Бездарный мальчик на крыше школы.

Глядя вниз, он сжал кулаки так крепко, что ногти впились в ладони, и нервно сглотнул. Тело дрожало, сердце неистово колотилось, но решение уже было принято. Парень поднял голову, глубоко вдохнул прохладный воздух и, не раздумывая больше, шагнул вперёд. Падение длилось всего мгновение. В этом коротком полёте он усмехнулся, едва заметно, представляя выражения лиц своих родителей. Когда тело ударилось о холодный асфальт, раздался глухой, неприятный звук, от которого заложило уши. А потом… Потом пришла боль. Острая, всепоглощающая, пронзающая каждую клетку. Она заполнила всё вокруг, превращая время в бесконечную агонию. Он устремил взгляд в небо, его глаза застилала пелена. Жизнь медленно ускользала, оставляя за собой лишь тишину и холод. Во рту ощущался горький, металлический привкус крови. Под ним расползалась что-то тёплое и липкое...Кровь? Он не жалел о своём решении. Мысли о том, что скажут его родственники, одноклассники, учителя, мелькнули где-то на задворках сознания. Что они почувствуют, узнав о его смерти? Грусть? Шок? Или равнодушие? Ответа он уже не узнает. Тепло медленно покидало его тело, уступая место ледяной пустоте. С каждой секундой становилось всё холоднее, словно сама жизнь замерзала внутри него. Вот бы... Вот бы кто-то оказался рядом. Просто сидел молча, держал за руку и не давал исчезнуть в этой пустоте. Утром его тело обнаружил охранник. Лёжа на холодном асфальте, оно выглядело странно мирным, словно смерть принесла долгожданное облегчение. Родители, узнав об этом, конечно, были опечалены. Однако за скорбью пряталось чувство вины, будто где-то они упустили что-то важное, чего уже не исправить.А в классе царила удручающая тишина, словно вся комната была поглощена тяжёлым, невидимым грузом. Каждый взгляд, каждый шёпот казался чуждым, и никто не знал, как правильно реагировать на то, что случилось. На парте, где сидел Ёна, стояла ваза с белыми лилиями. В новостях коротко упомянули о парне, который совершил суицид. Это было сказано так буднично, как если бы это было не чье-то последнее решение, а просто очередная новость, не имеющая ничего общего с реальной болью. Неужели смерть была единственным выходом? Да. Для него смерть была единственным выходом из этого бескрайнего дна, из которого не было сил выбраться. Всё остальное казалось слишком тяжёлым, слишком бессмысленным, чтобы продолжать бороться.У него не было будущего... По крайней мере, он так думал. Всё, что оставалось, — это ощущение безысходности, как будто время для него остановилось, и впереди не было ничего, кроме темноты.Каждый день был таким же, как и предыдущий — серым, пустым и бесконечным. Время тянулось, как вязкая субстанция, не давая ни малейшего проблеска надежды на перемены. Чувство одиночества… Это было самым ужасным. Оно пронизывало каждую клетку, как ледяной ветер, и не отпускало, даже когда вокруг было полно людей. Самая тяжёлая боль — быть одному, даже среди толпы.Он боялся заговорить даже с родителями, как будто каждое слово могло разрушить то, что оставалось. Друзей не было — ни близких, ни тех, с кем можно было бы поделиться хоть чем-то. Он был один, и эта пустота была гораздо глубже, чем кажется. Если бы кто-то его поддержал... Может, всё обернулось бы иначе? Может, один искренний разговор, одно теплое слово смогли бы изменить его путь, вырвав из темной ямы, в которую он погрузился. Но так и не случилось. Реальность жестока. Она не щадит, не даёт второй шанс, не ждёт, пока человек будет готов. Она просто существует, и порой её тяжесть кажется невозможной для того, чтобы её вынести. На его могилу, на удивление, пришло много людей. Даже незнакомцы выражали соболезнования и приносили цветы. А ведь через несколько лет о нём все забудут. Его имя будет теряться в потоке времени, как и его история, став лишь мимолётным воспоминанием для тех, кто когда-то знал его. Жизнь продолжится, а память о нём растворится в повседневной суете.