no homo (but still some)

обычный вечер — батл, биток, потом завалились к дане домой. уровень опьянения был достойным, но недостаточным. даня полез в холодильник — глянуть, есть ли алко, чтобы довести этот вечер до совершенства. батл вышел разъёбным, фанатки в битке польстили его самолюбию, и даня чувствовал, что всё в жизни сделал правильно. будь они вдвоём в кирюхой, они бы наверняка приехали сюда с парочкой любительниц джаза и вордплеев. но нокту — хотя в тусовке знали его имя и среди своих он не носил маску, все по привычке называли его псевдонимом — сказал, что не в настроении баб барагозить и хочет просто побухать дома с пацанами. из-за подготовки к батлу они редко виделись; нокту всё время проводил за текстом и уже ненавидел все слова. у кирюхи такой проблемы нет — он никогда не волнуется, и, кажется, что всё даётся ему легко. наверно, даже не готовился ещё. нокту нервничал и хотел забыть о просмотрах и победах и просто провести время с друзьями, а не батл-рэперами. выпить виски, поболтать, поугорать, посмотреть тупые видосы, поиграть в карты… кстати, чем не идея. даня закрыл холодильник — он уже вытащил несколько бутылок вискаря, пачку сока — и обернулся к нокту. — а что, тема. давно карты в руки не брал. только мой покерный набор куда-то делся. можем в обычные ебануть. — в дурака на раздевание! — крикнул пьяный кирюха. даня с некоторым опасением посмотрел в сторону друга — тот выпил больше всех и уже был близок к стадии вытворения хуйни. хотя не страшно: они дома и только втроём, так что радиус поражения ограничен. сломанная мебель или жалобы соседей — это ерунда. чего квартира летая не видела! — если играем на раздевание, я тогда маску сначала достану. — в глазах нокту появился игривый огонёк. он не думал, что дурацкая шутка кирилла вызовет интерес, но был уверен, что выйдет забавно. ему никогда не было скучно с кириллом и даней, и он оставил себе мысленную зарубку — помни, как тебе было хорошо, и что твои друзья — самые крутые. — на хуй иди, играем как есть, по-честному, — улыбка дани ярче света в кухне. он любит дурачиться не меньше кирюхи и готов врываться в любые приколы. до чего же нокту повезло с ними. — го в комнату, возьми стаканы вон там. — даня кивнул на шкафчик и, нагруженный бутылками, ушёл в темноту коридора. нокту вытащил три изящных тонких стакана (“ёбаный московский педик, даже стаканы для бухла у него как у принца чарльза”) и последовал за пацанами в комнату летая. он здесь впервые, и даже под алкоголем немного стеснялся. как будто пришёл в гости к богатому другу и боялся прикоснуться к чему-то, чтобы не сломать. в целом, так и есть. он до сих пор не привык к популярности, деньгам и хорошему алкоголю. хорошо хоть лицо его никто не знает — тоже писали бы фанфики, как про палма с летаем. комната летая могла бы быть в топах пинтереста; даня включил гирлянды на окне и напольный свет, казалось, мягкие тёплые цвета сняли наконец напряжение в теле нокту, которое не мог снять даже алкоголь. кирюха сразу запрыгнул в кровать и развалился, как будто всегда там и был — бутылка виски в одной руке, телефон в другой. даня выдвинул стол в середину — теперь они как бандиты в подпольном клубе, собрались сыграть партию и заодно обкашлять вопросы. правда, они собрались играть в карты на раздевание и странно, что вопросов ни у кого нет. — ты раздаёшь, раз сам придумал. — даня достал с полки колоду и кинул нокту. — я так-то просто выпить с вами хотел, это вы пидорство развели. — да так и скажи, хотел мой хуище увидеть перед батлом, чтоб панч правдоподобней написать. — кирюха запинался на глухих согласных — вискарь явно хорошо лёг на пиво из битка. — нахуй такая схема, я мог просто у летая спросить. так? — нокту повернулся к дане. тот искал в телефоне, какой плейлист поставить. — мог, но джентльмены не рассказывают. — даня включил какой-то джаз для умников, который нокту никогда не понимал. — чо ты влез в телефон, садись уже, — нокту нетерпеливо похлопал по стулу рядом с собой. — это кружок для моих чюваков. хочешь передать привет? — палм повернулся, и глаз камеры уставился на нокту. — ты охуел что ли! — нокту так резко нырнул под стол, что ударился об угол. — это фронталка, долбоёб. видали, какой я хороший, — это кирилл говорил уже в кружок. — никакого деанона, исключительно на респекте. всех целую, ушёл пить, и вам того же желаю. кирилл чокнулся бутылкой с экраном, кинул телефон на кровать и наконец вернулся к пацанам. — ну чо, педрилы, ща ебать вас будем, — с этими словами кирилл плюхнулся за стол. даня с нокту переглянулись. кажется, у обоих одновременно появилась в голове идея, но трудно было сказать, действительно ли они прочли мысли друг друга или просто пьяно улыбались. — да-да, щас жостко выебешь, конечно. — усмехаясь, нокту перетасовал колоду. карты полетели в три стороны. летай разлил виски по стаканам — “как в плане сопрано, даже если тебе хуевато и странно”. но всем было хорошо. в глазах дани — хитрая искра, нокту в нетерпении качает головой, как будто поймал кайфовый бит, от кирилла идёт жар – его наполняли алкоголь и удовольствие от того, что он проведёт вечер со своими пацанами. они мало знакомы с нокту, но он влился в компанию как ещё один голубь — смешливый, талантливый, а эта добродушная улыбка, которая так не вязалась с его крикливым образом… кирилл встряхнул головой, чтобы выкинуть неуместные картинки из головы, и взял карты со стола. допился уже до странных приколов. и эти двое подозрительно переглядываются…задумали что-то, чертилы… — я начинаю, пошли нахуй, — он кинул на стол крестовый туз. — окей, правила обычные. кто проиграл, снимает одну шмотку. играем до конца? — даня вопросительно взглянул на нокту, и тот довольно кивнул. кажется, они друг друга правильно поняли. *** кирилл не заметил, как остался за столом в одних боксерах. даня и нокту сидели по обе стороны и улыбались во все зубы. на обоих столько же одежды, как и в начале игры. кирилл только сейчас увидел, что уровень виски в их стаканах не уменьшился. а сколько стаканов выхлестал он? наверняка уже перешёл в двузначные числа. оба друга выжидающе смотрели на него. — чего? да ну хорош, если хотели на мой член посмотреть, попросили бы. тебе-то вообще что просить. — он повернулся к летаю. тот иронично поднял бровь (“боже как красиво изгибаются его брови фу блять что”). — не мы правила придумали, и идея была не наша. если бы кто-то из нас проиграл, мы бы сделали то же самое, — мягко и терпеливо произнёс даня, как будто объяснял ребёнку очевидные вещи. — это блять буквально вы и придумали, долбоебы ссаные! — кирилл злился всё больше, глядя на смеющиеся лица пацанов. он чувствовал, что попал в ловушку, но не понимал, как это произошло. вроде пацаны ничего подозрительного не делали. хотя он так пьян, что вряд ли различает цифры и масти. неужели… — да ладно тебе. не вернуть карточный долг — ЭТО ПРОСТО НЕ ПО-МУЖСКИ! — нокту уже смеялся в голос, наслаждаясь злостью и недоумением друга. как приятно поставить кирюху в неловкую ситуацию! кажется, летай с ним солидарен — его забавляет замешательство друга, вдобавок он довольно бесстыдно рассматривает худое жилистое тело. несмотря на постоянные подколы, даня не помнит, чтобы хоть раз видел кирюху без одежды, и, с удивлением для самого себя, не хочет отводить глаз. нокту идёт за взглядом дани и тоже останавливается на худых бледных плечах, выпирающих ключицах, вот бы… так, стоп. кажется, сладкий узел в животе — это уже не прикол. нокту поворачивается к дане — у того раскраснелось лицо, и глаза забегали. его смех тоже наигранный; он поправляет волосы и облизывает пересохшие губы. насколько пьяным должен быть кирюха, чтобы не заметить? — совсем уже ебанулись, пидорасы… — кирюха резко встал, и это было ошибкой. пьяное тело покачнулось; даня, не думая ни секунды, тут же обхватил его. кирилл в пьяной злобе оттолкнул руку, вышел из-за стола и стал посреди комнаты. — нате вам, пидрилы, этого хотели? — кирилл уже едва выговаривал слова, смысл парни разобрали только по интонации. резким движением кирилл стянул боксеры — ещё раз опасно покачнулся и чуть не приземлился лбом на угол стола. летай опередил трагедию и здесь — подхватил друга за талию и вернул в вертикальную форму. тело под его пальцами было сухим и горячим. на секунду в голове мелькнул образ, как он медленно облизывает шею, грудь, живот, как влажно блестит кожа… он задержал пальцы ещё на секунду — ровно столько, сколько выглядело бы уместно со стороны. он старался не опускать взгляд вниз, ниже волос в паху. как за спасательным кругом он повернулся к нокту, но… тот сидел, загипнотизированный зрелищем, и улыбался как ребёнок, которому после долгих упрашиваний наконец дали желанную игрушку. да что не так с этим вечером, откуда это всё… — ладно, поугорали и хватит, давайте прекращать эту гомосятину и спать пойдём. у меня вообще-то запись завтра. — про работу вспомнил, ничего себе. больше всего даня хотел уединиться в ванной. нет, больше всего он хотел бы… так, соберись. кирюха напился и ему нужна помощь, а не твоя бисексуальная паника. — давай, уложим тебя спать, картёжник придурошный, — осторожно поддерживая кирюху за талию и собрав всю волю, чтобы не опустить руку ниже, он подвёл друга к кровати. нокту всё понял — подошёл к кровати и откинул одеяло. даня осторожно уложил почти отключившееся тело кирюхи — “сокровище” — в свою кровать (“а мне где спать теперь?”). нокту укрыл кирюху одеялом — “какой он милый и заботливый”. оба молча стояли и глядели, как сопит палм — в горизонтальной позиции пьяный ум унялся, и парень уснул мгновенно. завтра он даже не вспомнит, как стоял голый посреди комнаты, как даня и нокту жадно пялились на него… впрочем, рассказывать они ему об этом не будут. нокту и даня встретились взглядами. — я в ванную пойду, и тоже спать, — пробормотал нокту. дане так нравилось видеть его смущенным: щёчки покраснели, и одежда явно была тесна. ёбаный палм и его ёбаные приколы… — в душ и без меня? — даня попытался пошутить, но прозвучало, будто он спросил по-настоящему. — да ну хорош уже. — оке, постелю тебе в гостиной. нокту пошёл к выходу. в дверях он остановился и дёрнулся, как будто хотел повернуться, но, так и не разрешив себе посмотреть на летая, спросил: — ты же это специально? — что специально? — даня сделал вид, что не понял вопрос. нокту ещё помялся в проходе и, наконец решившись, развернулся лицом к дане. — с картами. — что с картами? — даня не будет сдаваться до последнего и свой секрет заберёт в могилу. — если не хочешь говорить, ладно. но если захочешь поговорить, обращайся. кажется, я смогу понять. после того, как нокту ушёл, даня ещё несколько минут стоял у кровати, глядя в пустоту. кирилл спал беззвучно, как будто его выключили из розетки. через стену доносились звуки душа. даня и сам сейчас не отказался бы от ледяной воды. тесные джинсы ужасно мешали, загадочные слова нокту тревожили ум. даня методично собрал карты со стола, аккуратно уложил в колоду и спрятал подальше в нижний ящик — вряд ли он в ближайшее время захочет достать их снова. медленно и бесшумно отодвинул стол к стене. кирилл крепко спал и не подозревал ни о чём — ни о диалоге, в котором было мало слов, но понято было достаточно. ни о летае, который раскладывал диван в гостиной и доставал подушки из шкафа, представляя, как заберётся сейчас в свою кровать и обхватит кирюху ногами. ни о нокту, который стоял под холодным душем и молился, чтобы не стать одним из них — очередным несчастным дурачком, который теряет голову при взгляде на кирилла и который никогда не сможет стать даней для него.