Снежные забавы

      Петра Беллвезер постаралась на славу. Такой снегопад Сара не видела уже очень и очень давно. Казалось, Петра специально прокралась ночью на крыльцо и воспользовалась своей погодной магией, чтобы Сара не смогла даже открыть дверь из-за сугробов и вмешаться в её генеральские дела.       Стояло морозное зимнее утро. И появление кадета Крейвен с лопатой перед её окном приятно удивило. Конечно, Сара могла спокойно растопить снег и выйти наружу, но хотелось заставить Талли попотеть. Она немного послушала усталые вздохи и недовольные бормотки за дверью. И когда Талли уже почти устранила снежную преграду, Сара запела. Снег моментально растаял, и дверь с лёгкостью распахнулась.       — Всё это время ты просто могла?.. — ошеломлённо спросила Талли и развела руками. Её каштановые волосы прилипли ко лбу, щёки раскраснелись. В общем и целом выглядела она немного дико, когда ввалилась в дом Сары и с досадой захлопнула за собой дверь.       — Не хотела лишать тебя возможности воспользоваться лопатой, — невинно произнесла Сара с широкой ухмылкой на лице.       — Я вся вспотела, — пожаловалась Талли, раздражённо дёргая заевший бегунок на куртке вверх-вниз. — Может, у тебя есть песня и для того, чтобы расстегнуть?..       — Не знаю насчёт песни, конечно… — пробормотала Сара, двигаясь к Талли и быстро расправляясь с непослушной собачкой. — Вроде я и без магии неплохо справляюсь, не думаешь?       Они стояли так близко, и внезапно вся дерзость Талли куда-то улетучилась. Румянец, так привлекательно разлившийся на её щеках, лишь разгорелся сильнее. Она промямлила кроткое «спасибо» и скинула армейские ботинки.       — Знаешь тот холм в северной части базы? Ну то есть ты, конечно, его знаешь, это же твоя база и всё такое... — начала Талли издалека, направляясь на кухню и со вспыхнувшей радостью замечая две дымящиеся чашки на столе.       — Видишь, я ждала тебя, — заметила Сара самодовольно. — И даже припасла твои любимые пирожные.       — Клубничные?!       — Разве не апельсиновые? Ой, ну значит, будем есть мои любимые, — засмеялась Сара.       — Они всё-таки клубничные, — промурлыкала Талли, широко улыбаясь.       Она пододвинула к себе кружку и скорее обхватила её ладонями, жмурясь от удовольствия. Рассеянно помешала ложкой воображаемый сахар и наконец отпила.       — Расскажешь про холм? — напомнила Сара, садясь напротив Талли.       — Нву даве и не зваю, есь ли у меня злание фто-то рафказывать после того, как вмне прифлось рафчищать твоё крывцо, — произнесла Талли, запихивая пирожное себе в рот.       В ответ Сара только приподняла бровь и отхлебнула чай из своей кружки в виде ведьминого котелка — забавный подарок Талли. Как-то раз осенью та возвращалась с Салемской ярмарки. Сара, как сейчас, помнит, какой это был паршивый день. Слякотная, промозглая погода, и тут Талли на её пороге — промокшая, но сияющая. С этим нелепым котелком в руках. Саре так хотелось обнять её тогда.       — Ладно, раз ты так просишь, — продолжила Талли, поглаживая круглый бок жёлтой чашки. — Этот холм занесло снегом. О-го-го, как занесло. Мы покатались немного на ледянках, выходные же, и я подумала, может, тебе бы хотелось тоже. Это довольно весело…       — Может, и хотелось бы, — просто сказала Сара, подпирая рукой голову и любуясь ямочками на девичьих щеках.       — Да? — переспросила Талли, явно не веря своим ушам. — Здорово! Не думала, что это будет так просто…       — А чем ещё заниматься генералу в отставке?..       Одна Талли каждый раз придумывала ей всё новые развлечения. Иногда, конечно, Сара захаживала к Изадоре или Анакостии. Вела пространный монолог перед Мицелием. Пугала новоиспечённых кадетов и прожжённых солдат, неожиданно вырастая на их пути. Или наслаждалась подрывом авторитета Петры — это обычно было веселее всего.       Но сейчас она надевала роскошное тёмно-синее пальто, явно не подходящее для катания на ледянке, и задумчиво шнуровала ботинки. Талли, слишком восторженная и нетерпеливая, умчалась за снаряжением и уже должна была ожидать её у холма. Сара вышла, щурясь от яркого солнца, и почувствовала, как снежок посыпался ей на шапку. Она отряхнулась и побрела по следам, заботливо оставленным её гостьей.       — Сара! — окликнула её Талли, будто они не виделись всего полчаса назад, и сразу же поправилась, озираясь по сторонам: — Кхм-кхм, генерал Алдер… Конечно…       Сара лишь махнула рукой на это. Уже давно не было новостью, что они с Талли близко дружили.       — Красивое пальто, — смущённо произнесла Талли, прижимая к груди ледянку. — У меня только одна, но можно кататься по очереди.       — Или я могу пойти и конфисковать у какого-нибудь зазевавшегося кадета? — пошутила Сара.       — Не надо. Тебя и так все боятся, — фыркнула Талли и тихо добавила: — Кроме меня.       Они вдвоём вскарабкались на снежную горку. Талли вежливо указала ей рукой на ледянку, позволяя прокатиться первой. Сара неловко устроилась на овальной, не внушающей доверия тарелке, подалась вперёд... И полетела.       В ушах звенел её собственный смех. Чёрные волнистые волосы лезли в глаза и рот, шапка съехала набок, а она не могла перестать хохотать. Сара проехала ещё немного, свалилась в своём великолепном пальто в снег и просто продолжила так лежать, пока Талли не крикнула ей с вершины горы:       — Всё хорошо? — и тоже засмеялась.       Сара торопливо поднялась и поспешила к девушке, ожидающей её наверху. Хотелось разделить сиюминутный восторг, поэтому Сара предложила — неожиданно даже для самой себя:       — Давай вместе?       Талли нерешительно посмотрела сначала на неё, потом на ледянку, потом снова на неё… И в итоге уселась, обхватив свои колени. Сара осторожно пристроилась сзади, приобнимая её за талию и невольно утыкаясь носом в рыжие волосы.       — Приём, Крейвен, — она ласково прогудела ей в ухо.       Талли в ответ издала пару невнятных звуков, и Сара решила избавить её от страданий и оттолкнуться.       Снег летел им в лицо. Талли, смеясь, откидывала голову на плечо Сары, и её рыжие волосы спутывались с чёрными. Они даже опомниться не успели, как достигли поляны внизу. Сара поднялась первой и протянула руку Талли. Та ухватилась за неё очень крепко и с укором произнесла:       — Ты без перчаток!       Сара удивлённо взглянула на свои руки, а потом перевела взгляд на Талли, похожую на высокого раздосадованного гнома.       — У меня только мотоциклетные, — пробормотала она.       — Что? Ты водишь мотоцикл? Ладно, об этом позже. У тебя все руки замёрзли...       Талли сжала её голые ладони своими — в жёлтых рукавицах. А потом склонилась и с щемящей сердце нежностью на них подула. Это поразило Сару. Она просто смотрела и смотрела на Талли и ничего не говорила.       — Ну вот. Кажется, уже потеплее, — хихикнула Талли и неловко выпустила её ладони.       — Спасибо, — прошептала Сара, пряча согретые руки в карманах пальто.       — Я свяжу тебе варежки. Или даже пару.       — У тебя много свободного времени, я смотрю, — усмехнулась Сара. — Петра совсем не умеет составлять расписание.       — Это не так! — возразила Талли. — Просто я нахожу время, когда дело касается… тебя.       — Я это ценю, — тихо произнесла Сара и хрипловато спросила: — Можно тебя обнять?..       Талли порывисто кивнула, и тогда Сара обхватила её за плечи, нежно притягивая к себе.       Шёл снег, раздавались далёкие крики взбудораженных кадетов, где-то под ногами лежала забытая ледянка. Сара чувствовала, как робкие руки осторожно сжимают ткань её пальто, горячая щека Талли прижимается к её щеке. Отпускать не хотелось.       — Кадеты увидят, — промямлила Талли ей в шею.       — Нечего им тут шататься, — проворчала Сара и неохотно разжала руки. — Пойдём отогреваться. Может быть, я даже сварю лумумбу.       Они спорили до самого дома, что же добавить в алкогольное какао — ром или ликёр. Пирожных не осталось, но на полке завалялся щербет, которым её когда-то угостила Петра. Десерт стал твёрдым, словно камень, и они бы точно не смогли с Талли его сгрызть, но сегодня Саре было всё равно.