Blossom of the wasteland

Виктор запомнил мгновения перед взрывом кристалла урывками, частично. Запомнил свет, пробивающийся сквозь нематериальные веки, запомнил гул, отражающийся от странного магического пространства в несуществующие уши и, ярче всего прочего, прикосновение. Джейс, касающийся его лба своим, ладонь на шее, предплечье под переливающейся всеми цветами, как воздух Зауна, проекцией его пальцев. Последние ощущения. Виктор подался головой вперëд, сильнее прижимаясь головой к мужчине напротив и приготовился к жару и последующей вечной пустоте. Что-то было не так. Виктор заторможенно осознавал... Нечто. Ему потребовалась целая минута, чтобы понять, что в этом неправильного. Он мëртв. По крайней мере, должен быть. Ещё минута ушла на то, чтобы понять и вспомнить, почему. Было что-то ещё странное, но Виктора заинтересовала другая мысль. Что ему осознавать в посмертии? Свои ошибки? Посмертие, однако, не спросило его мнения по данному вопросу и навалилось сразу на все органы чувств — закрытые веки не спасали от яркого света, ложившегося теплом на лицо, ветер тихо нашëптывал в уши, осязание тоже вернулось. Под ним — что-то мягкое, но слегка покалывающее, напоенное влагой и свежестью. Трава, цветы. Рядом — тепло и чьë-то медленное движение. Джейс. Эта мысль заставила Виктора моментально распахнуть глаза. Джейс! Что с ним? Он тоже видит, слышит, осязает? Он тоже жив? Виктор повернул голову на шевеление, щурясь от яркого света. Надо же. А он и забыл почти, как прекрасно Солнце, особенно для заунита вроде него. Джейс полусонно ворочился, закрывался от света ладонью, пытался разлепить глаза. Даже потрëпанный Аномалией и измученный битвами, он двигался легко и со скрытой силой, словно раны не беспокоили его. Виктор вдруг осознал, что казалось неправильным, помимо того, что они, очевидно, живы. Его собственное тело. Оно двигалось так же как у Джейса, не требуя дополнительных усилий, но не отбрасывало на траву вокруг фиолетовых отсветов. Он был человеком, и он был здоров. Ему больше не нужно размышлять, насколько холоден воздух вокруг, не ощущая его температуры, не нужно разделять реальность и видения, даруемые хекс-ядром, не нужно превращаться в машину. Ему больше не нужно выкашливать лëгкие в старые салфетки и обрабатывать синяки от ортеза, не нужно подкладывать вату под перетяжки корсета, чтобы он не стирал кожу, не нужно хромать через боль. Чистый восторг вытеснил сомнения и вопросы, вытеснил все логические цепочки и размышления, вытеснил страх и вину. Он здоров! Окрылëнный этим простым фактом, Виктор подскочил на ноги, подпрыгнул на месте, как мечтал в детстве, ощутив, как вязко и слабо сопротивляется воздух, как подлетают волосы и небо становится чуточку ближе. Он так же неловко, по-детски, закружился на месте. Виктор не замечал ничего вокруг, полностью сконцентрировав своë сознание на трëх мыслях, идущих друг за другом по кругу. Он здоров. Ему не больно. Он может свободно двигаться. Он здоров. Ему не больно. Он может свободно двигаться. Он здо... — Виктор! Его так заняло собственное состояние, что он совсем забыл про Джейса. Изнутри тонкой иголкой кольнула вина. // Он умер за тебя, а ты забыл о нëм, стоило тебе перестать хромать, как подбитая утка//. Виктор зажмурился, мотнул головой в надежде прогнать болезненную мысль и посмотрел на Талиса. Мужчина уже поднялся на ноги и теперь глядел на Виктора в ответ. — Виктор, ты... Ты здоров! Джейс озвучил очевидный факт, но Виктору не хотелось закатить глаза, как обычно. Он с трудом удерживал в себе желание побежать вприпрыжку, поползти по земле, прыгнуть, хлопнув подошвами туфель друг о друга в полëте и дотянуться до неба. Видимо, его лицо полностью передавало эту палитру эмоций, потому что Джейс вдруг тихо продолжил: — Я скучал по твоей улыбке. Виктор снова был выбит из колеи, в который раз за эти две минуты и пару часов до их смерти. Что ему ответить? Джейс, не теряя времени, приблизился и медленно, словно давая время отстраниться, если не захочется, обхватил его, сгребая в медвежьи объятия. — Я так скучал по тебе, Виктор. Они стояли так пять секунд, десять, полминуты, минуту. Виктор, так и застывший в немом изумлении, неспособный переварить всë происходящее сразу, не до конца осознающий себя, никак не реагировал на действия Талиса, и мужчина начал неловко отстраняться. Это движение заставило Виктора прийти, наконец, в себя и крепко, насколько позволяло ему хоть и здоровое, но всë ещё худое и тонкое тело, обнять Джейса в ответ. Оба выдохнули от облегчения, прижавшись друг к другу. — Д... Джейс? — Виктор не мог говорить громче, но не знал, почему. — Да? — Прости, Джейс. Мне так... Так жаль. Я так виноват перед тобой, перед Пилтовером и Зауном... Перед всеми. — Виктор говорил сбивчиво и скомканно, с искренним сожалением и болью — Я почти уничтожил оба города, чуть не убил тебя, и всë ради... Ради того пустого идеала, который оставил бы после себя только смерть и скорбь. Я сожалею. Виктор почувствовал, как намокает рубашка Джейса под его лицом. Он плачет? — Ты не знал, Вик. Трансформации происходили против твоей воли. Если бы я поговорил с тобой, прежде чем... — голос Джейса звучал надломленно и горько. Виктор подумал, что ему не хватило сил договорить последнюю фразу — Если бы я послушал тебя с самого начала — всего этого бы не было. Это ты меня прости. По моей вине ты умер несколько раз подряд. — Так же, как и ты по моей. — То, что говорил Джейс, было слишком. Джейс не был виноват. — В любом случае, Вик. Знай, я не виню тебя. Никогда не винил. Никогда не стал бы винить ни в чëм из этого. Рубашка Талиса намокала всë быстрее, слëзы текли по лицу Виктора, не останавливаясь. Он ощутил влагу ещё и на своей макушке. Джейсу тоже было больно. Виктор так и не нашëлся с ответом. — Джейс. Где мы? — Только теперь он вдруг задался вопросом, который должен был закрыть в самом начале. Видимо, хекскристалл сохранил ему жизнь, но не пощадил когнитивные функции. Не смотря на свою заинтересованность, Виктор так и не прервал объятий, просто стоял, уткнувшись в плечо друга и наслаждался теплом Джейса. Слëзы всë продолжали течь, и он даже не пытался их остановить. Вместо Виктора голову поднял Джейс. Несколько секунд он оглядывал местность, а потом резко замер. Виктор моментально напрягся тоже, готовясь к чему-то неприятному. — Я знаю это место, Вик. Меня сюда перенëс... Ты. Виктор нашëл в себе силы закончить объятие и обернулся. — Всякое, конечно, бывало, но я не припомню, чтобы таскал тебя по цветочным равнинам. — Виктор слишком любил сарказм, чтобы отказаться от него даже в такой эмоциональный момент. — Я не про то, Вик. Ты из будущего спас нас с матерью от смерти в ледяной пустыне и перенëс на это самое место. Ты же видел, вспоминай. Действительно, поляна, покрытая цветами, была точь-в-точь той, куда перенëс маленького Джейса таинственный маг. Даже место приземления то же. Что ж, неплохой вариант. Гораздо лучше, чем Виктор мог рассчитывать. Только вот... — Что теперь? Джейс глянул на него вопросительно, словно Виктор сморозил какую-нибудь чушь. — Что теперь? — мало того, что не ответил, так ещё и повторил эхом его же вопрос. Виктор всë-таки не смог не закатить глаза. — Куда ты пойдëшь дальше? Вернëшься в Пилтовер, если мы, конечно, в нашей вселенной? Уйдëшь в путешествие? Останешься здесь? — Виктор пытался предположить, куда мог бы пойти Джейс. Чисто теоретически Виктору не было разницы, куда он отправится, когда они разойдутся, но эти расчëтные данные не сходились с реальностью — ему было необходимо знать, он чувствовал какое-то нездоровое любопытство: "А что Джейс будет делать, когда останется один?" — Почему "ты" а не "мы"? Виктор замер на середине логической цепочки. Видимо, это очередной талант великого Талиса — заставлять своего напарника шокированно застывать по два раза за минуту. — А почему нет? — Отвечать вопросом на вопрос оказалось забавно. — Потому что я не планирую оставлять тебя. Потому что всё это — Джейс махнул рукой, показывая, что именно — случилось из-за того, что я бросал тебя раз за разом, и больше я не повторю своих ошибок. Потому что я скучал по тебе. Потому что ты мне дорог. — в голосе Джейса звенела ярая уверенность, будто каждое слово он хотел отпечатать в сознании Виктора. — Но... — Виктор опять не нашëлся с ответом. Для него было как-то очевидно, что после того, что он натворил, Джейс едва ли будет рад остаться с ним. В конце концов, Джейс умер из-за Виктора. Аргументы, подобранные собеседником, тоже удивляли. Он мог ещё понять вину и неуместное чувство ответственности за "приручëнного" коллегу (калеку). Но "скучал"? "Дорог"? После всего? — Никаких "но", Вик. Единственный способ заставить меня уйти теперь — убедить меня, что ты действительно этого хочешь. На мгновение закралась мысль последовать совету. Встать в позу и отчеканить гордо: "С чего ты решил, что мне нужен кто-то вроде тебя? С чего ты решил, что я делал хоть что-то "из-за тебя"? Мир не крутится вокруг Джейса Талиса, и я тоже". Он уже почти приготовился произнести это, саркастично и раздражëнно. Потому что так будет лучше для всех. Так будет лучше для Джейса, вина не будет грызть его, заставляя торчать с осколком своего неудавшегося прошлого. Так будет лучше для него, не придётся помнить, что Джейс здесь из-за сожалений, не придётся терзать себя живым напоминанием о своих ошибках — следы его пальцев остались на лбу Джейса. Так будет... А будет ли? "Скучал", "дорог"."Скучал", "дорог". "Скучал", "дорог". Он вздохнул. Даже если выгнать Талиса и было бы лучшим решением, сейчас Виктор был не в состоянии отказаться от единственного, кто хотя бы делал вид, что дорожил им. — Хорошо. Я понял. — Виктор краем глаза увидел, как напрягся стоявший рядом Джейс, словно ожидая приговора — тогда... Куда мы пойдëм дальше? Мужчина сбоку выдохнул с видимым облегчением. На лице его расцвела радостная улыбка. — Знаешь, даже если бы я хотел уйти, я заметил, что это вне наших полномочий. — он кивнул на горизонт — видишь оптическое искажение? Оно выглядит странно, будто это какая-то... — Граница. А. Вот в чëм дело. Поэтому Джейс останется с ним — выбора нет. Обида и горечь, последовавшие за осознанием этого простого факта, были неожиданно сильными. Джейс ещё минуту стоял, рассматривая горы вдали и размышляя вслух. Виктор развернулся и пошëл в противоположную сторону, прихрамывая по привычке. Радость от новообретëнного тела поблëкла, вспомнилось, каких жертв оно стоило. Резко захотелось сломать что-нибудь. Желательно, собственную спину или, на худой конец, ногу. — Вик! Стой! Подожди! Куда ты? — Осмотреться, Джейс. Талис вырос перед ним стеной, не пуская дальше. — Вик, я не поэтому сказал тебе, что останусь, я увидел это только сейчас. Всë, что я сказал — правда. Я не хочу уходить. Удивительно. Основную часть времени Джейс был невыносимо невнимателен к эмоциям других людей, вëл себя как увлечëнный чем-то ребёнок, плевал на всех вокруг. Теперь же он каким-то образом прочëл его мысли, не иначе. По-другому Виктор не мог объяснить его проницательности — все эмоции из голоса он предусмотрительно исключил. Нет, правда удивительно. Виктор, казалось, исчерпал свой запас удивления на ближайшие пару недель, но Талис снова выбил почву у него из под ног. Ну правда, сколько можно-то? — Виктор, ты должен мне поверить. Пожалуйста, поверь, я не стал бы лгать в этом. Я действительно дорожу тобой, ты важен для меня сильнее, чем я могу выразить в словах. Виктор не мог ответить. Просто не мог. Ушедшие слëзы снова навернулись на глаза. Джейс положил руку на его затылок и снова прижался лбом, закрепляя результат. — Да... Я... Я верю тебе. Виктор вскоре отстранился, пытаясь всë-таки вернуться к рациональному мышлению. — Разве на той поляне было озеро? Джейс повернулся вслед за ним. — Не помню, мне не до того было. В любом случае, это отлично, раз мы здесь останемся. — Действительно. Они молча пошли к водоëму, размышляя каждый о своëм. Ветер дул навстречу, поднимая длинные волосы и освежая. Пусть груз вины никуда не делся, но к Виктору всë равно медленно возвращалась радость. Вдруг поток воздуха донëс до ушей хриплый тихий голос. Dear friend Что за... Across the river Виктор был уверен, что аркейн-видения больше его не тронут, так какого чëрта? My hands Он сходит с ума. Точно. Are cold and bare С другой стороны, после всего произошедшего сумасшествие — самый логичный исход. Dear friend Виктор оглянулся на Джейса. Что ж, или они оба слетели с катушек, или это проделки Аркейна, или в их милую изоляцию залетел кто-то ещё. Across the river — Смотри, Вик! Там кто-то есть! I'll take Действительно, на берегу озера под раскидистым деревом сидел синий тонкий силуэт. What you can spare Силуэт поднялся, синие волны водопадом растеклись по невысокой фигуре. Паудер? I ask Джинкс? Of you a penny Джейс внезапно ломанулся к ней на полной скорости. Узнал? Наоборот, не понял? My fortune, it will be Девочка, пошатываясь, пошла к воде. Виктор последовал за Талисом, ускоряясь. I ask Голос больной, такой сломленный. Не к добру. You without envy Ощущения от бега в здоровом, собственном теле были бы незабываемы, если бы не причина. We raise Но как она оказалась здесь? No mighty towers Причуды Аркейна? Опять? Our homes Надо же, она совсем ребëнок, лет семнадцать. Are built of stone Она приближалась к берегу, медленно и почти размеренно. So come Джейс бежал так быстро, как только мог. Across the river У края она остановилась. And find Джейс уже почти рядом, Виктор чуть отстал. The world below. Девочка стояла ещё несколько секунд, Виктор уже решил что всë обойдëтся. В неестественной тишине еë усмешка отдалась эхом, ударив по ушам. Она прыгнула. — Неет! Джейс, не останавливаясь, влетел в воду за ней. Там, должно быть, глубоко. Виктор не умел плавать, так что затормозил перед самой кромкой воды. Синие волосы слились с водой, будто эта маленькая террористка была на самом деле духом этого горного озера. Джейс плыл за ней на глубину. Брызги и пена загородили вид. Виктору оставалось только ждать. Через минуту на поверхность всплыла тëмная макушка. — Где она? — Виктор мало успел узнать о ней, но волнение всë равно сковало его тело дрожью. Джейс молча поднялся из воды по грудь. В его руках была бледная девочка с синими волосами. Минута — и Джейс находит пологий берег, где можно вылезти. Ещё минута — они уже там, Джейс откашливается, Джинкс лежит неподвижно. Когда Джейс приходит в себя, он тянется к девочке. Виктор запоздало понимает, что едва ли "пилтошка" в мëртвом мире научился оказывать первую помощь, а вот в Зауне этот навык был абсолютно необходим любому. Виктор резко отмирает и кричит: — Положи еë лицом вниз поперëк колена! Не так! Да, верно. Бей по спине! По спине бей, сказал! Не сломаешь. Когда Джейс начал делать искусственное дыхание, Виктор без раздумий спустился помочь. Сто двадцать нажатий, два выдоха, сто двадцать нажатий, два выдоха, сто двадцать нажатий, два выдоха, ну же, просыпайся! Прошло уже минуты четыре, они с Джейсом успели дважды поменяться. Виктор решил, что, вероятно, уже поздно, готовился сказать Джейсу, как синий под ним всколыхнулся. Она подскочила, со всей силы ударившись с Виктором головами. — Нет! Нет! Нет, пожалуйста! Не надо, нет, уйдите! Джейс еле успел перехватить еë, рванувшуюся обратно к воде. По щекам еë, смешиваясь с пресной водой из озера, струились солëные слëзы. Она завыла, громко, протяжно, как загнанный зверь. — Неет! Пусти! Пусти! Голос еë затихал, она вырывалась всë слабее, но продолжала плакать. — Пусти... Пусти... Наконец, она затихла, безвольной куклой осела на землю. Виктор только теперь в достаточной мере пришëл в себя, чтобы хоть как-то отреагировать. Он встал на ноги, но пригнулся и поднял руки, надеясь хоть как-то еë успокоить. — Всë хорошо, всë хорошо, слышишь? Джейс последовал примеру Виктора, опустился на колени рядом с трясущейся девочкой и обнял еë. — Почему не дать мне умереть? Я устала. — хрипло, горько. Сломленно. — Всë закончилось, здесь ты сможешь отдохнуть, всë закончилось, Джинкс. Виктор понял, что ошибся через секунду, когда она дëрнулась от своего имени, как от пощëчины. — Я не могу, прошу, хватит. — она затихла, только слëзы продолжали течь по щекам, отражая синеву неба в ярких голубых глазах. Голубых, не розовых? Видимо, Аркейн излечил и еë. — Хорошо, всë уже закончилось. — Всë закончится, пилтошка, когда я умру. Помнишь, как меня зовут? В чëм смысл? Думаешь, я не пыталась избавиться от этого, жить по-нормальному? И что в итоге? Слëзы иссякали, во взгляде оставалась выжженная мучениями пустота. Я должна умереть, чтобы всё закончилось. — Ты знаешь, где мы? — Виктор решил зайти с другой стороны. Она огляделась по сторонам. — Нет. — Это пространство, созданное Аркейном. Мы не в Рунетерре. Здесь твоë проклятие не подействует, обещаю. В любом случае, не уверен, что Аркейн даст тебе умереть — едва ли отсюда работает экспресс-доставка к Киндред — Виктор пожал плечами, ловя мрачный взгляд Джейса. — Хах. Видимо, умереть мне действительно не дано. Чудесно. Джейс взял еë ладони в свои, помогая подняться на ноги, и обнял еë снова. — Вы разве забыли, что я сделала? — она с подозрением косилась то на одного мужчину, то на другого — Ну, там... Несколько террактов, война и прочие забавные мелочи? Джейс хмыкнул. — Мы и сами не без греха. К тому же, раз уж нам предстоит вечность быть здесь, злиться друг на друга — не лучшая идея. Однажды я прощу тебя полностью, я уверен. А пока — пойдëм. Джейс отпустил еë и зашагал в направлении неисследованной местности, девочка медленно последовала за ним. Виктор мягко улыбнулся, глядя на них и пошëл следом. Почему-то Виктор почувствовал, поверил, что теперь всë точно будет хорошо. Однажды и в их пустоши начнëтся цветение.