среди вещей

среди вещей, чей беспокоен сон, среди теней, кисейной ломкой нитью, меж вздохом, там, где стонет небом дом, становится неясной томной мыслью  кто видел, как смеркают имена, сорвавшиеся с поджатых скорбью уст, и слышал ломающий тот хруст внутри, касание холодного виска… чтобы познать о бренности тоски, о междометье несказанного слова, тянув за тетиву больной руки, тянувшейся к изгибу перелома, что истончился, разлился янтарём, собою заполняя все пусто́ты,  когда слезами и собой перед «пойдём» текли кровавым по губам узоры  невольных мест, покинутых давно, семью богами отождествлявших грешность,  и там явиться будто решено, какая суть в принятье человечность: покинуть край, оставив только крест,  что бередит в подножье своё горе, оно так слепо как и свод небес,  отдавшийся всем подношеньям «вскоре». теперь ты отзвук отсеянных молитв, забытый вечностью, проговорённый болью, сломлённый на коленях павших битв, повинностью, сердечной пеленою… а жизни нет, есть только повод истин — найти себя блаженным и пустым, и только там, где стихла дрожь всей мысли,  среди вещей — заснувшим и немым…