choi family

Джошуа уже несколько минут не отрываясь смотрел на мужа, который игрался со своим племянником на детской площадке около их дома. На днях сестра Сокмина приехала погостить со своим сыном, и Ли взял на себя обязательства самого заботливого дядюшки: он гулял с ребенком, возил его в парки развлечений и позволял объедаться мороженым. Было видно, как Сокмин обожал маленького Минхека, и Джису полностью разделял его чувства: мальчик был невероятно очаровательным и послушным, и ему нравились все идеи, которые предлагал дядя Докём. Шуа проникся любовью к Минхеку, и эти чувства были взаимны: по вечерам ребенок обожал сидеть на коленках Джису и слушать, как он читает книгу, поя его горячим чаем. Как только сестра Сокмина приехала, парни настояли на том, чтобы она отдыхала, ведь проводить время с Минхеком было прекрасно и мальчик очень сильно любил своих дядюшек. Однако, несмотря на царившую идиллию, было одно «но»… - Ты сейчас просверлишь взглядом своего ненаглядного, - Джонхан сел на скамейку рядом с братом, держа панамку Сунена в руках. Сынчоль в это время ходил по прогулочным дорожкам, катая коляску и разговаривая с кем-то по телефону. Джису закатил глаза на это замечание: - Он мой муж, конечно, я буду на него смотреть. - Не делай вид, что не понимаешь, о чем я, - цокнул языком Хан. - Когда ты собираешься ему сказать? Шуа-я, Сокмин заслуживает знать, чего бы ты себе не напридумывал. После этих слов Джонхан приобнял Джису, и тот уткнулся носом в плечо брата. Тот, безусловно, был прав, но уже целую неделю Шуа находился в прострации, боясь рассказывать Сокмину свой маленький секрет. - Я не могу предугадать его реакцию. Как он отреагирует? - пробурчал парень. - Всё случилось так неожиданно, мы не планировании этого ближайший год… - Хонг Джису! - раздался грозный голос Джонхана, который мягко поднял подбородок своего друга. - Я не знаю, что творится в твоей прелестной голове, но мне это совершенно не нравится. Почему ты так не уверен в своем муже? - Я не уверен в себе, Ханни, а не в нем, - прошептал Джису, качая головой. - Что, если он не захочет ничего менять? Это такая ответственность, я и сам боюсь! Может быть, для него случившееся будет обузой… - Джису, - выдохнул Джонхан, сильнее прижимая друга к себе, - посмотри туда, на что ты пялился последние десять минут, и скажи: что ты видишь? - Я… ну, Сокмина и Минхека, - смутился Шуа, не понимая, к чему ведет его друг. - Правильно, - кивнул Хан. - Что делает Сокмин? - Катает Минхека на спине. Наверное, Докему пришлось его уговаривать, ведь Хёки страшный трусишка и боится высоты. - Как думаешь, Сокмина напрягает его племянник? - Что? - распахнул глаза Джису. - Боже, конечно, нет! Он ведь любит его больше жизни. - Хорошо, - согласился Юн. - Может быть, Сунён раздражает Сокмина, когда хочет поиграть со своим любимым хёном? - Йа, на что ты намекаешь! - воскликнул Хонг. - Мой муж обожает твоего сына, ты же это знаешь. Он всегда рад посидеть с Сунёном в любое время дня и ночи. Джонхан улыбнулся и нежно убрал локон Джису за ухо: - И почему ты в таком случае считаешь, что ваш собственный ребенок будет обузой для твоего мужа, который невероятно любит детей? Сердце Шуа пропустило удар, а ладонь неосознанно легла на живот, ведь Джонхан озвучил то, о чем он боялся думать и говорить: его неожиданная беременность. Почувствовав недомогание пару недель назад, Шуа списал это на вредную еду, которой они периодически баловались с Сокмином, но когда его несколько дней подряд тошнило по утрам, то он втайне от мужа пошел в аптеку за тестом, чтобы подтвердить свои подозрения. После этого Джонхану пришлось оставить Сунёна на Сынчоля и бежать в дом Ли, чтобы успокоить рыдающего навзрыд друга. Джису боялся сам не зная чего и почему-то был абсолютно уверен в том, что Сокмин его бросит, ведь «тот слишком молод, чтобы становиться отцом». Джонхану пришлось напоить Джису успокаивающим чаем и пару часов гладить его по волосам, чтобы омега уснул. Когда Сокмин вернулся домой и увидел опухшее лицо супруга, то был сильно встревожен, но Хан заверил его, что Джису просто переутомился. За этот обман Джонхан взял с друга обещание как можно скорее рассказать всё Сокмину, но тот панически боялся сообщать ему эту новость. - Мне иногда кажется, - произнес Юн, - что Сунён любит твоего мужа больше, чем меня и Чоля. Сокмин ладит с детьми лучше, чем кто-либо из нашего окружения, и ты это прекрасно знаешь, Шуа-я. Может быть, вы не садились за круглый стол и не обсуждали планирование ребенка, но я уверен, что Докём будет невероятно рад услышать то, что тебе по неизвестной причине кажется страшной новостью. Он будет прекрасным отцом, и ты осчастливишь его, когда расскажешь об этом. - Ты правда так считаешь? - глазами, полными слез, Джису посмотрел на Джонхана, хватаясь за его ладонь. - Разумеется, - кивнул Хан. - А если вдруг что-то пойдет не так и он тебя обидит, я оторву ему яйца. - Ханни! - засмеялся Шуа, смахивая влагу с глаз. - Что? Не ты ли говорил мне это, когда Чоль начал за мной ухаживать? Мы все, конечно, друзья, но помни, что я всегда на твоей стороне. После этих слов и улыбки Джонхана Джошуа стало немного легче. Он слушал своего брата и думал о том, что накрутил себя до невозможности и додумал всё за альфу. Посмотрев на мужа, который громко смеялся и щекотал Минхека, Джису понял, что Джонхан прав: Сокмин заслуживает знать.

***

Спустя полчаса, когда Минхек наигрался и подбежал к Джису, чтобы попить, тот взволнованно посмотрел на мужа и решил: была не была. Он больше не может оставаться с этими мыслями один на один и изводить себя. - Сок-а, - произнес Джису, нервно прикусывая губу. - Что, любимый? - улыбнулся Докем, садясь на скамейку, и подхватил Минхека на руки. - Я… об этом немного неловко говорить. В общем иногда мне снятся сны, как я играю с темноволосым мальчиком, у которого твои глаза, Шуа-я. Такого уже давно не было, снов, я имею в виду, но приезд нуны и Хёка напомнил мне о них. - А… а как его звали в твоих снах, Кёмми? - прошептал Шуа, сжимая запястье мужа. У него перехватило дыхание от слов Сокмина, которые Джису так отчаянно хотел услышать, но не мог себе в этом признаться. Ли поцеловал Шуа в щеку и улыбнулся: - Сынкван. Наш маленький Кванни. Твоя доброта и моя страсть к победе — это было бы идеальное имя для ребенка. Джошуа, охнув, почувствовал, как его глаза заслезились, и положил голову на плечо Сокмина, чтобы тот не заметил влажных дорожек, текущих по его щекам. Хонг сжал ручку Минхека, который прильнул к груди дяди и что-то тихо лепетал. Джису услышал всё, что ему было нужно.