Под небом голубым

Дорога по берегу заняла около часа. С неба нещадно палило солнце, и спасал от него только прохладный ветер с воды. Ребята прыгали с камня на камень, оскальзываясь на гладкой поверхности и тихо матерясь. Река шумела и весело плескалась, словно разыгравшийся ребёнок. Огромные валуны, встречающиеся на пути, ей не были помехой и своё название река вполне оправдывала. Прыгнув на очередной камень, Стас потерял равновесие и чуть не завалился назад, но сильные руки его подхватили и поставили на место. – Как прошлый раз, помнишь? – услышал он жаркий шёпот, и Васькина рука скользнула по бедру. – Ты чего меня лапаешь? – от неожиданности вскрикнул Стас. – Я думал, тебе это нравится, – зло рассмеялся Васька, – ты уже второй раз падаешь в мои объятья. Стас хотел ответить на Васькину колкость, но за него внезапно вступилась Аня. – Между прочим, у Стаса в Москве есть девушка, – сказала она, обгоняя ребят, – они с ней гуляют и ходят в кино. А ещё она красивая. – Очень интересная информация, – хмуро ответил Васька, отпуская Стаса и прыгая на очередной камень, – теперь мне намного спокойнее, – и он быстро скрылся за Мишаниной спиной. Стас ликовал. Несмотря на то, что его рассказ был немного романтизирован  женской логикой Ани, он подействовал на Ваську отрезвляюще. И тот факт, что его раздражают разговоры о Лизке, Стасу нравился. Колян свернул в сторону от реки и путники с облегчением вздохнули, идти по ровной земле было легче. Но радость была недолгой. Остановившись у входа в лес, Колян приказал встать гуськом. – Дорога узкая и пройти можно только по одному, – с серьёзным видом сказал он. – Этсамое… за ветки держитесь, потому что идём в гору. Девчонок страхуйте сзади, чтобы не упали. Пошли… И группа ринулась покорять гору. Подъём действительно был довольно крутым, ветки и стволы деревьев помогали, но осложнялось всё тем, что в рот, нос и уши лез жужжащий мелкий гнус. Его было так много, что приходилось отмахиваться обеими руками, а это затрудняло движение. Устав от навязчивой мошкары, Стас остановился, вынул из кармана жестянку «Звёздочки» и попытался её открыть. Но крышечка бальзама так плотно прилегала, что открыть её можно было, только подцепив край чем-то острым. – Чего стоим? – услышал Стас окрик снизу. – Принцесса решила марафет навести, – хохотнул сверху Васька. – Вот сука… – тихо прошептал Стас то ли «Звёздочке», то ли Ваське. – Вот, возьми, – сказал Руслан, стоявший позади, и протянул баллончик с нарисованным комаром. – Спасибо, – облегчённо вздохнул Стас и, закрыв глаза, тщательно обрызгался. Тропинка вывела путешественников на небольшое плато, а потом резко пошла вниз. Тут тоже пришлось держаться за ветки, поскольку спуск оказался очень крутым. К счастью, он был недолгим, и тропинка быстро упёрлась в кромку густого леса. – Последний рывок и мы на месте, – крикнул друзьям Колян и шагнул в чащу. Ребята так устали, что едва передвигали ноги. Проводник вывел их на небольшую поляну и все с облегчением расселись на стволы поваленных деревьев. Закусывая хлебом остатки сала, путники стали слушать инструктаж. – Этсамое… – начал Колян, – далеко не расходимся. Каждые двадцать минут перекличка. Мы, этсамое, немного задержались на привале, и теперь на сбор грибов времени меньше. Сейчас почти час дня, а темнеть начинает в девять. Значит, у речки мы должны быть не позже шести. – А как выглядят эти грибы? – спросил Стрельников, снимая сапоги и шевеля пальцами на ногах. – Этсамое, – стал объяснять Колян, – других грибов пока нету, так что вы их ни с чем не перепутаете. Если что, они коричневые и шляпки у них подняты вверх, рюмочкой. Растут на мхе, так что, этсамое, смотрите возле корней деревьев и на пнях. – А откуда ты про них знаешь? – поинтересовался Мишаня. – Отец показал. Аткыны непьющие, как и все малые народы, им вообще пить противопоказано, потому что привыкают быстро. Вот они и снимают усталость этими грибами. А ещё они из них разные лекарства делают. Короче, этсамое, очень полезный гриб. Немного передохнув, ребята отправились на поиски. Стас нарочно чуть задержался на поляне, чтобы посмотреть, в какую сторону пойдёт Васька. Выбрав противоположное направление, он смело вошёл в лес и споткнулся о первый же корень. Лес оказался труднопроходимым. Никаких тропинок и дорожек в нём не было, поэтому пришлось продираться через кусты и бурелом. Спустя час Стас так и не нашёл ни одного гриба, зато умудрился оцарапать щёку об сук и, зацепившись за ветку, оторвать карман от ветровки. Стас нашёл подходящий пенёк, но чтобы к нему подойти, пришлось перелезать через полусгнившее дерево. – Нашёл чего? – услышал он голос Васьки. От неожиданности Стас вздрогнул, соскользнул с гнилого бревна и упал, провалившись рукой в ямку между корней. – Н-нет… – ответил Стас, пытаясь встать, но ремешок от часов зацепился за что-то и не давал вытащить руку. – А чо такой испуганный? – нагло усмехнулся Васька. – Потому что тебя, ненормального, не ожидал тут встретить, – зло процедил сквозь зубы Стас. – Чего тебе надо? Васька медленно подошёл к нему и, сунув руку в карман, достал из него складной нож. Он присел на корточки рядом со Стасом и громко щёлкнул лезвием. Стас вздрогнул и зажмурился от страха. – Я, конечно, ненормальный, но не душегуб, – сказал Васька и, встав на колени, начал раскапывать ямку, в которую провалилась рука Стаса. Стас открыл глаза и его сердце бешено забилось. Золотые волосы Васьки светились в солнечном луче, падавшем сквозь листву, а в их завитках запуталась тонкая веточка. Стас машинально протянул свободную руку и вынул эту палочку. – Ты чего? – Васька поднял на него глаза и Стас просто утонул в этой чистой голубизне. Обхватив рукой Васькину шею, он потянулся и жадно впился в его губы. Жаркий поцелуй увлёк обоих в горячий водоворот, но через несколько секунд Васька вскрикнул и резко отстранился. – Ты целоваться не умеешь, – улыбнулся он, трогая пальцем опухшую губу. – Это мой второй поцелуй в жизни, – покраснел Стас. Васька хотел что-то ответить, но в этот момент неподалёку хрустнула ветка и между кустов появилась фигура Мишани. Постучав палкой по пню, он долго разглядывал что-то под ногами, потом поднял глаза и удивлённо уставился на Ваську и Стаса. – Вы чего тут? – спросил он ребят, глядя то на Стаса, то на Ваську. – Да вот… – ответил Васька, – рука у него в дырку провалилась. Ремешок за что-то острое зацепился, я никак его снять не могу. – Так режь ремень, – посоветовал Мишаня. – Нет! – дернулся Стас. – Это часы отца. – Отец – это святое, – кивнул Мишаня, подходя ближе. – Давай вместе что-нибудь придумаем. Вдвоём с Васькой они разрыли ямку и, подцепив снизу палкой, вытащили на свет небольшую жестяную коробку. На коробке была когда-то то ли ручка, то ли замок, как раз за его ржавые остатки и зацепился ремешок часов Стаса. – Может, там клад? – предположил Мишаня, обтирая рукавом куртки крышку коробочки. – Да фигня там какая-нибудь, – махнул рукой Васька, – выбрось да забудь. – Погодите! Не выбрасывайте, – Стас поднялся на ноги и подошёл к парням. – Смотрите, тут написано «Печенье «Нежное». Кондитерская Лейбмана. 1894 год». Это же раритет, можно в музей сдать. – Вот ты и сдавай, – ответил Васька, грубо пихая коробочку в руки Стаса. – И ещё… Ты бы очки протёр, очконавт, а то ни хрена не видишь под ногами! С тем же успехом ты мог рукой провалиться в змеиную нору. А змейки в этих местах не то что в вашем зоопарке, могут и кусануть.