Of Logic and Perception

— Кохаку? На Острове сокровищ ясное солнечное утро, погода идеальная для отплытия. Все заняты подготовкой к возвращению в деревню Ишигами, где Сенку намерен сдержать своё обещание спасти Цукасу. Кохаку, взвалив на плечи две огромные корзины с едой, помогает загружать корабль провизией. Услышав своё имя, она останавливается и оборачивается, чтобы посмотреть на Амариллис, красивую девушку, с которой они подружились на Острове сокровищ. Амариллис заламывает руки, вид у неё немного огорчённый. — Что-то не так? — спрашивает Кохаку, опуская корзины на землю. — Я... я... я буду скучать по тебе! Пара тонких рук внезапно обхватывает Кохаку, заключая в крепкие объятия. Сначала она в шоке. Никто, кроме Рури, никогда не обнимал её, и она замирает на несколько секунд, но вскоре на лице появляется нежное выражение, и она тепло обнимает в ответ, отчего Амариллис начинает всхлипывать. — Ещё увидимся, я обещаю. Мы приплывём навестить тебя. Или ты можешь навестить нас, — говорит ей Кохаку. — Я подслушала, как Рюсуй и Касеки делились планами корабля с деревенскими ремесленниками. С помощью науки мы сможем преодолеть расстояние. — З-знаю. Это то, чему вы нас учили, — Амариллис улыбается сквозь слёзы. — Позаботься о нём ради меня, хорошо? Брови Кохаку сходятся на переносице. – О ком? Несмотря на заплаканное лицо, девушка закатывает глаза. — О ком же ещё? О Сенку! — Э-э-э..... Он может позаботиться о себе лучше, чем кто-либо другой. — Кохаку! — Глаза Амариллис сужаются. — Ты действительно такая же, как он? — Хах? Что ты имеешь в виду? Она нисколько не похожа на Сенку. В отличие от Хрома, она не занимается наукой. — Ну, на него никогда не производила впечатления моя красота. Я много раз пыталась. А я очень красивая, знаешь ли, — Амариллис драматично вздыхает. — Ну-у-у-у… — Кохаку покрывается испариной. — Так что я чего-то не понимаю. Его что, не привлекают женщины? И вы получается похожи? У вас у обоих нет чувств? — Не думаю, что одно обязательно связано с другим, — к этому моменту лицо Кохаку стало совершенно невозмутимым. — Всё равно! Просто, просто пообещай мне, что присмотришь за ним. Возможно, он – единственная надежда человечества. Когда Амариллис так пристально смотрит, Кохаку не остаётся сказать ничего другого. — Х-хорошо. *** Неужели у вас у обоих нет чувств? Сейчас они посреди моря и через несколько часов возвратятся в деревню Ишигами. Она стоит на стреме, забравшись на самую высокую часть задней мачты, где её острое зрение наиболее полезно. Каким-то образом слова Амариллис застревают в голове и отказываются выходить. Даже морские путешествия, которые так и остаются для неё чем-то новым, не могут отвлечь настолько, чтобы она забыла об этом. Ну, конечно, есть у неё чувства. Неприятно это признавать, но она практически одна из самых вспыльчивых и импульсивных жителей деревни. Она не выносит, когда друзья страдают или попадают в плен, о чём свидетельствует то, что она почти в одиночку бросилась спасать Хрома, или то, что её пришлось сдерживать физически, когда Ибара разрушал статую Рюсуя. Затем была Рури. Она готова была буквально на любые жертвы ради Рури, даже на то, чтобы их отец отрекся от неё. Честно говоря, она чувствует, что слишком сильно переживает за всё. Пережито слишком много ситуаций, когда эмоции брали верх, и она действовала необдуманно. Главной из них была борьба с Цукасой, в результате которой она потерпела поражение и оказалась в ловушке под стволом дерева. Если бы не своевременное прибытие Сенку, кто знает, сколько времени прошло бы, прежде чем кто-нибудь нашёл её. И был тот раз, когда Гену пришлось выручать с помощью этого "третьесортного показного" фальшивого поцелуя с Сенку. Не самый удачный момент для неё, конечно. Кстати, о Сенку... Её взгляд падает на палубу, и даже без превосходного зрения легко выделить его из толпы. Одни только волосы были как маяк. Как, чёрт возьми, ему удается укладывать их таким образом? Она не станет притворяться, что не понимает, что имела в виду Амариллис. Она призналась в этом Мозу во время их схватки, когда он спросил, какие мужчины ей нравятся. Сильные сердцем. Способные бесконечно, шаг за шагом, разрушать то, во что верят. Именно такие мужчины её привлекают. Она понимает и признает, что её привлекает Сенку. Это почти слово в слово то же самое, что она сказала ему в день знакомства. Прошедший год, с тех пор как он пришёл в их маленькую деревню, был самым захватывающим в её жизни, и впервые она почувствовала, что есть большая цель, которую она должна достигнуть. Она видит, как будущее человечества разворачивается прямо на глазах. И это было бы невозможно, если бы она не встретила Сенку. *** — Кажется, я наконец-то кое-что поняла. На данный момент они одни в каюте связи, только что сообщив Рури о скором возвращении и предполагаемом времени прибытия. — Ха? — Сенку бросает на неё косой взгляд. — Потрудись объясниться. Кохаку смотрит ему прямо в глаза. — Когда мы впервые встретились, ты сказал, что разум, полный любви, – самое нелогичное на свете. Сенку приподнимает бровь. — Так оно и есть. И что? — А то, что ты натренировал свой мозг не поддаваться влиянию, не испытывать эмоций. Внешне ты отвергаешь любые проявления привязанности и держишься в стороне от людей. — Я бы вряд ли назвал построение Царства науки отдалением от людей. — Физически – нет. Но в эмоциональном плане ты держишься на расстоянии. Глаза Сенку сужаются. — К чему ты клонишь, Кохаку? Я уже говорил, что это нелогично. Любовь нелогична. Эмоции нелогичны. — Именно так. Ты говоришь, что это нелогично, но я видела иначе. Ты пожертвовал собой ради Юзурихи, даже если это было нелогично для науки. Когда нам понадобилась серная кислота для антибиотика, ты хотел уберечь Хрома от опасности, хотя прекрасно понимал, что логичнее сначала обеспечить свою собственную безопасность. Ты построил транспортное средство, предназначенное для перевозки стариков, чтобы им не пришлось идти пешком. Ты ведёшь себя так, будто тебе всё равно, но на самом деле тебе всё не безразлично, не так ли? Они долго смотрят друг на друга. Ей не хотелось быть такой дерзкой. Слова просто вырвались сами собой. На кончике языка вертится извинение, но тут Сенку ухмыляется, скрещивает руки на груди и прислоняется к консоли связи. — Ген подсказал тебе парочку трюков или что-то в этом роде? — спрашивает он. — Ты, похоже, удивительно увлечена анализом моих действий. Не хочешь рассказать почему? Он дразнит её, но Кохаку отказывается принимать. Наверное, ей следует просто сказать, что у неё на уме. — Ты боишься. Это стирает ухмылку с его лица. — Повтори! Кохаку делает шаг навстречу. — Твоё оружие и твой щит – наука. Всегда было и всегда будет. Это значит, что ты боишься всего, чего наука не может объяснить. Например, эмоций. А ещё любовь... Сенку просто смотрит в ответ. Она почти слышит, как шестеренки в его голове вращаются с рекордной скоростью, обрабатывая услышанные наблюдения. Наконец, он расцепляет руки и кладёт ладонь на стену рядом с её ухом. Выражение его лица непроницаемо, и Кохаку в замешательстве, что она, возможно, перешла черту дозволенного. Но его голос спокоен, когда он говорит ей: — Ты думаешь, что раскусила меня, не так ли? Он наклоняется ближе, и его фирменная ухмылка возвращается на место. Когда он снова заговаривает, она чувствует, как его дыхание обдувает её ухо. — Ты права. Я не могу полностью избавиться от эмоций. В конце концов, это часть того, что делает нас людьми. Я не непогрешим. Но в одном ты ошибаешься, Кохаку. Я ни на йоту не боюсь. Когда мы спасём человечество и, наконец, докопаемся до сути тайны окаменения, я докажу тебе это. — А до тех пор? — спрашивает она. — А до тех пор... ну, разве это не очевидно? Будем действовать методом проб и ошибок. Кохаку улыбается. — Так и думала, что будет что-то в этом роде. Жду с нетерпением. — Можешь на десять миллиардов процентов рассчитывать на это.