С Рождеством!

На улице препраздничная шумиха. Центральная площадь украшена огнями, верхушка высокой ели упиралась в небосвод. Снег падал массивными хлопьями. Природа нарядилась в белоснежное одеяние. Открыта рождественская ярмарка. За маленькими столиками стояли ангелы, предлагая различные товары для поднятия праздничного духа. Райские существа продавали самодельные игрушки, сладости, поделки. Сам Святой Петр изъявил желание поторговать. — Счастливого рождества! Не хотите приобрести сувенирчик? Молодой парень водушивился при ввиде потенциального покупателя. — Добрый вечер, Петр. С рождеством. Хм, есть что нибудь парное...? — Истребительница разглядывала брелки, расположенные сзади лавочника. —Оу, парное?! Наша Лют наконец-то не одна, а с кавалером? — торговец широко улыбнулся, искренне радуясь за хмурого лейтинанта. — С другом. — Вот как ... Что он любит? — Эм, увлекается музыкой... - Сейчас поищем..., — юноша отвернулся, дабы найти подходящее изделие. Пока длились активные поиски, за юношей появилась мужская фигура в дурацком целиндре с оленьими рогами. — Приветики, Лют! Как твои дела?! — Добродушный ангел подпирал пухлую щеку. Тело собеседника замотано мерцающей герляндой. Очевидно, тот запутался в попытках распутать элемент декора. — Здравствуй, Авель...Сойдет... Ты отмечаешь рождество с Петром? — Не хочу портить свидание будущей мачехе! Хех. — В смысле?! — Щеки мгновенно покраснелиот неловких предположений сына первого человека. И почему же она так смущена, раз между ней и главнокамандующим армии "нет искры"? Намеки со стороны большинства знакомых заставляли задуматься об их взаимотношениях. — Связанного с музыкой именно парного нет. Но есть милая шкатулка! Крышка музыкальной шкатулки распахнулась. Модельки святых водили хоровод внутри вещицы у церкви. Доносящиеся мелодия нежна и незамысловата. Симфония проникала глубоко в душу, растворяя весь накопившийся негатив за нелегкий год. Верхняя часть шкатулки захлопнулась с помощью апостола. Безмолвная песня быстро затихла. — Очень красиво, но боюсь, это не то... Ладно, до встречи. — Передавай "привет" отцу! — На прощание бодро крикнул Авель. — Обязательно, — взбудораженная особа пешком отправилась к центральной елке. Мороз не позволял слишком часто использовать крылья. Порывы ледяного ветра окрашивали кожу в золотой оттенок, губы сохли от безжалостной погоды. Когда лейтенант подходит ближе, начали виднеться очертания Адама у назначенного места. — Давно ждешь? — Только подошёл, —мужчина подмигнул подруге. — Воу, потресающе выглядешь..., — бессмертный оценил внешний вид девушки. Светлая шуба с мехом заботливо согревала блондинку, волосы, убранные под косынку, делали образ более женственным. Внимание компаньона привлекли ее голые руки. — Возьми, — высокий ухажер отдал собственнные рукавицы возлюбленнной. Те выглядили нелепо из-за огромного размера. Габариты "парочки" сильно отличались. — Будто сварочные, — усмехнулась экзорцистка, польщенная подобным жестом. — Бери че дают. — Спасибо. Не замёрзнешь? — Переживу. Погнали к тебе. — Твой сын передавал "привет". — Какой из ...? — Авель. — И ему не хворать! Лучшие друзья шли нетеропливо по старому пути, проникаясь атмосферой праздника. Они разговаривали о насущных делах, со временнем взявшись за руки. Неподалеку в полупустом парке Эмили лепила снежную бабу, подключив к увлекательному процессу старшую сестру. В поле зрения девочки попали проходящие мимо голубки. — Приветик! — подлетев, праведная приветствовала нижестоящих. — Салют, малая, — поздоровался взрослый, умиляясь шапке с помпоном. Юному ангелочку шел сей убор. — Оу, Сера, вечер добрый. Верховный серафим кивнула в знак приветствия. — Сестра научила меня новой магии! Позвольте предподнести подарок! Энергичная Эмили кружилась, летая и шепча что-то себе под нос. Подобные действия помогали неопытному магу сконцентрироваться. Нелепые движения напрягали зрителей. Воительница расстеренно переглянулась с напарником. Свет зажегся на шеях влюбленных, постепенно угасая. Яркое свечение преобразовало одинаковые шарфы. — И-и-и! Вышло! Нравится?! — юница хлопала крыльями. — Да, очень..., — Лют в недоумении разглядывала вязаный аксессуар. * * * В течение тридцати минут компания успешно добралась до жилья. Хозяйка квартиры отворила дверь, впуская гостя. Повесив уличную одежду, мужчина прошел в просторную гостиную. — Три часа до Рождества, — ангел-истребитель следила за часами. — Точно, мы собирались наряжать дом вместе. Уже зная, где что лежит, Адам вынул нужную коробку. Вероятно, он достаточно часто бывал здесь. — Ни одного сквернословия за день. Все хорошо? — Хах, сегодня святой день. Ты обо мне многого не знаешь, крошка. Я тот еще джентельмен. Подготовка шла полным ходом. Комната мигала всевозможными цветами благодаря развешенной гирлянде, настенный крест из белых роз придавал особый шарм пространству. Вазы наполнились оранжевыми фруктами. Традиционное угощением к Рождественскому застолью. Выставленная елка жаждет внимания. Необходимо поскорее повесить разноцветные игрушки. — Лют, гоу...! М? Неугомонный бесмертный незаметно выглянул из-за спины помощницы. Любопытство охватыватило того с головой. Молча девушка упаковывала подарок в тематическую обертку. — Оу, не терпится узнать ... — Дождись вечера, — последним штрихом стал красный бант. — А у меня подарок вне праздника! — Вмиг человек дотянулся до фиолетового пакета со снежинками. Комплект домашней одежды успешно вручен. — Пижама ...? — Не просто пижама...! Иди переодевайся! - Товарищ неустанно толкал пассию к ванной комнате. — Эй! Ты чего...?! — Хочешь переодеваться при мне? Не то что бы я сильно против..., — нотки кокетства прозвучали в низком голосе. — Нет, — недотрога раздражена подобной наглостью. Дверь уборной моментально закрылась на щеколду. — Ах, моя неженка ..., — с придыханием промурлыкал гигант. Оверсайс вещь хорошо сидела на стройном тельце. Невольно лейтинант покрутилась у зеркала перед тем как выйти. Полулежа Адам ел очищенный мандарин. Цитрусовый сок пачкал точно такую же пижаму на нем. Сочетание брутальной внешности и милого одеяния заставляло сдерживать смех. — Оу, тебе идет..., — скрыть насмешку явно не получилось. — А то! Зырь! Легкое нажатие морды мишки на джемпере поспособствовало проявлению противного писка. Носик животного загорелся алым. — Дите... Погоди, они...парные...? — Назойливый румянец снова не давал покоя. — Ага, мы подумали об одном и том же...? — широкая рука аккуратно дотронулась щеки дисциплинированного солдата. Искуситель полушопотом дразнил любимую, будто боясь спугнуть. — Я, я пыталась отыскать парные безделушки...Эмили опередила... — М-м-м, какой красивый желтый цвет ... Пылающий жар коснулся ушей. Сердце бешено билось. Приятное тепло расплывалось в груди. Не существовало подходящих слов чтобы описать бурлящие внутри чувства. Подобное умение не поддавалось обоим. Поступки по отношению друг к другу длиной с вечность демонстрировали гораздо больше. Кисть неторопливо перемещалась по белокурым волосам, убирала мешающиеся пряди. Лицо спутника медленно приблизилось. Намерение впиться в губы долгожданным поцелуем мучительно тамило. — Я хочу ... — Не ты один ... Лют обхватила горловину пижамы соблазнителя, с легкостью притянув к себе. Губы нежно соприкоснулись. Взепная инициатива заставила приятно опешить и с удовольствием продолжать начатое. Мощная ладонь исследовала ягодицы непорочного существа, легонько сжимая кожу. Дрожь словно ток прошла сквозь плоть, крылья безудержно трепетали. — У-успокой фитиль..., — зрачки ангела стремительно расширялись. — Не бойся. Я не много поиздеваюсь. — Наглец ... Партнеры утопали в ласке. Экой преданности бывший смертный не ощущал ни от кого. Влажные следы метили шею, доводя до мурашек. Тихие стоны заполняли пространство. След страсти темным пятном остался на ключице. Вечное воздержание ужасно бесчестно. — Хватит с тебя. — Ах, ты..! Стрелки пробили двенадцать часов. За окном громкие взрывы хлопушек. Рай праздновал рождение Иссуса Христа. Возгласы окутывали соседние районы. Волшебный мир объединялся в одно целое. Общее празднование заметно сплочало народ. — С рождеством, дорогая..., — кавалер держал за талию вторую половинку. — Жрать пошли! — Вот теперь узнаю своего друга, — военная подколола первого человека, предугадывая реакцию. — Парня, попрошу заметить! — командир ревностно понес суженную отмечать за кухонный стол.