на твоем теле

когда Артем впервые заговорил с тихоней, который, казалось, всю жизнь молчал и на все вопросы в свою сторону либо кивал или мотал головой, либо и вовсе убегал от ответа, он чувствовал, что с ним что-то не так. он был слишком покладист: соглашался на все, что ему говорил Ануфриев, не имея ни капли возражений. это не напрягало, просто казалось максимально странным, хотя, явно не Артему говорить о странностях. они познакомились, когда Ануфриев учился в 10, а Никита в 9. их объединил урок по математике, где сдавшие огэ на высокий балл учили тех, кому предстоит сдать экзамен. там его поставили с Лыткиным, чему он и не радовался и не огорчался, т.к никакого контакта до этого с парнем не имел. усевшись за последнюю парту к Никите, он протянул свою руку, смотря на краснеющее лицо выпускника — то ли от смущения, то ли от волнения. — Артем, — спокойно сказал десятиклассник, слегка улыбаясь. — Никита, — он пожал его руку и тут же убрал ее, утыкаясь в свою тетрадь, — я не понимаю 6 и 19 задание. весь урок Артем объяснял Никите вариант экзамена, а когда прозвенел звонок, Лыткин самый первый вскочил с места, забрал свои вещи и ушел, не попрощавшись с Ануфриевым. это не задело его, наоборот, показалось смешным. на следующей перемене, пока Артем общался с одноклассниками, к нему подошли сзади и подергали за рукав рубашки. обернувшись, десятиклассник увидел Лыткина, который смотрел на него и ждал, пока тот отойдет от своих «друзей». — что-то хотел? Лыткин кивнул — ну так скажи — мне нужна еще твоя помощь с математикой… — ну. у меня последний урок сейчас и с него меня не отпустят… — Артем немного подумал, вновь посмотрев на Никиту, — если так сильно хочешь — приходи ко мне. у меня родаки на даче, так и быть, подтяну слегка. но это одноразовая акция. потом у других помощи проси — хорошо… — Лыткин замешкался и достал телефон — скажи свой номер и адрес… Ануфриев продиктовал все и они разошлись из-за прозвеневшего на урок звонка. все оставшееся время до вечера Никиту пожирали разные мысли, но он старался меньше прокручивать их в своей голове. казалось, что время скоро сожрет его целиком. отсидев все уроки, Лыткин, переодевшись, написал Артему и, получив одобрение, направился к нему. идти было далековато, но ничего. он знает, ради чего туда идет открыв дверь в подьезд, Никита поднялся на нужный этаж. постучавшись в дверь, он начал ерзать на месте, пока ему не открыл знакомый парень, одетый в длинную футболку и шорты. пройдя в коридор, за ним закрылась дверь и на пол упал рюкзак. сняв с себя ботинки и куртку, Никиш прошел с Артемом в комнату, которая, по всей видимости была Темина. Артем сел на кровать, а Никита уселся рядом. держа на коленях вариант экзамена, Ануфриев стал расспрашивать о заданиях, которые оставались непонятными для Никиты и стал все больше и больше убеждаться в том, что парень нихуя не сдаст даже с божьей помощью. прорешав один вариант, Артем предлагает попить чай, на что Никита поспешно соглашается. пройдя на кухню, парни разместились за обеденным столом. пока Артем копошился у шкафов с посудой, Лыткин осматривал комнату. выглядело довольно уютно и опрятно. похоже, Ануфриев из благополучной семьи. возможно. — черный или зеленый? — какой можно Артем цокнул и положил в кружку черный чай, а себе зеленый. посмотрев на закипающий чайник, он насыпал сахара в чай и залил кипятком, поставив чайник на место, взяв кружки и аккуратно отнеся их на стол. Никита хоть и не сказал спасибо, но по его виду было видно, что он благодарен. отпив горячую жидкость, Лыткин немного поморщился и коротко посмотрел на Ануфриева, улыбнулся, опуская взгляд обратно в пол. раньше он даже и не думал, что до этого дойдет. допив чай, Никита поставил кружку в раковину и сел обратно. за все это время Тема не сказал ни слова. это напрягало. они пошли обратно в комнату, садясь обратно на кровать. Лыткин ждал, когда его своеобразный репетитор достанет новые материалы для подготовки, но вместо этого Артем лишь смотрел в стену, явно что-то обдумывая — такое чувство, будто бы мы раньше пересекались, — сказал Ануфриев, не отводя взгляда от стены, — но я не помню, где именно Никита молчит — в 9 классе на день святого валентина меня задарили валентинками и все они были подписаны одной и той же подписью. Н.Л, — Никита судорожно сжал свою кофту. он до последнего надеялся, что Артем их всех выкинул и забыл. десятиклассник подошел к своему столу и, взяв с полки конверт, высыпал оттуда маленькие сердечки с всякими словечками любовными и теми самыми двумя буквами — среди двух десятых классов по тридцать человек в каждом ты выбрал меня, — Лыткин сейчас хотел только одного — уйти отсюда к чертовой матери. стало блядски жарко, — так вот, Н.Л, — Артем подошел ближе и положил свою руку ему на плечо, сильно сжав, — я так понимаю, на математику тебе глубоко насрать. и он чертовски прав. все это время Никита тщательно следил за ним и, на самом деле, ему не было надобности спрашивать адрес его дома. он итак его знал. он каждый вечер грезил о их общении. даже самом малом, но он точно не желал, чтобы их диалог свернул именно в эту сторону. — скажешь что-нибудь? опять молчит. Артему зубы хотелось выбить этому молчуну и язык оторвать, чтобы точно слова не произнес. считает себя тихим мальчиком. уебище — так и знал, — его рука поднимается выше, оглаживая шею и волосы, — походу еще и следил за мной, да?, — теперь его рука спускается ниже к груди и давит, чтобы Никита упал на кровать, — грезил об этом моменте каждый вечер в тайне от мамки, — Артем аккуратно стягивает с парня кофту, начиная расстегивать пуговки у рубашки, делая это очень медленно. Никита не мог и слова сказать. лишь молча наблюдал и ручонки слегка тряслись, тело бросило в мелкую дрожь, — че ты как сучка течная трясешься? успокойся, — вскоре рубашка полетела на край кровати и Артем осмотрел тело Никиты. худощавое, имеющее далеко не белый оттенок кожи. терпимо сняв с себя футболку, он встал и вырубил в комнате свет, закрыл дверь и задернул шторы. стало темно. Лыткин от такого еще больше бояться начал, руками вцепившись в одеяло. уже думал встать, как его уложили обратно. — не хочу смотреть на твое уродское лицо. хуй еще упадет от такого зрелища, — быстрым движением он расстегнул ремень и стянул штаны с Лыткина вместе с нижним бельем. в темноте Ануфриев видел хорошо, поэтому все рассмотреть труда не составит, а вот Никита вообще ничего разглядеть не мог. только если силуэт Темы. — не нужно… — все, что смог выдать из себя Никита, смотря будто в пустоту. Артем на это хмыкнул и снял свои шорты, откидывая их на пол. — у меня смазки нет, — Ануфриев протягивает свою руку к лицу Никиша, — плюй. лежа плевать оказалось тяжело, поэтому Никита сделал все, что мог и почувствовал, как холодная рука Артема оказалась у его жопки. — ноги раздвинь, — сначала Лыткин замешкался, но потом сделал то, что сказано и почувствовал, как в него вошел, судя по всему, один палец. он скривился от боли и прогнулся в спине, даже ногой брыкнулся, на что получил краткий, но сильный удар по ягодице, — как баба себя ведешь, ей богу — я бы посмотрел на тебя… — ты разговаривать умеешь? молчал бы лучше, — съязвил Артем и продолжил растягивать Никиту. следом пошел уже второй палец, потом и третий. все это время Никита явно мучался, извивался на постели, как только мог и пока что вместо стонов были либо крики, либо вздохи. это Ануфриеву явно не нравилось и он, вытащив пальцы, наклонился к Лыткину и резко толкнулся, отчего у Никиша звездочки в глазах заблестели, но возможно, это были просто слезы. всхлипывая, он не знал, куда деть свои руки и решил положить их на плечи Артема, на что получил явное несогласие — без рук только, держи при себе Никита сразу же убрал их и будто с обидой отвернул голову. сначала толчки были медленными, но потом Ануфриев стал уже долбиться в каком-то бешенном темпе, что Лыткин не то чтобы стонать и кричать не успевал — дышать даже. его руки все это время болтались на кровати, пока Артем сам не положил их на свои плечи, вздыхая ему в шею, издавая какие-то странные звуки. надо признать, у Никиты был отменный голос и Тему это даже заводило, но не то чтобы сильно. первым кончил Лыткин — даже без рук спустил им на животы, следом уже и Артем — шумно излился в Никиту и тут же убежал за салфетками. все это время, пока его не было, Никиш валялся на кровати полностью без сил. он чувствовал, как из него вытекает что-то и это даже не напрягало. все, что он хотел — это спать. Артем вернулся и стал вытирать все с них — даже с Никиты вытер. заботливый хер, че уж скажешь. отбросив салфетки на стол, он одел Лыткина в рубашку и брюки, а сам оделся в футболку и шорты, ложась рядом с ним и отвернувшись к стене. Никита, походу, почувствовав уверенность, приблизился к его спине и тут же Артем развернулся, позволив положить руки на свое туловище. — как я и говорил — это одноразовая акция Никита уже не слышал. он провалился в сон и его не волновало, что будет завтра. завтра — это завтра.