Галантность

Здравствуйте! Я только только начала писать этот фанфик, поэтому мало частей и возможно я поменяю метки поскольку, опять же, написано совсем немного и я пока думаю как продолжить. Я надеюсь вам понравится ведь я очень стараюсь и ради этого фф пришлось прочитать очень много о 18 веке и немного выучить французский, пхпх Прощу прощения за ошибки, я пишу фф ночью и я плохо функционирую 😔

***

Что же такое галантность? Мы думаем, что это люди, чьи манеры, речь и костюм были безукоризненны, чьи познания говорили об интересе к наукам и искусствам. Но это лишь картинка сладкой лжи. Постоянное желание праздника, отсутствие продуктивной деятельности, жажда ежедневных перемен, осознание возможности жить за счёт других, полная половая распущенность и разврат, охватившего все слои общества - это горькая правда.                                        *** В скромной гостиной, на бархатном, местами потёртом кресле закурив сигарету сидит парень смотря куда то в пол о чём то глубоко задумавшись. Напротив него сидит второй молодой человек постукивая по подлокотнику пальцем и подперев другой рукой подбородок наблюдает за дымом выходящим из рта собеседника. - Mon ami, что тебя тревожит? Ты молчишь уже довольно долгое время. - не вытерпев нагнетающую тишину спросил парень своего друга. Тот отвлёкся от мыслей и перевёл свой томный взгляд с пола на человека напротив. Он затянулся сигаретой и тяжело вздохнув медленно покачал головой. - О, ничего особенного, ты же знаешь моё положение. - хриплый голос отозвался эхом в стенах комнаты. Парень натянуто улыбнулся и затушил сигарету о пепельницу. - Аа, ясно... Джисон, знаешь как говорят, Qui vivra verra - хмыкнул парень по имени Чонин. Джисону 24 года, с самого детсва его привлекала музыка, слушая то, как профессионалы играют свои произведения бегая пальцами по клавишам маленький Джисон замирал на месте, в его ребячьих глазах он видел это как что то дивное, сказочное и необычное, что его сердце загоралось мечтой, он жил музыкой, но к его сожалению отец был яростно против этого, он считал что музыканты отбросы, музыкой не заработаешь на счастливую,  материальную и семейную жизнь, он очень злился видя как его сын с восхищением и восторгом слушает то, как играют люди на различных инструментах, в такие моменты он мог грубо схватит мальчика за руку и уйти подальше. Отец порол сына и старался всячески отгородить, отучить от всего этого, но сердце мальчишки было уже не переубедить. Естественно мужчина не стал бы оплачивать обучение и Джисону не на чем было учиться играть, но он иногда по тихому убегал из дома и бежал в поместье к брату отца, где часто были разные собрания, люди там занимались тем, что Джисон не мог понять, все пили неизвестные напитки, всегда стоял смех и какие то вздохи, происходил всякий разврат, но парень бежал туда ради одного, его дядя на таких мероприятиях играл прелюдия на фортепиано, Джисон завороженно слушал и наблюдал за движениями пальцев словно под гипнозом, его не волновало окружение, не волновало что происходило вокруг, он просто смотрел и слушал улыбаясь как самый счастливый ребёнок на свете. Но всё хорошее когда то заканчивается, в один из таких вечеров в комнату ворвался разъярённый отец, все тогда резко замолчали удивлённо уставившись на  мужчину, дядя остановился, оборвавшись на кульминации, а сердце Джисона ушло в пятки. После этого мальчику было очень плохо. Отец потащил Хана за шкирку словно щенка, а потом бросил на пол окинув его суровым и строгим взглядом. Он ругался, кричал, запретил видеться с дядей, и на всё это смотрела обеспокоенная мать, которая волновалась за своего ребёнка, но ничего не могла сделать. Абсолютно ничего. Мама у Джисона была хорошей женщиной, тихой, скромной, она всегда заботилась о сыне и поддерживала его, но также была очень покладистой, и не могла противостоять мужу. Отец мог ударить жену, унизить, но с этим Джисон не мог ничего сделать, и очень жалел, по сей день. Однажды вечером мать укладывала Джисона спать, она аккуратно и почти невесомо поглаживала сына по руке. Вдруг, она вытащила какие то листы бумаги и положила в ящик тумбы, которая стояла рядом с кроватью мальчика, она приложила палец к губам и улыбнулась "это будет наш маленький секрет, только не говори отцу и пряч это" сказала она и поцеловав сына в макушку вышла из комнаты. Джисон сразу же подскочил и тихонько открыл ящик вытаскивая те самые листы бумаги, посмотрев на них его глаза округлились и захотелось закричать от радости, на потёртых старых листах были ноты, там были и сонаты, симфонии, польки, менуэты и самые разные жанры музыки. Он был так благодарен матери, Хан спрятал ноты под кроватью и положил сверху книги, а после лёг обратно в кровать чувствуя тепло вутри груди, уже представляя себя на огромной сцене где в зале были разные достопочтенные особы, а он сидя за инструментом играл так, что заставлял слушателей разразиться аплодисментами. Закрыв глаза Джисон погрузился в грёзы, это было самое лучшее что происходило с ним в ближайшее время, это точно отложиться в голове надолго. Как то раз шёл дождь, парень бежит по улицам, брызги луж летят из под ног, вся одежда промокла до нитки, а с намокших прядей волос одна за другой скатываются капли воды, на улице прохладно, но юношу это не волнует. На улицах пусто, никто не решился выйти в такую погоду, только изредка мимо проходили прохожие с зонтами и пустыми лицами. В какой то момент Джисон останавливается, прижимается к стене, скатываясь с неё и оседая на землю, по щекам безудержно льются слёзы, он их не скрывает, их скроет дождь. Буквально недавно парень поссорился с отцом, мужчина нашёл те листы с нотами, которые подарила ему мама в детстве, он узнал, что всё это время Джисон самостоятельно учился играть на фортепиано дома у соседа. Отец был так зол, что в порыве эмоций прямо на глазах у сына порвал хлипкие листы бумаги с нотами в клочья разбросав кусочки по полу, в тот момент что то разбилось внутри Джисона, он застыл наблюдая на то, как несчастный кусок бумаги медленно опускается на пол, руки невольно задрожали, к глазам подступили слёзы, а в ушал зазвенело, он просто не хотел в это верить, ему это мерещится, но сзади стоявшая мама показывала обратное прикрывая рот рукой и положив другую руку на грудь качая головой, потом парень просто сорвался и выбежал из дома не слыша то, что кричит ему отец в спину. А сейчас он сидит под дождём и молча плачет уже ничего не чувствуя в тот момент. Эти ноты... как же больно было видеть как руки родного отца разрывают их, словно это была не бумага, а сердце Джисона. Так жестоко, так несправедливо. Он обессиленно положил голову на колени поджав их к себе. Он не знал сколько так уже сидел, но вдруг почувствовал что на него больше не капает дождь, он поднял голову и увидел перед собой дядю, который держал над ним зонт. Высокая фигура возвышалась над Ханом, молча осматривая его, а потом всё также безмолвно протянул Джисону руку. Дядя привёл парня домой, дал сухую одежду, согрел, выслушал рассказ, а после предложил сам преподавать и учить юношу всему, что знает, у парня на лице было такое удивление, неужто это шанс начать всё заново? Конечно он не мог отказаться от такого предложения и с радостью согласился. Джисон обучался несколько лет, на этот раз стараясь приходить на уроки крайне незаметно, отец и вправду все эти годы не замечал исчезновения сына, юноша стал проворнее, хитрее и сообразительней, что и отобразилось в его характере в будующем. Может дядя и не был известным музыкантом виртуозом, но научил Джисона многому, парень схватывал всё на лету и развивался необычнайно быстро, он мог сыграть любую форму, любой жанр, в любом темпе, это очень заинтересовало дядю, ведь подросток почти что превзошёл взрослого мужчину. Так же, Джисон сам писал свои произведения, он мог месяцами писать одну композицую, всё время что то меняя, он писал так, как чувствует, основываясь на свои эмоции, выходило очень чувственно и описывало переживания юноши, что тоже не оставило в стороне интерес дяди, всегда после прослушивания нового творения он был просто в восторге. В один из вечеров Джисон пришёл на очередное занятие, дядя подошёл к юноше и встал за ним, наблюдая как парень играет этюды сосредоточенно смотря в ноты, а пальцы будто сами бегают по клавишам прыгая с октавы на октаву, он сделал ни единой ошибки, от этой картины дядя слабо и незаметно улыбнулся, но в этой улыбке читалась гордость. Он положил руку на плечо Джисона и слегка сжал его, парню пришлось остановиться и взглянуть на мужчину. Дядя посмотрел на него, обдумывая слова, а позже сказал хриплым голосом "Мальчик мой, я научил тебя всему, что знал сам, но ты смог превзойти меня и достиг намного большего, я знаю, что тебя ждёт светлое бдующее и ты способен на многое, я уже очень стар и больше тебе ничего не смогу дать, я закончу заниматься с тобой, но ты всё ещё можешь приходить сюда и тренироваться, пусть тебе сопуствует удача, но никогда сильно не надейся на неё, добивайся, старайся и всё получится, Au revoir", после этих слов он молча развернулся и вышел из гостевой комнаты захлопывая дверь, а Джисон смотрел ему в след переваривая эти слова, а потом кивнул и сказал лишь губами "я вас не подведу...". Почти сразу после соверенолетия Джисон в порыве мечты, страсти и лучшей жизни ушёл из родительского дома, как птенец, вылетевший из гнезда. Из родной Англии, где он родился и вырос, парень решил переехать во Францию, это была его давняя мечта, он хотел чтобы его путь композитора и музыканта начался именно оттуда. Дядя ему много рассказывал об этой стране в перерыве между занятиями, Джисон представлял себе Парижские улицы которые сражали на повал своей красотой сооружений и орнаментов, представлял балы где под завораживающую музыку танцевали менует статные кавалеры в камзолах и прекрасные дамы в пышных и шикарных платьях с глубоким декольте, держа в руке веер и прикрывая невинные, смущённые лица. Джисон представлял Францию как олицетворение красоты, роскоши и изысканности, но самое главное описании этой чудной страны для него это романтичность и чувственность, Париж описывают буквально как город любви и страсти. Он ожидал, что переедя во Францию у него всегда будет вдохновение и он будет писать просто бесподобные композиции.  Но всё оказалось далеко не так. Франция была не такой сказочной, как себе представлял юный и молодой Джисон. В этом месте разгуливал разврат и пошлость, люди здесь не хотели нагружать себя, никто не хотел взрослеть, постоянные разгулья, удовлетворение себя через вино и любовные утехи, что вызывало отвращение у парня. Жизнь Джисона никак не сложилась во Франции, у него не получилось найти нормальную работу музыканта, он пытался основаться на новом месте, но судьба отвернулась от него, ему в прямом смысле пришлось выживать. Жизнь была тяжёлой, Джисон очень изменился. Из жизнерадостного юноши он стал мрачным, суровым и очень уставшим. Чтобы хоть как то заработать он писал произведения на заказ за очень низкую сумму, денег едва хватало на еду, он жил очень бедно.  В те композиции которые он писал на заказ он уже ничего не вкладывал своего, своей души, чувств, эмоций. Он их потерял. В какой то момент парень думал наложить на себя руки. Он больше не мог этого терпеть, он морально и физически устал. У него не получилось стать тем, кем мечтал. Так к чему продолжать всё это?  Но неожиданно судьба сжалилась над ним.  Как то раз Джисон медленно и неспеша разгуливал по серым улицам города, мимо него изредка проходили люди с такими же пустыми лицами в которых не было ни единой эмоции, как и у него самого. Небо закрыли серые облака, было тихо, некомфортно, это атмосфера удушающе давила на Хана. Парень остановился у первого попавшегося дома и облокотившись о стену он вздохнул и поднял голову смотря куда то в небо собираясь с мыслями, потом достал пачку дешёвых сигарет которые купил на последние деньги. Он уже не ел несколько дней, то что сбился со счёта. Кажется, всего 3 дня. Парень вытащил одну сигару и закурил, теперь смотря уже куда то в пустоту. Его голова довольно давно работала с трудом, а мысли никак не собирались в одно место, он стал постоянно что то забывать, Джисон уже и забыл свои детские и подростковые годы, кажется, даже забыл лицо собственной матери. Хан закрыл глаза, втягивая в лёгкие едкий дым. Вдруг, он услышал как кто то подошёл и встал рядом с ним, ожидая, когда на него обратят внимания. Джисон так и сделал, он открыл глаза и с непониманием посмотрел на человека. Это оказался парень, у него были тёмные волосы, стройное телосложение, опрятный вид, и что сразу бросается в глаза так это лисий разрез глаз незнакомца, довольно таки дивно выглядит. Тот вежливо улыбался осматривая с ног до головы Хана, а позже сказал: - Bonsoir, не найдётся сигаретки?  Джисон выгнул бровь и тоже осмотрел нового собеседника. Он был одет весьма не дурно, чистая гладкая одежда, правая манжета немного неакуратно торчит из под атласного кафтана, но парень выглядит намного выше чином чем Хан, из за чего юноша почувствовал себя немного неуверенно, но не показал этого. - Да, конечно, - Джисон без особого энтузиазма вытащил из пачки сигарету и протянул незнакомцу - прошу. - О, Merci - парень забрал сигарету из рук юноши и зажав её между губ поджёг конец, втягивая дым который неприятно, но уже так привычно покалывает горло. Хан тем временем уже с лёгким интересом наблюдал за темноволосым, синхронно с ним закуривая сигару. - Слушайте кажется, я вас узнаю, - неожиданно промолвил парень - не вы ли тот музыкант чья соната играла в поместье одного человека, имя того вроде Амбруаз де Дебюсси. Джисон удивился, что его тут вообще кто то узнает, он с подозрением уставился на человека и пытался вспомнить заказчика с таким именем, он никогда их не запоминал, так как не считал эту информацию нужной.  - Хм... ну да, был такой человек, а что, что то не так? - покопавшись в голове ответил юноша. - О, нет, ничего такого, просто на той, так называемой ассамблеи я обратил внимание, как тонко и чарующе звучит ваша музыка, это явно талант, ваше произведение звучит не так, как на других подобных мероприятиях, обычно музыку пишут неумёхи, которые за любые гроши готовы написать какую нибудь прелюдию, но от балды - слегка посмеявшись сказал незнакомец, абсолютно без иронии, говорил так, как думал.  Хан молча слушал его, удивление росло всё больше, было непривычно слушать что то на подобие этого, на душе стало легче, ведь есть люди которые ценят его труд, жаль что таких не много. - Оу, эм... благодарю? - после нескольких секунд молчания ответил парень, всё таки комплимент немного выбил его из колеи. - Ян Чонин - протягивает руку темноволосый с лёгкой ухмылкой. Джисон недоверчиго покосился на того парня, ему не нужны были новые знакомства, но было бы неплохо найти кого нибудь для разговоров. Всё же, одиночество тоже сказывалось на парне не в лучшую сторону, он ни с кем не разговаривал долгое время и это по немногу сводило с ума. - Хан Джисон - сдавшись, Хан протянул руку натянув улыбку ради приличия. С тех пор прошло 4 года, оба парня очень сдружились. Как оказалось, Чонин был старшим сыном баронета, которому после смерти отца остались небольшие земли. Он был выше сословием, но всё равно общался с Джисоном игнорируя принципы. Ян помог Хану обустроиться в более приличном месте, первое время давал немного денег, Джисон всегда говорил что берёт в долг и как получится обязательно отдаст, хотя ему и так было неловко принимать деньги от нового друга, но положение не давало повернуться языку отказаться, Чонин всегда с улыбкой говорил что ничего возвращать не надо, пусть Хан отплачивается ему своими новыми творениями. Так и было, когда парни собирались у кого то дома (чаще у Чонина) Джисон всегда играл какие нибудь новые произведения которые он сам сочинил. Ян в те моменты наслаждаясь слушал музыку словно под колыбельную, а после приходил в восторг и одаривал друга комплиментами.  Хан был безумно благодарен судьбе и богу за то что всё сложилось так. Да, парень был всё ещё беден, но отсутсвие денег никак не портили его дни, когда рядом с тобой бок о бок есть человек с которым можно поговорить и доверить самые сокровенные мысли.  Но, всё же, появление нового дорогого человека только вдохнули в него жизнь и пробудили несколько угаснувших чувств, но парень так и остался хмурым, суровым, всё таким же уставшим, до сих пор винил себя за глупость, за то что из за какой то мечты покинул родной дом, оставил мать, дядю, и отца, хоть Джисон и был на него в обиде за детство и за те унижения. Всё таки он так и не стал тем, кем хотел, как и говорил отец. Первое время он пытался прорваться в свет, показать себя, взобраться в эту гору чего бы то ни стоило, но его с позором толкнули в низ с этой горы...                                       *** Молодые люди о чём то разговаривали кидая короткие фразы, а потом просто молча стали сидеть слушая, как огонь потрескивает в камине, а языки пламени извиваются словно в хаотичном танце. В комнате был приглушён свет, лишь несколько свечей освещали помещение, было комфортно и тихо, никто не хотел нарушать эту идилию. За окном уже смеркалось, наступал вечер. Джисон прикрывает глаза, вдыхает воздух и медленно выдыхает его, облакотившись на спинку кресла с тихим скрипом. Он хотел отдохнуть в тишине, рядом приятная компания, комфортная атмосфера, разные мысли приходили в голову заставляя погрузиться в них. - Джисон... Хан слышит своё имя и открывая глаза неспеша поворачивается в сторону Чонина. - что такое? - я хотел кое о чём с тобой поговорить - тихо говорит Чонин чтобы не волвать друга. Джисон поднимает одну бровь и слегка наклоняет голову на бок показывая заинтересованность. - хорошо, что ты хочешь обсудить? - промолвил парень. - у меня для тебя есть прекрасное предложение. Ты знаешь, у меня много знакомых и связей по городу, ты просто прекрасный музыкант, твои произведения это что то на высшем уровне, ты одарённый и настоящий виртуоз. Не буду томить, скажу напрямую, не хочешь бать капельмейстером при дворе герцога Бан Кристофера? - что?!, - подорвался с места Джисон, его лицо показывало исключительно недоумение. Он недоверчиго пялится на Чонина откашлявшись. Это глупая шутка? - ты шутишь!? Нет, это далеко не шутка. Джисона просто изумляло то, что у него есть шанс из бедного музыканта который пишет произведения на заказ так резко перерости в капельмейстера, так ещё и при дворе самого герцога. Теперь перед ним стоит выбор...