Тени и ягоды

Темно, темнее, и мрак окончательно поглотил его. Он тонет в гуще этой ненависти, исходящая от его души. Пытается спастись, но ещё больше падает вниз. Захлёбывается, а слёзы текут рекой. Он хочет сказать одно лишь заветное «Прости», но уже слишком поздно для этого. Знает, но в глубине души надеется на лучший исход. Надеется и надеется, но в итоге ничего не меняется. Он вновь просыпается в гуще праха, уже давно поглотивший его жизни. Хотел бы он сбежать оттуда, но идти некуда. Даже того, кто мог обернуть время в спять нет. Это всё его вина, он виноват во всём, он готов был жить в вечном безумии на поводке у того, кто управлял временем, лишь бы видеть улыбку на лице того, кого он любит даже спустя годы. Он уже не помнит кого, помнятся лишь осколки осквернённого прошлого. Кого же он так любит? Он ведь видит лишь призрака, вечно упрекающего его во всём. Но лишь он порождает в нём тёплые чувства, хоть и до безумия редко. Но это не утешает его горе. До одного причудливого момента, одного причудливого монстра, так и смотрящего на него с мягкой улыбкой. Внутри загорелся огонь, разрушивший все, те каменные и холодные стены на душе. Они были как хрупкое стекло, которому достаточно одного малейшего касания, чтобы во мгновение око треснуть его и расколоться во множество мелких осколков, которые в тот же момент растаят от нарастающего, пылающего огня и растворятся в горячем воздухе. – Ты ещё не называл мне своё имя. Как тебя зовут? – Голубые глаза рассматривают скелета, воодушевлённо, желая узнать о нём. Вдруг из под капюшона показались пару светящихся глазниц, ранее совсем невиданные невооруженным глазам. Они смотрели на голубоглазого и ни на кого больше. Лёгкий ветер сдувал поверхность большого слоя праха, осевший на одежде того, у которого горели красные глаза с синей радужкой на одной. Это напрягало малого, и хоть он и не хотел думать о плохом, он ни в какую не мог избежать таких мыслей, что в каждом мгновенье всплывали в его разуме. – Мне кажется, ты не местный. Не знаешь этих мест? – но он сумел выдавить эти слова из себя, и хоть и внутренний голос велел бежать, он совсем не знал его. Он видит, что тот, кто стоял перед ним, нуждался в помощи сильнее чем кто либо другой, кого он когда либо видел в своей жизни. – Я могу помочь тебе, но скажи мне, друг, как тебя зовут? Тот ничего не ответил, лишь его глазницы ненароком сузились. Удивление его на то, что его называют «другом», казалось, была безграничной. – Меня зовут... – как ему назваться? Санс? О нет, он считал себя недостойным этого имени, – ... Даст. После его ответа, напряжение спало с другого, и он почувствовал себя лучше, и в разуме у него была одна лишь мысль: «Какое необычное имя». – Рад знакомству, Даст, а меня, как я уже говорил, зовут Блу. – Лицо его красила улыбка, излучающая одно лишь дружелюбие. – На самом деле, меня зовут Санс, но все называют меня Блу, – добавил он, бормоча слова себе под нос, но этого было достаточно, чтобы пыльный услышал его. – Но, в любом случае, я никогда не видел тебя раньше, да и вообще думал, что мы с братом единственные скелеты. Наверное, это должно было удивить Даста, что собеседника его зовут Санс, да и то, что в него есть брат, но невозможно было его почти ничем удивить. В конце концов, если существует его мир, в котором игрок управлял временем, то почему бы и не существовать другому. Но его мысли прервались из-за внезапного касания, и это было одним из тех редких вещей, что удивляли его. Лёгкое касание чужой руки к его, через столько лет и времён. Но хоть он и был удивлён, он скорее ощущал эйфорию, но не осознавал этого. Лишь минутами позже, он захочет большего. – Прости, мне кажется, ты думал о чём-то? – Он почувствовал, как чужая медленно сжимала его руку, так медленно, что казалось, нерешительно. И этого было достаточно, чтобы понять, что чувствует Даст. – Как насчёт того, чтобы погостить у нас дома? Или ещё я могу познакомить тебя с нашим городком, – особая лаконичность персоны перед ним заставляло его думать, что тот снова ничего не ответит. А Даст лишь думал о том, что бы сказать, хоть и считал это неплохой идеей. – Если ты не любишь много говорить, то я придумал решение этому, – после своих слов он во мгновение ока сжал его руку сильнее. – Давай я буду задавать вопросы, а ты будешь кивать на них или наоборот. «Что за глупости?» – задался вопросом, пыльный, но ему нравилась эта идея. Уж больно, не хотел он много выдавать свой голос из уст, ибо он был таким низким и даже отпугивающим, что аж даже он сам противился. И он кивнул. – Я хочу, чтобы ты стал моим гостем, что думаешь об этом? – он получил кивок, как и хотел. – В таком случае нам нужно идти туда, – он указал пальцем на тропу впереди. И постояв на месте минуту, Даст последовал за ним. Если присмотреться к окружению, то можно увидеть, что они были на поляне без разного рода деревьев или больших растений.  Над ними ярко нависало солнце, лучи которого грели некоторые его костяшки, которые не были сокрыты под курткой на распашку. И сколько бы ему не казалось, что что-то подобное он уже ощущал давным давно, это было будто в первый раз. Ни облаков, ни теней от них. Ему даже захотелось полностью снять всю свою одежду и просто наслаждаться под солнечными светом. С самого своего появления в этом мире, осознавал, что он на поверхности, но сильно не удивился. Лишь стоял на месте, будто ожидал чего-то, хотя на деле изучал местность, пока, вскоре не появился Блу. Они уже прошли несколько метров совсем безмолвно, и хоть Даст этого совсем не замечал, Блу смотрел на него и думал о его настроении, но из за капюшона ничего не мог понять, улыбался он или нет. – Слушай, а тебе удобно ходить в капюшоне? – поинтересовался Блу, на что пыльный легко пожал плечами. – Ты можешь снять его, если, конечно, хочешь. – После его слов, Даст вдруг прекратил ходить, а взгляд Блу смягчился. – Всё в порядке, просто мне ужасно любопытно то, как ты выглядишь. – Я не хочу снимать его, – вдруг отозвался Даст, глядя на него. Он не знал, комплекс ли это или что-то другое, но он постоянно чувствовал себя лучше, когда ходил с капюшоном. Будто никто не осудит его ни в чём, если не будет его видеть и знать. На мине у Блу явно виднелось недоумение, но он сразу заменил это на мягкую улыбку и ответил: – Я понимаю тебя, но ты можешь быть уверен в том, что я обязательно помогу тебе с твоими трудностями, – после чего взглянул в сторону, оставляя приятеля ошеломлённым, а когда его глаза заметили кусты с ягодами, он вдруг взял друга за руку и хотел повести за собой к ним. – Там есть ягоды, я уверен, они тебе понравятся, – а когда Даст увидел стебли, он даже не сопротивился тому, что тот вёл его за собой. Расстояние всего несколько метров и они уже были на месте. Блу взял одну из ягод и смотрел на него: – Так и знал, что это голубики, – перевёл взгляд на Даста, – наверное ты уже пробовал их, но в наших краях они бывают особенно сладкими, – и преподнёс ягоду другу, но тот выглядел задумчивым. Смотрел на него, но после на голубику. – Сказать честно, я пришёл сюда, чтобы собрать ягод, но я рад, что нашёл тебя. Но тот, казалось не слушал его, лишь несколько секунд следом, услышал из его уст одно лишь слово: – Голубика. – Ах, ты про них? Да, угощайся, – но тот снова повторил это слово. – Что-то не так с ними? Именно в этот момент, Даст, словно вернулся в реальность, и в тот же момент ответил: – Нет, думал о том, чтобы называть тебя Голубикой. – На что Блу смутился, а в скулах его появился лёгкий слой голубого. – Вау, правда? – весело спросил он, после чего съел ягоду, которую минутами ранее хотел дать Дасту. – Мне нравится, но в таком случае, как насчёт того, чтобы мне придумать тебе прозвище? – на что Даст удивлённо посмотрел на него, но он засомневался насчёт того, что хочет этого. – Дасти? – сказал Блу в вопросительным тоном, но сразу же укрепил этот термин, повторяя это уже увереннее. Даст лишь пожал плечами и повернул череп в сторону, улыбаясь под капюшоном.