Любовь Божественному противоестественна.

Астарот был зол. Ему пришлось позорно сбежать с поля боя, чтобы сохранить собственную жизнь. «Какого дьявола?! — рычал он, обращаясь в пустоту разрушенного склада, глядел под ноги, рассматривая припорошенные пылью камни и осколки. — Всё повторяется. Она же должна быть слабее... Та девка в их отряде, нужно узнать о ней больше». Облачившись в дырявые тряпки, что скрывали чёрные, как ночь, сломанные крылья, Астарот бродил из угла в угол, продумывая как подкрасться ближе к Паноре не привлекая внимания бессмертной. «Каин? нет, слишком привязан. Та девка крылатая тоже не подчинится. Остаётся разве что...»        Демон ухмыльнулся собственным мыслям. В голове всплыл портрет мальчишки, чьё имя едва удалось вспомнить. Пилеон. Сколько казначей помнил его службу при Сатане, юный демон всегда держался близ своей покровительницы. Где-то казначей слыхал, что тот даже искал кого посильнее себе на замену, в момент, когда Панора оказалась в шаге от провала, из последних сил удерживала в своих руках власть, дитя Ада искал поддержки у высших чинов Преисподней. Сыграть на страхе юноши остаться без поддержки более сильного демона, посеять сомнения, заставит предать Панору и с его помощью медленно вонзит в спину демонессы нож – до смешного элементарно, и как же хорошо.        Так и повелось. Со временем, обретя хоть какое-то подобие уверенности в своих силах, Астарот связался с Пилеоном, когда тот был на облёте. Пообещал одарить богатством, что тот прежде не видал и с каждой новой "случайной" встречей ставил под сомнение власть Паноры, аргументируя это обретённой ею человечностью. Расспрашивал о тех людях, что вечно будто хвостом ходили за бессмертными, и когда Пилеон обмолвился об одной смертной...        Панора никогда не ошибалась, однако сейчас совершила единственную ошибку – оставила предателя без присмотра.        — Где-то здесь, — угрюмо обвела взглядом район Лэйн, обращаясь к только что приземлившемуся рядом ангелу, — он был здесь. Но не один. Его энергия смешивается с другой и перебивает её, не могу понять кому вторая принадлежит.        После ухода из базы «Адам» Каин и Лэйн, как та и обещала, начали охоту на Астарота. Проклятое чувство слежки не покидало демонессу всё время, но она не могла понять откуда оно. Злилась, проклинала себя за то, что отвлеклась, поддалась чувствам. Но и отказываться от них не хотела.        — Работа с охотником – думаешь, это то, что нам нужно?        — Они посеют сомнения между собой сами, будут гадать кому можно доверять, кому нет. А мы будем наблюдать, пользоваться этим временем.        Со спины показались силуэты заражённых солдат, но бессмертные не шелохнулись. Воздух разрезал хладнокровный приказ демонессы: «Убейте друг друга,» — и те повиновались, на потеху Паноры терзая друг друга. Когда же ей наскучило зрелище побоища умалишённых, Лэйн раздражённо хмыкнула и без лишних слов продолжила поиски своего заклятого врага, а точнее сказать – соперника.        Пилеон и Анхея, по просьбе генерала, укрепили крышу, совершили облёт, опасаясь отродьев, а по возвращению Дмитрий устроил бессмертным допрос. Ни демон, ни ангел, очевидно, не желали отвечать на вопросы кого-либо и всё же Анхея оказалась слишком доверчивой и мягкосердечной. Принесла лекарства, бинты, которые смогла найти, и помогла обработать раны каждого участника отряда, нуждавшегося в помощи. Кто-то прикрыл глаза и задремал, кто-то, например Ноа и Кира, убивая время, пытались избавиться от воды в помещении. Вокруг бессмертных остановились трое: Анна, Ян и Дмитрий, причем последние двое и вовсе не разговаривали друг с другом с момента "предательства" охотника. Звенящую, колючую тишину прервала Анна, ведь обстоятельства требовали раскрытия секретов, как земных, так и небесных, прежде чем действовать в тех или иных интересах. Ян выразил свою готовность помочь в любой ситуации и предложил организовать дополнительные меры безопасности, чтобы предотвратить возможные угрозы. Дмитрий, сохраняя молчание, пристально наблюдал за всеми и принимал решения в уме. Хмурая, напряжённая атмосфера, как и всегда, преследовала отряд по пятам. Анна коснулась резко заболевшей головы и пошатнулась, хватаясь за стоявший рядом металлический, ржавый стол, в попытке сохранить равновесие. Анхея быстро оказалась рядом с девушкой, взяла её под руку и повела на улицу.        Девушек окутала морозная свежесть, докторка вдохнула холодный воздух и от чего-то ей вспомнился металлический запах крови.        — Анхея, а бессмертные могут любить? — несмело окликнула Анна Анхею, пока та всматривались за горизонт, предчувствия что-то.        Плечи девушки-ангела вздрогнули и напряглись, будто её застали за чем-то постыдным:        — Бессмертные, или демоны? — весело вскинув бровью, проговорила Анхея, подразумевая едва ли не физически ощутимую связь между Панорой и докторкой. — Глупость. Любовь всему божественному противоестественна. Мы созданы для высших целей.        Анна поникла, но собеседница тут же добавила:        — Однако всегда и во всём бывают исключения.        Их внимание привлек звук с улицы. Все участники отряда тут же взяли свои оружия и были готовы прятаться в укрытиях, готовясь к защите. Пилеон выглянул наружу и тут же оказалось, что это были всего лишь дикие звери, напомнившие, однако, каждому о постоянной опасности, находящейся вокруг. Тишину прервала Анна, окинув взглядом демона и обращаясь, отчего-то, именно к нему:        — Итак, вы знали о Донован?        Демон молчал. И ответа не нужно было, чтобы понять, они узнали раньше. А Пилеон узнал о судьбе Ады и отстранился: замкнулся, сдерживал порывы гнева, направленные на людей, а помогал лишь потому, что приказ.        — Нет.        Ложь. Но кто докажет? Вот Пилеон решил не удостаивать людей ответом – будто о чём-то вспомнив, встрепенувшись и наскоро попрощавшись с Анхеей, засобирался на встречу с тем, кому теперь рассказывал об отношениях в отряде, докладывал о действиях бессмертных. И только после, как и попросила Анна, позже он передаст ее сообщение пока ещё своей Покровительнице.        Ад обернулся против Паноры. Отступники, посланные Астаротом в попытке отвлечь, вымотать Лэйн, нападали один за другим, стоило демонессе спуститься туда, где творился хаос. Одно такое столкновение в глубинах Преисподней и привлекло внимание отродьев, что стали не только свидетелями битвы бессмертных, но и вышли на охоту, прорываясь стаями сквозь разломы. Эта битва между демонами началась в мрачном и пустынном мире подземных глубин. Демоны вокруг вопили и ревели, выпуская огненные снаряды и металлические клинки друг на друга, безжалостно и безвозвратно разрывая плоть друг друга. Один из таких, с огненными глазами и крыльями из черного дыма, возглавлял атаку, стремясь покорить всех своих врагов и подчинить себе.        Бои продолжались бы веками, оставляя после себя разрушенные земли и пепелища там, где когда-то цвела мёртвая тишина, если бы она не вмешалась туда. Туда, где каждый удар был смертельным, ведь демоны не знали усталости или страха и оставляли в конечном итоге за собой лишь пустоту и разрушение.        План был абсолютно прост: навестить Господина, внести сомнения в полномочиях нынешнего казначея и привлечь тем внимание Астарота. Сыграть на его тщеславии, что тот так удачно пытался скрыть, пока Каин подкараулит демона и проследит за ним, пока Панора наводила беспрекословный порядок в подземных владениях. И только когда голодные отродья покинули разлом, с новой силой, ангел попытался предупредить бессмертных, охранявших убежище смертных: ведь больше беспокоило не то, что их убьют, а то, что за всей энергией мертвых он не чувствует след казначея.