Задание не выполнимо..

Утро, 8:46. Я, как обычно, давилась очередной порцией кофе. Признаюсь, не фанат этого напитка, но и не угнетаю других, может, в будущем он будет вкуснее. Сигареты закончились, а новая поставка только через неделю. Черт. Как же мне хотелось себя убить за то, что я курю, как паровоз, не могу растянуть удовольствие на подольше. Мои мысли вновь прервал настойчивый стук в двери. — Генри, какими судьбами!? — воскликнула я, открывая дверь приятелю. — Да вот, с задания вернулся, гостинцев привез, — сказал парень с улыбкой, протягивая пакет. — Тут сладкое, конфеты, сигареты… В общем, все, как ты любишь. — Какие еще гостинцы?! Иди сюда, обниму! Генри — мой друг и коллега, который всегда меня вытаскивал из разных передряг. Он был таким человеком, что никогда не оставит в беде. Почти год назад его отправили на миссию в Штаты, и на какое-то время он пропал без вести. А вот месяц назад пришло сообщение: жив, задание почти завершено. — Боже, как же я за тобой скучила, — говорила я, прижимаясь к его груди. — Я тоже, Джесси, — произнес он, коверкал мое имя, как всегда. — Ну что, будем стоять на пороге или пригласишь в гости? — Ах да, конечно, проходи! У меня тут немного бардак, надеюсь, это не помешает? Будешь что-то есть? — Джесси, заткнись и дай мне воды. Признаюсь, если бы это сказал кто-то другой, я бы ему врезала, но это был Генри, ему можно. — Ну так вот, — продолжил он, не обращая внимания на мои взгляды, — этот америкос мне начинает втирать, что я на русского похож, и говор у меня такой! — И что ты ему сказал? — А я ему говорю: «Ты расист, хренов!» А он берет и удостоверение мне в рожу тычет. — Мент? Или кто похуже? — С посольства! — Ух ты! — И началось: «Покажи прописку, визу, паспорт…» Рассказ Генри прервал звонок будильника. — Это ты в такое время собиралась просыпаться? — Нет, это напоминалка, — сказала я, торопливо надевая медицинский халат и хватая папку со стола. — Извини, Генри, не мог бы ты зайти через пару часиков? Мне пациента втюхали, на ноги теперь ставлю. — О, уже и ноги бионические сделали? — Только руки. Он один из носителей, и выглядит, как будто его по скалам протащили. — Молодой? — По данным, ему под тридцатник, а выглядит на двадцать, — ответила я, параллельно закрывая дверь в комнату. — Влюбилась? А то так спешишь к нему, — поддразнил Генри. — Во-первых, милый, я не влюбилась, — ответила я, нервно сглотнув. — Во-вторых, меня Золо попросил. — Ух ты! Ладно, Джесси, пойду с Золо поздороваюсь. А тебе желаю, чтобы не по душили, а то видел, как вы с рукой старались. От его слов меня пробрала дрожь. Правда, ведь он мог бы нас придушить с легкостью. 10:21. Я ввела код от палаты и устремилась к своему любимому месту — стулу у кровати пациента. — Здравствуйте, Джеймс! — сказала я, с ноткой радости в голосе. — Называй меня Баки, — ответил он, не открывая глаз. — Хорошо, Баки, как ваше самочувствие? — поинтересовалась я, садясь рядом с ним. — Хреново… — произнес парень с усилием. — Что именно болит? Он лишь рыкнул в ответ и поморщил лоб, как будто его что-то очень беспокоило. Я приложила тыльную сторону руки к его лбу и тут же убрала её, будто обожглась. Он был горячим. Это настораживало. Я быстро подошла к панели и набрала код. — Доктор Золо, у пациента жар, по ощущениям он начал подниматься еще с вечера, — сообщила я в микрофон. — Ведь еще вчера он был почти здоров, а сейчас едва держится на ногах. Кто его медсестра? Кто за ним присматривал? — Во-первых, здравствуйте, мисс Харрис, — ответил Золо с легким раздражением. — Во-вторых, это вы должны были за ним ухаживать. — Я должна была ставить его на ноги, а как я его поставлю, если ставить будет нечего? — перебила его я. — Медсестра должна была прийти в девять, уйти ближе к десяти или в пол-одиннадцатого. — А какого тогда хрена капельница пуста и у пациента явно не только что появился жар? — Доктор Харрис, вы согласились взять на себя этого парнишку. Если не можете справиться, то доктор Аллен возьмет его на себя. Вы ведь не справляетесь? — Прекрасная у нас с вами беседа, мистер Арним, но мне нужно следить за своим пациентом. После обеда прошу предоставить отчет о людях, кто посещал Барнса. Золо вновь язвил мне, напоминаю про Руби, и я ощущала, как во мне закипает злоба. Он прекрасно знал, как я её ненавижу, и все же продолжал издеваться. Это был еще тот кобель, который находил удовольствие в моих страданиях. Все мужчины в ее окружении мечтают о ночи с ней, мечтают провести вечер за чашкой кофе, а она мечтает разделить свою ночь с моим Генри. Меня мучит вопрос, она вцепилась в него после того, как я начала к нему проявлять интерес, или она за ним гонялась и раньше? Когда я только приехала, мне было не до выяснений. Я только что закончила школу в России с отличием, в шестнадцать лет, да, я была самой младшей в классе, даже среди мальчишек. Я ехала сюда, не зная, что меня ждет. И вот, спустя время, я поняла, что Руби вовсе не такая милая и безобидная девочка, как казалась. Она манипулирует всеми вокруг, строит из себя ангела, но на самом деле готова подставить кого угодно. Она умеет привлекать внимание парней и использует это в своих интересах. Именно она стала причиной, по которой я призналась Генри в своих чувствах. В чем-то, возможно, это было не лучшим решением. Перенесемся немного в прошлое

***

— Видела нового солдата? — спросила Руби с любопытством. — Видела, — ответила я. — С чего такой интерес? — Отец сказал, что он у нас давно, вот и интересно стало. — Руби, ты вообще крышу потеряла? — спросила я. — Я же тебе уже второй месяц толкую, что он мне нравится! — Так это ты про него? У вас все серьезно? — сказала она с ехидной улыбкой. — Не знаю… Но ты же помнишь, маме ни слова! — Помню, помню, — сказала она и, как всегда, растворилась в коридоре. На следующий день в столовой я заметила, как Руби пыталась привлечь внимание Генри. Он отмахивался, а я просто стала его спасением. — Милая, так скучал за тобой, — сказал он, подбежав ко мне. — Почему так долго? — Ч-что? — Я сразу не поняла, что происходит, но, вспомнив, от кого он только что убежал, поняла, что это притворство. — Милая, пошли прогуляемся, — сказал он, обнимая меня и слегка отводя в сторону. — Пожалуйста, давай выйдем, я объяснюсь. Мы вышли за угол, и он продолжил: — Извини за это недоразумение. Ко мне клеилась дочь лаборанта, и я не знал, как от нее увильнуть… — И ты надеялся, что после этого она отстанет? — Ну да. У меня же есть девушка, — сказал он, взъерошив мои волосы. — Она моя подруга и знает меня лучше, чем моя мать. Поверь, про парня я ей ни разу не говорила. — Ух, вот это проблема, — продолжил он с улыбкой. — Ладно, как-то выкручусь. Я даже не успела его отпустить, как окликнула его. Не могла же я шанс упускать. — Генри! — Да, миледи? — этот парень вновь заставил меня покраснеть. — Скажи ей, что ты женат, а я просто твоя подруга. К женатым она точно не клеится. — Спасибо, миледи, — сказал он, взяв мою руку и поцеловав тыльную сторону ладони. Чертовы бабочки в животе, идите к черту! Генри сделал, как я попросила. Руби действительно отстала от него, но ничего мне не сказала. Я тогда поняла, что она что-то замышляет. Возвращаемся в настоящее.

***

— Сержант, мне нужно взять у вас кровь на анализы, — сказала я, подходя к его кровати. — Зачем? — нахмурился он. — Ну вот что случилось? Почему рожицу корчите? — Голова раскалывается… — Значит, мне теперь еще больше нужно взять у вас кровь. У меня два варианта: либо простуда, это в лучшем случае, либо ваш организм отторгает руку, это худший вариант. — А если это не простуда, я умру? — Я не позволю вам умереть, сержант Барнс, — ответила я уверенно. — Можно? Я осторожно прикоснулась к краю его футболки, слегка приподнимая ее. — Мг… — сказал он, и я продолжила снимать футболку. Но когда я подошла к плечу, он вскрикнул. — Ай! — Что такое? — Плечо… — Вам выдадут что-то поудобнее, — сказала я, разрезая футболку в области плеча. — Тут у нас загноение. Как же так?! Что делала медсестра? Почему вас не осмотрела?! — Она пришла, дала мне воды и ушла, — хрипло ответил он. — Я разберусь. Я промочила кусок ваты раствором и принялась размягчать бинты, которые буквально вросли в кожу. Засохшая кровь вперемешку с гноем — не самая приятная картина, особенно для человека с чувствительным желудком. Но мне было не до отвращения. Каждое движение приходилось делать осторожно, чтобы не повредить кожу еще больше. — Потерпите, сержант. Будет немного больно, но я постараюсь сделать быстро. Барнс лишь стиснул зубы и кивнул. С каждой секундой я видела, как он напрягается от боли, но не издал ни звука. Этот человек явно был натренирован терпеть, но даже такие люди имеют предел. Когда я наконец сняла бинты, мне открылась еще более удручающая картина: края раны воспалились, швы покраснели, а запах… Даже описывать это было тяжело. В голове крутилась только одна мысль: что же за чертова бездарность ухаживала за ним? Я обработала рану антисептиком, смазала края заживляющим средством и наложила свежие стерильные повязки. Затем достала упаковку с противовоспалительными и протянула ему стакан воды вместе с таблеткой. — Выпейте это сейчас. Еще несколько таблеток я оставлю на столе, будете принимать каждые три часа, — строго сказала я, ставя рядом маленький будильник. — Он вас разбудит. Не пропускайте прием, ясно? — Да, мадам. — Барнс едва заметно улыбнулся, но даже это далось ему с трудом. Я не стала задерживаться. Последний взгляд на него — и я вышла из палаты, направляясь к себе в кабинет. В голове крутилась только одна мысль: кто допустил такую халатность? Чья небрежность могла поставить под угрозу не только его здоровье, но и весь эксперимент? Стук каблуков глухо отдавался в пустом коридоре, но меня это не отвлекало. Я ожидала увидеть на своем столе документы, которые должны были указать имя той дряни, которая так небрежно исполняла свои обязанности. Но, войдя в кабинет, я застыла на месте. — Здравствуй, дорогуша, — раздался знакомый голос. — Почему тебя так долго не было? Передо мной, развалившись в моем кресле, сидел Генри. Его наглая, самодовольная улыбка сверкала, как будто он был здесь хозяином. — Ты что тут делаешь? — раздраженно спросила я, прикрыв за собой дверь. — Ну-ну, не кипятись, — Генри поднял руки, словно сдаваясь. — Просто решил тебя подождать. Ты ведь обещала рассказать, чем сейчас занимаешься. А я терпеливый, но уж очень любопытный. — У меня был пациент. Как раз из-за того, что некоторые люди не выполняют свои обязанности, пришлось его буквально собирать по кускам. — О, драма. Расскажешь подробнее? Или это секретная информация? — Генри… — Ладно, ладно, молчу, — он откинулся назад, внимательно глядя на меня. — А ты, кстати, выглядишь усталой. Снова перерабатываешь? — А ты снова шпион? — Я всегда шпион. Я закатила глаза и подошла к своему столу, с надеждой заглядывая в папку с документами. Но там, где я ожидала увидеть отчет, был только один пустой лист бумаги. — И что это? — пробормотала я вслух. — Это называется «небольшая задержка», — весело отозвался Генри, притворно заглядывая в папку, как будто именно там было что-то чрезвычайно интересное. — Генри, верни папку! — возмутилась я, протягивая руку к документам. — Отдам, если поцелуешь, — заявил он, постукивая пальцем по своей щеке с таким видом, будто я ему что-то задолжала. Я устало закатила глаза, понимая, что он в своей обычной манере решил поиздеваться надо мной. — Раз уж так… — я попыталась изобразить покорность, уже зная, как поступлю. Медленно подошла к нему, словно подчиняясь его условиям, и легонько чмокнула его в щеку. Как только его лицо расплылось в довольной улыбке, я резко выхватила папку из его руки, которую он спрятал за спиной. — Эй! — Генри не успел среагировать, но быстро взял реванш: обхватил меня за талию и с легкостью усадил себе на колени. — Ты что творишь?! — воскликнула я, удивленная такой наглостью. — То, что хочу, Джесси, — с вызовом ответил он, уютно устраивая меня у себя на коленях, как будто это было самое естественное положение в мире. Я почувствовала, как он зарывается носом в мои волосы, глубоко вдыхая. — Ммм… запах химикатов. Ты бы хоть иногда брала отпуск и выбиралась в общество, а не проводила все дни в этой лаборатории, — с усмешкой пробормотал он, явно наслаждаясь моим смущением. Я фыркнула, стараясь не обращать внимания на его дерзость, и принялась открывать папку. — Ты не обрадуешься, — предупредил он, все еще обнимая меня одной рукой. — Я уже рада хотя бы тому, что папка теперь у меня, — бросила я, сосредотачиваясь на тексте. Список посещений палаты номер 13 за 25 декабря. •6:43 — Арним Золо — Что ты там забыл в шесть утра? — пробормотала я, задумчиво хмуря брови. •8:13 — Клаус Митчел — Классика. А вот уже в девять, видимо, была медсестра… Я начала листать дальше, чувствуя, как напряжение нарастает. •9:08 — … Мои слова повисли в воздухе. Я замерла, уставившись на текст..