Точка возврата

***

      Джон Ватсон стоял в своей тёмной гостиной, прислонившись к дверному косяку. Тишина квартиры, которая когда-то казалась уютной, теперь давила на него. Шум города за окном звучал приглушённо и чуждо.       Он сделал глоток виски, не замечая горечи. Раньше он говорил себе, что пьёт, чтобы расслабиться, чтобы спать. Теперь он понимал: пьёт лишь для того, чтобы не думать.       Шерлок Холмс, человек, который перевернул его жизнь, был мёртв уже два года. Это нельзя было изменить. Но почему-то каждый день Джон ловил себя на том, что ищет его: в толпе, в прохожих, в звуках скрипки, доносящихся из окна соседнего дома.       — Это пройдёт, — пробормотал он, как будто убеждая сам себя.       Но не проходило. Бессонные ночи стали привычкой, но Джон обманывал себя, что это не от тоски, а просто от усталости.       После похорон Шерлока Холмса его жизнь словно остановилась. Он пытался двигаться вперёд: сменил квартиру, устроился в другую клинику, даже попробовал встречаться с кем-то. Но каждый вечер заканчивался одинаково — одиночеством и немым вопросом: зачем?       — Ты дурак, Джон, — бормоча под нос, едва слышно, он добавил, — И слабак…       Свет настольной лампы мигнул, заставляя его очнуться. Мужчина выдохнул, поставил стакан на стол и направился в спальню.

***

      Поздним вечером, возвращаясь с очередного дежурства, доктор Ватсон проходил мимо знакомых мест. Улицы Лондона были тихими, как будто город тоже устал от всей существующей суеты. Закрыв за собой дверь, он выдохнул, мечтая только об одном — лечь в постель и хотя бы на пару часов забыться сном.       Но в гостиной его ждал кошмар наяву. На старом кресле, вытянув длинные ноги и с насмешливой улыбкой, сидел Шерлок. Живой. В самом идеальном состоянии.       — Добрый вечер, Джон.       Джон застыл на месте. Секунду он молчал, а затем, словно от удара, выронил сумку.       — Это… невозможно, — выдавил мужчина, не отводя взгляда.       Детектив поднялся, медленно, как хищник, не сводящий глаз с жертвы.       — Не так уж и невозможно, как видишь.       Сначала Джон подумал, что это сон или галлюцинация. Но нет — это был Шерлок. Слишком реальный. Слишком настоящий. Гнев накрыл его, как волна.       — Ты… — голос доктора задрожал. — Ты был мёртв! Ты упал с той чёртовой крыши!       Шерлок поднял бровь.       — Джон, успокойся. У меня были причины…       — Причины?! — Джон шагнул вперёд, сжав кулаки. — Ты оставил меня! Два года! Ты заставил меня поверить, что я потерял тебя навсегда!       Он замахнулся, но собеседник легко увернулся, как будто этого и ждал.       — Агрессия — это не решение, — сухо заметил Холмс.       — Заткнись! Тебе было наплевать на меня! На всех! — слепой гнев Джона вспыхнул ярким пламенем, но затем внезапно угас. Доктор понял, что задел собеседника. У Шерлока кровоточила губа. Плечи Ватсона опустились. Он повернулся к стене, прижав ладони к лицу. Казалось, что мужчина вот-вот рухнет от бессилия.       — Ты уничтожил меня, Шерлок, — его голос сорвался и стал тише, — Ты умер… а я остался один.       Детектив, на мгновение потеряв привычную уверенность, смотрел на Джона молча. Он нервно вытер кровь с губ, своим белым платком. В его взгляде промелькнула тень сожаления, но она быстро скрылась за маской равнодушия.       — Это была необходимость, Джон. Моё «исчезновение» спасло твою жизнь.       — Необходимо? — Джон поднял глаза, в которых смешались боль и злость. — Ты даже не подумал, что я заслуживаю знать?       Шерлок смотрел на него молча. Его взгляд был тяжёлым, почти изучающим.       — Повторюсь, тебе грозила опасность. И главное — ты выжил, Джон, — наконец произнёс он.       — Выжил? — Джон обернулся, его глаза блестели от слёз. — Это ты называешь жизнью? Я жил, как брошенная собака, которая ждёт своего хозяина. Каждый день я оглядывался, надеялся… проклинал себя за эту надежду! - резкое откровение приводит доктора в ещё большее бессилие.       - Я был рядом, наблюдал за тобой, - непреклонно отвечал детектив.       Дождь барабанил по стеклу, словно отмеряя секунды мучительного молчания. Джон вздохнул, и на фоне тиканья часов это прозвучало почти как выстрел.       — Рядом? — Джон горько рассмеялся. — Ты понятия не имеешь, каково это было!       Шерлок крадущимся шагом подошёл ближе. Его голос стал ниже.       — Каково это было, Джон?       Ватсон молчал, с трудом удерживая себя от нового взрыва. Детектив наклонился к собеседнику.       — Ты скучал по мне? — спросил Холмс, его губы дрогнули в лёгкой улыбке.       Джон отвёл взгляд, пытаясь сохранить самообладание.       — Ты не можешь просто… появиться и вести себя так, будто ничего не произошло.       — Почему? — Шерлок усмехнулся и  шагнул ещё ближе, его пальцы легко коснулись плеча Ватсона, — Хочешь, чтобы я ушёл?       — Я… — Джон запнулся. Он хотел отстраниться, но не мог.       Ватсон вдруг вспомнил тот день, когда впервые увидел его — худого, бледного и невозможного. Тогда он ещё не знал, что этот человек вытеснит из его жизни всё и оставит пустоту, заполненную хаосом и болью. Но даже сейчас, даже после всего, мужчина остаётся.       Джон стоял, словно парализованный. Его тело говорило одно, разум — другое. Слёзы несдержанно стекали по щекам.       — Ты никогда не мог сказать "нет", — разрушая тишину, пленительный голос детектива продолжил,  — И не можешь, даже сейчас, когда ты буквально кипишь ненавистью.       — Ты не понимаешь, что говоришь…       — О, я все понимаю, — он склонил голову, его губы расплылись в полуулыбке. — Ты ведь злишься не на меня, Джон. Ты злишься на себя. Ты ненавидишь, что я всё ещё контролирую твою жизнь. Что, даже умерев, я остался в твоих мыслях.       — Ты ничего не контролируешь.       — Правда? Тогда почему ты до сих пор позволяешь мне диктовать твои эмоции?Ты скучал, Джон. Посмотри глубже… ты восхваляешь меня за то, что я вернулся.       Джон сжал кулаки.       — Замолчи…       Шерлок не остановился.       — Ты — моя тень. Мой спутник. Ты был готов умереть за меня, но не жить без меня, — детектив подходил всё ближе, будто хищник, загоняющий добычу.       Джон сделал шаг назад, но упёрся в холодную стену. Он понимал, что проигрывает. Эта связь, эта странная зависимость от Шерлока тянула его вниз.       — Я ненавижу тебя…       — Ты сам этого желаешь, — Шерлок склонился ближе, их лица почти соприкасались. — И ты ждал меня, жадно ждал.       Джон смотрел на него, чувствуя, как закипают эмоции: гнев, боль, отчаяние. Но сильнее всего — эта привязанность, которую он ненавидел в себе.       — Ты играешь со мной, — выдохнул Джон. — Ты всегда это делал.       — Потому что ты позволяешь, — Шерлок осторожно коснулся подбородка собеседника, приподнимая его, — Ты думаешь, я этого не вижу?       После немой паузы, напряжение, стоявшее в комнате, обрушилось с огромной силой. Доктор не контролировал ни себя, ни свое тело, вынуждено слушая Холмса, будто под гипнозом.       - Ты мой, Джон. Всегда был, - слова гремят в голове. Звучат как приговор.       — Это неправда, — голос Джона сорвался.       Шерлок медленно наклоняется вперед, их лица оказаваются опасно близко.       — Тогда докажи.       Джон не отвечает. Слёзы стекают по его лицу. Он опускает взгляд, чувствуя, как рушится всё его сопротивление.       Шерлок, наблюдая за ним, вдруг смягчается. Его голос становится почти ласковым, а взгляд теплеет.       — Ты всё ещё не можешь жить без меня. Разве нет?       Всё в нём кричало против этого признания, но он не мог лгать. Безмолвно, дрожащей рукой он коснулся пальцев друга. Хватаясь, как за спасательный круг. Это было ответом.       Детектив, с интересом наблюдая за Джоном, медленно поддался вперед и коснулся губами чужих губ. Это был короткий, мягкий, почти невесомый поцелуй, но его хватило, чтобы всё внутри доктора рухнуло окончательно.       Когда детектив отстранился, он посмотрел на Ватсона с загадочной улыбкой.       — Нам обоим нужно время, — тихо произнёс Холмс, словно ставя точку в их долгом разговоре.       Прежде чем Джон смог что-либо сказать, Шерлок развернулся и ушёл, оставив его в полном смятении.       Ватсон коснулся своих губ, они горели. Всё внутри него было разрушено…

"Он знал, что не сможет отпустить его. Никогда"