Яд моего сердца

POV Амала.. Аромат сандала и роз впитался в вечерний воздух, как древний шепот. Все вокруг, было словно из фильма: гирлянды из календулы, висящие над входом, мягкий свет фонарей, музыканты в углу, перебирающие струны ситара. Дом был полон гостей, собрались все высшие чины дюжины, были абсолютно все. Женщины в ярком сари, мужчины в дорогих шервани. Все приветствовали друг-друга, улыбались, обсуждали дела дюжины. Где-то вдалеке я заметила Кирана, который отчужденно стоял в стороне, уверена, атмосфера ему уж точно не нравится. Поймав мой взгляд, брат постарался улыбнуться, дабы подбодрить меня, в ответ и я улыбнулась ему. Сердце сжимается. Далее, я вижу семью Дубей. Вижу бабушку и Девдаса, обсуждающих, скорее всего дела дюжины. В моменте ко мне подходит Айшвария из семейства Рай. Я поздоровалась с ней. –Намастэ.—сложила я руки, вежливо улыбнувшись.  –Вы очень красива. Поздравляю вас с «Рокой». Да сделает богиня ваш брак счастливым. А где ваш будущий муж?—спрашивает она. Я растерялась.  –У Амрита возникли кое-какие дела. Он прибудет немного позже.—слышу властный голос бабушки. Я выдохнула.  –Ох, госпожа. Прошу простить мое любопытство.—замешкалась госпожа Рай. На что бабушка лишь кивнула, та помчала прочь. Бабушка взглянула на меня своим строгим взглядом.  –Будь увереннее, Амала. Ты–Басу. А в ближайшем времени ещё и Басу-Дубей. Ты никогда не должна теряться перед такими людьми как семьи из дюжины.  Я кивнула. Уж сегодня я не хотела вступать с ней в конфликт.  –Ах да, улыбайся. Сегодня ты невеста, все внимание на тебе.—сказала бабушка и ушла принимать гостей дальше.  Я бродила по залу, принимая поздравления, но внутри я негодовала . Как можно так наплевательски относиться к своей же церемонии? Как будто это церемония только моя. Когда я пребывала в таком негодовании, мама заметив это, отвела меня в сторону.  –Что-то не так?—мягко спрашивает мама. Я задумавшись, отвечаю: –Все не так, мам. Все неправильно. Я…не могу.—голос дрогнул. Никакой трагедии. Только маленький срыв.  –Я не чувствую себя собой. Я просто картинка, на которую смотрят, оценивают.  Мама тихо, как всегда, подошла ближе. Положила руки мне на плечи. Никаких упреков, ни одного «успокойся», «перестань», «не порть момент». Только тепло. Мягкое, безусловное, родное.  –Ты знаешь, почему сари так тяжело носить?—ни с того, ни с сего спрашивает мама. Я недоумеваю. Мама по доброму улыбается –Я отвечу. Потому что на нем — честь. Рода. Женственность. Гордость. Но ты, моя девочка, несёшь всё это не на ткани. Ты несёшь это в себе. — Ты можешь чувствовать тревогу, — продолжила мама. — Можешь злиться. Можешь не понимать. Но ты идёшь туда как женщина, которая знает себе цену. Не потому что тебя выбрали. А потому что решила ты.  –Так он ещё и опаздывает… –Пусть опаздывает. Это его беда, не твоя. Его инициатива. Он придет.—заверяет мама.   Я не сдержавшись, обняла маму. Просто так, без слов. И в этом объятии я  впервые за день  почувствовала себя не невестой, которую показывают гостям, а дочерью, которую любят без условий. Без масок. По настоящему. А значит,  я справлюсь, даже если все пойдет не так.  –Ну давай, ступай. —аккуратно подтолкнула меня мама.  Я стояла молча в сторонке, наблюдая , на всё движение в доме, когда ко мне подошла Рани.  –Госпожа, он в доме, вас просят подойти к порогу.—тихо сказала она. На это , я лишь молча кивнула, и пошла.  Внутри меня все сжалось, сердце забилось быстрее. Через несколько мгновений я увижу человека с кем вскоре я свяжу свою жизнь.  Он появился, как и ожидалось. Холодный, уверенный, с прямой спиной и надменным выражением. Амрит. Он был в темно-вишневом шервани с золотым узором. Ни одной лишней складки, ни капли волнения. Он пришел, как человек, который здесь не по выбору, а по обязанности. Взгляды пересеклись. Амрит задерживает на мне взгляд, долго и бесцеремонно. Уже в эту секунду, я поняла:он не рад этой встрече. Не потому что я ему не понравилась, а потому что он из тех, кто вообще не считает нужным радоваться тому, что решили за него.  Он подошел медленно, будто взвешивая каждый шаг. Прямо. Без улыбки.  –Ты и есть Амала?—спросил он, глядя в глаза. Живот скручивает комом от волнения.  –А ты, должно быть, Амрит?–так же спокойно отвечаю я.–Смотрим друг на друга как на заказанные блюда из меню? Его брови чуть приподнялись. На секунду, он будто удивился. Потом снова стал холодным.  –Я просто не люблю сюрпризы.—бросил он.  –Странно. Ты ведь сам-один сплошной сюрприз. Церемония началась. Пандит пел мантры. Женщины вокруг кидали лепестки. Нас подвели друг к другу, в центр всего внимания, под благословения и взгляды десятков людей. Он надел на меня гирлянду, с ленивым движением, нагло смотря мне в глаза. Я ответила тем же, но с такой холодной четкостью, что воздух между нами стал ледяным. Мы стояли рядом, почти плечом к плечу, но будто на разных берегах.  –Надеюсь, ты умеешь вести себя как положено девушке.—вдруг сказал он во время ритуального обмена подношениями. Я даже не удивлена его словам. –А ты умеешь вести себя как человек, а не как продукт политического слияния родов? Он замер. Улыбнулся—тонко, опасно.  –У тебя острый язык. –А у тебя обостренное чувство собственной важности.—равнодушно парировала я.  Когда церемония закончилась, все хлопали, поздравляли, а я стояла чуть в стороне. Рядом был мой жених. Но от него веяло не теплом, а холодным превосходством. Праздник продолжался, но между нами стояла стена. Ни нежности, ни доверия, ни даже неловкости. Только холод. И разочарование.  Мы встретились в день, когда судьба должна была нас связать. Но, вместо уз, возникла трещина.  Всё закончилось. Смех растворился. Гости покидали дом, оставляя за собой следы ароматов, рассыпанные лепестки, и приглушенные разговоры, как эхо прошедшего спектакля.  Я устало стояла у лестницы, наблюдая за покидающими дом гостями, когда он подошел ко мне. Его появление, было как наваждение. Он подошел сзади, мягко,бесшумно. –Ну что, невеста—издевательским тоном начал он.—понравилось быть в центре внимания? Он встал чуть ближе, будто это-уже его право.  –Люди говорят что ты прекрасна. И знаешь… –Я тоже думаю что ты будешь смотреться красиво. Особенно без всего этого золота. И без одежды.—ухмыляется он.  Слова резанули слух. Я чувствую как меня бросило в жар. Не от флирта, не из страсти. Из власти, из уверенности, что я-уже его. Я медленно повернулась. Посмотрела прямо в глаза.   –Забавно.—сказала я.—ты весь вечер толком не говорил ничего, и вдруг заговорил, когда дело дошло до того, что под сари.  Он усмехнулся, не отводя взгляда.  — Под сари — то, что скоро станет моим. По обряду. По праву. — Нет, — прошептала я спокойно, — по договору. Я подошла ближе. — Но есть разница между “взять” и “получить доступ”. Ты можешь получить тело. Но чтобы хоть раз прикоснуться ко мне — как к женщине, а не к вещи — тебе придётся вырасти. Сильно.  Он молча усмехнулся, чуть склонив голову. — Посмотрим. Я не из тех, кто просит. Я беру. — Да, я вижу, — холодно ответила я. — Уверенность, не основанная ни на чём, — твоя самая крепкая черта. Он посмотрел на меня, окинул взглядом. Пошлый. Присваивающий. И ушёл. Ни “до свидания”. Ни “спокойной ночи”. Просто как хозяин, который удостоверился что «товар на месте». Я вошла в комнату,  Закрыла дверь. Опёрлась на неё спиной. И только тогда позволила уверенности сползти с моего лица. Он сказал это, просто. На полном праве. С уверенностью, что имеет меня. Не как женщину. А как обязанность. Как тело. Как трофей. Она скинула сари. Медленно. Словно оно жгло кожу. Я не принадлежу ему. И если он думает, что брак — это лицензия на пошлость, он ещё не понял, с кем связался.