Ветры перемен

Семья Гриндевальд всегда считалась одним из самых влиятельных кланов в волшебном мире. Их союз с Малфоями был крепким, но, как это часто бывает, одно неверное решение Лизы Гриндевальд разрушило их отношения. Все произошло после того, как Лиза, вопреки желаниям своей семьи, отказалась участвовать в темных делах, которые им поручались. Она всегда была иной — слишком доброй и чистосердечной, чтобы стать частью той тьмы, в которой росла. Но и в этом не было ничего удивительного: Лиза обладала слишком большим сердцем для того, чтобы следовать за тенью, которая отравляла души ее близких. Драко Малфой, как и все его родные, был воспитан в духе безжалостности. Малфои не знали милосердия, особенно когда дело касалось врагов. И, когда их союз с Гриндевальдами распался, а Лиза стала для них предателем, отец Драко, Люциус, приказал своему сыну устранить ее. Однако ситуация оказалась куда более сложной: Лиза училась в Хогвартсе, так же, как и Драко. И эта близость сделала задачу убийства почти невозможной. Драко знал Лизу с детства. Ее доброта, ее непоколебимая вера в светлое, несмотря на все темные испытания, заставляли его сомневаться. Он не мог понять, как она может сопротивляться судьбе, когда все остальные вокруг них так легко поддавались тьме. Но в какой-то момент, когда Лиза оказалась на его пути в заброшенном саду школы, он понял, что решимость его отца исполнить приказ все-таки исполнится. Они оказались в забытом коридоре. Драко, сдерживая гнев, прижал Лизу к стене, захватив ее за горло. Он не был готов к тому, что случилось, когда их глаза встретились. И Лиза, в этот момент, как будто и не боялась. Она смотрела на него, словно могла увидеть его душу, которая, казалось, была скрыта под слоями горечи и злобы. Лиза: — Драко… Я знаю… что ты… не такой! Не убивай меня! Я тебе понадоблюсь! Я сделаю все, что захочешь, только не убивай меня! Драко: — Говоришь, сделаешь все? Хорошо. Но тебе будет сложно, потому что ты будешь делать все, что я скажу. Это не обсуждается. Если хочешь жить, согласишься! Лиза не могла спорить, не могла позволить себе умереть. Она не хотела уходить, не выполнив хотя бы одну добрую цель в жизни. Поэтому она согласилась, и с каждым днем ее жизнь становилась все сложнее. Драко, насмехаясь, поручал ей одно дело за другим, не оставляя ни малейшего перерыва. Он наслаждался ее подчинением, но за этим стояло что-то большее, что Лиза не могла понять. Однажды, сидя у озера, Лиза решила заговорить с ним. Она почувствовала, что не может дальше молчать. Лиза: — Драко? Драко: — Чего тебе? Лиза: — Почему ты такой? Драко: — Какой такой? Лиза: — Холодный, отстраненный, грубый, равнодушный, бесчувственный. Драко засмеялся, как всегда, с улыбкой, которая не отражала никаких настоящих эмоций. Он знал, что Лиза не умела плавать. И это стало моментом, когда он решил наказать ее, заставив зайти в холодные воды озера. Лиза не колебалась. Она встала, сняла обувь и пошла в воду. Мысленно прощаясь с Драко, она вдруг почувствовала, что готова сделать этот шаг. Лиза: — Помни обо мне всегда, ибо я тебя сильно любила. Она сняла обувь и зашла в воду. Обернувшись в последний раз, взглянула на Драко. Минут пять она смотрела на него, но затем снова перевела взгляд на воду. Вскоре она пошла глубже, и, не умея плавать, начала медленно опускаться на дно. Через два-три часа Драко, почувствовав, что что-то не так, встал и нырнул за ней. Он вдруг осознал, что натворил. Под водой он искал ее и, наконец, нашел ее тело, лежащее на самом дне озера. В панике он подплыл к ней, взял на руки и вытащил ее на берег. Положив на песок, он пытался понять, дышит ли она. Но она не дышала, ее сердце едва билось, а пульс был едва заметен. Он в ужасе понял, что может потерять ее навсегда. Драко начал делать массаж сердца и искусственное дыхание, но Лиза не приходила в себя. Он не мог остановиться — не мог ее потерять. Прошел целый час, но она так и не пришла в себя. Ее лицо было смертельно бледным, губы синими, а тело безжизненным. Когда Драко уже не мог сдерживать слез, он опустился на колени и положил свою голову на ее грудь. Слезы стекали по его лицу, когда Лиза вдруг выплюнула воду и начала кашлять. Драко не верил своим глазам, с изумлением посмотрел на нее и сказал: — Лиза, ты… ты пришла в себя! Боже, я так испугался, думал, что… Но Лиза не дала ему закончить, с трудом дыша, добавила: — Думал, что не над кем будет потом прикалываться? Драко, послушай меня! Я не хочу такой жизни! Не хочу этих твоих постоянных хотелок! Я устала! Лучше умереть, чем так жить! Ты тупой, идиот! Ты не уважаешь чужие желания, мечты, и то, что люди хотят! Тебя заботит только то, что хочешь ты, вот и все! Пойми, я не твоя игрушка для развлечения! Драко, сжимая кулаки от злости, отвечал: — Раз так… то я отдам тебя в руки отца! Посмотрим, как ты ему запоешь! Но запомни одно! Я тебя от него спасать не буду! Драко решил, что она уедет на время из Хогвартса, и сообщил об этом своим друзьям. Они были очень расстроены: — Лиза, а тебе обязательно уезжать? — спросила Пенси. — Я буду скучать, — добавила Дафна. — И я, — сказала Астория. — Ты стала нам как сестра! — сказал Тео, пытаясь успокоить Лизу. — Сестренка, а куда ты уезжаешь? — спросила Ирэн. — Да, Ирэн права! Я как старший брат хочу знать! — подал голос Харис. — Что вы так переживаете!? — сказала Брук, пытаясь скрыть свое беспокойство. — Да у нас она будет неделю, потом ее заберут ваши дяди и тети, нам так сказал Галлерт Гриндевальд! Лиам, с явной насмешкой, добавил: — А вы тут сопли пустили! Том, понимая, что это тяжело для всех, сказал: — Лиза, если что-нибудь понадобиться, дай знать! Ясно? — Том прав, мы всегда рядом и всегда поможем! — поддержал Тео. — И не смотри на все эти слова Драко! — добавил Блейз, стараясь поддержать Лизу. Лиза, с благодарностью в голосе, ответила: — Спасибо, вам огромное, что вы рядом! И да, Харис и Ирэн, не волнуйтесь, я скоро вернусь, и все будет как раньше, мы будем вместе! Драко уже был готов уходить: — Нам пора, Лиза! Идем! Они отправились на поезд, который увез их в Малфой-Менор. Вскоре, по прибытию, отец Драко, Брук и Лиам жестоко схватили Лизу, вырвав ее волосы, и швырнули ее через всю гостиную. Она рухнула на пол, а Брук испуганно вскрикнула. Лиза, несмотря на боль и страх, начала истерически смеяться. Драко и Лиам стояли с удовлетворением, требуя от своего отца еще сильнее ее бить. Люциус послушно продолжил, заперев Лизу в подвале. Там, в сырости и холоде, Лиза чувствовала, что теперь она умрет. Но она не волновалась. Она знала, что умрет любя Драко, и что останется в его доме, даже если она сейчас находится в подвале. Дни шли, и Лиза, несмотря на жестокие условия, продолжала выживать. И вот однажды, когда ее мучители ушли, она заметила, что дверь в подвал оставлена незапертой. Лиза вышла, и перед ней предстала страшная сцена: кто-то в маске держал жену Люциуса, Драко, Брук и Лиама, а палочка была направлена на самого Люциуса. Когда крики детей не помогли, Лиза встала и встала перед Люциусом, закрывая его спиной. Заклинание попало в Лизу, и она отлетела на несколько метров, сильно ударившись о стену. Люциус подбежал к ней, чтобы помочь, но Лиза уже была почти без сознания. Она едва дышала, когда сказала: — Будьте... счастливы... без той, которая предала всех... своей любовью и заботой о вас... После этих слов она потеряла сознание. Драко, с ужасом, подбежал к ней и начал проверять ее пульс, но не мог его найти. Руки его задрожали от страха. Люциус подбежал к Лизе и взял ее на руки. Сначала он осмотрел творение своих рук, затем взглянул на ее рану, которая кровоточила. Он чувствовал, как тяжело ему было осознавать, что его собственная дочь подвергла страданиям ту девушку, которая сейчас спасала его жизнь. Драко, Брук и Лиам, стоявшие рядом, не могли поверить, что та, кого они видели как жертву, теперь стала спасительницей. Они наблюдали за происходящим в шоке, не понимая, как все это могло измениться. Через несколько минут вызвали семейного врача. Он осмотрел Лизу, обработал маленькие ссадины, наложил швы на ее рану, перевязал и поставил капельницу. Врач посмотрел на Люциуса и произнес: — Она чудом выжила! После всего, что было с ней, но у меня есть один вопрос. — Какой? — спросил Люциус, не сводя взгляда с Лизы, которая лежала на диване. — Сколько ей лет? — Как и мне, 17. А что? — ответил Драко. — Слишком мала еще для того, чтобы пережить все это, — заметил врач, вновь взглянув на Лизу. — Неделю назад у нее умерла мать, а она все равно держится. Но это слишком большой груз для ее юных лет! — Потеряла мать? Еще неделю назад? Почему она мне не сказала? — Драко был потрясен, его голос дрожал от волнения. — Спросите это у нее, когда она придет в себя. Скорейшего выздоровления! — сказал врач, уходя. После его ухода вся семья осталась рядом, чтобы дождаться, когда Лиза очнется. Через час она открыла глаза и, несмотря на свою слабость, села, протянув руки вперед, будто готовясь к очередным наказаниям. Это удивило всех. Драко, Брук и Лиам, стоявшие рядом, не могли поверить, что Лиза, которая только что спасала их отца, снова готова подвергнуться насилию. — Лиза, ты чего? — спросил Драко, не понимая, что происходит. — Как чего? Я выставила руки вперед, чтобы их снова связали, и чтобы меня снова начали бить! Что ты от меня ждешь? — Лиза ответила с растерянным и испуганным выражением. Люциус, вздохнув, произнес: — Милая... ты теперь свободна. Прости меня за все. Я не знал, что у тебя такой тяжёлый путь. Лиза, с дрожью в голосе, резко ответила: — У МЕНЯ НЕ ТРАУР! МАМА ПРОСТО СПИТ! ОНА СПИТ! НЕЛЬЗЯ ШУМЕТЬ, КОГДА МАМА СПИТ! ТИХО! МОЯ МАМА СПИТ! ОНА ДОМА СПИТ! ОНА НЕ УШЛА, ОНА СКАЗАЛА МНЕ, ЧТО НЕ ОСТАВИТ МЕНЯ И НЕ УЙДЕТ! ОНА СКАЗАЛА, ЧТО ИЗ-ЗА КАКИХ-ТО ЛЮДЕЙ ОНА БУДЕТ ОЧЕНЬ ДОЛГО СПАТЬ! МОЖЕТ, ГОД, ДВА, ТРИ! НО ОНА НЕ УМЕРЛА! МАМЫ НЕ УМЕРАЮТ! НЕ БРОСАЮТ ДЕТЕЙ НА ПРОИЗВОЛ СУДЬБЫ! ОНА СПИТ, ОНА СПИТ, ОНА СПИТ, ОНА СПИТ, ОНА СПИТ, ОНА СПИТ, ОНА СПИТ, СПИТ, СПИТ, СПИТ, СПИТ, СПИТ, СПИТ! Все молчали, не зная, как отреагировать. Люциус, Драко, Брук и Лиам стояли в замешательстве, не понимая, как помочь Лизе принять горькую правду. Никто не мог представить, насколько тяжелым было ее горе. Лиза не готова была принять утрату матери и продолжала верить, что она просто спит. Это было для нее единственным способом справиться с болью. Тем временем, ее раны заживали, и после того как она немного восстановилась, Лиза вернулась в Хогвартс, но с одной новостью, которая изменила все. Она была беременна. Да, от Драко Малфоя. Это было тем, что она вынуждена была признать, несмотря на всю свою боль. Сложно было понять, что это за беременность — результат насилия или случайности. Однако Лиза не могла продолжать молчать. Однажды, набравшись смелости, она подошла к Драко, когда рядом были их общие друзья. — Драко, отойдем на пару минут? — сказала Лиза, пытаясь скрыть волнение. — Зачем? Все, что хочешь сказать, говори тут, мне от друзей скрывать нечего! — ответил он с непониманием. Лиза вздохнула и продолжила: — Ты уверен, что хочешь, чтобы твои друзья слышали, что ты переспал со мной? Мало того, так я еще и беременна, придурок! Ты доволен? Рад, что твои и мои друзья узнали правду о тебе?! Все замерли. Харис и Ирэн смотрели на Лизу с недоумением. — Не понял? Это шутка такая? Или что? — спросил Харис. — Лиз, брат прав! Ты не шутишь, правда? Молю, скажи, что это шутка! — добавила Ирэн, глядя на Лизу с растерянностью. — Я бы сама хотела, чтобы это была шутка, но нет, это правда! Вот вам тест на беременность! — Лиза протянула им тест, на котором четко были видны две полоски. Друзья не могли поверить, и Брук с Лиамом, решив разрядить атмосферу, начали петь: — Когда беременна, все это временно! Родная, паники не надо преждевременно, просто поверь мне, ма, давно проверено, всю ночь качай под этот трек уверенно! У нее две полоски, прощай животик плоский! Две полоски, баночки, соски! У нее две полоски, и это не драма! Две полоски, ты теперь папа! В воздухе повисло смешанное чувство тревоги и юмора, и Лиза не могла удержаться от смеха. Но Драко в ответ влепил Лизе пощечину, и она, потрясенная, упала на землю. Брук и Лиам подлетели к ней, и Брук, не выдержав, начала кричать на Драко: — ДРАКО, ТЫ ВООБЩЕ БОЛЬНОЙ? ОНА В ПОЛОЖЕНИИ! И ВООБЩЕ, ДАЖЕ ЕСЛИ БЫ НЕ БЫЛА! ОНА ЖЕ ДЕВУШКА! КОТОРАЯ СПАСЛА НАШЕГО ОТЦА ОТ РАН! ОНА СПАСЛА НАШЕГО ОТЦА, КОТОРЫЙ ПОСТОЯННО ИЗБИВАЛ ЕЕ! У НЕЕ УМЕРЛА МАТЬ! МАТЬ, ТЫ ПОНИМАЕШЬ! НО ОНА СЧИТАЕТ, ЧТО ОНА СПИТ! ВСЕГО ЛИШЬ СПИТ! ДРАКО, ОДУМАЙСЯ! ИНАЧЕ ТЫ ЕЕ ПОТЕРЯЕШЬ! И СВОЕГО РЕБЕНКА ТОЖЕ! — ДА ЧТО ТЫ ГОВОРИШЬ? ПОДУМАЕШЬ, МАТЬ УМЕРЛА! У ВСЕХ МАТЕРИ УМИРАЮТ! А ОНА СОБИРАЕТСЯ ПОВЕСИТЬ НА МЕНЯ ЕГО! ЗАГУЛЯЛА, А ТЕПЕРЬ ГОВОРИТ, ЧТО ОТЕЦ ЭТОГО РЕБЕНКА Я! БРЕД! ПОШЛА ПРОЧЬ! ВИДЕТЬ ТЕБЯ НЕ ХОЧУ! Лиза, положив руку на живот, начала уходить и, шепча себе под нос: — Не пережимай, малыш! Мы справимся с тобой вдвоем! Никто нам не помешает! Ты и я, мы команда! Вместе мы сила! Она шла по коридору, продолжая борьбу с реальностью, не желая верить, что все могло быть так. Но одна мысль не покидала ее — если Драко не полюбит ее, то и ребенка он точно не полюбит. Так проходили все дни Лизы. Ее живот постепенно рос, и с каждым днем ей становилось все тяжелее. Она чувствовала, как меняется ее тело, но одновременно с этим в голове продолжала крутиться мысль о том, что ее будущий ребенок никогда не будет желанным для Драко. Он все время избегал ее, словно надеялся, что все это исчезнет. Но это было невозможно. Вскоре Лиза осознала, что, несмотря на свою боль и страдания, она должна быть сильной ради ребенка. Дни в Хогвартсе становились все труднее. Лиза старалась не показывать, как ей тяжело. Она молчала, не жаловалась на боли, хотя каждое движение приносило дискомфорт. Но самое больное было то, что Драко не хотел признавать, что ребенок был от него. Он постоянно избегал встречи с ней, а когда они все же сталкивались, то не скрывал своего раздражения. — Лиза, зачем ты продолжаешь это? — однажды спросил Драко, глядя на нее с холодным выражением лица. — Тебе не стыдно утверждать, что этот ребенок от меня? Я же не давал тебе никаких обещаний. Лиза только сжала губы, стараясь не заплакать. Она знала, что для него это не было важным. Она не могла понять, как он мог быть таким жестоким. Он не помнил всего того, что было между ними — все те моменты, когда они были вынуждены быть вместе, все, что он с ней сделал. Но она не хотела сдаваться, она не могла позволить ему бросить их ребенка, как он бросал ее. — Ты не можешь этого отрицать, Драко, — произнесла Лиза с усиливающимся чувством внутренней боли. — Это твой ребенок. Ты не можешь просто уйти и игнорировать все, что происходит. Драко отвел взгляд, и его глаза наполнились раздражением, но он не сказал ни слова. Он снова отвернулся и ушел, оставив Лизу в одиночестве. Время шло, и Лиза продолжала скрывать свои чувства. Она по-прежнему пыталась наладить отношения с ним, но все было бесполезно. Но теперь, чем дальше она шла, тем больше понимала, что ей не нужно ждать его признания или поддержки. Она была готова справиться с этим одна. Однако каждый день, каждый взгляд людей вокруг, все эти молчаливые разговоры и подозрительные взгляды все больше становились для Лизы настоящим испытанием. Она чувствовала, как на нее давит весь мир, как она становится чуждой даже тем, кто был ей когда-то близким. В такие моменты она всегда думала о своей матери, о том, как бы она поступила в такой ситуации. Лиза хотела верить, что все получится, что она справится с этим. Но каждый раз, когда она оставалась наедине со своими мыслями, ей становилось страшно. Что будет дальше? Как она будет воспитывать ребенка без поддержки? Без Драко, без тех, кто мог бы стать опорой? Но несмотря на все страхи, она не сдавалась. Ребенок был ее надеждой, ее смыслом. И Лиза знала, что ради него она сможет пройти через любые трудности. Прошли несколько недель, и живот Лизы начал расти. Каждый день она ощущала, как внутри нее растет новая жизнь. Но вместе с этим приходили и новые мучительные боли, которые становились всё сильнее и сильнее. Вскоре, когда Лиза пошла на осмотр к мадам Помфри, та с тревогой сообщила, что роды будут очень сложными и могут стать опасными для жизни девушки. Врачи советовали ей сделать аборт, но Лиза твердо отказалась. — Я не могу... я не могу избавиться от своего ребенка, — сказала она, глядя на мадам Помфри с решимостью в глазах. Мадам Помфри тяжело вздохнула, понимая, что Лиза не изменит своего решения. Она лишь пожелала ей удачи и пообещала, что будет делать все возможное, чтобы помочь ей пройти через это. Тем временем, Лиза решилась на одну важную вещь: она решила сообщить Лиаму и Брук, что беременна, и что она намерена родить ребенка. Она знала, что они будут поддерживать ее, ведь именно они помогли ей пережить многие трудности. Но главное — она просила их не говорить об этом Драко. Однажды в обеденный перерыв, сидя на лавочке в саду, Лиза начала петь, при этом поглаживая живот. Песню, которую она выбрала, она когда-то слышала в детстве, и она всегда ассоциировалась с покоем и утешением. Но в этот раз, по мере того как она пела, эмоции накатывали на нее, и слезы текли по ее щекам. Olur mu? Doluya koysam durur mu? Neleri yüklendi omzum. Demedi bir gün yoruldum. Niye bu uyku. Hüzünün üstüne kuruldu? Delinip geçilemez bir kanun. Güneşi günümüze dar oldu. Слова песню, полные боли и тоски, звучали как молитва, обращенная к будущему ребенку. Лиза старалась убедить себя, что все будет хорошо, что она выдержит. Но слезы, которые катились по ее лицу, говорили о том, как трудно ей сейчас. И вот в этот момент рядом появились Брук и Лиам. Они подошли и стали рядом с ней, внимательно слушая песню. Когда она закончила, Лиам подошел и тихо сказал: — Лиза, ты не одна, мы с тобой. Брук, заметив слезы, тоже присела рядом и обняла Лизу. Лиза сдерживала рыдания, но все-таки призналась им в том, что ей сказала мадам Помфри. — Мадам Помфри сказала, что я могу умереть при родах. Но я не могу отказаться от этого ребенка. Я не могу... я не могу его потерять, — сказала Лиза, крепко сжимая живот. — Я знаю, что, возможно, буду одна в этом, но я не могу бросить его. Лиам и Брук не могли сдержать слез, но они поняли, как сильно Лиза переживает. Брук взяла ее за руку и тихо сказала: — Мы будем с тобой, Лиза. Мы тебя не бросим. Ты не одна. Лиза посмотрела на них, и, чувствуя их поддержку, она почти не заметила, как успокоилась. Это было то, что ей было нужно — чья-то поддержка. Но Лиза также попросила их не говорить о ее решении Драко. — Пожалуйста, не говорите ему. Я... я не знаю, как он отреагирует, и мне не нужно, чтобы его слова сломали меня. Он не поймет, — сказала Лиза, качая головой. Брук и Лиам кивнули. Они понимали, что для Лизы это было важно. — Мы не скажем, Лиза, — обещал Лиам, и Брук подтвердила его слова. С этого момента Лиза почувствовала, что несмотря на все испытания, она не будет одна. Но впереди еще оставался долгий и трудный путь... Прошло несколько дней с того момента, как Лиза рассказала Брук и Лиаму о своей беременности, и каждый день становился для неё всё более тяжелым. Драко, как всегда, избегал разговоров с ней и не проявлял никакой заботы. Лиза не могла больше скрывать правду, и, несмотря на свою боль и переживания, решила поговорить с ним, несмотря на страх перед его реакцией. Она знала, что если он узнает от кого-то другого, это будет еще хуже. Однажды, в солнечный день, все они собрались в школьном саду. Лиза сидела на одной из лавочек, поглаживая живот, как обычно, пытаясь успокоиться. Драко, заметив её, подошел к ней, но его взгляд был холодным, а выражение лица — насмешливым. — Ты что, с ума сошла? — сказал он, увидев, как Лиза поглаживает живот. — Ты что, всем этим хочешь показать, что теперь ты "мать"? Хватит строить из себя святую. Лиза подняла голову и встретилась с его взглядом. Она уже не могла терпеть его высокомерие и холодность. — Ты не имеешь права так говорить! — воскликнула она, стоя с места и сжимая кулаки. — Ты не понимаешь, что я переживаю! Ты не понимаешь, что я... я... беременна! И я не могу отказаться от этого ребенка! Все вокруг замерли, несколько учеников, которые случайно проходили мимо, остановились, глядя на сцену. Драко вначале был в шоке от ее слов, но быстро пришел в себя и с издевкой усмехнулся. — Беременна, говоришь? Это твое "счастье"? — его голос был полон насмешки. — Ты понимаешь, что для меня это вообще не имеет значения? Я не собираюсь быть каким-то идеальным мужем или отцом, чтобы спасать тебя. Ты, как всегда, потащила меня в эту ситуацию. Лиза почувствовала, как кровь отливает от ее лица. Сердце сжалось от боли, но она не собиралась отступать. — Ты не понимаешь, Драко! Ты никогда не поймешь! — сказала она, пытаясь сдержать слёзы. — Я не прошу твоей помощи. Я не прошу тебя быть идеальным. Но я не собираюсь отказываться от своего ребенка только потому, что ты не хочешь этого. Лиза сделала паузу, глядя ему в глаза, и продолжила: — Ты что, думаешь, что я сама не знаю, какой будет моя жизнь? Я потеряла мать, я переживаю боль, которую ты даже не можешь себе представить, и я... я не хочу, чтобы мой ребенок переживал то же самое. Я не буду его бросать, Драко! Он не будет таким же, как ты! Драко явно был раздосадован её решимостью и резко подошел ближе, его глаза вспыхнули злостью. — Ты с ума сошла, Лиза! Ты не можешь сделать этого! Ты даже не понимаешь, что ты делала, когда всё это случилось! Ты не можешь, ты не имеешь права! Ты думаешь, ты меня любишь? Или это твое самообманство? Лиза покачала головой, пытаясь сдержать свои эмоции. — Я не люблю тебя, Драко. И никогда не любила! Ты меня использовал, и я позволила себе быть использованной, но этого больше не будет! — вскричала она, сжимая кулаки. — Я никогда не буду жить в твоем мире. Я буду бороться за своего ребенка, даже если это означает, что я буду одна! Драко отступил на шаг, и его лицо на мгновение потемнело от злости, но тут же он снова наклонился вперед, его голос стал низким и угрожающим. — Ты не можешь сделать этого, Лиза! — сказал он, сжимая зубы. — Тебе нужно понимать, что ты теперь связана с этим, и я могу сделать твою жизнь настоящим кошмаром! Ты думаешь, что я не смогу сделать всё, чтобы ты пожалела о своем решении? — Ты не можешь меня запугать! — ответила она, не отступая. — Я уже пережила самое страшное, что могло быть, и ты больше не можешь меня сломать! Драко нахмурился, его лицо перекосилось от ярости, но затем, словно решив, что больше не стоит тратить на неё силы, он резко развернулся и ушел. Его шаги эхом отдались по саду, а Лиза стояла на месте, тяжело дыша. Она знала, что этот конфликт был только началом. Она понимала, что Драко никогда не примет её решения, но для неё было важно одно: она сделала свой выбор. И несмотря на то, что ей было страшно, она была готова бороться за своего ребенка. Тишина в саду продолжалась ещё несколько мгновений, пока Лиам и Брук не подошли к ней, поддерживая её молчанием. Лиза повернулась к ним с надеждой в глазах. — Ты не одна, Лиза, — сказал Лиам, приобнимая её. — Мы с тобой, — добавила Брук, и они втроем молча смотрели, как уходил Драко, оставив их в своем мире, который теперь казался всё более чуждым для Лизы. Прошло несколько дней после их ссоры, но Драко продолжал избегать Лизы, считая, что её беременность — просто очередной способ привлечь к себе внимание. Он не осознавал всей тяжести её положения, не знал, что её жизнь и жизнь будущего ребенка под угрозой. Для него это было лишь неудобством, которое, по его мнению, нужно было игнорировать. Он не знал, что каждый день для Лизы был мучением, что её беременность была не только нежеланной, но и рискованной. Лиза продолжала ходить по школе, старательно скрывая свою боль и сдерживая слёзы. Она не могла никому рассказать правду о состоянии своего здоровья, особенно Драко, который, казалось, все время упрекал её за то, что она не отказалась от ребенка. Как-то утром в коридоре Хогвартса Драко встретил Лизу. Он не был в настроении сдерживаться и подошел к ней, насмешливо улыбаясь. — Ну что, Лиза, как там твой "чудо-ребенок"? Ты не устала всем об этом рассказывать? — сказал он, глядя на неё с явным презрением. — Ты же знаешь, что я не собираюсь быть "идеальным отцом". Так что не жди от меня ничего. Лиза сдерживала боль, но внутри её сердце разрывалось. Она не могла понять, как человек, с которым она когда-то делила много моментов, мог быть таким жестоким. Она хотела что-то ответить, но вместо слов лишь сжала кулаки. — Тебе не понять, Драко! — воскликнула она, пытаясь удержать слёзы. — Я не прошу тебя быть идеальным, но ты не имеешь права меня так унижать! Он смеялся в ответ, продолжая смотреть на неё с презрением. — Унижать? Ты сама выбрала этот путь! Ты думала, что все будет по-другому? Что я буду заботиться о тебе? Лиза, тебе стоит забыть обо мне. Это твоя проблема, не моя. Если ты так хочешь остаться в этой ситуации, то что ж, — я не буду тебя спасать. Драко начал уходить, но перед тем как уйти, он еще раз бросил на неё взгляд. — Ах да, ещё одна вещь, Лиза, — добавил он, смеясь. — Насчет твоего ребёнка. Подумаешь, потеряешь его... Ну и что? Он не стоит того, чтобы я вмешивался. Сердце Лизы сжалось. Она стояла в коридоре, пытаясь не расплакаться, и осознавала, что этот человек, который когда-то был ей близким, теперь стал настоящим монстром. Его слова были как нож в спину, а её собственная беспомощность с каждым днём становилась все острее. Драко ушел, оставив Лизу в полном одиночестве. Он не знал, что её беременность была намного более опасной, чем он мог себе представить. Лиза не могла рассказать ему правду, ведь даже врачи предупреждали, что её жизнь и жизнь малыша под угрозой, и что ей стоит подумать о прекращении беременности. Но для неё это было не выбором — она не могла отказаться от ребенка, даже если это означало риск для её жизни. Только врач мадам Помфри знала, насколько это опасно, но Лиза обещала ей, что не сдастся. Она верила, что её сила и любовь к ребенку будут достаточными, чтобы выжить. Однако никто, кроме неё, не знал, с каким кошмаром ей предстоит столкнуться. Прошли недели, и Лиза чувствовала себя все хуже. Боли в животе усиливались, но она старалась не показывать этого, продолжая ходить по школе, притворяясь, что всё в порядке. Даже Брук и Лиам, которые были рядом с ней, начинали замечать, что Лиза выглядит всё более уставшей и иссушенной. Они предостерегали её, что ей нужно быть осторожнее, но Лиза оставалась решительной. Однажды, в поздний вечер, когда Лиза возвращалась в свою комнату, Драко неожиданно появился в коридоре. Он был с горечью и без всякой жалости, смотря на неё с излучающей холодной яростью. — Ты не понимаешь, Лиза, — начал он. — Ты все равно будешь делать вид, что я виноват? Ты снова надеешься на меня? Я тебе ясно сказал, что не буду принимать твое "чудо", так что не говори мне, что мне нужно что-то делать. Лиза не могла больше сдерживаться. Она почувствовала, как её тело начинает сотрясаться от боли, но стиснула зубы, чтобы не показать слабость. — Ты ничего не знаешь, Драко! — ответила она, но её голос был хриплым. — Ты даже не догадываешься, что происходит со мной! Ты думаешь, я прошу тебя быть отцом? Я прошу тебя понять, что я не могу отступить! Это не твой ребенок — это мой ребенок, и я буду бороться за него, даже если это значит, что мне придется пережить боль и страдания! Её слова зазвучали как последний крик в тёмном коридоре, но Драко лишь хмыкнул, не желая отвечать на её слова. Он понимал, что она не сдастся, но у него не было ни малейшего желания что-то менять. — Ты можешь сделать, что угодно, Лиза. Это твоя жизнь, не моя. Так что не ждите от меня ничего, — сказал он и отвернулся, не оборачиваясь, пока не исчез в темных залах Хогвартса. Лиза осталась стоять одна, сердце разрывалось от отчаяния, но она не могла позволить себе сломаться. Она должна была бороться. За себя, за своего ребенка. Драко остановился, когда услышал сильный грохот. Он с недоверием огляделся, прежде чем его взгляд зацепился за Лизу, которая лежала на полу, без сознания. Его сердце на мгновение замерло, а потом страх и раздражение переплелись в едином порыве. Он подскочил к ней, мгновенно оказавшись рядом. — Лиза! — окрикнул он, не пытаясь скрыть тревогу в голосе. Он аккуратно поднял её, ища у неё пульс. В голове его крутились только вопросы: что с ней, почему она не сказала ничего об этом, что она вообще делает в таком состоянии? Лиза была бледной, её дыхание было тяжёлым и прерывистым, а тело казалось совершенно безжизненным. Он попытался вернуть её в сознание, потряхивая за плечи и снова называя её имя. Однако никакой реакции не последовало. Заметив, что она всё еще не приходит в себя, Драко схватил её на руки, стараясь быть как можно более осторожным. Всё, что ему было нужно, — это отнести её в безопасное место, возможно, к врачу или к кому-то, кто мог бы помочь. Но его мысли и эмоции путались. Это было нечто большее, чем просто беспокойство — это было чувство вины, которое он, несмотря на все свои старания, не мог игнорировать. — Чёрт, Лиза... что ты наделала? — прошептал он, будто обвиняя её в том, что случилось, хотя прекрасно знал, что она просто переживает за своего ребёнка и свою жизнь. Когда Драко добрался до ближайшей комнаты, он уложил её на кровать и тут же направился к двери, чтобы найти кого-то, кто мог бы помочь. В его мыслях было одно: он не мог позволить ей погибнуть. Даже если бы он не хотел быть частью её жизни, он не мог допустить, чтобы она исчезла вот так, даже если он не знал, что с ней случилось. Он побежал к медсестре, мадам Помфри, и в панике сообщил, что Лиза потеряла сознание. Вскоре они вернулись, и врач начала осматривать Лизу. Мадам Помфри была профессионалом и сразу принялась за работу, но Драко стоял в стороне, чувствуя себя совершенно беспомощным. Он никогда не был рядом, когда она нуждалась в нём, и теперь, когда ситуация была серьёзной, он не знал, что делать. Мадам Помфри приняла меры, чтобы стабилизировать её состояние, но не могла не задать вопросы. — Почему она не пришла ко мне раньше? Почему не сообщила о своём состоянии? — говорила она, продолжая работать. — Она не хотела, чтобы кто-то знал, — сказал Драко, хотя сам не мог понять, почему он так ответил. Может, он всё же переживал, но слишком сильно гордился, чтобы признать это. Тем временем Лиза начала приходить в себя. Ее глаза медленно открылись, и она увидела Драко стоящего рядом. Он был на грани истерики, но старался этого не показывать. — Ты… в порядке? — его голос был напряжённым, и это было заметно даже для неё. Она слабо кивнула, хотя боли не уходили. Лиза знала, что её состояние ухудшается, но отступать было уже слишком поздно. — Ты в порядке? — Лиза едва сдерживала голос, пытаясь улыбнуться, несмотря на боль. — Ты должна была сказать мне, что с тобой что-то не так! — буркнул Драко, нервно отводя взгляд. Лиза смотрела на него и понимала, что даже в этот момент он не может простить себя за всё, что произошло. В его глазах был страх и непонимание, но также и какое-то беспокойство, которое он пытался скрыть за маской злости. — Я не могла… — тихо произнесла она, осознавая, что в этих словах звучала вся её неуверенность и боль. Мадам Помфри, продолжая работу, бросила взгляд на Лизу и Драко. — С этим состоянием нельзя медлить, нужно принимать меры немедленно. Тебе нужно больше отдыхать, иначе последствия могут быть фатальными. Лиза чувствовала, как её силы покидают её, но она решила, что, несмотря на всё, она не может позволить себе сломаться. Она должна была продолжать бороться, не только за себя, но и за ребёнка. Драко остался молчаливым, его мысли блуждали, но он не знал, что сказать. Всё, что он знал — это то, что Лиза нуждалась в помощи, и ему не оставалось ничего другого, как быть рядом, даже если он не был готов принять ответственность за случившееся.