. В следующую минуту шатен прильнул ближе к Кёрли, обнимая его обеими руками, утыкаясь лбом в мокрое плечо. Кёрли ответил ему тем же практически незамедлительно. Обнял, прижал к себе поближе. Такой тёплый, такой мягкий, такой родной. –Джимми, ну ты чего? От воды, что-ли, растаял?– шутливо отозвался Кёрли, поглаживая напарника по влажным волосам. Слушал его дыхание, журчание воды, капли, разбивающиеся о мокрую плитку под ногами, и не мог поверить своему счастью. Сам не зная отчего, Капитан улыбался и чувствовал, будто держит в руках самое настоящее солнце. Его собственный, личный, маленький кусочек позднего летнего заката. –От тебя, Кёрли, от тебя, дурак,– не поднимая головы, пробурчал Джимми. Кёрли улыбнулся незримо для него и поцеловал парня в макушку. Они простояли так неопределённое количество времени. Тратя воду, время, но чувствуя себя невероятно счастливыми, стояли и ничего не хотели менять. Но надо было, потому Джимми и отпрянул, потому и засобирался уже было открыть дверь душевой кабинки. –Джимми,– снова подал голос Кёрли. –ты знаешь, я тут заметил... Ты очень похож на маньяка. Вот смотрю на тебя и вижу, как ты баб по ночам в ванной режешь. У тебя прям и лицо такое, и взгляд, и причёска..,– Кёрли повернул голову Джимми к себе, взяв его пальцами за подбородок. –не думал в кино сниматься? Повисла угнетающая тишина. –Ага, да, обязательно подумаю об этом, когда мы вернёмся на Землю. Тут никого резать пока не собираюсь,– пробубнил шатен после молчаливой минуты раздумий над тем, что выкинул Кёрли. –но знаешь, то, что ты сейчас спизданул, это..,– Джимми снова на время смолк, отведя удивлённый взгляд и почесав мокрый затылок. –это нихрена не романтично. –Я знаю,– совершенно искренне улыбаясь, тихонько посмеиваясь, весело ответил Джимми Кёрли, в следущий миг вновь приобнимая его. Целуя в лоб. Своего. Любимого.