BAMBI

— Ну что, ты закончил? — голос Намджуна в наушнике мешал Тэхёну оставаться сосредоточенным на двух вещах, которыми он занимался одновременно: перекладывание вещей из стиральной машины и чтение статьи на онлайн-портале журнала о бизнесе. — Ещё нет, — ответил он, немного замедляясь с первым и ускоряясь со вторым. Он пробегался взглядом по электронным строкам, читая в темпе про себя. «House Electronics сталкивается с кризисом из-за скандала вокруг гендиректора Пак Донхёка Позиции компании House Electronics стремительно ухудшаются после общественного резонанса вокруг личного скандала генерального директора Пак Донхёка. Проблема не касается деятельности компании напрямую, однако реакция общества оказалась настолько масштабной, что привела к цепной реакции среди партнёров и государственных структур. Сразу несколько крупных брендов, среди которых TechBridge и VoltMart, объявили о временной заморозке совместных проектов с House Electronics, сославшись на «неприемлемый репутационный риск». Акции компании за последние двое суток упали на 11%, а инвесторы требуют публичного разъяснения позиции руководства. Ситуация затронула и фигурантов из других структур. Сон Хёнсу, давний знакомый Пака и сотрудник офиса президента, был немедленно отстранён от должности после публикаций в прессе. Представители администрации назвали случившееся «крайне серьёзным нарушением этических норм». Основанием для разгорающегося скандала стал анонимный пост на популярном форуме, где пользовательница-омега, заявила, что во время течки — наиболее уязвимого состояния у омег — Пак Донхёк приводил её в сауну, где присутствовали другие альфы. По её словам, происходящее было без её согласия. Пост мгновенно стал вирусным и вызвал волну общественного возмущения, что и стало отправной точкой нынешнего кризиса…» — Ты это написал? — закончив, спросил Тэхён. Его руки двигались на автомате, перекладывая влажные вещи, а взгляд по-прежнему был устремлён на мобильный. — В том-то и прелесть, что нет, — в голосе Намджуна слышалось злорадство. — Всё наконец-то вышло из-под контроля. Он не находил себе покоя с того вечера в сауне, постоянно думал о статьях, новостях, мести. Ради Тэхёна, Бамби, Юндже и всех тех, кого это задело, он работал круглые сутки без передышки. Поэтому Намджун был несказанно рад видеть, что всё это было не напрасно. — А пост на форуме? Вы уже нашли автора? — Ага, Юндже нашла. Это кое-кто, кого она знает, и та омега подговаривает её присоединиться. — И что Юндже? — Считает, что ей терять нечего, и хочет убедиться, что Сон Хёнсу не вернётся на своё прежнее место, — по тону и словам Намджуна сложно было понять, что он сам об этом думает, но отношение Юндже к ситуации было очевидным. — Значит, она присоединится к обвинениям… — А Бамби? — Нет, — отрезал Тэхён. — Она только начала чувствовать себя лучше, спокойнее. Я не хочу, чтобы она занималась этим. Её эмоциональное состояние должно оставаться в приоритете. — А что насчёт твоего эмоционального состояния? — Намджун интересовался, потому что искренне беспокоился о брате. — Ты никогда так долго не был на больничном, и ещё это временное отстранение… Они оба знали, что «временное» в случае Тэхёна значило неумолимое приближение к концу, а никак не к оправданию. — Ну… я в порядке. Занимаюсь стиркой и немного готовкой. Хожу в зал и в супермаркеты. А ещё отвлекаю свою жену от работы. Если не считать, что я буквально сижу у неё на шее, всё не так уж и плохо… Он был очевидно расстроен рабочим ничегонеделанием, потому что до недавнего времени армия и спецотряд были буквально его жизнью. — Но обвинения так и не были подтверждены? До сих пор? — Наверное, стае сейчас не до меня, — высказал Тэхён своё предположение. — Если у них проблемы с одним постом на форуме, подумай, что будет, если им придётся довести нашу драку до суда. К тому же, они знают, что я молчать не буду, а это только больше навредит их репутации. И ещё Тэхён надеялся, что отец или тесть передали им как-нибудь его обещание наведываться к ним каждый день, когда он оставит свою должность капитана и военного. — А как же нападение на адмирала Гу? Он тоже ничего не сказал? — Сказал, — у Тэхёна вырвалось раздражённое хмыканье, — что мне это приснилось. — И ему поверили? — Нет, потому что его лицо на тот момент выглядело паршивее моего, — Тэхён глубоко вздохнул, закрывая дверцу сушилки и зажимая кнопку включения. — Но нет обвинений — нет суда. Он не решался надеяться, что наказание его минует, но старался слишком об это не думать. — И какие твои планы на ближайшее будущее? — спросил Намджун. — Ещё больше стирать, ещё больше готовить, ещё чаще ходить в зал, — принялся перечислять Тэхён. — Возможно, сводить свою жену на тысячу свиданий. Мы планируем начать с катка… Но, увы, не сегодня — у неё встреча с этим популярным актёром… Мин Юнги. Он получил главную роль в сериале по её книге и собирается прийти за советами для персонажа… Это вообще нормально? Другие актёры делают что-то такое? Не то чтобы меня это волновало, но предыдущий альфа, что приходил к нам домой, смотрел на Бамби, как на кусок мяса, а я такое не потерплю… Намджун мог себе представить хмурое лицо брата, пока ревность лилась из него потоком. Ревность с примесью такой безумной тревоги, что у Тэхёна немело всё ниже шеи, а кулаки сжимались сами по себе. — Ты никогда не слушаешь мои советы, хоть я и старше, — начал Намджун. — Но попробуй немного расслабиться. Никто не посмеет обидеть Бамби в твоём присутствии. Да и Мин нормальный альфа… — Как много «нормальных альф» ты видел в высшем обществе, пока рос? На первый взгляд все они нормальные, а на деле… Тэхён сперва ощутил шоколадный запах, а потом услышал нечаянное шарканье домашних тапочек и притих. — Но Юнги… — Да-да, будем прощаться, — прервал его Тэхён. — Передавай привет Юндже от нас с Бамби. Он особенно выделил её имя, и уже после сорвавшегося звонка Намджун понял, что она была причиной внезапного отключения. — Это был твой брат? — спросила Бамби, убирая за Тэхёном открытый кондиционер. — Да. Он звонил насчёт одной статьи… — он немного растерялся, когда она обняла его со спины с целью дотянуться до коробочки с капсулами для стирки и закрыть и её тоже. — В общем-то, там ничего важного или интересного… — Тэхён, я нормально отношусь к тому, что у вас с Намджуном есть секреты, — сказала она, в то же время обтираясь щекой о его спину. — Но давай не будем судить заранее об актёре Мине? Я видела пробы, и он был замечательным… — Это, — Тэхён накрыл её руки своими, не желая прекращать эти внезапные объятия. — Волнует меня ещё больше. С каких пор кто-то, кроме меня, кажется тебе замечательным? Неужели Мин Юнги настолько хорош? Он был смешным, когда ревновал, и при этом заставлял Бамби чувствовать себя девочкой-подростком, впервые столкнувшейся с такой сильной любовью. До Тэхёна она была девушкой общего пользования, но с ним — одной-единственной. И эта разница делала всё таким особенным. — Ты же знаешь, что замечательнее тебя никого нет и быть не может, — она привстала на носочки, дотягиваясь до его лица и оставляя поцелуй на гладко выбритой щеке. — Помни об этом, когда придут гости. И предложи им кофе. Тэхён не мог воспротивиться, пускай даже очень хотел. Или только думал так, потому что когда господин Мин пожаловал к ним вместе со своим менеджером и этим раздражающим табачным запахом, слишком тяжёлым и крепким для их дома, он неосознанно перешёл из режима дружелюбного хозяина в солдата, оберегающего крайне ценный объект. Атмосфера в доме, а особенно в кухне от этого была какой-то напряжённой. Слушая, как кипит электрочайник, а Бамби листает страницы своего блокнота с пометками, Тэхён пристально разглядывал альфу на стуле. Мин Юнги был ниже него, но обладал широкими плечами, неплохим стилем в одежде и этим низким спокойным голосом, что не выходил из-под контроля даже под давлением ревнивого мужа. — Госпожа Гу, — он звучал абсолютно ровно, хотя сквозь табачный запах ощущалась горечь. — Возможно, стоит включить свет, чтобы вам легче было разбирать написанное? День выдался пасмурным как для конца марта; за окном было серо, а от этого и в квартире царил полумрак. Читать так было действительно неудобно, ещё и Бамби оказалась спиной к окну, из которого лился хоть какой-то свет. И как Тэхён сразу об этом не подумал? Всё утро они блуждали по тёмным коридорам и комнатам, потому что так им было уютно, а свет включали точечно, по необходимости. Но ведь гостям Бамби так наверняка было неудобно, как и ей самой над исписанными листами. Она толком не успела сдвинуться на стуле, как Тэхён оставил своё место у столешницы и отправился к выключателю. Вспышка света, ещё несколько шагов, и он снова был рядом, не оставляя Юнги ни единого шанса сократить расстояние для более близкого разговора, спросить что-то, что казалось Тэхёну неуместным, или окружить его жену своими феромонами.  Бамби знала, что он никуда не уйдёт, даже если она попросит. В этом вопросе мнение её и посторонних его не волновало — он переживал за неё слишком сильно и хотел, чтобы она всё время в этой квартире чувствовала себя защищённой, пускай его ментол и заставлял всех присутствующих испытывать мурашки. Говорить о персонажах и сценах в первых сериях сценария в такой обстановке было невозможно. Тревога Тэхёна сбивала Бамби с мыслей, а Юнги и его менеджер не решались этому противостоять и переходить на грубости. А вот Тэхён не мог заставить себя быть дружелюбнее, чем уже был. Когда вода закипела, он сделал для альфы и беты быстрорастворимый кофе, не видя смысла возиться с туркой, если они скоро уйдут, а для Бамби приготовил кисло-сладкий чай с несколькими листочками мяты. Это был его нехитрый план окружить её собой ещё больше. — Давайте я… — Бамби заговорила через несколько минут тишины, мельком поглядывая на Тэхёна, что не отрывал взгляда от мужских рук, сжимающих маленькую чашку. — Я дам вам это с собой. Разгладив листы на сгибе, она принялась вырывать те, на которых были записаны её идеи и замечания. Она всегда записывала планы и ключевые моменты в бумажный блокнот или электронный. Конкретно эти листы она мучила уже несколько недель и выучила наизусть, потому не думала, что их потеря будет для неё заметна. Зато Тэхён перестанет посылать молнии и вести себя как солдат на задании, планирующий нападение. — Эти для меня, а эти для Едам? — спросил Юнги, разглядывая две тонкие неровные стопки. Он был немного рад, что его коллега по будущей дораме не смогла присутствовать на встрече. Надежда на интересный разговор канула в лету ещё в тот момент, когда он переступил порог квартиры и столкнулся со скромностью писательницы и враждебностью её телохранителя. Вместо положительного ответа Бамби только кивнула, тоже берясь за чашку, чтобы согреть замёрзшие на почве волнения руки. Сейчас бы запустить их Тэхёну под кофту и заодно пощупать его под ней… — Спасибо, — сопровождающий звезду парень вежливо улыбнулся, отвлекая Бамби от мыслей о горячей кожей Тэхёна. — Актёр Мин Юнги очень благодарен, что вы выделили нам немного времени и дали эти… — он запнулся, ловя на себе недовольный взгляд хозяина дома, что с первого слова разгадал сарказм. — Ценные бумаги. Бамби работала над ними столько времени потому, что это была её первая дорама, и потому, что она хотела быть максимально полезной, а этот придурок смел насмехаться над её трудами? — Если это всё, — Тэхён расслабил челюсти лишь на пару мгновений, чтобы не цедить сквозь зубы, пусть и очень хотелось. — Допивайте и уходите. Менеджер ещё старательнее стал избегать нетронутой порции кофе и свою звезду осторожно подбил локтем, взглядом приказывая ничего не пить в этом доме. — Что ж, мы лучше поедем сейчас, — сказал он с намёком, первый поднимаясь из-за стола. — Пока ещё светло. Да, господин Мин? Юнги ещё только раз встретился с тэхёновым взглядом и лишь снова убедился, что ему тут не рады. — Да, поехали, — кивнул он, вставая следом. — Спасибо за встречу, госпожа Гу, и за заметки. Я обязательно всё прочитаю и выложусь для роли по максимуму. Бамби была рада это слышать, потому что в глубине души мечтала, чтобы всё было именно так, как она себе представляла, или даже лучше. И Мин Юнги идеально для этого подходил. Он был вежливым, старательным и излучал ту же ауру, что и её главный герой в книге. — В жизни он выглядит не так уж и привлекательно, — заметил Тэхён, как только двери закрылись и сработал электронный замок. — Уверена, что он подходит на эту роль? — Всё ещё считаешь, что ты подошёл бы лучше? — растущее напряжение развеялось в считанные секунды, избавляя их двоих от нервозности и придавая голосу Бамби ещё больше мягкости. Наедине она раскрывалась совершенно с другой стороны, и Тэхён обожал эту версию её. — Только если бы ты была ведущей актрисой, — ответил он, тоже звуча в разы мягче и довольнее. Без посторонних дома вновь становилось хорошо и уютно. Приглушённый свет прихожей и приятный полумрак коридора действовали умиротворяюще, а монотонный шум сушилки на фоне отсекал посторонние мысли и выносил на первый план те, что попросту не получалось держать при себе. — Тэхён, так дальше нельзя, — опуская взгляд на свои руки, сказала Бамби. Она не заметила этого, но его сердце от испуга чуть не выскочило из груди. — Как нельзя?.. — пробормотал он, затаивая дыхание в ожидании ответа. — Ходить без метки, — она взмахнула правой рукой, указывая на входные двери. — Господин Мин наверняка подумал, что у нас что-то не так, потому что я не пахну тобой, а ты при этом не отходишь от меня ни на шаг… Я обдумала это хорошо. Много раз. Я хочу метку. Вот тут… Её пальцы коснулись шеи ближе к затылку. — Но зачем? — Тэхён искренне не понимал, почему это так важно. — Я отлично справляюсь и без неё. Разве кольца на её пальце и его присутствия было недостаточно, чтобы люди перестали надумывать и наговаривать на их брак? Тэхён не сомневался, что такой любви, как у них с Бамби, не было даже у некоторых истинных, не то что у обладателей метки. — Я хочу пахнуть твоим ментолом, — она приблизилась на шаг, медленно подтягивая вторую ногу и легонько сжимая пальцы на своей шее. — Хочу быть ходячим мятным шоколадом. Хочу, чтобы не только близкие, но и проходящие мимо нас на улице или в супермаркете знали, что мы принадлежим друг другу. Его запах на ней также помог бы очертить кое-какие границы и сократить заинтересованность альф, потому что зачастую запах противника на омеге их отталкивал. Но Тэхён по-прежнему сомневался. Это читалось в его бегающем взгляде, в его поверхностном дыхании и том, как он замер на секунду, когда Бамби подошла ещё ближе и опустила ладони на его плечи. — А ты этого не хочешь? — осторожно спросила она. Тэхён замотал головой, отрицая приписанное ему нежелание. — Действительно не хочешь? — спрашивая, она выглядела расстроенной. — Дело не в этом. Мне просто страшно сделать тебе больно, — признался он. — А я обязательно сделаю, если мне нужно будет тебя укусить. Глубоко, Бамби. До крови. Она закивала, прекрасно осознавая риски и боль. Долгое время это было чем-то, что её пугало и вызывало плохие воспоминания, но у Тэхёна была суперспособность превращать все её слабости в желание, от которого ноги подкашивались, а страхи исчезали. — Это стоит того, — сказала она решительно. — И я полностью готова. Это не выходило у неё из головы уже несколько месяцев, и откладывать дальше она не видела смысла. Она действительно хотела эту метку. — Тогда давай запланируем укус на следующую течку? — спросил Тэхён, но вытянутые в обиде губы Бамби заставили его сдвинуть сроки. — Или… на сегодняшнюю ночь? — Зачем столько ждать? Кусай сейчас. Она была неизбежной в своём приближении, в пытке лаской и этих сладких поцелуях, на которые Тэхён молился с самого первого у алтаря, что последовал после слов «А теперь жених может поцеловать невесту». Её вкус и её тепло были самым настоящим магнитом, а он — затерянной металлической деталькой большого конструктора. Он ничем не отличался от других таких же деталек, — альф, — тянущихся к Бамби, но только его она жаждала почувствовать в своих объятиях. Она тихонько ахнула ему в губы, ощутив за спиной твёрдую стену. Тэхён прижал её к ней, неподалёку от вешалки с весенней верхней одеждой. Его руки по-хозяйски устроились на её бёдрах, поглаживая нежно и плавно, но так, чтобы при каждом мазке большим пальцем вверх задирать кофточку с майкой выше и касаться голой кожи с таким трепетом, словно это было впервые. Он обнажал её тело неспешно, дразня и в то же время давая возможность передумать, а Бамби послушно поднимала руки, чтобы снять кофту, опускала, чтобы стянуть лямки лифчика, и выгибалась навстречу его рукам, что расстёгивали пуговку и молнию на джинсах. И вот когда она была полностью голая и стояла перед ним, пробиваемая лёгкой дрожью нетерпения, Тэхён понял, что она не поменяет своё мнение. — Почему ты так смотришь? — она нарочно мотнула головой, чтобы несколько тёмных прядок упали ей на лицо и на плечи. — Стараюсь налюбоваться, — ответил Тэхён, продолжая скользить по её изгибам взглядом. — Но не думаю, что это возможно. — Это потому что я не такая уж и красивая, — она тихо хохотнула, протягивая руки к его футболке, заправленной в штаны, и выворачивая её наизнанку при раздевании. — Нет, это потому что мне тебя всегда будет мало, — опроверг её слова Тэхён, перехватывая девичьи ладони и не подпуская их к поясу своих брюк. Окольцевав тонкие кисти пальцами, он поднял руки Бамби у неё над головой и припал к её шее горячими губами. Шоколадный запах и вкус моментально коснулся его рецепторов, усугубляя эту зависимость. Бамби уткнулась макушкой в стену и закрыла глаза в ожидании укуса. Она была достаточно наивной, чтобы полагать, что Тэхён вот так сразу выполнит её просьбу и оставит след от своих клыков на оливковой коже. Это его по-прежнему умиляло и поражало. — Даже не надейся закончить всё быстро, — вглядываясь в её лицо и зажмуренные глаза, сказал он. — Пускай мне придётся сделать тебе больно, я также сделаю всё для того, чтобы облегчить это. Бамби закивала, испытывая и приятную слабость, и ещё большее натяжение внутри. Она смутно помнила момент, когда эти чувства зародились, но она очень внимательно наблюдала за тем, как с каждым днём они становились ярче и сильнее. — Тогда делай это медленно, — сказала она. — Так медленно, как считаешь нужным. Тэхён сжал обе её кисти одной рукой, а второй накрыл её лобок. Он не пытался пробраться внутрь или хотя бы ощутить её влагу, но его поглаживания всё равно отзывались в её теле крошечными электрическими разрядами, и Бамби выгибала спину ещё больше, и давилась сдавленными стонами, и думала о том, что нежнее Тэхёна альф просто не существовало. — Медленно, — повторила она, вдыхая и выдыхая через рот. — Но не так, чтобы пропустить ужин с Сэин и Чонгуком, пожалуйста… Тэхён хмыкнул на её просьбу, и Бамби только со временем поняла, что это был скорее смешок. — Я не стану торопиться, даже если Сэин из-за этого меня снова возненавидит, — предупредил он её. — Сначала моя жена, потом — всё остальное.

✫✫✫

— Вы вообще руки когда-либо разъединяете или они у вас склеились? Многозначительный взгляд Сэин, устремлённый на переплетённые пальцы Бамби и Тэхёна, должен был вызвать у них смущение и привести к дистанции между ними, но они неосознанно ухватились друг за друга крепче. — Если это зависть, советую не ворчать, а рискнуть взять своего парня за руку, — ответил Тэхён с расслабленной улыбкой и капелькой шоколадной пасты под левым уголком губ. — Конечно, держаться за руки, будучи просто истинными, не то же самое, что будучи законными супругами, но твоё настроение всё равно может немного улучшиться… Пока Сэин отыгрывала изумление и оскорбление, а Чонгук пытался замаскировать смешки в кулак под кашель, Бамби выхватила из подставки салфетку и вытерла ею шоколад с лица Тэхёна. Она не делала ничего особенного, но почему-то чувствовала себя очень счастливой в процессе. Она подозревала, что дело может быть в гормонах. И ещё в пульсирующем при резких поворотах головой укусе под пластырем. Тэхён так пытался замаскировать кровавый след, оставленный не просто вовремя, а секунду в секунду — с первой волной оргазма, в который Бамби буквально окунуло посреди крошечной прачечной в их доме. Она облокачивалась на сушилку, а Тэхён вёл не особо молчаливую борьбу с собственными инстинктами и растрёпанными волосами Бамби, что так и норовили залезть в рот. В её ушах всё ещё звучали эти низкие гортанные рыки, что вырывались из Тэхёна перед укусом, как и их стоны в унисон во время. Но при всём его старании, пластырь мог перекрыть ранки от клыков, но не мог утаить сочетание их запахов. — Считаешь, раз женат на моей сестре, избил её конченого отца и поставил на ней свою метку, то твоя любовь может сравниться с истинностью? — Да, — без каких-либо сомнений и угрызений совести, кивнул Тэхён. — Ах ты… — Сэин замахнулась десертной ложкой, что не могла причинить Тэхёну как такового вреда, но Бамби инстинктивно подалась вперёд, чтобы закрыть мужа собой, а Чонгук вытянул руку, чтобы перехватить «оружие». — Сэин, спокойнее, — возвращая ложку в её мороженое, попросил он. — Ты же только перед ужином говорила, что ошибалась насчёт Тэхёна, и что он ещё может тебе понравиться… — Насчёт этого я тоже ошибалась, — заявила она, с невозмутимым видом возвращаясь к своему десерту. — Как мне может нравиться человек, который ставит под сомнение истинность? — Ничего он не ставит, — возразила Бамби, и её голос, чёткий и звонкий, зазвучал на всё кафе. — Он просто пытается сказать, что мы любим друг друга так же сильно, как вы с Чонгуком. — И вообще-то не так давно ты сама выглядела человеком, который ни в какую истинность не верит, — напомнил ей Чонгук, сам беря её за руку. — Как и я. Сэин фыркнула, но отстраняться не стала, чувствуя эти необычайно приятные толчки в груди, что были реакцией её сердца на истинного. Она надеялась, Бамби чувствовала нечто подобное, держась за руки с Тэхёном. — Так что мы решили с круизом? — спросила Сэин, возвращаясь к теме, которую подняла в первый раз ещё до ужина и ради которой эта встреча и задумывалась. — Я могу бронировать на июль-август? К этой идее её подтолкнула тётя, с таким восторгом рассказывая о круизе на огромном лайнере с ежедневными остановками в разных городах, что невозможно было не захотеть. — Мне подходит, — кивнул Чонгук, никогда не упуская возможности использовать законные отпускные и сбежать с работы. — Мне, вероятно, тоже, — сказал Тэхён, чуть сжимая губы. Он не знал, как скоро решится вопрос с работой, но был практически уверен в том, что капитаном ему больше не быть. Даже при отсутствии обвинений его признания были весомой причиной для отстранения от службы, а значит, их хватит и для понижения в должности, и для перевода, и для трудностей в будущем. Так что, где бы он ни оказался и что бы ни решил — остаться и вновь карабкаться с самых низов или уйти и полностью сменить род деятельности, — на одну поездку с женой он может рассчитывать. — А я не знаю, — Бамби сжала руку Тэхёна чуть сильнее. — Из-за моего цикла и работы… — Даже не думай, Гу Бамби, — пригрозила ей Сэин пальцем. — Цикл можно сместить таблетками, а о работе в отпуске я слышать не хочу. Так что я всё равно бронирую. На тебя и твоего Тэхёна, на меня и Чонгука, а ещё на Мин Юнги и его девушку… — Мин Юнги?! — Тэхён нечаянно задел рукой стол, и нож с вилкой, с помощью которых они с Бамби ели вафли с шоколадом и клубникой, с грохотом упали с тарелки. — Тот самый, что был сегодня у нас дома?! — Тише, — Бамби прижалась немного ближе к нему, свободной рукой поглаживая его по предплечью. — Актёр Мин вряд ли сможет поехать из-за съёмок, а если и сможет, то со своей омегой. Тэхёну всё равно было неспокойно. Он чувствовал угрозу от любого знакомого и незнакомого альфы, и мышцы в его теле моментально каменели от напряжения. — Я начинаю сомневаться, что круиз — хорошая идея, — сказал он. — Просто подумайте: взаперти с таким количеством людей, а вокруг только океан… — Как по мне, очень вдохновляюще, — чтобы успокоить его, сказала Бамби. — Столько потрясающих идей придумать и написать можно… — Триллер с жестокой расправой над ревнивым мужем, например, — предложила Сэин, поглядывая с ехидной улыбкой на Тэхёна. — Бамби не пишет триллеры, — напомнил Тэхён, усмехаясь в ответ. — Она пишет любовные романы. А быть главным героем её романтической истории я не против. — Я бы с удовольствием почитал, — вклинился Чонгук, мечтая сунуть свой журналистский нос во всю эту историю и узнать из первых уст об их отношениях. Все трое повернулись к Бамби в ожидании её ответа. Как будто не знали, как она отреагирует. — Вы что, правда думаете, что я напишу что-то такое? — она замотала головой. — Нет. Ни за что. Но даже если вдруг да, об этом узнает только тот, о ком я напишу. Сэин цокнула языком. — Всё понятно, — шепнула она Чонгуку. — Бамби уже написала о Тэхёне. И это, очевидно, был не триллер. — А какой рейтинг? — умирая от любопытства, спросил Чонгук. Тэхён не думал, что высокий, но его глаза тоже загорелись от интереса. — Ничего я не написала, — запротестовала Бамби, впервые за вечер отпуская его пальцы и вытирая внезапно вспотевшую ладонь о свои джинсы. Её ложь была очевидной, но пока другие давили и дразнили её за это, Тэхён громко прочистил горло. — Кхм, если все уже доели, не пора ли нам по домам? Уходить ещё не хотелось — в кафе было хорошо и весело, пахло глинтвейном и мятным шоколадом, и темы для разговоров никак не кончались, но Чонгук тоже считал, что поставить сейчас точку с запятой — наилучший из вариантов. Они смогут продолжить после: за очередным ужином, в гостях друг у друга или в совместной поездке. — Да, пора, — поддержал он, первым вставая из-за стола и забирая джинсовую куртку Сэин со спинки стула. Тэхён тоже не отставал, помогая Бамби надевать лёгкое весеннее пальто и вновь беря её за руку. Сразу после выхода из кафе они разошлись — Чонгук и Сэин на остановку, ловить такси, а Бамби и Тэхён в свою машину, припаркованную неподалёку. — Кстати, если в будущем ты всё же решишь писать о… нас, — начал он, как только захлопнул дверцу со своей стороны. — Стоит упомянуть, что я ещё неплохо играю в хоккей и на гитаре, немного пою, хорошо управляюсь с холодным оружием и прекрасный организатор вечеринок-сюрпризов — засад с дальнейшим арестом. — Хоккей? — она вспомнила о клюшке, нечаянно найденной в первый день у него в квартире. — О хоккеистах я ещё не писала… Расскажешь немного? — С радостью! — Тэхён заулыбался, заводя мотор. — И о хоккеистах, и о гитаристах, и о военных. Я хочу быть в каждой твоей книге. Так что рассчитываю минимум на дюжину историй о нас. Бамби догадывалась, что его не проведёшь. Он давно уже намекал, что хочет в её книгу. — Ещё столько всего, что я о тебе не знаю… И не меньше мелочей, которых он о ней тоже пока не знал. К примеру, её внезапный интерес к написанию постельных сцен и практике в этом, из-за которой она больше не оставляла открытый ноутбук на столе в кухне и всё чаще фантазировала о том, что они должны попробовать вдвоём. — И в этом вся прелесть брака, — сказал Тэхён. — Разве? — Сама подумай, — придерживая руль левой рукой, правой он вновь накрыл её сжатые пальцы. — У нас впереди целая совместная жизнь, чтобы всё узнать. Бамби позволила себе верить в это — в годы, десятки лет, что были у них впереди. В их счастливое будущее. В них самих. — Надеюсь, ты не устанешь от этого марафона правды, — лишь сказала она. — Никогда, — заверил её Тэхён.