Особенный друг

Минхо и Джисон познакомились, когда пошли в первый класс. Они сразу запреметили друг друга в толпе, уловив невидимую для обоих связь. С каждым днем их общение становилось всё теснее. Хану было очень тепло и уютно со старшим, а тот находил в младшем отдушину и свой дом. Он бы что угодно ему отдал. Всё лучшее — ему, самое вкусное — ему, небо, воздух, звезды, да и весь Джисон ему. В тот день, когда младший увидел Ли, который с яркой улыбкой направлялся в его сторону, в мыслях пронеслось: «какой же он красивый», и он понял, что влюблён. С их первого знакомства прошло 11 лет. Оба окончили школу, поступили в университеты, и виделись лишь по выходным, собираясь у кого-нибудь в гостях. Иногда это была большая компания, а изредка получалось собраться вдвоем, в тихой, домашней обстановке. Даже спустя столь длительный промежуток времени, чувства в сердце Джисона не думали угасать, а лишь били с новой силой. Не зря говорят, что первая любовь навсегда. Но на их пути стояла лишь одна огромная проблема — Хёнджин, парень старшего, который появился из ниоткуда в 9 классе, весь такой особенный, с смазливым личиком, и перенял все внимание Ли на себя. Хан и глазом не успел моргнул, как старший начал проводить больше времени с Хваном, покупать ему подарки, дарить цветы, звать на свидания, ухаживать и даже поглаживать по волосам, как всегда делал Джисону. Минхо был очарован Хёнджином, и ни на шаг от него не отходил, хотя все вокруг говорили о странности этого парня, и что он совсем не пара старшему, но тот всегда отнекивался, отвечая, что они ничего не понимают, и пусть лучше следят за своей жизнью.Хан часто прокручивал эти моменты у себя в голове, которые из раза в раз рвали сердце на куски. Но Джисон не из тех, кто привык отступать. Сегодня суббота, солнце слепит глаза, и погода очень даже радует. Его занятия недавно закончились, и он счастливый идёт домой, чтобы подготовить всё к предстоящей встрече. Они с Ли договорились собраться у него дома, чтобы посмотреть фильм, который посоветовал Чанбин.Перед глазами мелькали прошлые встречи с Минхо, хоть на самом деле каждая секунда была переполнена им, но именно сейчас этих мыслей было чересчур много. Вчера он решил для себя, что больше не хочет тянуть и ждать какого-то определённого момента. Самое время рассказать ему, что он чувствует на самом деле. Часы шли неумолимо быстро, что было лишь на руку. Ему уже нетерпелось взглянуть на старшего и запрыгнуть на него с объятиями. Сегодня всё было как-то по особенному. На столе стоят тарелки с различными снеками, окна зашторенны, из-за чего в комнате преобладает мрак. Не будь там единственного источника света — небольшой лампы, была бы кромешная тьма. Старший должен прийти с минуты на минуту, от чего руки Джисона подрагивали. В голове выстраивалась речь, которую он бы хотел озвучить, возможно, поставив этим вопрос на их дружбе. В коридоре послышался звонок, который вырвал парня из размышлений. Хан подскочил, быстро оказавшись у двери, отваряя её. — Привет, — он протягивает младшему пакет со сладостями, ведь знает, как сильно тот любит их. Джисон забирает его из рук, пропуская старшего в коридор. Он уходит на кухню, раскладывая покупки, пока Ли стягивает ветровку. Через пару минут младший слышит тихие шаги, приближающиеся в его сторону, а чуть позже чувствует прохладные ладони, что обвивают талию. — Ты какой-то задумчивый, даже не поздоровался. — в голосе старшего слышалось небольшое недовольство, но он ни в коем случае не собирался упрекать младшего. — Да, прости, совсем задумался, — он развернулся в чужих руках, укладывая свои на шею, прижимаясь ближе. Объятия казались намного теплее обычного, и отпускать этот момент совсем не хотелось, да и Джисон чувствовал, как сильно Ли сжимает его тело. — Я там уже всё подготовил, мой руки, и иди в комнату. Или ты, может, хочешь есть? — старший отрицательно мотнул головой, нехотя выпуская парня из своих оков и направился в ванную. Сегодня все казалось ярче, чувственнее и приятнее. Хан списал это всё на вечные размышления о предстоящем диалоге. Сладости были разложены на том же столе перед телевизором. Младший запрыгнул на диван, удобно устроившись. Через минуту подошёл и Ли. — Что будем смотреть? — он плюхнулся рядом, глядя в экран телевизора. — Это что, романтика? Только не говори, что ты вновь доверился совету Чанбину. — младший хихикнул, а Ли закатил глаза, понимая, что его ждёт два часа душераздирающей истории про двоих, что не могут принять свои чувства, или что ещё похуже. — Да ладно тебе, хён, тебе ведь нравится. Бин сказал, что фильм действительно интересный. — он подполз ближе к старшему, уместив голову на чужих бёдрах, так же, как и руки, слегка поглаживая ими через ткань джинс, а Ли в свою очередь гладил его по волосам, что уж очень нравилось Джисону. Фильм начался, встречая ребят яркой заставкой. Действий на экране практически не происходило, сюжет словно тянулся, и спустя 30 минут Джисон начал зевать. — Кое-кто говорил, что фильм будет интересный, а по итогу сам засыпает. — со стороны старшего послышался тихий смешок. Хан повернулся, с шуточным призрением глядя на него. В комнате воцарилась воображаемая тишина, когда их взгляды встретили друг друга. Младшему показалось, что сердце забилось быстрее, и мысли начали разбегаться, словно стайка крыс, запреметивщих кота в углу комнаты. Где-то в груди защипало и стало страшно. Из динамиков доносились разговоры главных героев. Джисон поднялся с чужих колен, оглядывая Ли целиком, который тоже казался обеспокоенным. Слова застряли в горле. — Мне нужно тебе кое-что сказать. — тихий шепот Хана долетел до Минхо, когда он разглядывал его лицо вблизи. Они молчали, не позволяя произнести вслух ни слова, дабы не нарушить эту хрустальную тишину, что повисла между ними. — Я бы тоже хотел кое о чём рассказать тебе, — Джисон и представить не мог, о чём он говорит. Хочет прекратить общение? Сказать, что Хёнджин запретил ему общаться с ними из-за вечного флирта и объятий? Или он вообще переезжает с ним в другую страну, и они больше никогда не увидятся? В душе начиналась необъяснимая тревога, от чего сердце заколотило в ушах. — Если это заставляет тебя стрессовать, можем поговорить об этом позже. — губы украсила заботливая улыбка, а рука легла на мягкие волосы, поглаживая их. Это заставило младшего немного успокоиться. — Я просто не знаю, как сказать тебе всё то, о чём сейчас думаю. У меня в голове так много мыслей, но я так мало могу озвучить. — Минхо знал о том, как тяжело Джисону говорить о своих чувствах, тем более вслух, потому спокойно слушал и ждал, взяв маленькие ладошки парня в свои, чтобы ему стало немного легче. — Ты ведь прекрасно знаешь, насколько ценен для меня, — взгляд черных глаз опустился на парня, а тот лишь кивнул. — Ты мой лучший друг, дом и место, где я хочу быть. Знаю, звучит слишком приторно, но это так. Когда мы только познакомились, я увидел в тебе того, с кем я никогда не захочу разлучаться, а лишь сближаться с каждым днём всё сильнее. И я безумно рад, что так вышло в действительности. И возможно, я могу показаться глупым, но иногда в моей голове пролетают навязчивые мысли, которые буквально заставляют сделать тебя своим. — эти слова были началом открытия его души, тем самым откровением, которое он нёс с собой все эти годы. На лице Минхо не дрогнул ни один мускул, но по его глазам читалось удивление. Он сильнее сжал чужие ладони, потирая мягкую кожу большим пальцем, успокаивая. Младший перевёл дыхание и продолжил. — Когда ты начал встречаться с Хёнджином, эти мысли лишь усилились. Я говорил себе, что в этом нет ничего страшного, ты просто полюбил другого. Я знаю, что не смею даже думать в эту сторону, ведь я твой лучший друг, и я.. — Джисон. — Его резко перебили, но Хан словно не замечал. Он настолько утонул в своих мыслях, что продолжал изливать их на Минхо, словно воду из вёдра. — Все вокруг видят, что он тебе не пара. Что уж тут говорить, даже я так считаю. Он убивает красоту, что есть в твоей душе. И я совсем не понимаю, почему ты не замечаешь этого, ведь и сам прекрасно понимаешь что.. — Терпение Минхо оборвалось с треском. Он понимал всё, о чём говорит младший, хоть и где-то в глубине души продолжал убеждать себя в обратном. Руки выпустили чужие, и старший повалил парня на спину, нависнув над ним. — Хан Джисон. Прошу, закрой свой рот хотя бы на минуту, и выслушай меня, — он тяжело дышит, глаза отблескивают черонотой и видно, что настроен он серьёзно. А Джисон сжался в комочек под ним, вслушиваясь в каждое слово. — Я понимаю твои чувства, и даже слышу то, что ты обо мне думаешь, — глаза округлились. Он и не знал, что у него лицо с субтитрами. — Но это не значит, что я не думаю о тебе. Да, три года назад что-то переклинило во мне, и моё внимание целиком перешло на Хвана, но ты особенный. Тот, кто вне зависимости от времени находится в моей голове, и всегда рядом со мной, как физически, так и морально. И ты даже представить себе не можешь, как часто ты мелькаешь в моих мыслях. — Джисон молчал. Он не знал и не хотел ничего говорить, будто слова были излишни. Глаза глядели в чужие, такие тёмные, но притягательные. Рука сама по себе легла на чужую щёку, оглаживая её большим пальцем, а старший, словно кот, приластился к теплу, прикрыв глаза. — Кстати, то, о чём я хотел рассказать тебе. — он выдержал секундную паузу. — Я расстался с Хваном. — и в этот момент сердце забилось вновь. По-новому, ещё быстрее и четче. Казалось, что такого не может быть, что это сон, и закрой он глаза, Минхо и все его прикосновения в миг исчезнут, оказавшись лишь самым счастливым сном на свете. Внутри Джисона бурлило несказанное счастье. Он схватил старшего за щёки, неожиданно и резко прикасаясь к чужим губам буквально на секунду, оставляя громкий чмок, а после ярко улыбаясь, пока тот лыбился в ответ, так же по дурацкому. По комнате пронёсся звонкий смех. — Какой ты все таки прекрасный, Хани. Мне всегда казалось, что ты именно тот, кого я искал всю жизнь, и не прогадал ведь! — Джисон в это время просто пялился на старшего, мотая головой в знак согласия. — Но знаешь, все таки я забыл кое-что важное, — глаза упали на чужие губы и младший замер. Минхо не медлил. Резко коснулся чужих губ, запутывая одну из рук в волосах, а вторую укладывая на чужой живот, оглаживая его через ткань футболки. Весь Джисон казался ему пушистым, котёночным и очень сладким. Он смаковал чужие губы одну за другой, покусывая, проходясь языком и оттягивая, от чего младший еле слышно пищал. Ли взглянул в чужие глаза, что с счастьем и удовольствием смотрели на него, и опустился к ключичицам, не отрывая взгляда. За долгие годы их дружбы, он целиком изучил его тело, пока обнимал и касался невзначай. Первый укус приземлился на выступающую косточку, сразу же зацеловывая её. Руки больше не могли ждать, как и сам Минхо, от чего скользнул ладонями под одежду, обводя пальцами мягкую кожу. Футболка оказалась поднята к груди, открывая вид на подтянутый животик, что вздымался от частого дыхания. Губы не могли удержаться, чтобы не оставить на медовой коже хотя бы один сладкий поцелуй, от которого Джисон сжал плечи старшего. Губы Ли исследуют столь знакомое тело ещё ближе. Они проходятся по рёбрам, пересчитывая каждое, опускаются, исследуя живот, а проведя языком дорожку до груди, останавливаются. Один ареол оказывается зажат меж пальцев, прокручивая его, второй же во власти влажного рта, где зубы по свойски кусают чувствительное место. Джисон скулит, руками пробираясь под ворот чужой футболки, оглаживая спину. Минхо буквально оседлал его, из-за чего младший настойчиво качал бёдрами, желая получить хоть какое-то трение. Ноги сводило, колени хотелось свести, а голос выдавал все более сладостные звуки, подначивающие старшего к действию. Глаза его застилала черная пелена желания, собственнического и немного животного. Нужно больше. Больше прикосновений. Больше Джисона. — Никогда не думал, что смогу касаться тебя здесь, — кончики пальцев сильнее сжали соски. — Или здесь, — рука скользнула выше, проходясь по выступающим ключицам, пробираясь к тонкой шее, обхватывая её и слегка сжимая, заставляя младшего прохрипеть. — Или может, ты хочешь, чтобы я коснулся тебя в определённом месте? Ну же, Хани, давай. Скажи, и я всё для тебя сделаю. — взгляд старшего устремился на бесстыдные действия парня, что поднимал таз, лишь бы хоть что-то позволило ему унять ноющую боль в штанах. Но ответа не последовало. Вместо этого рука Хана схватила чужую, уместив на своём паху, от чего послышался скулеж. Старший хмыкнул, сжимая ладонь посильнее, то останавливаясь на одном месте, то водя ей по кругу. — Минхо, — спина выгнулась и с пухлых губ слетел протяжный стон, когда касания стали правильными. Старший знал, что нужно делать, и как делать, чтобы Джисон кончался как человек именно сейчас, здесь, под ним. Хан ухватился за чужую макушку, заставляя парня прижаться лицом меж его ног. Даже это казалось уже чем-то чересчур пошлым, но когда ладони Минхо огладили его бёдра, сжимаясь мёртвой хваткой и прижали их к собственной голове — Джисон больше не мог сопротивляться. Ладонь легла на губы, стараясь заглушить слишком громкие хныканья и стоны. Глаза Ли заставляли смотреть на него, пока он сам игрался с бугорком через ткань штанов. — Так и будем играться через одежду как девственные подростки, или может, ты все таки разрешишь отсосать тебе? — уши младшего покраснели, и он болванчиком закивал. Старший медлить не стал, поднялся, ухватился руками за край штанов и вот — Джисон лежит наполовину нагой, прикрыв руками горящие щёки. — Если ты продолжишь закрывать лицо, не увидишь лучшего за свою жизнь зрелища, — действия младшего не заставили долго ждать, а Минхо лишь подсоблял, перекладывая его ладошки на свои волосы. Губы коснулись головки, оставив на ней сладостный поцелуй, от которого младшего пробило током. Сверху послышался скулёж смешанный со стоном. — Я хочу каждый день просыпаться от этих невероятных звуков, что вылетают из твоего неожиданно грязного рта, Хан Джисон, — губы целовали эрекцию, не оставляя ни миллиметра без прикосновений. Рука все так же оглаживала живот, а язык скользил по длине вверх, резко вбирая её наполовину. Младший вскрикнул, закатывая глаза и сжимая ладони в чужих волосах. Сначала это казалось чем-то странным, но мгновение спустя, когда он привык, а Минхо начал двигаться, это стало чем-то слишком хорошим. Руки направляли, задавая темп и направление, проходясь по чужому горлу и небу, задевая щёки, от чего член красиво выпирал из под тонкой кожи. А старший и не против, выполнял все прихоти Джисона, охотно посасывая сладкую плоть, вынуждая Хана издавать все больше звуков удовольствия, позволяя ему двигать своей головой как угодно. С каждым разом член проходил все глубже и парень все громче стонал, говоря что-то нечленораздельное. — Минхо, я не уверен, что смогу продержаться дольше минуты. — старший понимающе моргнул, поднимаясь с эрегированного органа, слыша недовольный вздох, но быстро заменяет его на ладонь, доводя парня до быстрого и громкого оргазма. Голый Джисон, с красным лицом и спермой на животе лежит на диване в его квартире и смотрит на старшего, что с кошачьим удовольствием облизывает свою ладонь. — Господи, Минхо, какой же ты грязный извращенец, мамочки. — он слышит заливной смех сверху, а после получает невесомый поцелуйчик в щёку. Ли достаёт из ящика салфетки, насухо вытирая парня и натягивая на него штаны. — Ты сам полюбил этого грязного извращенца, который, между прочим, очень тебе помог, и тоже влюблён в тебя. Мог бы и спасибо сказать. — Джисон закатил глаза, цокнув. — Спасибо-спасибо. И между прочим, я совсем не жалею, что полюбил его, а он — меня. — на губы Минхо обрушивается шквал мелких поцелуев, и они оба смеются с дурашливости друг друга.