Старпёр и Феликс

- Отец, знакомься, это мой омега - Феликс, - твёрдо говорит Рики, сжимая маленькую ладошку пары в своей, более крупной и сильной, и в упор смотрит на старшего альфу, который удивленно вскидывает брови вверх, однако сохраняет молчание, предпочитая наблюдать за устроенным представлением поверхностно, без своего непосредственного участия. - Здравствуйте, - Феликс сгибается в девяносто с хреном градусов, и давит милую улыбочку, пока в голове прикидывает сколько ему могут дать за убийство непутёвого парня. Потому что, ну серьезно? Они вместе не так давно, чуть больше недели, а этот придурок уже решил познакомить его со своими родителями. Родителем, если быть точнее. Обворожительным мужчиной, на вид лет сорока, с которым Феликс непременно бы замутил, не будь тот его будущим свёкром - со слов Рики конечно же. А вообще этот альфа - так называемый парень Феликса - совсем уж разошёлся, став называть Феликса муженьком, и намекать на скорую свадьбу буквально спустя три дня отношений, где даже поцелуя как такового не было, не говоря о чём-то большем. И поэтому, опять же, серьёзно? Они только-только заканчивают последний год старшей школы, а для Рики - Феликс и "его" омега, и папа их будущих детей, и сука спасибо, что не дедушка их общих внуков. Короче, испанский стыд да и только. Но теперь ничего не поделать. Феликс сам виноват, что согласился встречаться с популярным мальчиком из параллели, а сейчас пожинает плоды. Кто бы раньше сказал, что вестись на внешность - гиблое дело, потом огребёшь же. Феликсу вот не сказали и результат налицо. - Приятно познакомиться, - отвечает мужчина в строгом костюме, спустя минуту повисшей тишины. И блять, Феликс благодарен ему, искренне, от всего сердца, - Ну, проходи что ли, Феликс - омега моего сына, - в его голосе скользит насмешка. Не над Феликсом, скорее над собственным чадом. Феликс хмыкает, стирая добродушное выражение лица, и больше не собирается быть примером послушной невестки. От него не требуют, он не делает. Ему даже кажется, что с этим альфой он построит более доверительные отношения, чем с Рики. Потому что сарказм в диалогах - лучшая черта людей, лично для Феликса. А господин Хван уже поспособствовал тому, чтобы прибавить себе плюс к шарму от чужого лица. Чего не скажешь о Рики. Тот слишком прямолинейный, и немного тупенький для сарказма. Несмотря на рост упирающийся в потолок, он немного низкий для этого. Наверное поэтому, Феликс его и недолюбливает, пусть Рики и является его паренем. В любом случае, это ничего не меняет. Не их, если совсем честно, дерьмовых взаимоотношений, не привлекательной мужественности его отца, что красивый - пипец. И даже несмотря на разницу в возрасте, соизмеримую с расстоянием от Луны до Солнца, Феликс готов не только зад ему подставить, но и шею для долгосрочной метки. Приходится встряхнуться, чтобы выдворить такие мысли. Рано ему, да и мистер Хван навряд ли любит малолеток. А если да... То, кто такой Рики? Не знаем такого. Отношения с ним? Пф, херня какая-то. Феликс невинный и непорочный, мистер Хван, не то что зуб даём, но и всю челюсть. А мистер Хван тем временем, ведёт их в гостиную, чтобы услужливо указать на диван, жестом приглашая сесть. Сам он садится на кресло по близости, и закидывает ногу на ногу, метнув в Феликса короткий взгляд. И то ли у омеги уже мозг запудрился такой привлекательной, мужественной красотой, то ли, этот сексуальный дядька проявляет свою заинтересованность. Потому что на парня своего сына, таким взглядом не смотрят. А вот на обворожительную омегу - очень даже. Омега внутри Феликса счастливо попискивает, не обращая внимания на заявленного парня, и прихорашивается, стараясь угодить более зрелому альфе. Феликс опять встряхивается. Упаси Господь, он ведь сейчас ляжет на журнальный столик, приняв позу русалочки, если внутренний зверёк не успокоится. А приличные омеги так не делают. Только если их не просят, ещё более приличные взрослые дяди, вроде мистера Хвана. Вот что-что, а Феликс никак не ожидал, что в своём юном возрасте, у него резко появится кинк на стариков. А этот пусть и секси, но всё равно с парой прядей седых волос. Значит, заведомо, старикашка каких свет не видывал. - Итак, - начинает всё тот же секси-старпёр, опять посмотрев на Феликса, - У вас есть что-то ещё, о чём вы хотите мне сказать, или на этом закончим наше знакомство? - спрашивает с ехидной улыбочкой, и Феликс не может удержаться от того, чтобы не выдавить такую же, глядя глаза в глаза. Рики о котором позабыли сразу двое, подаёт признаки жизни, сжав руку Феликса в своей, а другой обхватывает младшего за талию, притягивая ближе. - Ну, - тянет он, - Возможно, это ты, хочешь что-то спросить? - неуверенностью сквозит за километр, руки усиливают хватку сжимая рёбра, из-за чего Феликс начинает тяжело дышать, стараясь немного отпихуть чужие грабли от себя. Рики не реагирует, упрямо смотря на отца. Тот отрицательно качает головой. - Нет, у меня нет вопросов, - мистер Хван улыбается тому как Феликс выбирается из удушающих объятий и обращается опять к нему, - Можешь быть как дома, ты, считай, теперь часть нашей семьи, - его голос не удерживает пару саркастичных ноток. И Феликс хрюкает от смеха. Рики же удивлённо переводит взгляд с одного на другого, не понимая, что успел упустить. - Буду иметь ввиду, дорогой свёкр, - Феликс задорно подмигивает - уже предвкушая, как они с этим старикашкой отлично поладят - и чтобы Рики не начал задавать тупых вопросов, переводит тему, - Слушай, - обращается к альфе, - А покажи свою комнату. Феликс вообще-то не намекает на что-то интимное, лишь хочет избежать неловкости, но Рики оживляется, мгновенно подбираясь. Сразу видно, гормонов у того через край. А сперматоксикоз как хронический диагноз. Феликс фыркает. Выбрал же, чёрт возьми, пару. Молодец, ничего не скажешь. А ведь надо было для начала, посмотреть на его отца, а потом уже принимать решение. Феликс опять смотрит на мистера Хвана, который своего взгляда со смешинками от омеги не отводил ни на секунду, и приценивающе щурится. Хорош. А седые волосы, можно будет покрасить. Феликс кивает самому себе, и Хёнджин улыбается шире. Но совсем не так, будто Феликс сделал глупость, чем рассмешил, а так, словно одобрил омегу. И, кажется, вот прям кажется-кажется, что не в качестве омеги своего сына. Феликс хмыкает, желая остаться здесь на подольше, и желательно только с одним представителем семейства Хван, но вот другой представитель, который сейчас как в телеге пятое колесо, сильно дёргает его за рукав, вынуждая подняться. * - Тебе помочь? Спрашивает голос откуда-то позади, из-за чего Феликс неловко дёргается, ударяясь головой о дверцу навесного шкафчика, и смачно матерится, уже предвкушая как прямо сейчас расцарапает этому кому-то лицо. Он уже поворачивается, чтобы начать возмущаться, мол: приличные люди не должны пугать других приличных людей до усрачки, но наткнувшись на задорный взгляд, замолкает. А вот внутренняя омега, подводит Феликса в очередной раз, потому что перед ними стоит никто иной как мистер Хван. И да, этот дед, вызывает в школьнике кучу эмоций. Начиная с банального "нравится" и заканчивая "слушай, я жду кольцо, давай как-то побыстрее". Но Феликс не Феликс, если не опозорится перед объектом своей симпатии (он всё ещё встречается с Рики, ага), так, что он замирает столбом, а потом задаёт совершенно тупое. - С чем? Мистер Хван всё-таки громко хмыкает, хотя он старательно удерживался от смешинок всё то время пока пялился на Феликса пытавшегося достать заварку, и широко улыбается. - С чаем. Констатирует факт. Да. А вот Феликс вспоминает порнуху, в которой всё начиналось с этого самого "давай помогу с чаем" и качает головой. Отрицательно, сука, качает, пока его омега носится в разные стороны, проклиная своего нерадивого хозяина на чём свет стоит. Ну блять. Феликс конечно извращенец, но не настолько. Правда же? - Ты уверен? - вновь спрашивает сексуальный пердун, тем самым не оставляя выбора. И, ладно. Феликс конченый извращенец. Но вы не можете его за это осуждать. Мистер Хван реально классный. И как, только, у него сын таким придурком уродился? Хотя. В семье не без урода. И вот как-то так, они оказываются в неловкой позе, в которой Феликс цепляется за край стола, стараясь максимально с ним слиться, а мистер Хван стоит позади него, подозрительно долго мешкаясь с заваркой - даже несмотря на то, что он хозяин дома и он обязан знать где, что лежит. Или стоит. К примеру, сейчас будет стоять у Феликса. Определённо будет, если всё продолжится в том же духе. Однако, мысли не успевают полноценно созреть, как мистер Хван уже отстраняется, и Феликс облегчённо выдыхает. Не хватало ещё, стояка заработать от обычных прикосновений. Тут даже Боженька не оправдает. - Может ещё чем помочь? Будьте добры, съебите к чёрту, иначе Феликс за себя не ручается. - Нет, спасибо. Вы только гляньте, а, какой правильный мальчик. Феликс собой гордится, но недолго, потому что старикан предлагает нечто запретное, но очень сладкое, что заставляет Феликса передумать. - Хочешь шоколадного торта? У нас там несколько кусочков завалялось. - Мистер Хван, - Феликс прикусывает внутреннюю сторону щеки и хмурится, - Если вы думаете, что я сейчас соглашусь, есть с вами торт в два часа ночи, что непременно скажется на моих боках, то правильно, блин, думаете. Тащите. - Можно просто Хёнджин, - тот смеётся, и послушно идёт к холодильнику, выуживая десерт, пока Феликс ищет столовые приборы к их ночному зажору. И больше они не разговаривают, лишь перекидываются короткими фразочками, да жуют. Но даже такое времяпрепровождение устраивает Феликс на все сто, потому что сладкое - его слабость. А сладкое рядом с галантным старикашкой, который на него поглядывает - его новая слабость, о которой он прознаёт только сейчас. Лепота. И никаких ведь ужимок, никакого отборного кринжа, и никаких облапываний без разрешения. Короче, нужно было присматриваться к яблоне, а не яблоку. * - Как отдыхается? Феликс тихо вскрикивает, отрываясь от книги, и немного съезжает с шезлонга, неловко стукнувшись затылком о деревянный подголовник. Он осоловело оглядывается, находя взглядом нарушителя своего спокойствия (и духовного, и физического), и тут же смущённо отворачивается. Потому что на данный момент, выглядит Феликс непрезентабельно. В затёртых трусах, которые малы на размера два (спасибо, что без дырки на заднице), в забавной панамке с утятами (подарок любимой сестрёнки), и с красными от палящего солнца щеками, что не добавляют ему шарма ни на грамм. Ну и потому что сам нарушитель спокойствия выглядит слишком охуенно, чтобы Феликс мог сохранять нейтральное выражение лица, пялясь в упор. А зная себя, Феликс так и сделает. Будет пялиться. Возможно, с капающими на грудь слюнками. - Извини, не хотел пугать, - тем временем бормочет Хёнджин, присаживаясь на противоположный шезлонг, и откашливается. - Да норм всё, - так же тихо шепчет Феликс прикрывая глаза. Внутренне дает обещание, вести себя нормально, а не как слон в чайной лавке. Неуклюже, неумело - как самый настоящий представитель отряда хоботных, если упростить. Но дать обещание, не значит его исполнить. Вон, Феликсу уже сколько раз давали обещание одноклассники, что и одолженные деньги вернут, и списать дадут. Но Феликс пока как-то не заметил прибавлений, ни в кошельке, ни в журнале с оценками. Везде по нулям, скоты. Так что он вспоминает технику дыхания, планируя обеспечивать кислородом хотя бы одну единственную извилину в мозгу рядом с секси-старпёром, и... Что там было? Вдох... - Замечательно выглядишь. ...сдох. Омега вытягивается в лице, оборачиваясь, и натыкается на милую улыбочку Хёнджина, который кажется не юлит, и действительно считает его привлекательным. В то время как сердце несчастного Феликса, орёт: "опа, наша остановочка", из-за чего парень хватается за грудную область и стремительно краснеет. Ну кто же так делает? - Спасибо, - Феликс не запинается, не морозит фигни, чем безумно гордится, - В-вы тоже ниче т-такой, - хотя нет, гордиться уже нечем. Всё проёбано. - Спасибо, - Хёнджин упирается локтями в коленные чашечки, складывая руки под подбородком, а потом склоняет голову в бок, - Так как отдыхается? Нравится здесь? Феликс прикусывает губу, молча кивая, хотя на самом деле он готов целую поэму посвятить этому охуенному особняку семейства Хван. В котором и бильярдная, и бар, и даже огромный бассейн с лежаками на заднем дворе. Феликс когда увидел всё это великолепние, засомневался в собственной адекватности. Он так-то, такие дома только по телеку видел, ну или в дорамах. Так что когда ему предложили ополоснуться в бассейне, он сначала, как самый приличный омега на свете - отказался. А затем, спустя недолгие уговоры, всё же согласился. Ибо, ну кто откажется от такой-то халявы? Вы вообще видели цены на один сраный билет в аквапарк, ну или хотя бы общий бассейн? Не видели? Посмотрите, и поймите Феликса. Он не меркантильный, он прошаренный жизнью жмот, который умеет правильно рассчитывать свои копейки. Вот так вот. - Хочешь выпить? - продолжает попытки в разговор мистер Хван, вырывая омегу из долгих мыслительных процессов, на что Феликс приподнимает одну бровь, осуждая взглядом, мол: не стыдно вам, детей спаивать? А ответом ему служит всё такая же милая улыбка наполненная пониманием. - Я имел ввиду сок, Феликс, ну или газировку. Что хочешь? - Колу, - колеблется, - Без сахара. Кусок торта, который я сожрал неделю назад на пару с вами, всё-таки отложился во мне, - ворчит и щипает себя за складку на животе, вызывая чужой задорный смех. - Глупости какие. Но как скажешь, - Хёнджин встаёт с шезлонга, позволяя Феликсу вдоль и поперек налюбоваться очерченными косыми мыщцами живота, и уходит в сторону двери, через которую можно пройти на кухню. Обалденно просто. Феликс откидывается обратно на лежак, прикрывая глаза книгой - которую он зачем-то взял с собой, хотя читал её одним глазком, наслаждаясь лишь хорошей позой для отдыха и прохладной водичкой - и громко выдыхает. Силится не завизжать как какая-нибудь девчонка, получившая на день рождения долгожданный Дайсон. Хотя, он и Дайсон хочет. И старикана этого. Тьфу. * - Скоро выпускной, да? - и вот опять как чёрт из табакерки. Хван, чтоб его суккубы придушили, Хёнджин. - Ага, - Феликс ведёт плечом, смущаясь собственной частичной наготы (он разгуливает в одной футболке), и не смотрит. Совсем не смотрит на красавчика в бордовом костюме. Вообще, Феликс в доме Хванов почти прописался. Чуть ли не каждый день после школы сюда заглядывает. Вон, даже местоположение всех чашек знает. Однако, в свободное от Рики время, когда на пороге появляется его отец, Феликс начинает чувствовать себя ужом в сковороде. Которого жарят на медленном огне, иногда добавляя перца. Короче, пламя вспыхивает в его животе мгновенно, растекаясь по всему телу. И то ли это изжога (самое время записаться к гастроэнтерологу), то ли то самое, что омега не решается назвать. Потому что звучит слишком сопливо. На букву "л". - С кем пойдёшь? - мистер Хван вырывает Феликса из душещипательного диалога с самим собой и своими тараканами в голове, и смотрит как младший проливает приправу к рамёну мимо чашки. Прямо на стол. Охуеть какой дорогой стол из красного дерева, сделанный на заказ - Хёнджин сам об этом рассказывал. Феликс в ужасе смотрит на устроенный им беспорядок, и думает, через сколько его отсюда выкинут. И нет, он не параноик. Просто это уже третий раз, когда Феликс портит чужую мебель. В первый раз, он свалился со стула, разломав его чуть ли не в щепки, пока Хёнджин умирал со смеху, хотя это именно он был основной причиной феликсова позора. Во второй раз - Феликс разбил фактурную вазу из муранского стекла, опять же из-за Хёнджина, который решил его напугать (старикашка грёбаный, а ведь ему уже за сорок). И вот он третий, решающий. Как там говорят: число три - как завещал Иисус. Хотя, здесь, даже он не поможет. Стол всё-таки из красного дерева. Феликс бы за него убил. А вот Хёнджин нет. Он подходит ближе к омеге, по пути взяв бумажные полотенца и принимается оттирать острую приправу, не сказав ни слова. Альфа и злым-то не выглядит. Лишь немного счастливым. Феликс удивлённо глазеет на это довольное ебало, и думает, а не свихнулся ли старпёр на старости лет? - Ну так что, с кем пойдёшь? - С Рики, - на автомате бормочет омега, хотя на самом деле у него сейчас довольно непонятные отношения со своим парнем. Тот, вроде как, Феликсу изменяет с девчонкой из своего класса. Феликс подробностей не знает, ему и не интересно. - Оу, а я думал, что ваши отношения закончены. Лицо Феликса вытягивается от удивления. Как закончены? А почему он не знает? Это что такое получается. Теперь Феликсу воспрещён вход в этот особняк? Да ну нет, Феликс не согласен. Пусть Рики изменяет налево и направо, но отказываться от бассейна, бильярда и старикашки - Феликс не намерен. Он будет биться до конца. - А я и не знал, - хмурится омега, - С чего такие выводы? - Ну, - Хёнджин выкидывает грязное полотенце в мусорку, неловко жмёт плечами и как-то сочувствующе смотрит на Феликса, - Рики недавно какую-то девушку приводил. Тоже что-то про любовь всей жизни болтал. Вот я и подумал... Он поджимает губы, пока Феликс молча охуевает. Рики решил в Султаны заделаться? Жена там, муж тут, а остальные просто фаворитки? Нихуя себе. Интересно, а блядство передаётся по наследству? Он осматривает Хёнджина с головы до ног, припоминает, видел ли здесь других омег в сопровождении старикашки, и встряхивается. Да ну нет, здесь опять ситуация "в семье не без урода". - Ясно. - Ты прости, что я не в своё дело лезу, но я действительно думал, что вы больше не в отношениях, - Хёнджин хмурится, - Я поговорю с Рики. Ты главное сильно не расстраивайся. - А я и не расстраиваюсь, - выпаливает Феликс, - Вот совсем. - Правда? - Хёнджин улыбается, - Даже мстить не будешь? Омега задумчиво кусает нижнюю губу, а затем морозит хрень. Хуйню даже. - Буду. За вас замуж выйду, и стану ему мачехой. Повисает тишина. Не гнетущая. Неловкая скорее. Феликс краснеет. А вот Хёнджин опять посмеивается (у него там смехуёчки не отсохли столько ржать?). - Я согласен. Омега внутри Феликса счастливо визжит, тормоша хозяина, пока сам Феликс резко отворачивается от Хёнджина, продолжая заваривать рамён как ни в чём не бывало. В принципе, а чё было-то? Ничего. Феликс уже не помнит. У него память избирательная. Стирает все самые важные моменты, и оставляет голову пустой. Прямо как сейчас. * Хёнджин крепче перехватывает талию Феликса своими огромными ручищами, чуть приподнимая того над полом, а лицо склоняет ниже, чтобы получше присосаться к чужим губам, пока сам Феликс задушенно стонет в поцелуй, хватаясь за плечи альфы. Поза, откровенно говоря, хреновая. Да и находятся они в весьма незавидном месте - тёмном закутке какого-то клуба, в котором одноклассники Феликса, да и все параллели в целом, решили отпраздновать выпускной - но знали бы вы, как же Феликсу наплевать. Потому что старикашка, не потерявший свой запал, целуется отменно. Да ещё и руки не распускает. Лишь деликатно облапывает. То по бокам пальцами проходится, то по кромке классических штанов. В общем, Феликс доволен ситуацией от и до. А если спросить его, как он оказался именно здесь, то Феликс уже и не вспомнит. Чужой язык во рту, мешает мозгу функционировать. Вот, вроде, Феликс собирается на выпускной, крутясь перед зеркалом, довольный своим видом. Вот, он гордо шагает ко входу в клуб, уже заранее предчувствуя как набухается в хлам. Вот, видит старпёра, который тоже разоделся, и почему-то припёрся на тусовку подростков. Вот, они уже сосутся в укромном уголке, даже особо не обговорив этот момент, потому что, кажется, с самого начала, всё к этому и шло. И где-то между этими моментами, теряется Рики, что по "официальным" данным всё ещё является парнем Феликса, и с которым омега очень хочет поговорить с глазу на глаз. Нет, Феликс совсем не думает о том, что поступает неправильно, целуясь с его отцом, и ни в коем случае не собирается оправдываться. Просто в голове проскакивают мысли, что неплохо было бы обсудить их отношения. В которых и измена есть (с обеих сторон), и дэдди кинк (со стороны Феликса), и это определенно точно неправильно. Феликс уже собирается отцепиться от старшего альфы, чтобы пойти искать Рики для дальнейших переговоров, но Хенджин, на попытку высвободиться, лишь крепче прижимает омегу к себе, тем самым вынуждая Феликса сдаться. Ладно. Ещё чуть-чуть. Буквально секунд десять, Феликс постоит, познает все прелести взрослых (стариковских) поцелуев, а потом точно пойдёт искать Рики. Он как раз уже должен был прийти со своей новой зазнобой. Да. Хёнджин подхватывает его на руки, прижимая к стене всем своим телом. Ладно. Ещё минутку. Хёнджин расцеловывает тонкую шею, бормоча милые комплименты, пока Феликс сдавленно стонет, откидывая голову назад. Пять минуток. Альфа шепчет Феликсу, что зовёт его на свидание, на что получает согласный кивок. Десять мин- - Отец? Феликс? Какого хрена? Феликсу и Хёнджину всё-таки приходится оторваться друг от друга, лишь для того, чтобы лицезреть охуевшую харю Рики, а потом тихо хихикнуть. Феликс, ничуть не смущённый данной ситуацией, довольно прикрывает глаза, всё ещё находясь в плену чужих рук, и думает, что так даже лучше. Не придётся объясняться. В таком положении, всё понятнее некуда. Хёнджин, судя по расслабленному выражению лица, бежать не планирует, что тоже плюс. Значит, говорить будет не один Феликс. Осталось лишь убедить Рики в том, что Феликс в амплуа его мачехи - это не конец света, а потом можно будет вернуться в тёмный уголок и продолжить целоваться. Всё пройдёт быстро. - Вы совсем охренели? - орёт Рики, взмахивая руками. Или нет.