Где-то между нами

Вечер в ресторане прошел на удивление спокойно. Дженни ограничилась лишь одним бокалом вина — в этот раз ей хотелось мыслить ясно. Феликс тоже выглядел расслабленным, но его глаза время от времени цепляли её взгляд, словно молча изучая её. Когда ужин подошел к концу и Феликс, не торопясь, закрыл счет, он вдруг произнес: — Поехали? Дженни усмехнулась, склонив голову чуть вбок: — Знаю я, чем обычно заканчивается это твое «поехали». Феликс, как всегда, был прямолинейным. — Я хочу тебя. Ты хочешь меня. Это факт. Так зачем притворяться, что мы можем этого избежать? Есть ли смысл терять время на ненужные разговоры? Она тяжело вздохнула, пытаясь сохранить невозмутимость, но внутри уже бушевал шторм. — Возможно, ты прав, Фел. — В её голосе прозвучала легкая издевка. — Какой смысл тратить время на то, что для тебя не имеет последствий? Он прищурился, и его взгляд стал чуть более острым. — С чего ты взяла, что это не имеет последствий для меня? Дженни отвела взгляд, чувствуя, как напряжение между ними нарастает. — «Фел», — протянул он с легкой усмешкой. — Это что, моя новая кличка? Она решила больше не уклоняться от вызова. Встав из-за стола, она взглянула ему прямо в глаза: — Давай освежим память. Напомни мне, с чего вообще началась вся эта игра. И покажи, на что ты способен. Её слова вызвали едва заметное движение в его глазах. Они потемнели, а уголки губ чуть дрогнули в кривой улыбке. Феликс молча поднялся, переплел пальцы с её и, не выпуская руки, направился к выходу. Когда они оказались на улице, он открыл для неё дверь машины, но, прежде чем она успела сесть, его ладонь скользнула по открытой линии её спины. Его прикосновение было настолько мягким, что у неё побежали мурашки. — Холодно? — спросил он, едва касаясь губами её уха. — Нет, — ответила она, стараясь звучать спокойно, но её голос всё же дрогнул. Она села в машину, а он обошёл её, садясь за руль. Повернув ключ, он бросил взгляд на её оголённое бедро, где ткань платья опасно сместилась вверх. Его рука уверенно легла ей на ногу, и она, чуть задержав дыхание, посмотрела на него. — Это платье слишком соблазнительное, — сказал он низким голосом, всё ещё удерживая взгляд на её ноге. — Я не ревнивый человек, но, черт, я не могу спокойно смотреть на тебя, когда ты в нём. Это что, специально такой ход? Дженни прищурилась, набравшись смелости, и ответила прямо: — Да. Хотела, чтобы ты немного завелся. Феликс на мгновение откинулся на спинку кресла, усмехнулся и посмотрел на неё с восхищением и вызовом одновременно. — Один ноль в твою пользу, — произнёс он, включая передачу. — Но посмотрим, чем закончится этот матч. Машина сорвалась с места, оставляя за собой только шум уличных огней и нарастающее напряжение между ними. Продолжение… Когда они подъехали к пентхаусу, Феликс вышел из машины первым, обойдя её, чтобы открыть Дженни дверь. Она медленно выбралась, стараясь не показывать, что её сердце билось сильнее, чем хотелось бы. — Ну что, ты готова освежить память? — он усмехнулся, дерзко поднимая одну бровь, но его взгляд оставался напряжённым, словно он и сам пытался держать себя в руках. — А ты? — Дженни оглядела его с головы до ног, явно наслаждаясь этим моментом. — Всегда, — коротко ответил он и, не отпуская её руки, повёл в сторону лифта. Они поднялись на последний этаж в полной тишине, но напряжение между ними было почти осязаемым. Лифт мягко остановился, и двери открылись прямо в просторный, стильный пентхаус. Современный дизайн с панорамными окнами, из которых открывался потрясающий вид на ночной Сеул, создавал атмосферу уединения и роскоши. — Неплохо живёшь, — заметила Дженни, проходя внутрь. — Это всего лишь место, где я сплю. — Феликс закрыл за ней дверь, снимая пиджак и бросая его на спинку дивана. — Но сейчас это место для нас. Она обернулась, её взгляд встретился с его. Феликс медленно подошёл ближе, его движения были уверенными и целеустремлёнными. — Зачем всё это напряжение, Дженни? Ты же знаешь, к чему всё идёт. — Хм… Ты уверен, что знаешь, к чему? — она сделала шаг назад, играя с ним. Феликс усмехнулся, его тёмные глаза сверкнули. — Я уверен. — Он остановился всего в нескольких дюймах от неё, его пальцы легко скользнули по её запястью, затем по всей длине её руки, вызывая мурашки на коже. — Но если тебе нужно напоминание, просто скажи. — Напоминание? — её голос прозвучал ровно, хотя внутри всё горело. — Да, — он наклонился ближе, их лица были почти рядом. — Ты сама сказала, что хочешь узнать, на что я способен. Дженни прищурилась, её губы слегка приподнялись в усмешке. — Ты всегда такой самоуверенный? — Только когда я знаю, что прав, — ответил он, опуская руку на её талию. Она не отвела взгляд, даже когда он наклонился ещё ближе, их дыхание смешалось. — Знаешь, Фел, — произнесла она, специально подчёркивая его новое прозвище. — Уверенность иногда может быть твоей слабостью. — Не в этот раз, — его голос стал чуть ниже, а тон — более серьёзным. Он резко отпустил её, разрывая напряжённый момент. — У тебя две минуты, чтобы расслабиться и почувствовать себя как дома. Я возьму что-нибудь выпить. — А если я не хочу пить? — Дженни усмехнулась, но её голос дрожал от сдерживаемых эмоций. Феликс обернулся через плечо, кидая на неё ленивый взгляд. — Тогда нам не придётся тратить время. Он ушёл в сторону кухни, оставив её стоять посреди комнаты. Дженни глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. Она осмотрелась, медленно проходя по просторной комнате, пока её внимание не привлекла картина на стене. — Ты что, коллекционер? — спросила она, когда он вернулся с двумя бокалами красного французского вина. — Что-то вроде того, — ответил он, протягивая ей один бокал. — Интересно. Не ожидала такого от тебя. Феликс усмехнулся. — Ещё много чего от меня не ожидаешь. — Например? Он сделал шаг ближе, слегка наклоняясь к ней. — Например, того, что мне нужно гораздо больше, чем просто твой взгляд, чтобы быть удовлетворённым. Она нервно сглотнула, но не отвела глаз. — Ты слишком прямолинеен. — А ты слишком осторожна, — отрезал он. — Знаешь, что опаснее всего? — Просвети, — ответила она с вызовом. — Терять время. Мы оба не хотим этого, Дженни, — сказал он, его взгляд стал мягче, но напряжение никуда не исчезло. Она сделала глоток вина и кивнула, как будто приняла его слова к сведению. — Тогда перестань тратить его на разговоры, Фел, — наконец сказала она, её голос был тихим, но уверенным. Феликс улыбнулся, но в его улыбке было что-то хищное. — Ты только что дала зелёный свет, Дженни. Надеюсь, ты готова к тому, что будет дальше. Утро пришло слишком быстро. Первые лучи солнца пробились через высокие окна пентхауса, мягко осветив пространство. Дженни лежала, уткнувшись лицом в подушку, чувствуя приятную усталость в каждом сантиметре своего тела. Феликс доказал, что его слова не расходятся с делом. Она улыбнулась, вспоминая прошлую ночь, но тут же вздохнула. Сколько же раз он произносил её имя, будто хотел убедиться, что она действительно здесь? Она медленно приподнялась, потянув с кресла его рубашку, которая всё ещё пахла им. Рукава оказались слишком длинными, но это ей понравилось. Она обернулась, посмотрев на Феликса. Он лежал на огромной кровати, раскинувшись как король. Его лицо в спокойствии выглядело совсем другим. Ни дерзости, ни сарказма — только чистая, почти детская невинность. Когда он не говорит, он действительно похож на ангела. Дженни подавила смешок, чтобы не разбудить его, и вышла из спальни. Гостиную она пересекла босиком, наслаждаясь прохладой паркета под ногами, пока не нашла кухню. В холодильнике она нашла апельсиновый сок, налив себе полный стакан. Сделав пару глотков, она почувствовала, как жажда постепенно утихает. Её взгляд невольно упал на столешницу, и лицо мгновенно залилось краской. Эта самая столешница. Флешбэки прошлой ночи обрушились на неё, как волна: как он усадил её туда, прижимая её спину к прохладному мрамору, как его руки скользили по её бедрам, как её голос сливался с его шёпотом. Она резко отвернулась, чтобы не дать памяти зайти слишком далеко. Оперевшись ладонями о край столешницы, она подняла взгляд на огромное панорамное окно. Перед ней раскрылся дневной Сеул, сияющий в утреннем свете. На улице начиналась обычная суета, но здесь, на высоте, казалось, что мир затаил дыхание. После нескольких минут размышлений Дженни скинула с себя остатки сна. Ему явно нужен будет завтрак после такой ночи. Она открыла шкафы, отыскала всё необходимое и, закатив рукава его рубашки, приступила к готовке. Звуки сковороды наполнили кухню, когда она услышала, как за её спиной раздались шаги. — Ты рано встала, — голос Феликса был хриплым, но в нём звучала улыбка. Дженни обернулась, едва не обожглась о горячую ручку сковороды. Он стоял у двери, только в пижамных брюках, без футболки, его волосы ещё больше растрепались, а глаза слегка припухли от сна. — А ты долго спишь, — съязвила она, отворачиваясь обратно к плите. Феликс молча подошёл к ней, облокотился о край столешницы, сложив руки на груди. — Сложно проснуться, когда тебя выматывают до полного изнеможения. — Очень смешно, — она бросила на него взгляд через плечо. — Но это правда, Джен, — он протянул руку, чтобы убрать прядь волос, упавшую ей на лицо. — Усталость тебе идёт. Она закатила глаза, стараясь не реагировать на его прикосновение, но тепло от его пальцев всё ещё ощущалось на её коже. — Завтрак будет готов через десять минут. — Уверен, ты делаешь его с той же страстью, что и всё остальное. — Если будешь продолжать, я приготовлю только себе, — ответила она, но уголки её губ всё же дрогнули в улыбке. Он засмеялся, его низкий смех заполнил кухню. — Хорошо, сдаюсь. Но только пока. Феликс шагнул ближе, обняв её за талию, так чтобы не мешать ей готовить. — Что ты делаешь? — Дженни замерла, чувствуя, как его подбородок мягко касается её плеча. — Просто наблюдаю. — Он поцеловал её в шею, вызывая мурашки. — И вспоминаю. — Вспоминаешь? — Да. Особенно эту столешницу, — его голос стал чуть ниже, а пальцы слегка сжали её талию. Дженни покраснела, но не отвела его руки. — Если будешь мешать, останешься без завтрака. — Завтрак — это лишнее, — он развернул её к себе, заставив оставить лопатку на столе. — Но я знаю, чего хочу прямо сейчас. Она успела только глубоко вдохнуть, прежде чем его губы накрыли её. Дженни попыталась протестовать, но, как всегда, это было бесполезно. Феликс поцеловал её так, словно время остановилось, а мир за пределами кухни перестал существовать. Его руки крепче обвили её талию, прижимая ближе. Она чувствовала, как её собственные пальцы скользнули вверх по его груди, задержавшись на его шее. — Феликс, — прошептала она, когда он немного отстранился. — Что? — его губы едва касались её, а голос звучал лениво и довольным. — Я пыталась приготовить завтрак. Он улыбнулся, не отводя взгляда. — Уверен, что мы найдём что-нибудь поинтереснее. Дженни закатила глаза и всё же разорвала их близость, вернувшись к плите. — Какой ты упрямый. Феликс лишь ухмыльнулся и снова облокотился о столешницу, наблюдая за ней. — И всё-таки, Джен, — начал он спустя минуту молчания, — зачем ты встаёшь так рано? Она не обернулась, продолжая мешать омлет на сковороде. — Утро — это время для размышлений. — О чем ты размышляешь? Она замолчала, затем повернула голову к нему через плечо. — О том, как странно, что я здесь. Феликс удивлённо поднял бровь, но тут же снова расплылся в знакомой самоуверенной улыбке. — Неужели? А что в этом странного? — Ты. Я. Всё это, — она обвела рукой пентхаус. — Мы же как день и ночь, ты не находишь? Он фыркнул, подходя к ней ближе. — Джен, я бы сказал, что мы как кофе и сливки: идеально дополняем друг друга. — Ты неисправим, — она усмехнулась, но не смогла сдержать лёгкого смущения. Феликс склонился к её уху, снова добавляя в свой низкий  голос хрипотцы: — Ты ведь не хочешь, чтобы я исправлялся, правда? Дженни почувствовала, как мурашки пробежали по её коже, но сохранила невозмутимый вид. — Садись за стол, пока я не передумала тебя кормить. Он послушно сел, скрестив руки за головой, и наблюдал, как она ставит перед ним тарелку. — Я должен сказать, — начал он, пробуя первый кусок, — что, если ты готовишь так же хорошо, как всё остальное, мне придётся тебя держать рядом. Она фыркнула, наклоняясь, чтобы налить ему кофе. — Держать рядом? Это прозвучало как угроза. — Нет, как обещание, — сказал он, внезапно став серьёзным. Дженни замерла на мгновение, глядя в его глаза. Этот мужчина мог одним словом заставить её сердце биться быстрее. Но был ли он так же искренен, как выглядел сейчас? Она отвела взгляд, не давая себе слишком углубляться в мысли. — Ешь, пока не остыло, Фел. Он улыбнулся, и его взгляд оставался прикованным к ней, даже когда она села напротив. — А ты интересная, Джен. — С чего ты это взял? — Ты умудряешься одновременно сбегать от меня и держать меня на крючке. Это… возбуждает. Она не ответила, просто сделала вид, что занята своим завтраком. Но внутри у неё всё дрожало. Дженни, что ты делаешь? — мысленно спросила она себя, но ответа так и не нашла. Завтрак действительно прошёл слишком мило. Феликс был на удивление спокойным, почти обходительным, а его язвительный сарказм сменился лёгкой, непринуждённой болтовнёй. Но, конечно, это продлилось недолго. Его снова потянуло к столешнице, где он заставил Дженни забыть обо всём, включая собственное имя. — Я теперь никогда не смогу спокойно смотреть на кухонную мебель, — пробормотала она, натягивая платье, а её ноги всё ещё слегка дрожали. Феликс сидел на стуле, расслабленно потягивая кофе, его взгляд был наглый, но довольный. — Рад, что оставил на тебе неизгладимое впечатление. — Ты невозможен, — покачала головой она, подходя к зеркалу и поправляя волосы. — Возможно, — он поставил чашку и встал, облокотившись на дверной косяк, — но тебе это нравится. Она бросила на него взгляд, полный раздражения, но тут же перевела разговор: — У меня сегодня встречи в компании по рекламным проектам. Ты что планируешь делать? Феликс пожал плечами, его лицо стало серьёзнее. — Пока мои дела касаются только тебя. Она обернулась, нахмурившись. — Это как понимать? — Очень просто, Джен. — Он подошёл ближе, его движения были медленными, почти хищными. — Ты ведь помнишь мой трек, который я предложил через твою компанию? — Да, помню. — Она нахмурилась ещё больше. — Это всё, чем ты сейчас занят? — Пока да. — Он усмехнулся, облокотившись о стол. — Ты согласна? Дженни молчала пару секунд, разглядывая его. — Ты серьёзно спрашиваешь? Конечно, я согласна. Это отличный проект. — И ты даже не сомневаешься? — Зачем сомневаться? — она сложила руки на груди. — Это коллаборация с тобой. Но я хочу знать, зачем тебе это? Ты ведь… ну, ты Феликс. Тебе разве не хватало топовых артистов для совместных работ? Феликс долго смотрел на неё, затем тихо засмеялся. — Ты правда этого не понимаешь? — Нет. — Она сделала шаг ближе, скрестив руки на груди. — Я всего лишь начинающая артистка, пусть и с некоторым успехом на Западе. Тебе это зачем? Он задумчиво провёл рукой по волосам, а затем резко выдохнул. — Этот трек я написал для тебя, Джен. Она застыла, её взгляд резко стал настороженным. — Что? — Это был мой способ справиться с твоим исчезновением из Лос Анджелеса. Ты просто уехала, и я… ну, я сел и написал это ночью. Всё, что хотел тебе сказать, но не мог. Её дыхание стало неровным. — Феликс… Он шагнул ближе, его взгляд был серьёзным, но в нём читалась уязвимость. — Этот трек — не просто музыка. Это история о том, что я чувствовал. И я хочу, чтобы ты была её частью. — Ты уверен, что это правильно? — её голос дрожал, но она пыталась держаться. — Я уверен в одном: я хочу, чтобы эта песня звучала именно с твоим голосом. Она глубоко вдохнула, пытаясь найти слова, но Феликс продолжил: — Слушай, Джен. Если хочешь, можем оставить всё просто на уровне бизнеса. Запишем трек, сделаем релиз, соберём свои миллионы просмотров, и ты забудешь об этом. Она прищурилась, замечая в его голосе хитрую нотку. — Но? Он наклонился ближе, его лицо было всего в нескольких сантиметрах от её. — Но ты знаешь, что эта песня — не просто бизнес. И если ты согласишься, я не позволю тебе спрятаться за фасадом деловых отношений. Дженни попыталась улыбнуться, но всё, на что её хватило, это лёгкий кивок. — Ладно, мистер Прямолинейный. Я согласна. Но не думай, что это даёт тебе право командовать. Феликс усмехнулся, его взгляд смягчился. — Дженни, я и не пытаюсь командовать. Я просто знаю, чего хочу. Она закатила глаза, но её губы дрогнули в улыбке. — Хорошо. Тогда начнём работать. Но учти, я не буду делать поблажек. Феликс рассмеялся, проведя рукой по её плечу. — О, я на это и рассчитываю.