Helpless

      Беспомощный. Виктор смотрит в глаза Джейса и ловит себя на мысли, какой он же беспомощный и открытый перед ними. Джейс был подобно огромному щенку — просит внимание, активный, верный. Он всегда выражал свою вечную признательность Виктору за то, что тот однажды ему поверил и их отношения из «просто партнёры» переросло «друзья партнёры». На самом деле, они не поняли в какой именно момент, но они стали даже слишком близки. Неприлично. Виктор ощущает себя беспомощным, когда чувствует дыхание Джейса где-то у своего уха, заостряет внимание на губах. Хочет ли он его поцеловать? Определено, Джейса сложно не хотеть и не важно в каком смысле. — Виктор, чем занимаешься? — с улыбкой спрашивает Джейс, снова оказывается за спиной Виктора, губами едва касаясь чужого уха. Сердце делает несколько кульбит и снова это чувство — беспомощный. От Джейса пахнет домашней выпечкой, теплом и домом. Виктор не имел конкретно свой дом, а тот самый из сказок, с теплым камином, большой, надёжный. Был ли это естественный запах Джейса или какой-то парфюм о котором Виктор никогда не слышал? Если да — то он бы отдал саму идею хэкстека, чтобы приобрести один такой флакончик. — Мы со Скай закончили с расшифровкой ещё одной руны. Все, конечно, довольно расплывчато, но мы не сдаёмся. Джейс кивает с лёгкой улыбкой на губах и Виктор теряет дар речи, как и всякий профессионализм. Кто запустил эту машину в лабораторию и как Виктору с ним работать, когда в его груди, как бы сказал Джейс, происходит огромный «бум». Виктор, довольно костлявой рукой касается чужой щеки и слегка касается губ Джейса. Они со вкусом меда, недавнего выпитого кофе и крепкой надёжности, о которой Виктор никогда бы и подумать не мог. — У меня что-то на щеке? — с глупой улыбкой спрашивает Джейс и Виктор осознает: это лишь воображение. — Да… Там крошки были. Твоя мама печенье испекла?