"Серебряные нити судьбы"

      В тени величественного дерева уютно устроился златовласый эльф с книгой в руках. Его волосы, сияющие, как солнечные лучи, мягко искрились в свете, пробивающемся сквозь листву, а лицо отражало безмятежность, присущую лишь тем, кто глубоко погружен в мир фантазий и историй. — «Как же интересно! Как он сумеет выбраться из этой безвыходной ситуации? Неужели он предпочтёт лицом к лицу встретиться со смертью, лишь бы защитить тех, кто дорог его сердцу?» — раздался мягкий и мелодичный голос, словно шёпот ветра, что был полон участия и трепета за судьбу главного героя книги. — «Он такой благородный человек!»       Внезапно над ним послышался звонкий смех, и вскоре появился сам обладатель этого голоса. Свесив голову, кудрявый юноша с сияющей улыбкой крепко держал в руках тяжёлую книгу. Его яркие голубые глаза сверкали, как ясное небо, обрамляя светом его лицо, наполненное юношеским восторгом. — «Эграссель! Смотри, что я тебе принёс!» — воскликнул Рома, едва ли не тыкая книгой в лицо эльфу, который с любопытством и весельем наблюдал за своим лучшим другом. Тот наконец слез с ветки, на которой висел всё это время, и спрыгнул на мягкую траву. — «Кольцо Власти: Братство Героев»! Если бы ты знал, сколько миров мне пришлось пересечь, лишь бы заполучить этот единственный экземпляр! Я даже Фляжку и Андрея захватил с собой, чтобы не так грустно было. А самое неприятное — мне пришлось пообещать, что в течение месяца не буду подкатывать к Фляжке!»       Завершив свою бурную речь, Рома наконец обратил внимание на эльфа, который, прикрывая лицо рукой, старался скрыть улыбку. Но его сверкающие золотые глаза выдали его истинные чувства. Он явно наслаждался моментом, несмотря на попытки сохранить серьезность. Рома, заметив это, усмехнулся и, драматично закрыв грудь, воскликнул: — «Ассель! Как ты мог смеяться надо мной? Ты ранил меня прямо в сердце!»       Не сдержавшись, эльф звонко рассмеялся, ведь его лучший друг всегда был превосходным актёром, умевшим поднять настроение и поддержать в трудный час. Как жаль, что Архей не стал родным миром Ромы, возможно, тогда всё сложилось бы по-другому. Понурив голову от печальных мыслей, что вновь напомнили о себе, Эграссель тихо произнёс: — «Рома, ты ведь знаешь, как искренне я ценю нашу дружбу. Ты стал мне словно брат, и я благодарен за каждый миг, проведённый с тобой.»       Рома, почувствовав перемену в настроении друга, подвинулся ближе и мягко положил руку на плечо эльфа. — «Эй, Ассель, что тебя беспокоит? Ты знаешь, что можешь довериться мне.»       Эграссель поднял голову, оторвавшись от колен, в которые успел уткнуться, и, заглянув в глаза Роме, словно найдя там искомое, с облегчением продолжил: — «Просто… Иногда я задумываюсь о том, как могла бы сложиться наша судьба, если бы ты родился в Архее. Если бы ты был моим чистокровным братом, возможно, мы смогли бы изменить так много! Мы вместе распространили бы знания, открыли бы новые горизонты, предотвратили бы начало эпидемии и не позволили бы страдать никому! И моя семья… была бы… целой…»       Под конец своей речи эльф совсем замолк. Его острые уши поникли, а сам он нервно перебирал края своей зелёной туники. Сердце Ромы сжалось, сейчас его друг очень уж напоминал ему маленького испуганного щенка, который нуждался в поддержке и утешении.       Не придумав ничего лучше, Рома решил использовать самый действенный способ поддержки, что он знает: объятия. Он осторожно подвинулся к Эграсселю и, обхватив его плечи руками, крепко прижал к себе. В этот момент все слова казались лишними — иногда молчание и тепло дружеских объятий говорят гораздо больше.       Эграссель сначала напрягся от неожиданности, но затем его тело расслабилось, и он уткнулся лицом в плечо Ромы. Тот чувствовал, как его худи становится влажным от едва сдерживаемых слёз друга. Рома нежно гладил Эграсселя по спине, шепча успокаивающие слова: — «Ну ты чего, Ассель. Ты ведь помнишь, что не один, не так ли? У тебя куча друзей в Белегосте, которые всегда готовы тебя поддержать! И у тебя есть такой замечательный иномирный друг, как я! Ты не одинок, ушко, оглянись и заметишь, сколько людей о тебе заботятся.»       Эграссель поднял глаза, его взгляд был полон боли и растерянности. — «Отец больше не возвращается домой с тех пор, как мама воссоединилась с духами. Он заперся в своей лаборатории и никого не впускает туда. Последний раз, когда я его видел, он выглядел таким истощённым...» — с горечью в голосе произнёс Эграссель.       Уткнувшись обратно в грудь друга, тот тихо продолжил: — «Мне страшно, Ром. Я как будто потерял обоих родителей сразу! Самое неприятное — я чувствую, что с ним что-то не так. Он словно стал другим… Более холодным и далёким, будто часть его души исчезла вместе с мамой. Я не понимаю, что происходит, и это пугает меня ещё больше».       Рома лишь крепче обнял своего ушастого друга. Сердце подсказывало ему, что в Архее грядут глобальные изменения, которые могут перевернуть всё с ног на голову. Осознание того, что мир был помечен как сюжетный, только усиливало его беспокойство. Это означало, что ему придётся остаться в этом мире на неопределённый срок. — "Мне нужно будет предупредить Фляжку и Андрея", — задумался он, осторожно отстраняя заплаканное лицо эльфа и бережно протирая его. — "Эх, а ведь говорил, что хочет путешествовать со мной по мирам. И как же ты, такой эмпатичный эльф, сможешь покинуть свой родной мир?" — «Ну всё, хватит, Ром, — с лёгкой раздражительностью произнёс эльф, отстраняясь. — Я уже на середине третьего цикла; не нужно со мной нянчиться. Тем более что ты скоро уйдёшь и снова отправишься путешествовать по мирам, а я… Я даже не представляю, что буду делать.» — "Его что, Фляжка укусил своей угрюмостью? А стоп, ему же запрещено заходить в сюжетные миры, забыли. Нужно что-то делать с ушком", — подумал Рома.       Идея пришла мгновенно, не задерживаясь, Рома решил её воплотить. Вскочив с земли, тот вышел на середину поляны, а после развернулся к эльфу. Эграссель внимательно наблюдал за ним, чуть поджатые губы и нахмуренные брови выдавали его внутреннее напряжение. — «Знаешь, Ассель, не думал, что в твоих глазах я выгляжу настолько бессердечным, чтобы бросить своего друга разбираться с проблемами в одиночку,»— с лёгкой улыбкой произнёс Рома, наблюдая затем, как золотые глаза расширились от удивления, а уши сразу же приподнялись, выдавая волнение и надежду эльфа.       Эграссель, всё ещё не веря своим ушам, посмотрел на Рому с благодарностью и трепетом. — «В нашу первую встречу именно ты протянул мне руку помощи, и теперь настало время мне вернуть долг. Так что, Эграссель, разве ты откажешь мне в просьбе стать твоим названным братом, дабы помочь спасти твоего отца и тебя самого?»       Голубые глаза Ромы засияли, когда он протянул руку к всё ещё сидящему эльфу. Небесно-синие нити, словно из ниоткуда, стремительно возникли, обвиваясь вокруг его протянутой ладони, чтобы затем устремиться к Эграсселю.       Без тени колебаний последний вскочил на ноги и, подходя ближе, крепко сжал протянутую руку. — «Рома, я так рад! Не могу поверить, что ты оставишь свою миссию ради меня!» — золотые глаза Асселя блестели от волнения, и он даже не заметил, как ветер начал усиливаться, вызывая вихри вокруг них.       Рома лишь улыбнулся, все-таки ушко всё ещё такой ребенок. Что ж, стоит отдать должное Андрею, тот прекрасно справился со своей задачей. На какой-то момент даже забываешь, что это всего лишь игровой персонаж. — «Ну что ж, не будем медлить, — произнёс Рома, его голос был полон решимости. — Мне нужна маскировка, а значит, нужна твоя кровь. Будет немного больно, ушко. Только не плачь,» — подмигнув, добавил он, стараясь придать ситуации нотку лёгкости.       Одна из нитей, отделившись от остальных, ловко обвилась вокруг руки Эграсселя. Эльф слегка поморщился, но не издал ни звука, крепко сжав руку друга в знак готовности. Рома, заметив тревогу в глазах Эграсселя, постарался его подбодрить: — «Всё будет хорошо, Ассель. Это ненадолго, и я обещаю, что больно будет совсем чуть-чуть.»       С этими словами одна из небесно-синих нитей осторожно проколола кожу на пальце эльфа, впитав выступившую каплю крови, та вернулась к своему хозяину. — «Вот и всё, Ассель. Теперь дело осталось за малым, — сказал Рома, вылечив небольшой порез своей магией. — Думаю, тебе лучше отойти подальше. Не хочу, чтобы тебя задело магией.»       Эграссель кивнул и отступил на несколько шагов, наблюдая за тем, как Рома начал шептать заклинание. Нить, которая ранее брала у него кровь, изящно обвилась вокруг головы Ромы, словно венок. Остальные нити последовали за ней, оплетая его тело, пока перед Эграсселем не возник голубой кокон из нитей.       Эльф не мог разглядеть за ним фигуру своего друга, но зато он стал свидетелем поистине прекрасного и волшебного зрелища. Маленькие золотые частицы, словно искры, впитывались в кокон, придавая ему ещё более чарующий вид. Свет, исходящий от кокона, становился всё ярче, заполняя собой всё пространство вокруг.       Внезапно кокон начал медленно подниматься, вращаясь и переливаясь всеми оттенками голубого. Эграссель ощущал, как магическая энергия наполняет воздух, вызывая лёгкую дрожь. Кокон продолжал вращаться, и вдруг, подобно раскрывающимся лепесткам волшебного цветка, он начал открываться.       Из его сердцевины вышел сереброволосый эльф, и его появление было столь же великолепным, сколь и неожиданным.       Серебристые волосы эльфа, словно лунный свет, струились по его плечам, обрамляя лицо с тонкими и выразительными чертами. Его кожа имела бледно-серебристый оттенок, придавая ему неземной и мистический вид. Глаза эльфа светились оттенками фиолетового и голубого, отражая его внутреннюю магическую силу.       Он был облачён в длинные одежды из серебристого материала, напоминающего шёлк, с высоким воротником, которые изящно облегали его мускулистое тело. На шее и запястьях эльфа сверкали изысканные украшения сдержанной элегантности, дополняя его образ.       Этот сереброволосый эльф был воплощением красоты и величия. Его сходство с Эграсселем было поразительным: оба были высокими, с атлетическим телосложением, но новый облик Ромы придавал ему ещё больше благородства и магической ауры. — «Рома... — прошептал Эграссель, не веря своим глазам. — Ты выглядишь... невероятно.»       Рома улыбнулся, его глаза светились удовлетворением и уверенностью. — «Спасибо, Ассель. Что ж, думаю, теперь мы можем отправляться к тебе домой. Мне не терпится увидеть тот результат, которого ты достиг за время моего отсутствия.»       Эграссель кивнул, всё ещё находясь под впечатлением от преображения своего друга. Нужно будет расспросить, что именно Рома сделал, чтобы так кардинально поменять облик не только на физическом уровне, но и на ментальном. — «Ассель? Ты меня слушаешь?» — «Ах, прости, задумался о твоей иномирной магии. На самом деле, я многим хочу с тобой поделиться! Используя прошлые исследования отца, которые хранятся у меня в поместье, я добился довольно хороших результатов. Ты ведь знаешь про скинт, верно?»       И так, оба эльфа, медленно прогуливаясь и ведя размеренный разговор о своих исследованиях, направились в сторону поместья. Продолжение следует...