Совершенно новый механизм

Steampunk!Дрим поднял руку, на запястье которой была закреплена кожаная манжета с счётчиком посередине. Он посмотрел на этот счётчик. Так, для статистики. Значение красной стрелки показывало неактуальное число. Он стукнул по стеклянному коробку́ пару раз, и стрелка пришла в движение. Да так и не остановилась, качаясь от максимального значения к минимальному. Теперь и не узнаешь, сколько негатива Дрим успел ненароком поглотить в свои "последние минуты". Ему и не было особенно интересно, если говорить откровенно. Дрима в данный момент вообще мало что интересовало. Всё уже позади. Можно не стараться. Можно просто сдаться, наконец расслабиться, как он и мечтал. Дрим откинулся на спину из положения сидя на коленях. Ну, то есть он скорее осознанно упал на пол, чем устроился поудобнее. Респиратор чуть накренился, и Дрим быстро поправил его. В этом, конечно, не было смысла, раз уж он уже мёртв, но рефлекс пока оставался. Дрим сделал глубокий вдох, в затем выдохнул с шумом, прикрыв глаза. Фильтр явно был повреждён. Какая теперь разница? Негатив тут его не достанет. Дрим так устал, ему хочется только полежать ещё чуть-чуть, а до ныне бесполезного респиратора нет никакого дела. …И до внезапного шевеления во тьме тоже. Если это другие заблудшие души, то плевать, если некто, кто хочет издеваться над ним и после смерти, то пусть готовится получить в рожу. Или в любое другое место, если рожи не окажется. Но нет. В этом странном Чистилище никому не было до него дела. Что ж, уже плюс. Хоть и удручающе где-то в глубине души. Дрим почувствовал, что отлежал одну из ног, которые остались в том же положении, в каком они были, когда он сидел. Дрим попытался вытащить ноги в твёрдых сапогах из-под своего тела, но не смог. Тогда он перестал пытаться. Ну занемеют ноги и занемеют. Не отвалятся из-за этого и ладно. Тут Дрим из любопытства попытался пошевелить пальцами на ногах. Но и это не получилось. Понимая, что что-то не так, Дрим лениво протянул руку к одному из сапог, чтобы пощупать его и удостовериться, что всё ещё чувствует ноги. Дрим почувствовал камень, а не ноги. Он сразу узнал эту текстуру. Дрим ещё раз глубоко вздохнул и смиренно подложил руки в перчатках без пальцев под голову. —Ну что, опять в камень? —безучастно усмехнулся Дрим, прикрывая глаза. А что ему терять? Всё уже позади.

***

—Ну помнишь его? В цилиндре такой, за ним ещё везде бабочки таскались, —очевидно, говоривший пытался заставить своего собеседника вспомнить кого-то. Безуспешно, к сожалению, —Ну, он ещё однажды к нам подходил, помнишь? Похвалил мой великолепный костюм! Ну? … Агааа! Первой мыслью Дрима было разочарованное "До сих пор жив?". Второй — "Кому-то я даже на том свете понадобился…". Тоже с не самой позитивной интонацией. Дрим с тихим вздохом распахнул глаза, обнаруживая себя в экстраординарной обстановке. По крайней мере для него. Он был в комнате. Но в какой! Строго обставленная, простая, с преобладающими геометрическими формами, в основном прямоугольниками. Даже катакомбы Найтмера были более разнообразными по формам. Цвета тоже были строгие, бледные. Комната в целом выглядела до ужаса маленькой и скучной. Ни часов, ни яркого разнообразия текстур, ни механизмов с оголёнными внутренностями. Ах да, ещё были двое монстров-скелетов. Один был некто в полностью чёрном костюме, в шляпе и в странной вытянутой в форме клюва маске. Второй был одет куда проще — свитер, штаны и тапочки, причём всё белое. Этот второй энергично жестикулировал, но не издавал ни звука. Очевидно, монстры не замечали Дрима. И хорошо. Не пристают — и ладно. Дрим снова после прошлой неудачной попытки устроился поудобнее, на этот раз под ним даже была мягкая кровать, а не пол в острых осколках. Дрим во второй раз прикрыл глаза, как кому-то что-то от него понадобилось. Да, определённо даже на том свете ему не дадут покоя. —Очнулся вроде, —вслух предположил монстр в чёрном, а затем уже громче, обращаясь к Дриму, сказал, —Привет, странно выглядящий Дрим! Меня зовут Мор, а моего друга Задолбавшийся, —после этих слов, кажется, некто Мор получил толчок в бок от Задоблавшегося. Что ж, Дрим определённо чувствовал себя так же, как этот второй монстр, —Ладно, шучу, его зовут Гастер. Ну, то есть это всё ещё Гено, но с именем Гастер, —закончил Мор. Дрим даже не улыбнулся. Раньше он бы рассмеялся, услышав такой абсурд, но конкретно сейчас был слишком уставшим. Не открывая глаз, он лишь чуть повернул голову в сторону монстров: —Приятно познакомиться. Не могли бы вы теперь оставить меня в покое на парочку столетий? Без обид, но ужасно хочется отдохнуть. —Нуу, ровно на пару столетий не обещаем, но раз ты попросил вежливо, то, думаю, это можно устроить. Отдыхай тогда, позже полюбопытствуем, —на удивление, монстры быстро согласились. Это был большущий плюс. Дрим повернулся обратно, а после вообще перестал двигаться. Что ж, выспаться он, судя по всему, так и не сможет, но можно отдохнуть и без сна, что Дрим и собирался сделать.

***

Дрим не знал, сколько времени прошло, когда вернулся Мор, который, оказывается, куда-то уходил. Он понял, что это именно Мор, потому что монстр с порога начал что-то шептать, кажется, другу. Гастер вообще был удивительно молчаливым. Но Мор почему-то говорил так, будто ему отвечали. Возможно, эти жестикуляции Гастера были языком жестов. "Тот, кто говорит руками". Что ж, это имя определённо ему подходило, хоть он и не был Гастером. Мор начал что-то активно шептать Гастеру. Дрим не особо вслушивался, но улавливал чьи-то имена и какие-то события. Разговор продолжался довольно долго. За это время Дрим успел подумать о некоторых вещах. Он был без понятия, что с ним случилось — окаменел ли он и сейчас проживает предсмертную галлюцинацию, или кто-то, предположительно Мор и Гастер, спасли его от этой участи. Ещё есть третий вариант, по которому снова прошла половина тысячелетия, и когда Дрим снова освободился от камня, его подобрали эти двое. Ладно, это было не так важно на самом деле. Чуть более важно было всё-таки выяснить… —Так как ты сюда попал, а, Дрим-Шестерёнка? Что ж, да, именно это Дрим и имел в виду. —Пара сотен лет уже прошла? Ну ладно, почему нет, —на своё прозвище Дрим и бровью не повёл. Он открыл глаза, подтянулся в полулежачее положение, опираясь спиной на изголовье кровати. Мор и Гастер взглянули на него с любопытством (по крайней мере Гастер, потому что выражение лица Мора было закрыто маской, а тянуться за приёмником эмоций Дрим посчитал бессмысленным). Мор склонил голову на бок. Дрим молча посмотрел на них пару секунд, затем чуть отвернулся и просто ответил: —Ну, я умер, что ещё говорить-то? Мгновение стояла тишина. Потом оба монстра издали смешки. —Вау, это было содержательно, —подшутил Мор, и Дрим даже через его маску уловил его по-доброму насмешливое выражение. Такое часто было у Блу и у самого Дрима, когда Инк в очередной раз что-то понимал не так. —Это было причиной того, почему я сейчас здесь, —невозмутимо объяснил Дрим. Мор и Гастер переглянулись, последний что-то "сказал" монстру в маске. Мор ещё больше наклонил голову вбок: —О, а ты знаешь, куда попал? —Боюсь, что нет. —Что, прямо вообще никаких мыслей? —Ну, сначала подумал, что меня выбросили в Пустоту. Потом, что это какое-нибудь Чистилище, когда понял, что умер, —сухо перечислил Дрим. Гастер смешливо хмыкнул. Очевидно, им эти версии показались забавными. Мор продолжил развивать цепочку мыслей: —Мм, а не встречал "при жизни" никого, похожего на меня? —тут монстр снял маску-клюв, показывая своё лицо. Вытянутое по форме, с широкой носовой костью и с провалами глазниц без зрачков. Определённо знакомое. Рипер. —Встречал. Ну и зачем устроил такую пьесу из моей смерти? Оба монстра от души рассмеялись. Мор-Рипер надел свою маску обратно. Всё ещё посмеиваясь, он спросил: —То есть тебя вообще ничего не смутило? Дрим непонимающе уставился на него: —Меня смутил твой наряд, но в целом — не особо. Гастер изобразил какие-то слова, а затем коротко махнул в сторону Дрима. Мор-Рипер со вздохом кивнул. Тем не менее он не выглядел расстроенным. —Ладно, не буду тебя допытывать, а то чую, это будет долго. Итак, начнём с того, что ты не умер, Дрим-Шестерёнка, —монстр уселся поудобнее на стуле, на котором сидел все это время. О, они оба сидели на стульях. Дрим этого не заметил, —Твоя мультивселенная умерла, да, но ты выжил и попал сюда, —Мор-Рипер развёл руками, —И чуть не стал камнем, если бы не мы, попрошу заметить, —добавил он немного тише. Гастер стал жестикулировать, и Мор-Рипер повернулся к нему, кажется, переводя язык жестов на устный: —Но прежде чем мы объясним тебе, что такое это "сюда", мы бы хотели всё-таки узнать поподробнее, как ты здесь оказался. Что последнее ты помнишь перед тем, как "умер"? Дрим задумался на минуту, прикрыл глаза. А потом заговорил.

***

Это была неравная битва. Против Дрима, Блу и Инка были Найтмер и четверо его наёмников, а ещё Эррор. У них изначально не было ни единого шанса, даже будь все трое в идеальной форме. А они не были. Дрим валился с ног от усталости, здоровье Инка было слишком нестабильным из-за вторжения врагов в Дудл-Сферу, а бедному Блу не хватало координации из-за травмы черепа. Стрелы в кочане то убавлялись, то появлялись снова благодаря заклинанию приумножения, которое Дрим наложил ещё давно, арбалет стрелял без передышки, и каждая вторая стрела исправно достигала цели. Дрим увернулся от залпа синей краски, которая едва не попала в него. Откуда-то сзади Инк быстро извинился, и во врагов полетело ещё больше снарядов. "Красочная Пушка" была просто спасением для всей команды. Даже стрелы, отравленные ядом кармического воздействия, были не так эффективны, как оружие, использующее все виды магии. Шестерёнки защёлкали в голове Дрима — его внутреннее напоминание подсказывало, что пора сменить фильтр. Мгновением позже это подтвердил счётчик негатива, ставший неравномерно двигаться в сторону максимально допустимого значения. Дрим едва успел выкрутить старый фильтр и заменить его на новый, как механические клешни вцепились в респиратор. Он совершил фатальную ошибку, отвлёкшись от побоища. Дрим попытался оторвать конечность, но она не собиралась отпускать. На то это и механизм — он не живое существо и не отпустит цель из-за боли или других факторов, присущих монстрам и людям. Тогда Дрим попытался срезать металл маленьким ножиком, который он прятал в манжете, но бесполезно. Хозяин конечности, Найтмер, схватил ножик и выкинул его в океан краски внизу Дудл-Сферы. Клешня резко дёрнулась вперёд, заставив Дрима наклониться в этом же направлении, а респиратор улетел бы следом за ножиком, если бы Дрим не успел его подхватить и попытаться надеть обратно. Ему не дали этого сделать. Ещё одна клешня туго обвилась вокруг шеи, вызывая боль, а рука Найтмера крепко сжала запястье руки Дрима, в которой находился респиратор. Счётчик немедленно защёлкал, но Дрим не мог пошевелиться, поэтому ему оставалось только с нарастающей обречённостью наблюдать за увеличивающимся показателем негатива. Вот бы Дрим умел дышать, как другие монстры и люди, тогда он смог бы просто задержать дыхание, и отравление негативом значительно бы приостановилось. Но устройство его организма не в первый раз сыграло с ним злую шутку. —Двое есть, —коротко констатировал факт Найтмер, и Дрим, хоть и не видел его лица, чувствовал его расслабленное ликование. "Что? Двое? Неужели Блу тоже?…" Дрим быстро поднял зрачки на поле боя, чтобы оценить обстановку. Вовремя. Точнее наоборот. Дрим увидел, как бездыханное тело Блу летит вниз, а затем пусто наблюдал, как оно исчезает во всплесках месива красок. Ну конечно. Им невыгодно угрожать обычному внемеху, им нужен тот, кто является существенной шестерёнкой мультивселенной. У Блу не было шанса остаться в живых. Как и у остальных двух друзей в конечном итоге. Найтмер внезапно наклонился к Дриму и потянулся когтеподобными пальцами прямо к его груди. Найтмер легко нашёл кулон в виде кольца, в котором вращались песочные часы, и один раз перевернул их. Приёмник эмоций был выключен. Дрим тут же словно наполовину ослеп. Он больше не знал точное расположение врагов. Естественно Найтмер сделал это, чтобы лишний раз доказать свою окончательную победу, и чтобы заставить Дрима своими эмоциями принести ему пользу. Дрим скривился то ли от отвращения, то ли от начинающего действовать яда в виде негатива. Инк смотрел на это всё с отчаянием, его индикатор красок пищал, оповещая об аномалии, но никому сейчас не было до этого дела. Эррор шагнул ближе к нему, угрожающе расставив в стороны руки. Тонкие трубки, тянущиеся от его глазниц до коробко́в на перчатках, чуть затрепетали, как гирлянды. По этим трубкам заструилась магия. —Отступишь добровольно или продолжишь сражаться? —проскрежетал он, —Предупреждаю сразу: решишь сражаться — потеряешь свой последний шанс на спасение, —он коротко обернулся к Дриму, сверкнув невменяемым взглядом из-под стёкол очков. Дрим как мог помахал руками в знаке "не думай обо мне, думай о мультивселенной". Инк заглянул Дриму прямо в глаза. Взгляд друга излучал обречённость. Либо он сейчас сдастся и будет наблюдать, как Найтмер отравляет всю мультивселенную, а потом Эррор, как и планировал, бунтует и убивает Найтмера, подбирается к ядру и уничтожает его, либо Инк продолжит сражаться до конца, Дрима немедленно убьют, а сам Инк вскоре присоединится к нему и мультивселенная всё равно будет уничтожена. Выбора нет. Они проиграли с самого начала. Они проиграли с того самого момента, как позволили врагам разрушить оборонный механизм Дудл-Сферы. Инк закрыл глаза и обессиленно опустился на поверхность островка, превращённого в поле битвы. Он сдался. Как и Дрим. Оба друга молча с пустыми выражениями наблюдали за ликованием врагов. За тем, как Найтмер через ядро распространил ядовитый негатив по всей мультивселенной, что заставило Дрима пошатнуться и упасть на колени. Даже вновь надетый респиратор не мог спасти от такого. Затем, как и ожидалось, Эррор напал на Найтмера, пока он ещё не получил достаточно сил. Убил его, быстро расправился с наёмниками, которые и глазом моргнуть не успели, в затем подобрался к ядру. Последним, что Дрим помнил, был взрыв такой силы, что взрывная волна подхватила его и унесла куда-то далеко.

***

—Вот и всё, —коротко закончил Дрим. Было легко игнорировать комментарии Мора-Рипера по ходу рассказа. Дрим просто в них не вслушивался. Ему тут же поступил вопрос: —Хм, а чего ж ты такой уставший? Неужели только и занимался тем, что устраивал бойни? Вообще, странно, что ему интересно. Сколько Дрим себя помнил, Рипер всегда был апатичным и скупым на любые движения. Прямо как сам Дрим сейчас. —Помогал тем, кто в этом нуждался, —Дрим решил не вдаваться в подробности о том, что иногда у него просто не было иного выбора из-за дула какой-нибудь пушки, приставленного к его душе. Дрим подождал немного и спросил: —Можно теперь задать свой вопрос? —Ты только что его задал, —по голосу Мора-Рипера было понятно, что он улыбался, —Ладно-ладно, я знаю, какой вопрос ты хочешь задать. Итак, место, где ты находишься, называется Нулевой Бесконечностью, —монстр начал говорить, сопровождая слова жестами, —Это пространство между мультивселенными, где нельзя умереть или почувствовать голод или усталость. О, кстати о мультивселенных! Твоя мультивселенная была не единственной в своём роде, как и моя и мультивселенная Гастера, но к сожалению из одной мультивселенной может выжить лишь один её житель, так что да, я не Рипер твоей мультивселенной, я уникальная личность, —Мор шутливо выпятил грудь и картинно ткнул ладонью в себя. После он замолчал, видимо, давая Дриму переварить услышанное и возможно сформировать вопросы. Перед его мысленным взором пронеслось воспоминание об обречённым взгляде Инка. Кто бы мог подумать. Из всех монстров выжил именно он, Дрим, слабохарактерный неженка, который едва справлялся со своим прямыми обязанностями. Не Инк со своей силой духа, не жители Андерсвапа Блу, которые просто хотели жить счастливо. А Дрим. Худший выбор, Нулевая Бесконечность. —Вы двое выглядите слишком счастливыми для монстров, которые пережили уничтожение мультивселенной. Гастер усмехнулся с выражением светлой грусти. Он поднял взгляд на Дрима и стал "говорить", пока Мор переводил его: —Здесь каждый что-то потерял с разрушением своего Дома. Ладно я (то есть Гастер, потому что я говорю за него) — у меня особо не было знакомых или друзей, которыми я мог дорожить, но вот, например, Мор (то есть я!) — он хорошо дружил со своим Найтмером и его бандой, да ещё и был женат. Уверен, у многих здесь история схожа: была любимая семья и не менее любимые друзья, а потом всего этого не стало. Конечно, монстры и люди горюют, кто-то меньше, кто-то больше, но горевать постоянно просто невозможно. Со временем мы миримся с потерями, начинаем, по сути, новую жизнь. Думаю, мало кто забывает про своих старых знакомых, но это не мешает нам заводить новых, радоваться жизни дальше. Для таких, как ты, это немного сложнее, —Гастер внезапно решил перейти непосредственно на Дрима, —Со смертью твоей мультивселенной ты потерял смысл жить, а Нулевая Бесконечность не щадит таких. Ты бы стал очередной каменной статуей, которых в пустоте полно. Но тебе повезло, что мы оказались рядом, так что к сожалению, —Гастер чуть усмехнулся, —Тебе теперь предстоит найти новый смысл жить. —Ну, или вернуться в пустоту и стать камнем, —добавил Мор, кажется, уже от себя. Гастер толкнул его в бок кулаком, мол, вот об этом можно было и помолчать. Дрим какое-то время не двигался. Он думал. Обо всём этом. Сама мысль о том, что могут существовать другие мультивселенные, в которых есть другие версии его знакомых, его врагов, даже его самого, вызывало какой-то ступор и желание перестать думать об этом, пока Дрим не запутался. С другой стороны всё ещё присутствовала большая доля безразличия, ведь все эти другие версии — не его знакомые, а просто незнакомцы с разве что схожей внешностью. По сути, никто. Не те, кого Дрим потерял. Не те, перед кем он хотел извиниться, не те, с кем хотел беседовать днями и ночами. Но ведь об этом и говорил Гастер. Что в конце концов надо продолжать жить дальше, а не останавливаться только на бывших друзьях, которых уже не существует. И всё же перспектива наплевать на всё это и, не заморачиваясь, вернуться в пустоту, была достаточно притягательной. Ведь не придётся разбираться в чём-то и прилагать усилия, если ты просто камень. Размышления Дрима прервали крики. Он рефлекторно встал с кровати и потянулся было за арбалетом, как вспомнил, что во-первых, арбалета у него больше нет, а во-вторых, что здесь нельзя умереть. Все трое подошли к окну (о, здесь были окна всё это время. Их легко не заметить). На улице монстры и люди в совершенно странных и разнообразных стилях одежды (теперь Дрим понимал, почему всё его окружение выглядело не как в его мультивселенной) разбегались в одном направлении, хотя некоторые особо смелые продолжали просто идти по своим делам, как ни в чём небывало. Причиной такой паники было… нечто. Кто-то или что-то, что было невозможно описать и одновременно можно было описать большим количеством слов. Единственная характеристика, которую смог из себя выдавить Дрим, была формой существа. Оно было похоже на самого Дрима. Будто вырезанный из реальности кусочек по трафарету. Нечто спокойно двигалось куда-то, а вскоре его догнал… Эррор. Но в неухоженной простой одежде и без очков. И без этих трубок с магией, вместо которых у него были просто синие полосы под глазницами. Он не боялся этого нечто, а просто молча шагал рядом, как некоторые из тех монстров, которые не побежали при его виде. Дрим не совсем из понимал. Неужели они до сих пор боялись смерти, хотя не могли умереть? —Ну, как обычно: пугаются нашего красавца, хотя там и пугаться нечего, —совершенно спокойно сказал Мор, —Знакомься, Дрим-Шестерёнка, это Ничто. Он чистит мультивселенные, которые уже изжили себя. Здесь много кто пострадал от него, но в Нулевой Бесконечности он безвреден, —он представил существо. Дрим не особо слушал. Он всё думал о тех бегущих монстрах и людях. Им правда настолько дорога жизнь, что, даже будучи бессмертными, они всё равно боятся умереть? Есть ли среди них такие, как Дрим? Которые потеряли смысл жизни, но позже каким-то образом смогли найти новый. А много ли таких? Дриму кажется, что это невозможно — отпустить тех, кто был с ним всю жизнь и успел стать почти родственниками, но… Неужели у кого-то это получилось? У многих? А так ли это сложно, как кажется? Все эти монстры и люди видят другие версии своих друзей и не думают о них, как о тех, кого они потеряли? Это правда возможно? А что будет, если Дрим попытается? Хватит ли у него сил для этого? Не разочаруется ли он? Хуже ли он других Дримов, которые справились с потерей? Все эти версии такие разные, но все они справились. Может, Дрим ничем не отличается от них? "Я попробую", —мысленно сказал он себе, наблюдая за уходящим Ничто и Эррором.

***

Прошло какое-то время. Ничего не изменилось. Дрим получил прозвище Шестерёнка, Мор и Гастер водили его по жилой зоне, в которой они находились, потом стали путешествовать по другим. У них не было какой-то определённой цели, двое друзей и Шестерёнка просто гуляли, собирали и обсуждали новости, развлекали себя как могли. Шестерёнка всё время наблюдал за жителями и не мог понять, как все эти монстры, как все эти версии его самого могут быть такими живыми, такими активными, как могут заводить друзей, даже влюбляться, когда он сам не может придумать ничего, за что можно было бы зацепиться, чтобы не уйти обратно во тьму, откуда он пришёл. Разве Нулевая Бесконечность хоть кому-то может дать смысл жить? Здесь нет смысла даже в еде, воде и сне, так что можно найти привлекательного в том существовании, которое она предлагает? Тем не менее, Шестерёнка апатично продолжал таскаться за Мором и Гастером, которые всё больше рассказывали ему об устройстве Нулевой Бесконечности и о её "знаменитостях". Однажды друзьям и Шестерёнке удалось даже пообщаться с некими Следопытом и Фонарщиком. Трудно было узнать в этих монстрах Даста и Блу, которые присутствуют чуть ли не во всех мультивселенных. Потому что это больше и не были Даст и Блу. Они были совершенно новыми монстрами, со своими характерами и историями. Как и Мор и Гастер. Шестерёнка не был знаком с Гено своей мультивселенной, но Рипера знал лично, и тот апатичный угрюмый монстр в простом нестиранном костюме не имел ничего общего с активным, любящим пошутить Мором. Шестерёнка заметил, что во время разговора с двумя путниками действительно не воспринимал их никак иначе, кроме как Следопыт и Фонарщик. Не проскочило ни единой мысли о том, чтобы напасть на монстра, который когда-то был Дастом, или беседовать с бывшим Блу как с другом, которого Шестерёнка хорошо знал. Это понимание вызвало у него смешанные эмоции, но в основном была задумчивость. Неужели это действительно так просто? Здешние монстры и люди, да даже альтернативные версии самого Шестерёнки, все они такие разные, что ассоциаций просто не возникает. Почему же? Просто потому, что они все одеты по-другому? Из-за нестандартных характеров? А правда ли дело именно в них? Мор и Гастер, делясь своим опытом, рассказывали, что долго видели в собеседниках тех, кого потеряли. Почему же у Шестерёнки не так? Он заметил, что большинство монстров и людей носят примерно одинаковый стиль одежды, более простой и на взгляд Шестерёнки скучный, а некоторые прохожие оглядываются на него, рассматривая его потрёпанную мантию, рубашку и свободные штаны. Мор и Гастер говорили что-то о том, что Шестерёнка из не самой стандартной мультивселенной. Возможно, из-за этого ему легче абстрагироваться от знакомых лиц? Потому что в его мультивселенной эти лица всё равно были другими? Безусловно, похожие монстры встречались — однажды Шестерёнка заметил в толпе Астера, который был до странного похож на отца Инка его мультивселенной. Тогда Шестерёнка застыл и стал рассматривать его, пока монстр не скрылся из виду. Однако чем дольше он наблюдал за этим Астером, тем больше замечал мелких отличий, поэтому вскоре продолжил идти за удивлёнными Мором и Гастером, испытывая смешанные чувства. На самом деле в такие моменты ему даже было немного жутко. Как будто галлюцинация, вызванная отчаянным желанием снова увидеть умерших знакомых. Однако это был чуть ли не единичный случай. Сколько бы альтернативных версий своих друзей и знакомых Шестерёнка не видел, он всё равно едва ли признавал в них монстров и людей, с которыми когда-то был знаком.

***

Так прошло ещё неизвестно сколько времени — трое монстров всё гуляли, бездельничали, пока Шестерёнка потихоньку пытался разобраться в себе. Он и друзья забрели в большую жилую зону, и с порога их встретила непривычная суета. Монстры и люди бегали, многие были в слезах или с испугом на лице. Трое монстров непонимающе переглянулись и пошли вглубь зоны, спрашивая местных о том, что произошло. Первым им попался фиолетовый огненный элементаль, потерянно озирающийся по сторонам. Мор спокойно подошёл к нему: —Эй, что тут у вас происходит? Элементаль мгновенно повернулся к Мору, быстро пройдясь взглядом единственного глаза по остальным двум. «Мы пришли из соседней жилой зоны, —торопливо начал он, —Она просто внезапно начала гаснуть, поэтому многие побежали прямо во тьму, —элементаль оглянулся, предположительно, в сторону, откуда пришёл, —Но некоторые шли наоборот. Это было жутко, —на его лице выступил страх, —В общем, сюда потихоньку собираются все выжившие». Все трое монстров были удивлены услышанным. Жилая зона просто взяла и погасла? Шестерёнка даже не слышал о таком, хотя Мор, судя по его виду, знал, что такое могло произойти, но, кажется, никогда не слышал о конкретных случаях, да ещё и из первых уст. —Почему ты побежал, а не остался там? Вопрос сам вырвался из уст Шестерёнки, и он поспешил извиниться: —Прошу прощения, не хотел задавать такой вопрос. Элементаль, казалось, впал в ступор на пару секунд. «Ну, ээ, я всё ещё хочу жить вообще-то», —ответил он, склонив голову на бок. Мор и Гастер по-доброму усмехнулись, «А ты бы остался?» —внезапно элементаль задал свой вопрос. Теперь была очередь Шестерёнки впадать в ступор. Минуту между ними стояло молчание, только суета и крики окружающих их монстров и людей заполняли её. Наконец, Шестерёнка ответил: —Не знаю. Я пока думаю над этим. «Над чем?» —не понял элементаль, и по Мору и Гастеру было понятно, что они тоже. Шестерёнка отрывисто окинул их всех взглядом: —Над, ну, тем, что умер бы, если бы была такая возможность. То есть, она есть всегда, но я ещё не решил, буду ли, —попытался он объяснить. Лицо элементаля выразило странную эмоцию вроде смеси сочувствия и непонимания убеждений Шестерёнки. Он задал ещё один вопрос: «А как тебя зовут?» —Шестерёнка. «Нет, я имею в виду, как тебя звали в твоей мультивселенной?» Шестерёнка, всё ещё не понимая цель этих вопросов, ответил: —Дрим. Элементаль оглядел его с головы до ног оценивающим взглядом. Затем чуть усмехнулся: «Хм, действительно похож. Но всё равно выглядишь необычно для Дрима». —Знаю, —подтвердил Шестерёнка. «Меня кстати зовут Найтмер, —внезапно представился элементаль, —Я пока не придумал себе новое имя, да оно и не нужно мне ещё». Шестерёнка уставился на элементаля-Найтмера с, наверное, крайне тупым выражением лица, пусть и скрытым наполовину респиратором. Это Найтмер? Его же вообще не узнать в таком странном амплуа. Неужели кто-то вот так же реагирует, когда видит Шестерёнку? Ведь он тоже не особо стандартный Дрим. Но Найтмер не дал Шестерёнке завалить себя вопросами: «Ты, наверное, из тех, кто стал бы камнем, да?» Шестерёнка просто кивнул. Найтмер чуть улыбнулся ободряюще: «Неплохо справляешься», —а потом так же улыбнулся и Мору с Гастером, как тем, кто сподвиг Шестерёнку начать справляться. Позже они попрощались, но Найтмер в шутку сказал, что когда-нибудь они всё равно снова встретятся. Так и произошло. Через много времени. Наверное. Ведь в Нулевой Бесконечности нет времени. А затем ещё раз. И ещё. Шестерёнка и получивший новое имя Огонёк здорово сдружились, многое узнали друг о друге. Шестерёнку поразило, что в мультивселенной Огонька не было Дрима. Он так и не проснулся после создания, и всё бремя баланса лежало на плечах Огонька. В конце концов плечи треснули, яблоки были съедены в порыве получить больше силы, чтобы суметь поддерживать баланс, и тело монстра-скелета, данное Огоньку, раскололось из-за вырвавшейся наружу магии. К сожалению, Огонёк всё равно не справился, в его мультивселенную пришёл Ничто, и он оказался здесь. В конце концов, когда двое друзей встретились в пятый раз, они в шутку решили, что такова их судьба, и противиться ей нельзя. Мор и Гастер с радостью поддержали Шестерёнку продолжать свой путь с Огоньком. Они знали, что случайные знакомства всегда самые крепкие, раз уж сами так подружились. Двое друзей оставили Шестерёнку в надёжных руках, и на этом их пути разошлись. Мор и Гастер были рады впервые помочь кому-то по-настоящему, а Шестерёнка был рад наконец найти своё место в Нулевой Бесконечности.