Любовь Божественному противоестественна.

Анна понятия не имела, как следует вести себя после того, как покинет кабинет. Она казалась слишком довольной и румяной для той, что только отвела демонессу от возможной катастрофы. Первой к столу вернулась Лэйн. С пугающим спокойствием приближаясь к Пилеону, который тут же поперхнулся, она нависла над демоном так, что молодой бессмертный буквально ощущал покровительницу за своей спиной. — За мной, — строго и холодно прошипела демонесса, игнорируя полную тишину за столом и направленные на них взоры отряда. Пилеон напряжённо осмотрел присутствующих, взглядом ища Анхею. Та переговаривалась с Кирой о какой-то книге, и на его несчастье, точно не слышала, о чем говорила Лэйн. Всё, что демону оставалось делать – виновато опустить голову и последовать за Панорой. Анна выскочила из хранилища в то же мгновение, когда оба демона покинули здание. Анхея сразу подметила растерянный вид докторки и, хитро прищурившись, добродушно улыбнулась: — Выглядишь вымотанной. Щёки совсем раскраснелись. Будто марафон бежала. Она тебе не навредила? Нервно потирая шею сквозь ткань водолазки, Анна неловко прокашлялась и выдохнула так тяжело и судорожно, словно взаправду сейчас пробежала метров двадцать: — Навредила? Нет-нет, просто... — Задумавшись, она хмыкнула, складывая руки на груди, — С чего ты вообще взяла что я вымотанная? — У тебя очки запотевшие, — с усмешкой подметила ангел, — и волосы выбились из хвоста. — Мы повздорили, но... — Потирая очки уголком водолазки и поправляя хвост, Анна слабо улыбнулась, — У Лэйн всегда был проблемный характер, а став демоном так и вовсе... — О, боже! Кира испугано схватилась за воротник водолазки докторки, оттягивая край, и ахая. Ангел лишь кинула короткий взгляд на синяки на шее Анны, однако промолчала, когда та, будто ошпаренная, отскочила от девушки и вновь натянула ткань почти что до подбородка: — Анна, она душила тебя? Твоя шея... — Я в порядке, Кира. Не вздумай поднимать эту тему, у нас и так проблемы с бессмертными. Анхея весело ухмыльнулась, очевидно распознав в обычном синяке – засос, но виду не подала, за что Анна, кажется, была безмерно благодарна. Молча пожимая плечами, Кира неодобрительно хмыкнула и вернулась к столу, услышав свое имя из уст Дмитрия. Анхея пихнула Анну в плечо, почти шепча: — Ты особенная, если умудрилась пробраться в сердце Паноры, — докторка хотела что-то сказать, но Анхея тут же ее перебила, — это не мое дело, но, как вижу, у тебя есть вопросы, на которые она ответ не даст, так? Кивком поблагодарив Ноа, угостившего девушек импровизированным подобием мороженного, Анна выдохнула, кивая: — Да, но... — она вздохнула, и вздох этот вышел слишком безысходным, — настолько очевидно? — Шутишь? Она позволяет тебе то, за что мы бы с Пилеоном давно уже были бы мертвы. К слову, о нем... Сделав несколько шагов в сторону отряда, ангел оглядела помещение, и, не найдя взглядом демона, непроизвольно вгляделась в окно. Дождь. Под не понимающий взгляд докторки, Анхея в панике поспешила к выходу, но резко остановилась, стоило расслышать доносящийся сквозь шум воды, знакомый голос. Пилеон. Парень стоял за углом, и толком не успел понять, что происходит, когда ангел набросилась на него с объятиями, причитая: — Ты в порядке, – ангел обхватила демона за лицо, заправляя прядь его темных волос за ухо, — Что произошло? Где остальные? Пилеон мельком взглянул на стоявшую позади Анну, пока Анхея поверхностно осматривала его на наличие травм: небольшие царапины и синяки имели место быть, но не больше. — Панора приказала мне вернуться. Князь здесь. Я не смогу противостоять ему, и теперь понимаю, почему она отослала меня. Оба бессмертных вновь обратили внимание на барабанивший за окном дождь. Отряд, тем временем, неспешно раскладывал остатки еды по полкам. Анна, не выдержав неизвестности, в несколько шагов оказалась возле товарищей и тряхнула демона за плечи: — Почему вы так глазеете на дождь? Пилеон поджал губы в явном нежелании что-либо говорить, а потому, переглянувшись с Анхеей, ответила сама: — Когда могущественные бессмертные сходятся в сражении, Бог посылает сильный дождь, чтобы смертные укрылись и не попали в эпицентр. — Я дождусь их, — встряхнув крыльями, демон занял место в углу помещения, и в ожидании, скрестил руки на груди. Анна растерянно смотрела то на ангела, то на демона, и не знала, что думать. Пилеон, очевидно, либо слишком боялся Лэйн, либо слишком уважал, и поэтому не посвящал докторку в дела бессмертных, а Анхея... Ангел сочувствующе коснулась её плеча, а затем подсела к демону и уложила голову тому на плечо, прикрывая глаза. Веселье утихло сразу же, как только отряд разошёлся по своим комнатам, но только Анна, теперь уже переживающая за Лэйн и полная решимости дождаться её, не могла найти себе места и последовала примеру бессмертных. Ледяные капли дождя стучали по земле, разделяя трёх бессмертных на две баррикады. Два демона и ангел возвышались на обломках разрушенного города, готовые в любой момент вступить в бой. Панора величественно взмахнула крыльями и не менее устрашающе материализовала в руке своё копьё. Расстояние между бессмертными хоть и было достаточно большим, но Лэйн чётко услышала, как воздух разрезал высокомерный голос напротив: — Приятно снова видеть тебя в полной мощи, Панора. — полный огня взгляд демона метнулся в сторону ангела, — И что же, тебя тоже, братоубийца. Каин метнулся в сторону бессмертного, но в мгновение ощутил, как демонесса перекрыла ему путь копьём, вынуждая остановится. Демон хохотнул, скользнул по крышам разрушенного Нью-Йорка, оказываясь сразу же подле некогда товарищей по службе. Прерывая вспышку гнева Каина, Лэйн бросила безразличный, даже скучающий взгляд на демона: — Не тебе судить о предательстве, переметчик. Почём обязаны визитом? — Посылаешь своего воспитанника следить за мной, и спрашиваешь почему я здесь? Мир людей и впрямь меняет тебя, Лэ-э-й-н. Каин хмыкнул себе под нос, смеряя демона алым от гнева взглядом и впервые вмешиваясь в разговор древних: — Ты слишком разговорчив, для простого казначея, Астарот. В глазах мужчины блеснул озорной огонёк, и было то от гнева, или же от забавности ситуации, могла понять лишь Панора, теперь молчавшая. Демон наигранно выразил на лице сочувствие, материализовав в ладони меч и касаясь остриём плеча Каина, продолжил: — Аналогично, сын Евы. Ты так вырос с нашей последней встречи, — Астарот подлетел вверх, склоняясь над еле сдерживающим гнев Каином, – Веси, недавно удалось побеседовать с одним убиенным. Давно ли ты посещал убитого тобою Авеля? Его душа так невинна и несчастна в этих вечных оковах... — Достаточно, — воздух пронзил холодный тон, когда Лэйн, коснувшись копьём земли, создала ударную волну, что была способна оттолкнуть демона. Астарот, вечный любитель обсудить падших и не извергнутых, вступиться за сторону обвинителей и соглядатаев, оголил меч против своей вечной подруги и вечной противницы – Паноры. — Уступи мне маестат, Панора, и о твоих жалких попытках вписаться в мир смертных никто не узнает. Ты уже отслужила своё. Безумных смех раздался над ухом Каина, и становился всё ниже и устрашающе с каждым мгновением. Тело демонессы покрывала алая пелена, а на волю прорывались очертания черепа взамен лица: — Астрат, ты всё так же глуп и заносчив, — её голос эхом раздался, казалось, на несколько сотен километров, когда демонесса приняла боевую стойку. — Я тысячи лет, с сотворения сего мира служу при нашем Владыке, и никто не смеет сомневаться в моей компетенции. Каин резко взмахнул крыльями, оказавшись подле Паноры и хватая ту за плечо, будто пытаясь остановить от возможных разрушений. Он знал, к чему может привести сражение столь древних бессмертных, а потому пытался призвать к благоразумию демонессы: — Лэйн, своей битвой вы можете задеть укрытия смертных. И ради чего, гордыни? — Ради уважения. Тон, с которым та произнесла эти слова, в миг убедили ангела не только не вмешиваться, но и помочь – ведь за то время, что он пытался остановить её, Астарот призвал с дюжину отродьев, что ожидали приказа. — Участок, — тихо сказала демонесса, — прежде чем вернёшься, убедись что мы его не задели. Каин, молчаливо кивнув, распахнул белоснежные крылья за своей спиной, разрубая ими воздух и уводя отродьев за собой прочь – в момент, когда два могущественных демона сошлись в столкновении, а земля под ними содрогнулась. Потребовалось всего лишь несколько близких ударов, чтобы бессмертные взлетели выше и, подобно божествам, вознеслись над облаками. Их сражение больше напоминало игру: вспыльчивый и полный энтузиазма казначей разрезал небо пылающим огнём мечом воздух, в то время как Лэйн это было весельем – демонесса не шелохнулась даже на дюйм, когда мимо её лица пронеслись лезвия пламени. Напротив, она резко рванула вперёд, маневрируя между непрерывными атаками лишь для того, чтобы оказаться у Астарота за спиной и, вложив в копьё всю свою ярость, ударить демона аккурат по крыльям; с такой мощью, что тот оказался откинутым к ближайшей горной вершине. Выпрямив крылья, демон поспешил подняться, а момент когда с неба уже был нанесён новый удар – на скорости присущей древнейшим бессмертным, Лэйн прокрутила копьё в руке, и безразлично воссоздала вокруг мужчины алый огонь, выбрасывая оружие в противника. Ланец врезался в меч демона непосредственно остриём к лицу, обжигая того адским огнём и вынуждая Астарота зашипеть: — Ты была человеком три года, какого дьявола твоя сила всё ещё с тобой! Как же ты меня раздражаешь. Едкая ухмылка коснулась губ демонессы в момент, когда глаза сверкнули адским пламенем, а ладонь, что была выставлена вперёд, будто телепатически усиливала напор копья, которое казначей лишь через время выбил из-под влияния Паноры, запустив его в склон рядом и вызвав этим взрыв: — Не стоит ненавидеть меня за это, Астарот. — ухмыльнулась та, в рывке приземляясь рядом и придавливая крыло демона ногой, — Ты не усвоил один урок, который я давала тебе все прошлые разы, — когда копьё по воле Лэйн вернулось к ней в руку, она проткнула им живот Астарота, медленно прокручивая горящий в пульсирующей, кровоточащей плоти наконечник. — Твои эмоции обратно пропорциональны твоим знаниям: чем меньше ты знаешь, тем больше распыляешься. Небо окрасилось в красный цвет, привлекая внимание бессмертных что ждали в лагере, и само собой, Анны. И без того будучи на нервах, докторка чуть ли не подскочила на месте, с силой тряхнув Пилеона за плечи: — Отвечай сейчас же, что это всё значит! Переглянувшись с ангелом, он тихо ответил: — Они используют силу первородных, — поймав на себе вопросительный взгляд, Пилеон вновь пояснил: – Панора и Князь не такие, как мы. Как бы объяснить... То, что ваши священные писания говорят о создании Рая и Ада и появлении первого человека... Лэйн видела собственными глазами и была непосредственной участницей тех событий. Ангел успокаивающе коснулась плеча Анны, уливливая в голубых глазах выражение беспокойства и шока. Анхея поддерживающее выдохнула тихое: — Нам остаётся только ждать, И вернулась на скамью, в ожидании возвращения товарищей. Ответ демона вызвал у Анны лишь больше вопросов, однако сразу осознав, что сам парень на них не ответит, она решила выяснить хоть что-то у ангела, которая может и не всё, но что-то знать должна была. И как только Пилеон скрылся за дверьми участка, сославшись на облёт территории, докторка сразу подсела к Анхее: — Я, может, и знаю Лэйн, но... Панора, какая она? Ты ведь знаешь её. Ангел задумчиво почесала бровь и изучающим взглядом скользнула по Анне, прежде чем ответить: — Ха... Полагаю, лучше всех, знала её Ева, но, по моему скромному мнению, Панора – самое умалишённое, помешанное, чёрствое и безжалостное существо среди всех миров. Хотя и не мудрено, — пожала плечами Анхея, — Кажется, сейчас идёт десятое тысячелетие ее жизни, и потеряй столько близких... Не уверена, что даже моё сердце выдержало бы столько боли. Анна, ошарашенно моргнув, переспросила: — Прости, что? Ты хочешь сказать, что Лэйн десять тысяч лет? — Не уверена, на самом деле. Около того? По крайней мере, когда Пилеон познакомил меня с ней, ей было девять тысяч и четыре сотни. Анна молча открыла и закрыла рот, не сумев подобрать слов. Анхея говорила это так уверенно, что у докторки не могло возникнуть сомнений – Лэйн являлась тысячелетним высокопоставленным демоном, которая по какой то причине влюбилась в неё, заурядную и ничем не выделяющуюся смертную. С улицы продолжали доносится взрывы и хлопки, которые то и дело прерывались – видимо, когда истерзанные друг другом демоны, истекая кровью, прерывали бой чтобы передохнуть. Пилеон хлопнул дверью, привлекая внимание девушек и лишь безразлично хмыкая на немой вопрос Анхеи «Ну что там»; стряхнул с крыльев снег, отчитался: — Взорвано несколько небоскребов в округе, может случиться лавина, стоит быть готовыми. — Ты уверен? Демон пожал плечами, хватая со стола какой-то кусок хлеба и тут же съедая его. Анна, до этого молчавшая в попытке осознать услышанную информацию, осмотрела пришедшего, а после и вовсе вновь полностью обернулась к Анхее: — Ты сказала: Ева. Та самая Ева? Которую называют первой женщиной? Ангел хотела ответить, но за окном раздался очередной хлопок и снег, подобно морской волне, с сумасшедшей скоростью начал спускаться к участку, поглощая собой и без того разрушенные здания. Мгновение – и всё погружается в снежную бездну.