Начало конца

Большая рука обхватывает горячий ствол. Слышится ни то писк, ни то стон, и белёсое семя пачкает подтянутый живот. Арсений открывает глаза. Его грудь слегка неровно вздымается из-за сбитого дыхания. Тяжёлая, по ощущениям, рука сбрасывает в сторону одеяло, открывая обзор на живот, испачканный в сперме. — Блять, – выдыхает Арсений и роняет свою голову на подушку.

***

Всё началось с того момента, как Арсений переехал в эту квартиру пару месяцев назад. В ту злополучную ночь, накануне которой Арсений заблокировал в Инстаграме противного риелтора, впервые ему приснился такой странный и до боли горячий сон. В этом сне, который повторялся из раза в раз, появлялся какой-то незнакомец, чьё лицо никогда не бывало чётким, зато чётким было абсолютно всё остальное. Тело незнакомца почему-то было красного цвета. На его мускулистых руках красовались чёрные тату, что, как шипы, обхватывали руки и тянулись к плечам. Две штанги в его аккуратно вздёрнутых сосках поблескивали в тёмной комнате, стоило только лунному свету попасть на них. Арсений из сна безбожно залипал на незнакомце. Его неимоверно хотелось коснуться, провести по его широким плечам, спуститься ниже и обхватить своими губами эту сочащуюся смазкой головку. И каждый чёртов раз, когда этот грешный сон снился, Арсений себе просто не мог отказать в исполнении всех этих грязных мечтаний. Сон казался реальностью. Абсолютно всегда, когда Арсений открывал глаза после пробуждения, он надеялся увидеть того, кто доводит его до исступления все эти два месяца. Но в комнате, как и во всей квартире, пусто, а следов, которые бы указывали на присутствие кого-либо ни разу не обнаруживалось. В такие моменты на Арсения почему-то стала находить тоска, словно у него отняли дорогого ему человека. Первое время, когда Арсений стал видеть эти мокрые сны, он был уверен на все сто процентов, что всё происходящее ничто иное, как недотрах из-за его плотно забитого рабочего графика. Но когда он всё же нашёл время сходить на парочку свиданий, которые предполагали жаркое завершение в номере какого-нибудь отеля, его тело напрочь отказывалось от любого вида секса. И чтобы Арсений не предпринимал, помогало ему целое ничего. Тогда-то Арсений и забил тревогу. Три дорогих и очень хороших уролога, которых успел посетить Арсений, лишь разводили руками на его проблему, требуя за осмотр кругленькую сумму. Какая-то странная бабка Агафья, которая уверена в том, что она ясновидящая в пятом поколении, сказала ему, что это порча, наложенная на всех мужчин в его роду, и что эту порчу может снять только она, если Арсений ей отдаст все свои денежные сбережения. На вопль Арсения о том, что это всё глупое мошенничество, бабка метлой выгнала его из своей квартиры, а после и плюнула ему куда-то в плечо. Слюна её, кстати, оказалась какой-то ядовитой, потому что именно в том месте, куда она попала, у Арсения появился большой синяк, происхождение которого не известно. Потеряв всякую надежду на то, что эти сны закончатся и на то, что его член вновь сможет стоять колом на всех красивеньких парней, а не только на того странного красного незнакомца из сна, Арсений уехал в бар к своему другу, чтобы запить своё горе. Серёжа, тот самый друг, от души поржал над рассказанной Арсением историей, а после как-то неприятно стукнул его в ободряющем жесте в то плечо с синяком. Арсений после этого минут пятнадцать хмурил свою моську, пока Серёжа всё-таки не стал предлагать различные методы решения проблемы. Но все его советы отметались с такой скоростью, что даже свету за ней было не угнаться. — Всё, Арс, у меня закончились идеи, – произносит Серёжа и, словно обессиленно, падает на маленький чёрный диванчик. — И что мне делать?! – ноет Арсений куда-то в стакан со своим алкогольным напитком. — Да бля, напиши своему тупому риелтору, у которого квартиру эту купил, скажи ему пусть снова хату эту продаёт. — А он ведь изначально не очень горел тем, чтобы мне эту квартиру продать, – Арсений кладёт голову на свою руку и как-то громковато потягивает коктейль через трубочку. — В смысле?! – тут же оживляется Серёжа. — Ну, он неохотно мне её показывал, общался со мной как-то странно, как риелторы общаться не должны, а после моей покупки и вовсе умолял меня впустить его ко мне в квартиру поспать. — А ты не думал, что он мог столкнуться с тем же, что мучает сейчас тебя? — Да ну, я думаю, что он просто с головой не дружит. — Знаешь, Арс, из всех вышеперечисленных идей, эта мне кажется самой адекватной. Я бы подумал на твоём месте об этом. И Арсений думает. Думает на протяжении всей следующей недели, пока в субботний вечер не заходит в Инстаграм.

***

Время течёт неумолимо быстро, а за ночной перепиской с тем самым риелтором, недавно выписанным из мысленной тетрадки долбоёбов, и вовсе время пролетает незаметно. Риелтор по имени Георгий, ну, или уже Гоша, спустя где-то полчаса просьб и молитв всё-таки решил признаться Арсению в том, из-за чего был таким ярым противником продажи этой квартиры. По его словам, ему так же, как и Арсению, снились все эти сны, которые в какой-то момент ему настолько полюбились, что всё своё свободное время, он стал отдавать именно им. Гоша рассказал, что он так же сначала искал проблему в себе, а после просто влюбился в того, кто заставлял дрожать его тело в оргазме. Но это было не главным. На вопрос Арсения, видел ли он лицо этого незнакомца, Гоша ответил, что его лицо видеть нельзя, ведь дьяволам не положено спать с простыми смертными. И именно это стало началом конца. Неприятных холодок пробежался по коже Арсения после увиденного сообщения про дьявола. Первые минуты две все тараканы в голове Арсения вместе с их владельцем совершенно не хотели верить в эту чепуху, пока какой-то из заучек-тараканов не стал доставать папочки с воспоминаниями. И тут картинка начала складываться. Красная кожа, редкие рыки, и что-то странное, нащупанное как-то Арсением на его голове, сильно напоминающее рог, — всё это сложилось в одно простое и ёмкое слово “дьявол”. Неожиданный страх заставил Арсения вздрогнуть всем телом. Где-то в коридоре послышался стук, а после квартира вновь погрузилась в тишину. В остальных сообщениях, что Гоша успел настрочить, пока Арсений старался не завопить от страха, как маленькая девочка, он рассказал о том, что после продажи квартиры первые пару недель ему было до ужаса плохо, тело ныло, голова болела, и при этом всём создавалось ощущение, словно с ним поигрались, как с игрушкой, а затем выкинули на помойку за ненадобностью. Но затем всё резко вернулось в то русло, которое было до знакомства с этой квартирой. В последним сообщении Гоша пожелал Арсению окончательно не поехать со всем этим кукухой, а после скинул смайлик сердечек и ушёл спать. Ахуй Арсения от происходящего передать словами невозможно, а потому будем считать, что он просто собрал свои некоторые вещи и уехал ночевать к себе в офис.

***

В ту ночь Арсений так и не смог заснуть. Мысли кружились в его голове и оседали на мозг плотным, толстым одеялом. Арсений всё никак не мог смириться с тем, что встретился с реальным дьяволом, причём каждая их “встреча” заканчивалась как минимум оргазмом Арсения. Несколько ночей Арсений решил провести вне дома. Жил то у себя на работе, откуда его в какой-то момент начал выгонять охранник, то у Матвиенко, который уже просто устал повторять Арсению, что он может купить себе новую квартиру и больше не париться из-за этого всего. Но несмотря на всё это, что-то внутри Арсения не давало ему так просто прекратить эти очень приятные, в каком-то смысле, мучения. Поэтому всё то время, что он не думал о работе, его голова перебирала все ощущения и мысли насчёт этого дьявола. Ужас, какой! До сих пор не верится, что это действительно он. В одну из ночей, в которую Арсений так же сидел в своём пустом офисе, в голове вдруг возник какой-то странный голосок. Он не был чётким, казалось, что он просто какая-то очередная мысль, что очень сильно почему-то выбивается на фоне других. Но это был действительно голос. Немного тонкий и хриплый он прошептал Арсению, что ночевать в офисе небезопасно. Арсений встряхнул головой, и голос исчез. Тяжёлый громкий взодх отразился от стен его не совсем большого кабинета. Тяжёлая голова упала на сложенные руки, после чего пальцы с силой сжались в волосах. Как же он заебался! Тишину офиса неожиданно нарушает какой-то громкий звук удара, словно кто-то со всей силы швырнул кресло на колёсиках в стену. Сердце Арсения неприятно падает от страха в пятки, а после и вовсе заходится в бешеном ритме. Он пялится на дверь, ведущую в его кабинет, и не знает, что сейчас делать. Дрожащие от страха пальцы ищут в своих контактах номер охранника, который сейчас сидит на посту. И в это же время, где-то за дверями раздаётся гул тяжёлых шагов, а затем вновь удар. Кажется, на этот раз летела ваза. Охранник берёт трубку не сразу, Арсений за это время успевает напридумывать себе всякого, по типу того, что охранника давно убили, а теперь идут по грешную душу Арсения. Но он всё же отвечает, говорит, что все камеры наблюдения пусты, звуков он не слышал, и в офисе кроме него и Арсения быть никого не может. От этого лучше не становится. Набравшись смелости, Арсений хватает свои вещи и выбегает в коридор, чтобы спустя две минуты оказаться на парковке.

***

В квартире тихо и пусто. Ничего нового здесь не наблюдается. Арсений проходит в свою спальню, где кидает свои вещи на пол, с мыслями, что потом он обязательно их уберёт. Недавно испытанный страх вкупе с гложущими мыслями и тяжёлым рабочим днём высосали из Арсения все силы. Последний раз он чувствовал себя настолько уставшим, когда его бренд только начинал выходить на международный рынок, из-за чего Арсений двадцать четыре на семь торчал в офисе или на различных деловых встречах. Ноги от усталости становится будто ватными, и Арсению даже кажется, что он сейчас просто упадёт. И дабы этого не случилось, он присаживается на свою мягкую кровать. Глаза закрываются сами по себе, забирая на это последние силы. Звук шагов слышится где-то на периферии сознания. С каждым новым шагом звук становится громче и чётче. Дверь в комнату слегка приоткрывается, а после волос Арсения касается чья-то увесистая рука. Это он. Дьявол вновь его настиг. Сейчас Арсений прекрасно осознает, что происходит, он вновь видит в лёгкой дрёме это красное мускулистое тело, но сил на сопротивление у него просто не находится. Дьявол тем временем аккуратно поглаживает его по голове, перебирает завитки волос и как-то даже чересчур нежно проводит своей ладонью по щеке. Арсений из сна закрывает глаза, отдавая бразды правление этому искусителю. Дьявол же медленно оглаживает его грудь и чуть сжимает свои руки у него на талии. Арсению хорошо, даже от этих простых ласк. Свитер, в котором всё это время сидел Арсений, аккуратно стягивается с него и отбрасывается в сторону. Оголённую кожу сразу обдаёт прохладой комнаты. Горячие руки дьявола нежно опускают Арсения на кровать. Бусины сосков через пару секунд оказываются в плену жаркого рта. Длинный язык оглаживает их поочерёдно, зубы с клыками чуть кусают, а после, вновь язык лижет, словно извиняясь. Арсений тяжело дышит, и чуть всхлипывает, когда дьявол прикусывает его мочку, затем ключицы, а после оставляет нежный поцелуй на его запястье, где находится его немного странная эрогенная зона. Член неприятно упирается в джинсы, которые уже хочется снять. Но Арсений не трогает, отдается этим властным рукам, что ласкового сейчас поднимают его руки к изголовью кровати. Дьявол сегодня поистине нежен, хотя раньше был не прочь искусать Арсения всего. Он быстро, но ловко стягивает с Арсения мешающие сейчас джинсы с бельём. Разводит эти красивые ноги в стороны и чуть покусывает внутреннюю часть бедра. Арсений тихонько всхлипывает. Эти красные руки вновь начинают блуждать по всему телу, разнося собой толпы мурашек. Хочется, чтобы они наконец коснулись колом стоящего члена, и Арсений не в силах сопротивляться своим желаниям. Он вскидывает бёдра и слегка потирается членом о подтянутый живот дьявола. А после Арсений впервые слышит смешок, что издаёт этот искуситель. Дьявол опускается ниже, сидя между разведённых ног Арсения. Он высовывает свой язык и лижет везде, где может достать. Спускается вниз по этой блядской дорожке, оставляет невесомый поцелуй на лобке, и, обходя член стороной, скользит к яйцам. Первый стон мужчины тонет в укушенной им же подушке. Язык дьявола вылизывает яйца, так сильно, что с них начинают стекать на кровать слюни. Он доходит до шва и резко выдыхает. Поток воздуха заставляет мурашек вновь начать свой забег по телу. Дьявол приподнимается только для того, чтобы перевернуть на живот Арсения. Тут же под тазом оказывается подушка, а упругие половинки раздвигают горячие руки. И вновь язык. Сразу плашмя он лижет сжатое колечко мышц, а чуть позже аккуратно ввинчивается внутрь. Арсений стонет, хнычет и подмахивает бёдрами в такт языку. Дьявол вылизывает стеночки, урчит куда-то в кожу, а затем отстраняется, оставляя прямо на мокром от языка колечке очередной нежный поцелуй. И Арсений окончательно плавится. Вновь руки переворачивают его уже на спину. Дьявол седлает его бёдра и утыкается своим носом куда-то в вспотевшую шею Арсения. Мужчина обхватывает своими руками широкую спину, что нависает сверху, и пальцами легонько начинает её поглаживать. Сейчас тот самый дьявол, что ещё пару недель назад рычал Арсению куда-то в спину, резко входя в него, напоминает большого кота, что удобно уместился на груди своего хозяина. Хотя, если посмотреть с другой стороны, то он похож больше на собаку, в чьих слюнях сейчас лежит её довольный хозяин. Дьявол приподнимается и упирается одной своей рукой возле плеча Арсения. Его большая ладонь накрывает два члена, сразу же задавая свой не быстрый темп. Арсений заведён до предела, дыхание давно сбито, рот чуть приоткрыт в желании глотнуть больше воздуха, а голова с каждым новым взмахом кисти запрокидывается чуть сильнее, обнажая белоснежную кожу шеи. Тихонько рыкнув, дьявол всё-таки поддаётся вперёд и оставляет небольшой красный след на шее, что позже превратить в аккуратный маленький синячок. И это служит финальной точкой для Арсения. Его стон разносится по комнате и заставляет дьявола точно так же утробно простонать. Белёсое семя пачкает животы, и, находясь на грани сознания, Арсений шепчет еле слышно: — Останься.

***

Яркий солнечный свет заливается в комнату, через не задернутые шторы. Маленький солнечный зайчик прыгает на потолке из-за вибрации телефона, что уже минут десять разрывается от пришедших сообщений. Арсений сладко потягивается на своей кровати и зевает. На его губах расцветает небольшая улыбка. Его тело расслабленно, голова пуста, и никаких мыслей, никаких страхов. Единственное, что его немного огорчает, это то, что он вновь один. За все ночи, проведенные вне дома, Арсений ловил себя на мысли, что хочет поближе познакомиться с этим дьяволом-искусителем. Хочет увидеть его лицо. И чёрт возьми, хочет поцеловать его губы! И эта мысль пугала Арсения до ужаса. Арсений любит целоваться, но он никогда не позволял себе целовать тех людей, которые просто на одну ночь. И дело тут не только в том, что он не знает этих людей, а в том, что поцелуи для Арсения значат очень многое, и если ты кого-то целуешь — это может означать только одно: ты влюблён в этого человека, причём настолько, что готов отдать ему всего себя. И вот сейчас он понимает, что ему чуть ли не физически плохо от того, что он не может коснуться своими губами этих неизведанных губ. На телефон приходит новое уведомление, Арсений быстро заходит в чат с Серёжей, который что-то очень красочно рассказывает в своих кружках. Указательный палец тянется тыкнуть на кружок, чтобы просмотреть его, как вдруг где-то на кухне слышится грохот. Кажется, упала тарелка. Сердце вновь бухает вниз. Арсений напрягается всем телом. До его ушей долетает звук шагов, что очень быстро приближаются. Арсений дрожащими пальцами натягивает одеяло сильнее на нос. Его глаза увеличиваются в размере, когда дверь в комнату приоткрывается. В щель между косяком и самой дверью протискивается чья-то кудрявая голова. Чья-то очень красивая кудрявая голова. Арсений, кажется, перестаёт дышать. Обладатель головы встречается глазами с Арсением и выдыхает, открывая полностью дверь. — Бля, я всё-таки разбудил тебя, – незнакомец заходит в комнату и присаживается на кровать. — Ты кто? – единственное, что может сейчас вымолвить Арсений. — Я Антон, – широко улыбается незнакомец, заставляя бабочек в животе Арсения замахать своими крылышками. Арсений молчит, смотрит своими перепуганными глазами, в красивые зелёные глаза напротив, уйма вопросов сейчас хочет вылиться, но Арсений не знает, с чего начать. — Ой, ты ж не понимаешь, наверное, – Антон как-то неловко чешет затылок, — я тот, кого ты просил остаться. Арсений слишком резко стягивает с себя одеяло, оставаясь практически полностью нагим, лишь пах его сейчас немного прикрыт: — Ты дьявол?! — Ну, типа того, – Антон просто очаровательно краснеет, а потом в разрез с этим бесстыдно проходится глазами по обнажённому телу. Арсению становится неловко. — У тебя сейчас такое лицо, будто я сожрал всю твою семью, а потом блеванул радугой. — Я в ахуе. — Я вижу, – Антон хмыкает, — я там еды нам заказал, она уже приехала. Давай за завтраком всё обсудим, я жрать хочу пиздец как. А ещё, я там твою тарелку разбил, прости за это, я тебе новую притащу. — Ничего... эм... страшного, – скомкано произносит Арсений. — Давай, топай в душ, а потом на кухню. Я пока осколки сожгу. — Нет! Не жги! – неожиданно кричит Арсений, испугавшись, что его квартиру сейчас спалят к хуям. — Ладно, не буду, – в капитулирующем жесте поднимает свои ладони Антон, — просто уберу. — Ага. — Я пойду на кухню? – неуверенно спрашивает Антон. — Иди.

***

Арсений не может понять, когда оказался в этой точке. Он сейчас сидит за столом в своей кухне, напротив него сидит так называемый дьявол, который заказал им еды, а после приготовил для Арсения просто изумительный кофе. — Поговорим? – тихонько спрашивает Антон. — Да, надо бы, – Арсений откладывает вилку и начинает рассматривать лицо напротив. — В общем, – набирает воздуха побольше в лёгкие, — я дьявол. — Я это уже понял. — Да. — Почему ты сейчас выглядишь совершенно иначе, чем в тех... Это были сны? – хмурится Арсений. — Ну, не совсем сны. Ты думал, что ты спал, но ты не спал. Что-то типа сонного паралича, только наоборот. Бля, короче, там сложная система, – Антон опускает свой взгляд на руки и начинает перебирать не известно откуда взявшиеся кольца. — Я раньше тоже человеком был. И выглядел вот так, как сейчас. Только соски у меня проколоты не были. А потом я умер. Попал сразу по распределению в рай, там меня ангелом-хранителем назначали. А потом в ад отправили за то, что я влюбился и переспал с одной девушкой. Дьявол, который был до меня, с этой истории поржал и сказал, что я теперь на него работаю. Так прошло несколько лет. А потом он решил, что с него хватит и он вновь хочет на землю. Уволился, а на свой пост меня поставил. Арсений сидит тихо, вслушивается в каждую буковку. Ему действительно интересно, что всё это такое. — С той девушкой у нас ничего не вышло, я долго грустил. А потом решил занять себя чем-нибудь. Так я и наткнулся на эту квартиру. Здесь сразу был парень, Гоша вроде, прикольный немного смазливый. С ним было прикольно трахаться. А потом появился ты. Не скажу, что это любовь с первого взгляда, но со второго точно, – Антон вновь очаровательно краснеет, — ты слишком сильно выбивался из этой серой массы. Весь взбаламученный, на грубые слова Гоши отвечал так, что даже я иногда понять не мог, что ты его так культурно нахуй послал. Ещё красивый весь. Арсений уже сам чувствует, как его щёки начинают пылать, а на губах появляется глупая улыбочка. — Я узнал, что ты квартиру эту купил. Первые недели две тебе подгоны всякие делал, но ты их не замечал. — Ты про что? – хмурит брови Арсений. — Про ромашки в вазе на столе, про торт, который ты нашёл в своём холодильнике, про свитер новый с котами. Это всё был я. Арсений вспоминает, как неожиданно стал находить в своей новой квартире то, что до этого никогда не видел. Торт нашел ночью, подумал, что сам купил и забыл про это, то же самое и про свитер подумал, найденный аккуратно сложенным на кровати, а ромашки он так объяснить и не смог, решив, что раз есть, то хорошо, будет ухаживать за ними. Они, кстати, долго простояли для обычных полевых цветов. — Я думал, что... Офигеть, – Антон на это лишь хихикает. У него такой милый смех! — А потом я не выдержал. Прости за это, – Антон сразу же мрачнеет и склоняет голову ещё ниже. — Ты просто пиздец какой охуенный. Красивый, сексуальный, а когда ты подрочить решил, я вообще прихеул. Ну, и вот. Навёл на тебя эту дрёму, а потом ты сам знаешь, что было. Мне с тобой было очень хорошо, а потом ты пропал. Я, конечно, видел, где ты, понимал, почему здесь не ночуешь. Я бы сам от страха обосрался, если бы со мной такое происходило. — Это ты в офисе буянил? – тихонько, но напористо спрашивает Арсений. — Нет. Черти мои. Они заебались видеть меня уставшим и злым, а потому решили помочь своему начальству. Я, когда узнал, что они вытворяют, чуть в котле их не сжёг. А потом ты вернулся. Уставший весь. И я просто не смог сдержаться от того, чтобы хотя бы не коснуться тебя. Боялся, что ты оттолкнешь меня, ведь знаешь, кто я. Но ты не сделал это, наоборот, весь расслабился. И я так захотел занежить тебя. Думал, что ты уснёшь, а я уйду тихонько, как обычно. А ты остаться попросил. Арсений молчит, лишь тянется своим пальцем к руке Антона, что на столе лежит. Антон смотрит на это, а потом сцепляет их пальцы вместе в замочек. — Я всегда являлся к тебе в облике дьявола, потому что боялся, что таким, – свободной рукой Антон указывает на своё тело, скрытое за футболкой с шортами, — тебе попросту не понравлюсь. Там у меня и мышцы, и вены эти, и татухи. А тут ничего из этого. Живот этот ещё. А ты ведь такой красивый, что я готов тебе дифирамбы петь. Ну, короче, когда я в облике дьявола у меня и уверенности побольше, хотя с тобой вся уверенность теряется, и я превращаюсь в лужицу. — Ты красивый. А твой милый животик, я уверен, очень классно жамкать, – Арсений хихикает. Антон молчит, он чуть сильнее сжимает руку Арсения, а после поглаживает её большим пальцем. — Арс, я прекрасно пойму, если ты не захочешь меня больше видеть. Но прежде, чем ты скажешь мне уйти, я хочу сказать, что я влюбился в тебя, глупо и безнадежно, – Арсений смотрит на него, как на дурака, а после, чуть хитро расплывается в ухмылке. — А если я хочу, чтобы ты меня поцеловал? – Антон резко поднимает на него свои глаза. — Ты серьезно, Арс? — Более чем. Признаюсь, мне страшно, немного не понятно, что теперь с этим всем делать, но я уверен, что мы что-нибудь придумаем, – Арсений говорит спокойной, неспеша, замечая, как улыбка Антона становится шире с каждой секундной. — Мы? – немого с опаской спрашивает Антон. — Мы, – твёрдо и уверенно произносит Арсений. И спустя пять минут Арсений спокойной сидит на коленях Антона, аккуратно выцеловывая его пухлые губы. Порой жизнь нас сталкивает с чем-то новым, странным и неизвестным. Это пугает нас, заставляя бегать по врачам или гадалкам с ядовитыми слюнями. Мы можем возненавидеть свою новую квартиру, ночевать на работе и начать пугаться каждого шороха. Но в конечном итоге жизнь сделает всё, чтобы все страхи ушли, а на место им пришло то самое счастье, за которое мы так отчаянно боролись, сами того не понимая. — Антон? – Арсений отстраняется от уже соднящих губ. — Да, – облизывается Антон. — А ты ведь не только в облике дьявола умеешь трахаться? — Хочешь это проверить? – хитро улыбается Антон, наблюдая за тем, как неровно дёрнулся кадык и расширились зрачки напротив. — Очень.