Второй шанс на жизнь

— Бо А, с вами всё хорошо? — девушка ведущая не унималась, пытаясь понять, что же со мной случилось.       Но со мной ли? А кто я сейчас? И почему я нахожусь в Корее, так ещё и в другом теле, совершенно не похожем на моё, так и к тому же зовут меня по-другому. Может это всё сон?       Решив, что можно всё понять за долю секунды, я подняла свою руку и резко ущипнув себя, почувствовала острую боль. — Может быть вам пройти в гримерную и отдохнуть? — прозвучал ещё один, но почему-то смутно знакомый голос, только не для меня, а для Бо А. До конца так и не поняв, что здесь происходит, я просто безмолвно мотнула головой в знак согласия и меня под руку повели куда-то по тёмным коридорам. Голова не хотела думать, а тем более понимать тот факт, что я могу понимать корейскую речь, как свою родную, вот только ещё не знала, умею ли отвечать на ней. Меня привели в маленькую светлую комнату, в которой умещался только стол с зеркалом, разные материалы для укладки, макияжа, стул и маленький диванчик, на который меня тут же усадили. — Бо А, что с вами произошло на церемонии? Вы так лучезарно улыбались камерам, а потом вдруг вас как подменили и вы побледнели, — не унималась женщина средних лет, ходя из угла в угол, видимо это была менеджер певицы (или актрисы), — вас стало плохо, вы больны? — Успокойтесь пожалуйста, дайте мне пожалуйста минут десять и я прийду в себя, только выйдете из гримерной, — решив все-таки что-то произнести, я выдала речь на чистом корейском, попутно всё больше и больше удивляясь с себя. — Я вас поняла, хорошо, но только десять минут, вам ещё нужно присутствовать на самой премии, так как у вас есть номинации, — и чуть поклонившись, женщина вышла за дверь.       Наконец-то я смогла подышать полной грудью и расслабиться. Никакого нормального объяснения тому, как я здесь оказалась, не находилось. Последнее, что было в голове — это свет фар и громкий визг колёс о дорогу. Вдруг я вся покрылась мурашками от понимания того, что меня сбила машина, когда переходила дорогу по светофору. — Боже, как же я так умудрилась, — и тяжело вздохнув, продолжила беседу с самой собой, — может я в потустороннем мире, раю? это единственное, что могло объяснить мою ситуацию.       В следующий момент дверь открылась и из нее показалась голова той самой женщины, которая привела меня сюда. Жестом она показала, что время кончилось и пора возвращаться на премию. Встав с дивана, я оглянула себя в зеркале, увидев перед собой миловидную девушку с тёмной короткой стрижкой и привлекательной улыбкой; на шее красовался чокер из камней голубых и белых цветов, платье до середины бедра было в таких же оттенках, а от талии со спины развевался красивый подол синего, как океан, цвета; шикарный образ заканчивали туфли на высоком каблуке. После быстрого знакомства с самой собой, я чуть подправила причёску и пошла за менеджером.

***

      Видеть этот большой зал для премии своими глазами было дико, так как её я могла лицезреть только по телевизору, параллельно жуя чипсы и болея за своего любимого артиста. А сейчас это всё казалось нереальным: десятки тысяч людей скандировали имена своих любимых айдолов, обязательно записывая всё на телефон, умудряясь ещё махать лайстиком; сами артисты сидели в определенном месте с лучезарными улыбками, а когда кто-то проходил на свои места после выступления, вставали и кланялись.       Пока я рассматривала всё и вся как маленький ребёнок, которому любопытно всё новое, не заметила, как меня довели до своего места. Волнение в эту же секунду взяло вверх, щеки покраснели, ведь айдолы завидев меня, начали кланятся, дружелюбно улыбаться, даже в глазах некоторых я увидела неподдельное восхищение. — Кто же я такая интересно? — промелькнуло в голове, перед тем как присесть на удобное кресло, — многие меня знают, да даже не многие, а почти все здесь.       После того, как сердце немного успокоилось, я решила осмотреть тех, с кем я сижу. А слева от меня сидела группа «Aespa» — четыре миловидные девушки были увлечены просмотром премии, не замечая взглядов на них, но видеть их вживую и так близко было очень странно. Хотелось просто дотронуться до них и понять, правда всё это или нет. После повернув голову вправо я поняла, что пропала. Окончательно и бесповоротно. Ведь там сидела группа «Stray Kids». Парни, которые заменили мне даже семью, склеивали моё сердце своими песнями, а сейчас они сидят в десятках сантиметров от меня. От осознания голова начала кружится и слегка схватившись одной рукой за голову, пыталась прийти в себя. — С вами всё в порядке, Бо А? — послышался голос неподалёку, и сфокурсировов взгляд, я увидела Феликса, — может вам нужна помощь? — Н-нет, спасибо, просто переволновалась, — выжала я из себя фразу, до сих пор не привыкнув к тому, что я говорю на корейском и вымученно улыбнулась.       Феликс на это только улыбнулся в ответ и отвернулся, увлекаясь разговором с Хëнджином. В мыслях я говорила себе, что раз уж я попала сюда по воле судьбы, значит так и надо. Значит мне что-то здесь нужно сделать, не хватало только какой-то записки, подсказки, что именно. Решив поразмышлять об этом попозже, я решила наконец-то углубиться в созерцание премии. — Победителем в номинации «лучшая певица айдол» становится, — недолгая, но такая мучительная пауза заставляла всех невольно затаить дыхание, — Бо А, поздравляем!       Айдолы по бокам от меня мгновенно встали со своих мест и стали хлопать, поздравляя, как и люди из зала. Гул в ушах был неимоверный, а на экране я увидела «себя», такую красивую, но не настоящую, только оболочку. Встав с места, я улыбнулась и пошла к месту получения премии, запомнила из прошлых премий, которые смотрела по телевизору. Дорога была очень долгой и волнительной, но я не чувствовала даже доли счастья, ведь это не моя награда, а настоящей Бо А, место которой сейчас занимала я — Женя из маленького русского городка. Но раз я пока за неё, нужно держать планку и не показывать странности в поведении.       Мне выдали награду и под громкие аплодисменты всучили микрофон, намекая на благодарственную речь. В голове закрутились шестерёнки и что единственное было сейчас в мыслях вышло из рта. Получилась короткая и лаконичная благодарность, после которой я поклонилась и пошла обратно на своё место. Так и прошла премия, но взгляд у меня вечно были направлен направо, к группе, которая была лучом света в непробудной тьме, так хотелось рассмотреть их поближе, с каждым поговорить, сказать, как я их ценю, но не позволяла моя оболочка. Не могу же в виде айдола подойти к ним на премии и распасться в коплиментах, зрители и СМИ не так поймут, поползут слухи. Что что, а это я не понаслышке знаю, сама читала.       С Феликсом мы иногда перекидывались взглядами, улыбаясь и мне показалось, что мы знаем друг друга очень хорошо, может даже друзья, но проверять пока не хотелось. Мне хватило и такого маленького взаимодействия.

***

— Бо А, переодевайтесь и идите к машине, она ждёт вас у чёрного выхода, — огласила мне женщина, — и вас ещё в машине ожидает один человек, так что поторапливайтесь.       И убежала, оставляя меня в гримёрке с несколькими девушками, видимо стилистами и гримерами. Они быстренько меня переодели и сняли макияж, нанеся очень естественный и повседневный. Через десять минут я уже была совсем другой, более домашней что ли, в обычных чёрных джинсах, в фиолетовой толстовке и высоких кедах.       Посеменя к выходу, увидела на улице чёрную с тонированными стёклами машину, видимо ожидающую меня. Открыв дверь, я плюхнулась на сидение и с облегчением откинулась на спинку сидения, но откуда взявшийся голос проговорил: — Бо А, уже соскучилась по мне? Я видел, как ты сегодня смотрела на меня на премии, — после произнесенных слов, я повернула голову и увидела Феликса, остолбенев, — я тоже скучал, солнце.       В следующий момент парень накрыл мою руку своей и приблизился, легко целуя в губы. Это было последней каплей непонимания ситуации, в которой я оказалась. Только что меня поцеловал Феликс и Бо А видимо понравилось, а вот Жене нет, не так я видела свой первый поцелуй.