Это твоя вина

Лололошка плакал, захлёбывался в слезах, не в силах их остановить. Слишком страшно, больно, тоскливо. Он был беспомощен, как и тот, кто медленно погибал на его руках. "Лекарства от смерти нет" — слова матери, когда-то адресованные отцу. И она была права, его нет. Сколько бы Ло не искал, он не находил. Эграссель держался за него, убаюкивая и успокаивая юношу, приговаривая, что так надо. Что такова его цель и участь. Он принял это решение, а значит, ему и нести ответственность. Даже если она была слишком большой для кого-то вроде Сселя. — Я спасу тебя, клянусь. Буду возвращаться во времени столько, сколько потребуется, — Запинаясь тараторил Ло, ухватившись за Эграсса, — Даже если придётся пожертвовать всем, я не остановлюсь и спасу тебя. Но молю, только не бросай меня, Ссель, — Простонал междумирец, чувствуя, как тело в его руках покинула жизнь. И сколько бы он его не тряс, ничего бы не изменилось. Мертвеца не вытащить с того света, даже если очень хочется. — Это твоя вина, — вырвалось из уст бездыханного тела, — лишь твоя, — повторил он. И снова, снова и снова, раз за разом он повторял. Это его вина. Лололошка не остановил Эграсселя, хотя мог. Если бы он выбрал свои чувства, а не логику, то всё было бы совершенно по другому. Но он предал Эграсса, не смог уберечь. Лоло трясло, он хотел заткнуть уши, не слушать то, что говорил труп. Он знал, знал, что это его вина. Но слышать это от эльфа было намного больнее, чем от самого себя. Это его вина. — Лололошка! — Закричал эльф, хватая его за руки и впиваясь в них пальцами, — Лололошка! — Вновь простонал Ссель, удерживая трясущегося парня на месте, заставляя того слушать свои крики. — Лололошка! — Воскликнул Эграссель, не выпуская того из своих объятий, — боже, Ло.. Опять кошмар? Не переживай.. Я здесь. Тише, тише, всё хорошо, — Убаюкивающе шептал эльф, уже привыкший к ночным срывам парня. Он часто подскакивал среди ночи, ведь Лололошка звал его, крича и плача. Этот кошмар виделся ему бесчисленное множество раз. Ссель уже и не помнит, когда всё началось. — Ты сказал, что это моя вина, — Запинаясь тараторил Ло, щупая Эграсса в попытке убедить себя, что он реален, — Не бросай меня, пожалуйста. Ссель, я не смогу, — прокряхтел междумирец, вытирая выступившие слёзы. Это ведь случалось так часто, он должен был привыкнуть, но.. Он никогда не сможет свыкнуться с тем, что его любимый человек погибает на его руках. Никогда не сможет. — Мы же обсуждали это, помнишь? Это просто глупый кошмар, не более. Я не брошу тебя, клянусь, — Отвечал Эграссель, стараясь быть как можно мягче, — и это не твоя вина. Пойдём, я заварю тебе чай, — произнёс Ссель, аккуратно поднимая Лошку с кровати и придерживая за руки, дабы тот не испугался, не спутал реальность со сном. — Не отпускай меня, пожалуйста. Я.. Я так боюсь, что ты вдруг растворишься, — это один из тех немногих случаев, когда Лололошка говорит. Не умалчивает о своём страхе, а рассказывает, в надежде, что его поймут и успокоят. — Не отпущу и не растворюсь. Это реальность, Ло, — подтвердил Ссель, ведя парня на кухню и рассказывая ему что-то, в попытке отвлечь от тревожных мыслей. И всё же.. Лоло хотелось надеяться, что это и вправду просто кошмар, который когда-нибудь оставит его в покое, как и все предыдущие. Очень хотелось. Даже если этот кошмар был предупреждением.