Как кошка с собакой

      Уже начавшая было дремать пассажирка, спрингер-спаниель Габриэла Делука, невольно приоткрыла глаза, когда закрылись двери вагона и монорельсовый трамвай двинулся к следующей остановке. Тут ещё и вдобавок оживился забавный автоматон-кондуктор, похожий на льва в тёмно-коричневой форме и такого же цвета гривой, оповестив немногочисленных пассажиров:       - Следующая остановка – «Гавань Линкора».       С запозданием в пару-тройку секунд до пассажирки дошло осознание, что сонливость пора бы прогнать, ведь ей на этой остановке и выходить.       - Вот и чудненько, – довольно заключила Габриэла, повесив на плечо сумку.              Пока же было время ещё немного поглазеть в окно, полюбовавшись видами нового дома Габриэлы – прохладного, но притягательного Брессагамо. Габби, как любила для краткости себя называть миловидная спаниель, переехала сюда учиться, удостоившись за успехи на малой родине бюджетного места, а пока училась, решила и остаться. Так что теперь и Габби привыкала называть город не только исконным лаконичным именем, но и прозвищем, доставшимся от местных романтиков – Город семи островов.       Вместе с гепардом Лизой Витали, в прошлом сокурсницей, а ныне – своей обожаемой пассией, Габби решила перебраться на третий по размеру остров, Бронный, где удалось найти квартирку за приемлемую плату. Хотелось, конечно, переехать поближе к центру, на остров Алирона, но там оказались уж больно кусачие ценники. «Сейчас все ломятся на Алирону, – объяснила Лиза, куда лучше знавшая Брессагамо, поскольку родилась и выросла в нём. – Говорят, там снова стало модно жить». Обдумав такой расклад, Габби только пожала плечами, сказав: «Ну и ладно. Мы звери не гордые, нам и чего попроще хватит».              Тем более, что и у жилья на Бронном были свои преимущества. Лизе там было очень близко к месту работы, а Габби теперь здорово выручала проложенная туда ветка монорельсового трамвая. Поездки на сверкающем медью и бронзой в лучах солнца красавце старавшаяся быть оптимисткой спрингер-спаниель воспринимала как недорогую мини-экскурсию – тем более, что в некоторых местах монорельс был проложен довольно высоко, так что виды открывались весьма неплохие: что на гряду с ветряными электрогенераторами в дальней оконечности бухты, что на дирижабль, неспешно следовавший к воздушному порту на другом острове. Даже если привыкаешь по прошествии времени, всё равно ощутимо скрашивает настроение после рабочего дня. «Надо будет как-нибудь скопить, да устроить с Лизой небольшое турне на Новый год или летние каникулы» – мечтательно подумала спаниель, уже сойдя по ступенькам остановки. Силуэт воздушного корабля исчез за крышами домов.              На работу, к слову, жаловаться не приходилось. Какое-то время после выпуска Габби ещё побыла в раздумьях, но потом смогла выпросить себе должность ассистента кафедры, на которой училась, пусть и на неполную ставку. Зато работа оказалась, что называется, непыльной: заполнение ведомостей успеваемости, проверка нужных документов у поступающих, приём бланков на темы статей для университетского журнала или курсовых.       Но была у Габби и подработка, которую она считала отдушиной. Ей как-то удалось неплохо себя показать на университетском фотоконкурсе, и фотограф уверил Делуку, что она «крайне хороша собой», попутно посоветовав одно бюро набиравших популярность «фотографических художников». А поскольку Габби к тому моменту достигла совершеннолетия, она могло спокойно пробоваться и в более откровенных образах, вскоре сделавшись неплохой пин-ап моделью.       Более того, Габби ещё и решилась привнести в свои сеты интересное нововведение. Будучи крепкой «хорошисткой» по алхимии, она решила как-то совместить прежний интерес и новую работу: она предложила сниматься в далёком от научного образе – в корсете сапфирового цвета, атласных трусиках того же оттенка и утончённых рукавах – но как раз в образе алхимика, иллюстрирующего какие-либо научные принципы или открытия в простой и доступной форме. Например, когда она с испуганной мордочкой закрывается от колбы с водой, в которую якобы бросили натрий, или с интересом склонившейся над ретортой с квебритом. «Когда читатель будет листать наш журнал и увидит смазливую красотку в лаборатории, он поневоле остановится, вчитается и наверняка о чём-то да задумается» – аргументировала Габби. Пока признаков её неправоты не наблюдалось, и номера с экстравагантной алхимичкой определённо пользовались спросом.              - Хэй, Габби, – с радушной улыбкой окликнул её Амедео, барсук, владевший небольшим ларьком по продаже чая на углу улицы, в конце которой спаниель и гепард жили. – Прекрасно выглядишь! Как твоё ничего?       Про Амедео шептали разные небылицы, выставлявшие его тем ещё брахиндеем, но сейчас он был скорее само радушие, так что Габриэла редко упускала случая купить у него стаканчик горячего или, наоборот, холодного напитка.       - И тебе не хворать, приятель, – улыбнулась она в ответ, предварительно заказав порцию ледяного чая с лемонграссом, персиком и мятой. – Да пока не жалуюсь. Готовимся к очередной волне тестов, вот и приходится туда-сюда тягать варианты бланков. Бумажная работа в общем.       - Понятно, готовитесь гонять бедных студентиков, – усмехнулся барсук, залив чай через ситечко, а затем достав ведёрко с кубиками льда.       - Ну, все через это проходили. Не мы первые, не мы последние.              - Слушай, а можно по секрету кое-что спросить?       - Удиви.       - У тебя там не намечается новых съёмок в этом твоём бюро? А то у меня друг давний интересуется. Ты только не подумай, он зверь толковый, так что без намёков, – стал уверять барсук, даже выставив перед собой ладонь, мол, не спеши воротить нос. – Но вот то, как ты здорово вписалась в оформление тех календарей.       Габриэла только снисходительно выдохнула. Вот бы ещё возмущаться от намёков, будучи пин-ап моделью.       - Да, мне тогда очень понравилась его пошутейка, что благодаря мне «февраль стал самым жарким месяцем года», – ответила спаниель, приняв картонный стаканчик с красивой подписью карандашом. – От души. Если что, свистну, как что-то наметится.       - Буду польщён. До скорого!              Поход из одного конца улицы до другого вкупе с потягиванием холодного чая невольно заставляло Габби задуматься и пробуждало в ней романтика – в том плане, что ей хотелось подольше полюбоваться видами. А вид золочёных солнцем массивных домов со стенами, облицованными тёмным или бурым рустованным камнем, но при этом сочетавших в оформлении карнизы и охровые арочные окна, в ком угодно пробудил бы эстета. Добавляло своего шарму и ощущение в воздухе морского бриза. Хотя за подобную красоту порой приходилось расплачиваться необходимостью получше кутаться дома, но к этому можно было привыкнуть.       Сейчас световой день был ещё достаточно длинным, но когда Габби возвращалась в зимние дни, в окнах и на улицах горели фонари – на улицу уже провели новые линии, лампы тоже поменяли на более новые. Прибавь сюда трамвай-монорельс на соседней улице, и Брессагамо представал городом больших контрастов, старого и нового, которое вполне органично уживалось.              Дома же виды открывались куда менее романтические. Стоило Габби закрыть за собой дверь квартиры, как голову посетила только одна простая мысль – тихонько вздохнуть, обходя несколько пустых коробок по пути к вешалке. Всё бы ничего, да только она с Лизой переехала сюда относительно недавно, поэтому и квартира в большинстве походила на небольшой склад. В прихожей было полным-полно коробок, ожидавших разбора или, наоборот, уже пустых, а не во всех комнатах присутствовала в полном объёме мебель.              - И-и… Раз!.. – послышалось из соседней комнаты. Вне сомнений, Лиза, улыбнулась простой догадке спаниель, проследовав в ту комнату. А вот то, что она в комнате увидела, заставило Габби тихонько охнуть. Видимо, гепардка решила проявить инициативу, и теперь пыталась перетащить в другой угол, к холодильнику, увесистую коробку, на которую сверху было составлено ещё две небольших.       - Снова забываем о наказуемости инициативы? – попыталась отшутиться Делука, но от чего-то произнесла не слишком выразительно. Зато Лиза тут же встрепенулась, попытавшись обернуться.       - О, вот и ты, Габ, – улыбнулась она, попытавшись ухватить край коробки поудобнее. – Я не знала, насколько ты задержишься, поэтому решила начать без тебя, и…       Вторую часть предложения она начала говорить, вновь разворачиваясь, но не успела договорить из-за досадного казуса. Она не слишком удачно поставила ногу на край ковра, который съехал в сторону, лишив пятнистую твёрдой опоры. Испуганно заойкав, Лиза безуспешно попыталась хотя бы удержать коробки в руках, но сперва попадали коробки поменьше, а потом и большая утянула её следом, так что Габби не слишком изящно плюхнулась на ковёр.       - Уй! – поморщилась наблюдавшая за всем этим спаниель, поспешив к Лизе.              Конечно, в иной ситуации она бы оценила вид на пятую точку своей пассии и на её стройные ножки, подчёркнутые ажурными трусиками и чулками в полоску, сказав что-то в духе: «Великолепный вид». Однако сейчас слова требовались совсем другие:       - Всё в порядке, милая? – присев рядом, тут же спросила Делука, беспокойно оглядев подругу с головы до пят. – Не ушиблась?       Понуро выдохнув, Лиза отряхнула ладони, поправила тёмно-кофейный лёгкий корсет с завязками и пересела на пятую точку, поближе к Габби.       - Я огурцом, – уверила Витали. – Вряд ли будет что-то хуже небольшого синяка, так что… Фух. Надеюсь, ничего не разбилось.              Последнее было сказано уже с ощутимой тоской в голосе. Она же угадывалась и во взгляде гепардки, когда та повернула к Габби глаза цвета спелого лайма. Чтобы хоть как-то успокоить подругу, порой не в меру впечатлительную или эмоциональную, Габби повернула край коробки, нет ли там подписей угольным карандашом или наклеек. «Журналы, малые книги» на одной и «Книжная полка, разобрано» на другой, так что вряд ли от падения станется что-то серьёзное. Максимум на корешке останется вмятина.              - Было бы, чему там биться, – сказала, кивнув, Габриэла. – Что ж ты в грузчицы подалась внезапно? Я же говорила, что задержусь на кафедре, только и всего.       Казалось бы, простое замечание, вот только Лиза от него что-то совсем скуксилась, прикрыла глаза и протяжно вздохнула.       - Ну вот, а я, разиня, совсем позабыла, – проговорила гепардка, уложив голову Габби на плечо. – Как-то запомнила, в какие коктейли добавляется виски или Драмбуи*, а вот что ближайшая подруга скажет, забываю раз за разом…       Делука почувствовала, что пятнистая готова совсем расклеиться, поэтому сперва поспешила утешить Лизу, приобняв и нежно нашептав слова поддержки ей на ухо. Когда стало ясно, что уныние слегка отступило, Габби настояла на том, чтобы гепардка поделилась, в чём причина беспокойства. Всё дело оказалось куда прозаичнее и проистекало из работы.       Не так давно Лиза должна была пройти какой-то плановый осмотр, полагавшийся по её роду деятельности, вот только с простановкой нужных штампов возникла сущая мозгоморозка, когда постоянно не было то нужного специалиста в медицинском ведомстве, то в руководстве бара «Старый бродяга», где работала Лиза. Сюда же наслоилась необходимость помогать паре новичков, поступивших в бар, одному из которых приходилось повторять всё по два-три раза. Да, этот работяга сам так просил, Лиза могла понять подход, но когда такое идёт бок о бок, напряжение и ощущение, что всё идёт кувырком, росло как снежный ком.       Гепардка думала, что хотя бы поможет Габби с раскладкой вещей, но и тут с самого начала было не ахти. В итоге Лиза поддалась унынию, что было в её духе. Ещё когда спаниель предложила съехаться, гепардка по секрету рассказала о своём небольшом недуге: «беспокойном состоянии нервов», при котором возбуждение и депрессия регулярно сменяют друг дружку. Видимо, такая «подвижка» произошла и сейчас.              «Мда, запущенный случай» – мысленно покачала головой Габриэла. Она ехала домой с мыслью провести вечер, что называется, «с огоньком», будучи в их тандеме «плохой и раскрепощённой девочкой», но сейчас стало очевидно, что эта затея подождёт. Уж насколько спаниель была затейливой, настолько же она была не обделена пониманием, и с подобными проблемами любимой подруги научилась уживаться. «У всякого бывают свои накладки и заморочки, – всегда повторяла Габби. – Я порой тоже бываю той ещё занозой в заднице…».       - Ну-ну, милая, это всё малоприятное, да проходящее, – почесав пятнистую за ухом, мягким голосом произнесла Делука, после чего осторожно ухватила Лизу за подбородок и приподняла так, чтобы она заглянула в её светло-фиолетовые глаза. – Помни, любую из поломанных вещей я заменить ещё смогу, а вот тебя – нет.              Прозвучало, быть может, смазливо, но на Лизу произвело именно тот эффект, на который Габби и рассчитывала. Уголки губ пятнистой приподнялись, образовав её неповторимую скромную улыбку, сама Лиза слегка мурлыкнула. Она даже попыталась чмокнуть заботливую подругу, но Габби исхитрилась увести щёку, и вместо неё Лиза коснулась коротким поцелуем её губ.       Очевидно, маятник настроения Витали качнулся в нужную сторону, но Габриэла справедливо рассудила, что давать волю своей внутренней затейнице и тащить подругу в спальню ещё не стоит. Вместо этого она предложила Лизе устроить совместное чаепитие, на что пятнистая тут же согласилась. К счастью, чайник с электрифицированным нагревателем и автоматическим отключением они достали из коробок в числе первых вещей, так что пришлось подождать всего несколько минут, чтобы по кухне поплыл умиротворяющий аромат купажа зелёного чая с цукатами, ягодами и цветами, купленного Габби в начале недели в качестве небольшого угощения Лизе. Даже название купажа было под стать – «Чай для друга». Просто, незатейливо, зато душевно.              В процессе Габби потихоньку переключилась на новости уже со своей работы: какие байки любит травить один забавный профессор, как другая преподавательница жалуется на жизнь, хотя купила брендовый браслет, или как нерадивый студент пытается оправдать задержку с бумагами якобы путаницей букв при заполнении своей анкеты членом комиссии.       - Чудо ты, Габби, – вздохнув, улыбнулась Лиза, при очередном глотке млея от приятной сладости манго и кислинки смородины. Ей больше всего нравилась ежевика, но и чёрную смородину находила очень вкусной. – Тоже иногда в такой сумасшедший дом попадаешь, а ещё обо мне заботиться остаются силы.       Габби тут же хихикнула и нашла, чем парировать:       - Сказала мне та, что буквально не отходила от меня, когда я простуду подхватила. Ещё и заморачивалась с приготовлением «Лошадиной шеи»** на вечер. Раз проявляешь столько внимания такой пошлячке, это говорит больше всяких слов.              Лиза возражать не стала. К чему портить момент словами, подумала она, решив просто подольше насладиться вкусным чаем и обществом Габби. Хотя через какое-то время обсуждение всё равно перешло на чуть менее приятную тему: когда же именно удастся разгрести бардак, царящий в половине квартиры из-за переезда. По словам спаниели, одного взгляда на пустые коробки, забитые упаковочной бумагой и отрезами бечёвки хватало, чтобы почувствовать себя усталой.       Не сразу найдя, что ответить, Лиза сперва пожала плечами, а потом предположила, что у кого-то из них скопилось слишком много «всякого барахла», так что после разбора коробок не помешало бы устроить ревизию.              Габби не стала развивать эту тему, вместо этого вставив ещё пару комментариев в духе: «Обязательно устроим, если тебе будет по сердцу такая компания». Лиза поспешила обнадёжить, что с Габби ей приятно в любой момент и в любой обстановке.       Их кружки уже практически опустели, и Делука, следя за взглядом и ответами пятнистой пассии, пришла к выводу, что настроение у Лизы выправилось до нужного уровня. А раз в настроении гепардка, то и сама Делука могла приступить к переводу в практическую плоскость своего хитрого плана. В глазах её проскочил огонёк игривости, который Габби мастерски скрыла, слегка потянувшись.       - Ладушки, это всё лирика, а сейчас самое время для душа… – обыденно произнесла девушка, отодвинув в дальний угол стола опустевшую кружку.       - Звучит неплохо! – улыбнулась Лиза, поправив русый локон. – Пожалуй, тоже загляну следом.       Однако Габби тут же поспешила предложить поправку к этой мысли:       - Душ достаточно большой для нас обеих, так что можешь и не ждать. Тем более, – она слегка поиграла плечиками, забирая у неё кружку. – Я никогда не была против компании.       - Ох… – гепардка даже слегка замялась, словно не сразу уловив перемену настроения подруги. – Ну, давай…       Тихонько хихикнув под нос, Габби взяла её за руки, словно помогая встать, и повела в ванную.              Говоря, что места хватит для двоих, Делука нисколько не лукавила. Вместо привычной ванны она уговорила поставить новомодную душевую кабину – уголок, облицованный плиткой и отделённый от остальной ванной прозрачной загородкой. Привлекло то, что расход воды выходил меньше, а душ можно было принимать в двух режимах – либо сняв лейку с петли, либо переключив воду на дуршлаг в центре крыши. Позже Габби где-то смогла высмотреть и обустроить ещё одну любопытную штуку – откидное тиковое сиденье. По сути, просто несколько дощечек на прикрученных к стене петлях, на которых при желании можно было присесть и мылиться, наслаждаясь тёплой водой, а можно было и поднять, чтобы сиденье встало вертикально вплотную к стенке.              Глядя на то, как пассия из семейства псовых изящно развязала завязку на своём лёгком корсетном платьице, изящно через него перешагнув, Лиза порой любила пошутить, что из той могла выйти не только пин-ап модель. Сейчас она, правда, от чего-то решила промолчать, отыскивая застёжку своего корсета.       А вот Габби, настроив нужную температуру воды, молчание решила нарушить:       - Один момент, милая, – с улыбкой подошла она к ней, заглядывая за спину в поисках застёжки. – Дай-ка помогу, золотце, хи-хи.       Лиза почувствовала, словно её пронизало слабым разрядом тока, деланно замявшись:       - Может, не надо? Я столько с коробками возилась, теперь грязная…       Спаниель в ответ только слегка наклонила голову и слегка закусила губу. Ползунок застёжки пошёл вниз, пока Габби прислонилась к гепардке вплотную, игриво прошептав в самые губы:       - Тише. Запомни две простые истины, мой любимый изумруд: первая – я люблю тебя, и этим всё сказано, – и нежно коснулась уголка губ кошечки. – И вторая: особенно люблю тебя, когда ты грязная…              И последовало уже не скромное касание, а долгий и нежный поцелуй, перед которым Лиза едва успела хихикнуть. Забавно было слышать такие слова от такой обольстительницы с задатками нимфоманки, как Габби. Делука и не пыталась дать поводов думать о себе иначе. Она словно чувствовала, когда стоит устроить для пятнистой «сюрприз» или «ловушку», а когда стоит саму Лизу подтолкнуть на «тёмную сторону», как она это сделала в их первую страстную ночь.       Прервала же поцелуй Габби словно нехотя. Ползунок застёжки был уже в крайнем нижнем положении, так что Лизе оставалось только нужным образом выставить руки, чтобы спаниель сняла с неё корсет, бросила в бельевую корзину и уже вполне открыто облизнулась на лизину грудь – упругую «двоечку» с милыми сосочками тёмно-розового оттенка.       - Габ, не вгоняй в краску, – зарделась гепардка, прикрыв щёки ладонями. – Ты же знаешь, если чьим-то «подружкам» и завидовать, то только твоим.       Делука только закатила глаза на секунду и деланно мотнула головой, мол, не прибедняйся. Может, у Лизы и был повод так думать – у спаниели «грудное богатство», на взгляд, было на полразмера больше – но сама Габби редко заостряла внимание на том, чем наградила её природа.       - Зато тебе, в отличие от меня, явно не нужно задумываться о визитах в массажный салон, хи-хи.              Оставались на Лизе ещё притягательные кружевные трусики с атласным бантиком в центре пояска, что Габби поспешила исправить, неспешным движением стянув вниз. И снова появился повод состроить неприкрыто заигрывающий взгляд – на этот раз на лобок гепардки, где красовался небольшой русый кустик, выстриженный в виде обращённого вниз треугольника. Габриэла вообще переняла тягу к интимным стрижкам именно у Лизы – до их встречи спрингер-спаниель предпочитала сбривать всё «под ноль», лишь изредка себя «запуская». После же знакомства с Лизой, она тоже стала звать её в ванную, чтобы маникюрными ножничками или бритвой выстричь заманчивый ромбик, треугольник, а то и очаровательное сердечко, которым сейчас могла щегольнуть Габби.              - Что-то мы замиловались, радость моя, – выпрямилась Делука, до того наклонившаяся вслед за опускаемым бельём возлюбленной. – А вода-то идёт. Так что бросай чулочки в уютную бельевую корзину и присоединяйся.       Сначала хотелось эффектно войти в душевую спиной вперёд, но Габби подумала, что лучше не выделываться, рискуя споткнуться о поддон, и вместо этого эффектно расправила лопушистые уши и вошла под тёплые струи воды, соблазнительно виляя бёдрами.       - Иду-иду, – встрепенулась Лиза, стягивая чулки и бросая их к остальной одежде. Габби уже ожидала её, устроившись на тиковом сиденье и нанеся на ладошку немного шампуня.              Гепардке в плане ухода за собой было проще. Лиза предпочитала короткую стрижку «боб» ещё со времён их с Габриэлой встречи, и привычке не изменяла. Выглядело аккуратно, очень симпатично и весьма упрощало жизнь. А вот у Габби пышная волнистая шерсть на ушах и такой же хвост требовали, во-первых, побольше шампуня, а во-вторых, тщательной сушки. Но притязательной Габби себя не считала и жаловалась на это только в периоды сильного уныния.              Сейчас, однако, даже намёка на уныние быть не могло. Нанеся пену от шампуня на уши и плечи, Габби переключилась на милашку Лизу. Вернее, на её манящую подтянутую попку. Мочалка уже была в наличии, поэтому Габби не помедлила с тем, чтобы сперва устроить любимой небольшие спа-процедуры: потереть низ спины, обвести мочалкой бёдра, огладить плоский белый животик гепардки. В сочетании с приятной тёплой водичкой, льющейся из дуршлага в крыше, Лиза едва не начала мурлыкать. Как внезапно приступ уныния после незадачи с коробками нахлынул, так же внезапно он и схлынул, стараниями Габби – абсолютно бесследно. И спаниель, похоже, это тоже поняла, решив окончательно сбросить маски.              Следом Лиза ощутила нарочито неспешные движения ладони с мочалкой у себя на внутренней стороне бёдер, потом Габби на массажный манер провела пальцами по сторонам от половых губ, сведя их на лобке. Ещё один неочевидный плюс складного сиденья, думала в такие моменты Делука – можно удобно расположиться и устроить шалость на радость сердцу пошлячки.       Повторив «обводное» движение ещё пару раз, Габби опустила пальцы к низу, проведя ими уже по сладкому местечку Лизы. Даже сквозь шелест льющейся воды было слышно, как сквозь поджатые губы кошечки послышался приглушённый томный стон, от которого у обоих девушек сладко заныло пониже пояса. Более явный стон повторился, когда Габби решила ввести кончики двух пальцев в лизино влагалище и вскоре хищно облизнулась, ощутив тепло и влагу, но явно не от воды. «Моя девочка, – подумала Габби, прикусив нижнюю губу. – Такой ты мне нравишься гораздо больше, чем с грустной моськой. Пожалуй… попробую отвадить тебя от манеры встречать меня с такой».       Как следует подразнив подругу проникающими движениями, спаниель медленно вывела пальцы, и какое-то время тихонько постанывавшая при выдохах Лиза ничего не чувствовала. Стоило ей открыть глаза, ранее прикрытые от внезапных ощущений, как пятнистая кошка ощутила шлепок по заднице. Отнюдь не болезненный – Габби не опустилась бы до рукоприкладства – но достаточно ощутимый, чтобы гепардка встрепенулась всем телом.       - Габ?..       - Хе-хе, это тебе за уныние, – погрозила пальчиком вставшая с сиденья Габриэла. Фиолетовые глаза, словно пронизывающие в тот момент Лизу, походили на сверкавшие аметисты или александриты. – Не раз и не два тебе говорила, что ты лучшая и только зазря на себя наговариваешь, а ты снова поддалась унынию. – затем посуровее свела брови. – Уныние вообще грехом считают, так что двойне нехорошо, милая моя.       Сделав полшага вперёд, Габби практически прильнула к Лизе вплотную. По крайней мере, ощущение прикосновения груди к шёрстке пятнистой добавляли чувства шалости.       - Так что мне явно придётся тебя немного… наказать, – заговорищечески шепнув Лизе на ухо, Габби перед последним словом выдержала паузу, словно как следует просмаковав.              А Лиза начала понимать, что попалась в ловушку. Разве что не успела додумать, планировала ли так подруга изначально, или показала сейчас чудеса импровизации. Габби умела удивлять. Сейчас мысль эта была прервана томным вздохом, сорвавшимся с уст гепардки от нового прикосновения пальчиков Габби к её сладкому местечку и заигрывающего поцелуя в шейку. Спаниель и сама чувствовала, как теплеет пониже пояса, как ею всю пронизывает сладкая дрожь и желание чего-то большего.              - Ур-р-р… – мечтательно проурчала Делука, решив прервать ласки и, не сводя взгляда с Лизы, облизала пальцы со следами её влаги. Как бы им обоим ни хотелось большего, – а во взгляде гепардки не читалось нежелание продолжать – для этого следовало переместиться в спальню.       Смыв с себя и Лизы остатки пены и сухо-насухо вытеревшись, Габби, тем не менее, решила продолжить импровизировать. Уцепившись взглядом за лежавшее у бельевой корзины исподнее подруги, она внезапно подобрала её трусики и решила использовать их как путы – как волосы сплетают резинкой в хвост или косички, так и спаниель обмотала их вокруг запястий Лизы, состроив хитрый взгляд. «Может, мне пора себя побаиваться, кто знает» – мелькнуло у Делуки в голове, пока она с Лизой, будучи абсолютно нагими, шли в спальню.              - А теперь будь хорошей кошечкой, ложись на животик и жди, пока я поскребусь в своём сундучке с сокровищами, – по приходу в спальню наказала Габби, показав на их уютную двуспальную кровать, устланную новеньким покрывалом с узором из стеблей тростника.       И пока Лиза, приняв роль жертвы, выполняла сказанное, Габриэла заглянула в вещевой шкаф, на самую нижнюю его полку, где она обычно прятала свою потайную коробку, которую и называла «сундуком с сокровищами». Особая затейливость и раскрепощённость спаниели проявлялась в её большой тяге разнообразить любовные утехи с помощью интим-игрушек. Поначалу Габби побаивалась, что Лиза таких изысков не оценит, но гепардка оказалась не шибко против.       Пару раз протянув коварное «Хм-м…», сейчас Делука остановилась на страпоне, имитирующем член среднего волка, анальной пробке со стразом, не забыв и флакончик со смазкой. Уже было встав, она замешкалась, взглянула несколько раз на Лизу и на коробку, после чего не совладала с соблазном и надела хранившиеся отдельно лиловые чулки и такого же цвета перчатки чуть выше локтя.              «Ух… – оглянувшись через плечо, подумала Лиза, попытавшись в своём положении поплотнее свести ноги. – Это я так перестаралась, чуть не прослезившись из-за пустяков? Или Габби так планировала изначально? В любом случае, это нечто».       Если не замечая, то уж точно чувствуя, что любимая оценила её ход с эффектным образом, сама Габби продолжала предвкушать самое «горячее» блюдо вечера. Положив пробку и флакон на край кровати, она звякнула застёжкой на пояске страпона, подтянула на манер трусиков и застегнула на боку с протяжным похабным «Уфф…». На обратной стороне основания «резинового друга» имелось небольшое ответвление, вводимое во влагалище той, что использует игрушку, так что не одной лишь Лизе светил каскад ощущений и удовольствия. Той же цели служили и несколько волнообразных утолщений, соприкасавшихся при использовании с клитором.              - Ну что, пригорюнившаяся моя, – сверкнув глазками, отчеканила Габби, открыв крышку флакончика. – Время как следует тебя помучить, чтобы уже отвадить у тебя эту привычку. Всё же хорошо, – она сделала паузу, вылив струйку смазки на «свой» член». – А ты была уже готова плак-плак сделать. Не дело, милая моя.       Лиза в ответ наигранно опустила ушки и «виновато» отвела взгляд. Затейливость и раскованность Габби, похоже, начинали и ей передаваться, раз настроение игры пятнистая вполне уловила. Разве что решила немного его прервать:       - Габ, не хочу портить момент, но выглядит он большеватым…       Спаниель лишь тихонько хмыкнула, что значило, что с настроением момента всё в порядке.       - Не волнуйся, для того у меня такая чудесная вещь, как смазка.       - Хорошо, не волнуюсь. Просто… Будь нежнее, ладно? Мне кажется, у меня ещё половина тела гудит от возни к коробками.       - Что ж, твоя была идея, пчёлка ты моя, – с напускным безразличием проговорила Габриэла, вдобавок показательно приподняв голову, чтобы смотреть как бы властно и надменно, но ненадолго. Ведь следом она наклонилась, чтобы одной ладонью чуть раздвинуть ягодицы гепардки и капнуть несколько больших капель смазки на колечко плоти под её хвостом. – Но не волнуйся, – Лиза заметно поджала губы от внезапного холодка смазки и предвкушения от задуманного подругой. – Во-первых, я войду легко и нежно, – сказала она, выдержав паузу, поводив пальчиком по анусу, смазывая его, а затем осторожно надавив и ввела внутрь почти на половину. – Ну а во-вторых, всё-таки не стану совсем уж принижать твою старательность, за неё подмигну твоей маленькой… слабости. – после чего тихо захихикала, взяв с края покрывала пробочку, провела по ней языком и снова чуть раздвинула ладонью лизины булочки.       Как и до этого с пальчиком, Габби тоже сначала поводила кончиком пробки, чтобы собрать смазки, а уже потом начала надавливать и, еле заметно облизываясь, вводить в подхвостье пятнистой. Теперь уже Лиза тихо протянула томное «Уф…», ощущая знакомое заполняющее ощущение, а когда её попка оказалась «закупорена», пятнистая мило поджала ушки, хотя в её взгляде мелькнула игривая искорка. Можно было только представить, какой вид открывался Габби на её попку и выглядывающий из-под хвоста тёмно-синий страз, украшавший основание пробки.              Делука могла любоваться подобным долго, неприкрыто облизываясь. Её внутренняя пошлячка в тот момент приплясывала от радости. Можно было добавить безобидный шлепок или куснуть кончик лизиного уха. Но всё это вряд ли сравнилось бы с основным блюдом, для которого, чувствовала Габби, было самое время.       Перед началом она достала из-под подушки сложенное одеяло и быстренько свернула его в рулон, подсунув его Лизе под пояс. Так она могла находиться в удобной для задуманного позе, с бесстыдно приподнятой попкой, не рискуя испортить ощущения дрожью в ногах.       Наконец, положившая ладонь на бок пятнистой Габби пристроилась сзади, направила страпон ладонью, пока головка не уткнулась во влажные от соков и смазки лепестки. Вместо подбадривающих слов спаниель стала оглаживать любимую кошечку по бокам и попке, сама подаваясь чуть вперёд. Ещё чуть-чуть – и головка игрушки скрывается в лизином влагалище.       - Мяв… – с придыханием мяукнула гепардка.       - Продолжаем? – спросила Габби, продолжая гладить её бок. У неё самой медленно но верно учащалось дыхание от того, как стенки влагалища сжимались вокруг обратной стороны игрушки, но ощущения Лизы она могла только представлять по её реакции. Так что лучше было разок поосторожничать.       - Ммфф… – выдохнула пятнистая кошка, оглянувшись и кивнув. На секунду Габби показалось, что она попробовала упереться руками в кровать и податься назад, приняв игрушку поглубже. «Моя девочка» – довольно подумала спаниелька, умостив обе ладони на боках Лизы и двинув бёдрами ей навстречу. Искристый запах двух не по-детски возбуждённых любовниц уже понемногу кружил голову и любое промедление начинало ощущаться невыносимым.              - О-ох, да, вот так… – в полголоса томно проговорила Габби, когда игрушка вошла в лоно пятнистой почти на половину. Сюда же «наслоились» раззадоривающий вид выглядывающего из-под хвостика Лизы страза, её вздохи и тянущее ощущение от основания игрушки. Спаниелька поглядывала на реакцию подруги, но большого волнения не испытывала – игрушки на Лизе она уже успела опробовать, следовательно, устроить ей «растяжку» тоже. Так что уже совсем скоро Делука начала наращивать темп, грациозно покачивая бёдрами взад-вперёд, а комнату наполнили их полные придыхания и вожделения вздохи, то и дело сменяющиеся такими же ахами или приглушённым сжатыми губами мычанием.              - Умф… Ах, как же это… кайфно… – с паузами и на сладких выдохах приговаривала спаниелька, одной рукой придерживая хвост Лизы, а вторую сместив с пятнистого бока на попку. Габби не помнила, чтобы сегодня был какой-то особый день или она планировала устроить любимой что-то эдакое, но этот настрой, дикая смесь игривости, желания и похоти, что понемногу её захлёстывали, чувствовались именно что особенными.       - Ах! Мя-яв… – с придыханием мяукала от накатывающих ощущений Лиза, понемногу начиная сжимать ладонями покрывало. То и дело кошечка прикусывала нижнюю губу, порой, казалось, чуть ли не до крови. Особенно когда бестия, в кою на вечер превратилась кокетка Габби, начинала наращивать темп, вслед за которым подсознание столь же резво заполняли импульсы распаляющего чувства наполненности.              А уж когда к череде издаваемых распаляемыми любовницами звуков прибавились пока ещё тихое, но уловимое хлюпанье повлажневшего лона гепардки и пьянящий запах желания обеих, закралось желание повысить градус.       - Да, Габби, ещё! – сгребя ладонями часть покрывала, обрывисто проговорила Лиза, глядя куда-то в произвольную точку взглядом, со стороны казавшимся затуманенным. Темп проникновений словно замедлился, будто Габби не расслышала или не ожидала от миловидной кошечки такого поворота.       - У кого-то достаточно выправилось настроение, чтобы просить добавки, м? – но нет, спаниель не скрывала своего удовольствия. Перед тем, как вновь перейти к «активным действиям», она вновь примерила на себя образ эдакой госпожи, в полголоса сказав: – Но если ещё раз так раскиснешь, натяну так, что космос, не покидая землю, увидишь.              Не успела Лиза осмыслить эту хоть и шутейную, но прибавляющую мурашек угрозу, как оказалась перевёрнута на бок. Габби при этом изловчилась так, чтобы не выходить из подмокшей лизиной пещерки. Она решила продолжить повышением градуса непотребности происходящего, для чего не только перевернула Лизу на бок, но и приподняла ей ногу, чтобы поблёскивавшие выступившей смазкой половые губы гепардки и влажная шёрстка вокруг них были как бы «на виду».       «Увидь это кто, сразу бы понял, каким местечком ты думаешь, сладкая» – чуть было не сказала вслух Габби. Но самой мысли было достаточно, чтобы сладко облизнуться и вновь начать двигать тазом. Приноровившись к новой позе, естественно, но новая порция ласкающих слух ахов и стонов Лизы, вторящие им мычания и оханья самой Габби, не заставили себя долго ждать.              - Хопа! – коварно хихикнула Делука, вместо придерживания ноги пятнистой в приподнятом положении переместив ладонь ей на грудь. Ещё одно преимущество этой позы, и Габби не видела причин им не пользоваться. А уж «подружки» Лизы так и просились, чтобы их потискали – хотя бы одна, ведь просунуть руку под Лизой было бы не удобно. Но теперь пятнистой сбивал дыхание не только фаллоимитатор, но и слегка грубоватые движения ладони Габби. Стоило ей ловко ухватить пальчиками отвердевший сосок пятнистой, чутка сжать или потянуть в сторону, как Лиза закатывала глаза с протяжным «Мммх…».       - Да-а, сладкая моя… – вторила ей Габби, чьё горячее дыхание коснулось шеи Лизы. Ещё немного погодя она прильнула к шее и долгим поцелуем взасос, от чего неприкрыто похабно проурчала, а под шерстью прошёл каскад мурашек. Несколько раз подряд разгорячённые любовницы вздрагивали, Габби чуть ослабляла темп, когда мурашки внезапно сменялись лёгоньким уколом от статического электричества, вызываемого трением шерсти и белья спаниели.              Хорошо, сквозь волны чистого блаженства думала Лиза, что они обе лежат на боку. Ей уж точно было бы непросто устоять на ногах, начавших сладко подрагивать. И что было самым чарующим и по-своему абсурдным – гепардке явно передалось похабное настроение подруги, тяга побыть плохой девочкой. Иначе как объяснить, что беспрерывно постанывающая кошка обернулась через плечо и попыталась поймать щёку или губы спаниели для поцелуя.       Язык скользнул по уголку губ Делуки, движения искусственным членом замедлились, но только на тот момент, который понадобился тяжело дышащей Габби вновь сменить позу. Перевернув подругу на спину, она пошире развела той ноги и склонилась над ней.       - Мне ускориться? – сквозь частое дыхание проговорила Габби Лизе в самые губы.       - Да! Сильнее! – почти тем же придыхательным тоном ответила гепардка. Наверняка хотелось сказать что-то ещё, но начало фразы быстро переросло в несвязное мычание, когда язык Габби скользнул сквозь губки ей в ротик. Лизе осталось только закатить глаза, а когда фаллоиммитатор вновь вошёл почти по основание – ещё и обхватить ногами пояс подруги.              Обе к тому моменту были уже разгорячены до предела, и, если приоткрывали глаза, видели только друг дружку – всё остальное размывалось гремучей смесью вожделения, похоти и кайфа. Габби могла только хищно облизываться от мысли, сколько насколько помокрела из-за особенностей игрушки и сладких стонов Лизы. У самой же гепардки уже слегка поблёскивала от капель выступившей влаги внутренняя сторона бёдер.              Отчасти неудивительно, что пик блаженства первой настиг именно Лизу. Кошечка несколько раз отводила в сторону взгляд и сильно поджимала губы, но сопротивляться новому каскаду головокружительных ощущений уже получалось. Или не хотелось.       - Габ! Габ, я… – затараторила Лиза, попытавшись как-то обхватить Габби руками. Но те, во-первых, были ещё связаны, а во-вторых, Делука успела отвести их вверх, как если бы гепардка вытянула руки вверх. – Аххх!..       Даже сквозь ощутимую одышку Габби чувствовала, что любимая выгнулась в небольшую дугу, как отвердевшие сосочки при судорожных вздохах щекочат ей грудь. Как у неё мог скакнуть пульс лучше было не думать. Габби, оперевшись на подрагивающие руки, смогла только со смешно высунутым язычком подвигаться над охваченной оргазмом подругой так, чтобы кончиками сосков поводить ей по груди, по ореолам её сосочков, да податься тазом назад, вытащив свой «орган».              Какой бы пошлячкой, готовой кутить и дальше, ни была Габби, но тут уж им обоим требовалось перевести дыхание. Поэтому, первым делом развязав любимой руки, она нежно поцеловала её в шейку, затем лизнув в щёку, улеглась поудобнее и нашептала Лизе сделать то же самое, приобняв.       - Хих, уж не перестаралась ли я? – нашептала она, почёсывая пятнистую за ушком.       - Не-а, – проговорил в ответ Лиза и, словно считав её мысли, добавила: – Дай только са-а-амую малость отдышаться. А то я как будто на урок физкультуры сходила.       Следом уже она лизнула Габби в щёку, вдобавок подав ей идейку. Спаниель чуть прищурила глаз от приятных, но по-своему необычных касаний кошачьего шершавого языка.       - Ты настоящая королева в особых шалостях, я догадывалась об этом с нашей первой встречи, – сперва начав с другого, приукрасила Габби, выпрямив спину, чтобы расстегнуть пояс своей игрушки, игриво поджала губы в момент выхода ответвления в основании, а затем изящно подняла ноги, сняв игрушку как трусики и бросив в угол кровати.       - Да брось, я уж скорее принцесса, – отнекивалась Лиза, даже забавы ради не став изображать пай-девочку.              - Но вот что у тебя точно можно назвать королевским, так это твой язык, – не унималась Габби, снова наклонившаяся к подруге и сперва коснувшаяся её ключицы, а затем начавшая медленно подниматься выше. Она не торопилась – всё равно стоило выдержать паузу подольше – и оставила небольшую дорожку из поцелуев до шеи и щеки, только тогда прильнув к устам Лизы.       Уж в чём гепардка была хороша так же, как и в приготовлении коктейлей, так это в поцелуях. Стоило Габби слегка «сподвигнуть» Лизу к признанию в тёплых чувствах, как та вполне быстро научилась прекрасно целоваться. Вот и теперь Габби ненавязчиво уступила ей, дав перехватить свой язычок, а лизиному – вторгнуться в свой ротик и сплестись в своеобразном танце. Поскольку уста обеих подруг были в сладком плену, тишину нарушало только протяжное сопение и сладкие выдохи, когда поцелуй чуть прерывался для вдоха.              Прерывался поцелуй словно нехотя. Пока Габби отводила голову, глядя на Лизу полным обожания и желания взглядом, между кончиками их языков поблескивали едва заметные ниточки слюны. Но уже вполне подошло время для следующего «блюда» вечера, так что спаниель ничуть не расстроилась.       - Вот и давай используем его правильно, – сказала она, успев коснуться пальчиком языка кошечки.       - Мур… – сразу же улыбнулась Лиза, даже плечиками поиграла. – С радостью. Не тебе же одной обо мне «заботиться», хих.       Она уже почти выпрямилась, собравшись переползти к краю кровати, чтобы Габби заняла её место, и она смогла показать себя и в оральных ласках. Но спаниель решила провернуть всё иначе. Была у неё ещё одна слабость (хотя Габби называла это скорее «предпочтением»):       - Лежи-лежи, – настойчивым тоном сказала она, убрав в сторону подушку. – А теперь так.       Занеся одну ногу над головой Лизы и переставив её вбок, Габби расположилась так, чтобы её половые губы, всё ещё влажные и ощутимо тёплые, оказались над моськой Лизы. Ещё немного – и почти над самыми устами.              Намёков и императивов к действию Лизе не потребовалось, и вот Габби уже поджимает губы, чтобы не застонать в голос, когда от прикосновения языка гепардки к сладкому местечку тело вновь пронизал ток. Подобную шалость они уже устраивали, и не раз, но всё же Лизе требовалось слегка приноровиться, чтобы касание вышло щекотливым и распаляющим, а не похожим на очень мягкий, но всё-таки наждак.       Габби, тем не менее, было грех жаловаться. Она была готова к тому, что всё получится не с первого раза, а тяга к ощущениям, даруемых языком кошачьих, пересиливала любой возможный дискомфорт.              - О-ох, да-а!.. – постанывала Делука, неподдельно кайфуя от ласк гепардки. Да и Лиза только и успевала облизываться, а ноздри ритмично раздувались, втягивая искристый манящий аромат её вожделения. Видно было, насколько разгорячилась спаниель за время утех с игрушкой.       - Да, Лиз, твой язык… Ах! Это что-то с чем-то! – разум спаниели вновь стал затуманивать чистый кайф и блаженство, она вновь то и дело высовывала язык. Было бы у Лизы более привычное положение, она бы практически поцеловалась со сладким местечком любимой спаниели, но и сейчас гепардка постанывала от блаженства, неспешными движениями практически слизывая любовные соки с её половых губ, а затем с придыханием смакуя.       - Ах! – на всю комнату ахнула Габби, когда подруга решила сменить подход, сложив язык трубочкой и войдя поглубже на манер члена. Чуть помедлив, пятнистая начала обводить источавшие жар стенки габбиной пещерки, и у спаниели стало спирать дыхание.              И раз уж у обоих были развязаны руки, а Габби уже не стремилась отыгрывать роль «сердитой» подруги, каждая решила поставить вишенку на этот тортик из похоти, кайфа и удовольствия.       - Поглубже, сладкая… – ахнула спаниель, чуть наклонившись вперёд и положив одну ладонь себе на грудь, начав активно её гладить и сжимать. Стоны в такие моменты становились вдвойне слаще и длиннее. Вторую же ладонь Делука, прочертив в шёрстке на животе бороздки пальцами, опустила к самому низу, вздрогнув всем телом от касания пальцем к чувствительной бусинке клитора.       - Ур-р… Мфф… – словно поддакивала ей Лиза, тоже опустившая ладошку к низу, и тут же сжавшая ноги.              Поначалу наклонившаяся вперёд, Габби теперь норовила наоборот, отклониться назад, опереться на спинку кровати. Сладкая дрожь в ногах добралась и до неё, особенно когда Лиза запускала язык особенно глубоко. Словно вслед за ним спаниель нагоняли и ощущения, так что ей оставалось только сидеть, прикрыв глаза и заходиться стонами.              Но и её предел был не бесконечен. Почти утрачивая контроль над собой от такого гремучего коктейля ощущений, Габби обе ладони переложила на грудь, устроив себе почти тантрический массаж.       - О-о-о, да. Твой язык… – стонала и стонала Делука. – О небо, я… Ах! – в тот момент пальчики сжали отвердевшие и чувствительные соски. Этого оказалось достаточно, чтобы пик с головой накрыл и спаниель.       - Нннххх!!! – громко промычала она, едва справляясь с бесконтрольной дрожью. Едва Габби отвела ладонь в сторону, ухватившись за спинку кровати, как двинула тазом вперёд, и Лиза ощутила, как на живот и талию попало несколько мокрых струек.              Не сразу выровняв дыхание, Габби облокотилась на спинку кровати, чтобы ненароком не сесть всем телом Лизе на лицо, но после смогла улечься рядом с гепардкой, от чего-то взяв её ладонь и приложив к щеке. Грудь её в тот момент вздымалась с такой частотой, будто Делука приняла участие в марафоне или забеге на золотую медаль. Но каково же было удовольствие в глазах у неё и Лизы.              - Святые хвостики, милая, – когда вернулись ясные ум и взгляд, улыбнулась Габби, медленно чмокнув ладонь гепардки. – С тобой как будто один оргазм ярче другого. Этот уж точно был туши свет. Хи-хи-хи.       Формулировка вышла корявой и топорной, но судя по тому, что Лиза захихикала следом, она поняла и оценила.       - Рада, что ты так думаешь, – мурлыкнула она, проведя носиком ей по щеке.       - Думаю? Это, чёртов хвост, неопровержимый факт! Твой язык в пору патентовать.       И над кроватью снова послышались два почти синхронных смешка, похожих на звон колокольчиков.              Какое-то время они молчали. Да и нужны ли были в тот момент слова? Теперь уж можно было утверждать со стопроцентной вероятностью, что хандра по поводу идущих вкривь и вкось дел не вернётся до утра, а то и подольше. Так что и момент портить лишними рассуждениями не было желания. Разгрузка окончится рано или поздно.              - Эй, Габ? – шепнула пятнистая.       - М? – кивнула Габби, подтянув к себе подушку.       - Думаешь, такая беспокойная натура будет хорошей соседкой?       Спаниель деланно закатила глаза.       - Уверена. Ты же терпишь общество такой пошлячки? Значит, будешь не просто хорошей, а золотой.       Лиза лишь довольно проурчала.       - Но ты же всё равно вот так… позаботилась обо мне. Своеобразно, но позаботилась, а не стала напирать в духе: «Намотай сопли на кулак, слезами горю не поможешь». Так что… – она сделала паузу, заправив локон за ухо. – Я тоже постараюсь что-нибудь придумать в таком духе.       Габби даже вздёрнула бровь, но удивление было приятным. Такой настрой ей определённо нравился.       - А «Последнее слово»** мне перед этим дадут, м? – заговорщически сказала она, подкрепив это кокетливым взглядом.       Лиза не сразу поняла, что речь идёт о коктейле, но как поняла, ответила коротким: «Хм…».       - Что это тебя на джин потянуло? Ты у нас вроде больше по виски односолодовому да золотому рому.       - Всякое бывает впервые. А с тобой так… экспериментировать только в радость.              Теперь уже Лиза театрально покачала головой и прижалась к спаниели покрепче, не упустив, однако, случая чмокнуть её в уголок губ, а ладони опустив пониже. До попки, конечно, было не достать, но Габби вполне поняла намёк. Брессагамские ночи, как известно, длинные, так что спешить было некуда. Тем более – с такой чудесной подругой, как Лиза.