Куратор моего сердца

«Видимо, сердце прячется в твёрдой скорлупе и расколоть её дано немногим. Может, поэтому у меня толком не получается любить?»                                               

                                      Харуки Мураками

***

Одинокий ветер за окном гнёт деревья до земли, чтобы те своими листьями обняли холодную и такую сырую почву. Чтобы те подарили своё тепло и свою любовь ей. Любить. В этом слове так много боли и чувств одновременно. Что тяжёлого может принести любовь человеку за короткий период времени? Возможно, каждый из одиноких людей на земле считает так же, а те, кто влюблены, хотят оспорить этот факт. И правда. Любовь – боль и наслаждение одновременно. Белокурый парень, что так внимательно изучал тему для доклада, сейчас тоже находился в раздумьях о том, что же любовь может дать людям и хорошего, и плохого. Может, она совершенно ни к чему на земле и её придумали, чтобы жилось интересней? Тогда для кого же придумали невзаимную любовь, браки по расчёту и ненависть, после любви? Это сейчас и пытался выяснить парень, читая все статьи, что бросались в глаза студенту психологического факультета. Доклад на тему «Любовь. Наказание или наслаждение.» всё больше угнетал бедного мальчишку, что так и не смог уснуть вчерашним вечером. Стуча пальцами по клавиатуре, он старался запомнить как можно больше информации, чтобы перенести её на чистый лист бумаги печатными буквами. Из мыслей вырвало приходящее сообщение. «У тебя свет горит. Ложись спать». Феликс и рад было лечь спать, потому что друг, что живёт напротив, был очень важным человеком в жизни блондина и он был готов его послушать до момента статьи, что приковала его внимание сильнее, чем магнит. «Чем опасна безответная любовь?Безответная любовь может поглощать, калечить и мешать жить своей жизнью. Последствия могут быть и более серьезные: зависимость, селфхарм, тревожные расстройства и повторение похожих сценариев в новых отношениях.»Прочитав это снова и снова, парень вчитывался в каждое слово, в каждую букву, раскладывая в голове всё это по стеллажам и пытаясь понять, как он сумел сопоставить свою жизнь и это утверждение в такой короткий срок. Тема для доклада не была высосана из пальца, потому что парню просто это было интересно. Нет. Напротив. Он бы никогда не хотел больше поднимать разговор об этом. Никогда больше не хотел бы чувствовать это, понимать, что тебя не любят взаимно, что вы не сможете быть вместе, даже если все звёзды мира будут на вашей стороне. Мир Феликса разрушился тогда, когда на 1 курсе миловидный паренёкс рыжими волосами, словно огонь, растоптал его душу и выкинул, словно это ненужная вещь. Мир разрушился и мосты, что Ликс так долго строил по кирпичику к этому парню, просто упали в воду, забирая вместе с собой и самого парня, что кричал о помощи. Он молил спасти, молил помочь, молил, но никто не слышал или не хотел слушать. Он был бы рад даже маленькой не прочной верёвке, что дала бы ему надежду на спасение. Но, увы, никто не приложил усилий спасти бедного парня, так что выплывать пришлось самому. Месяцы лечения, месяцы принятия и не принятия себя одновременно. Блондин старался запомнить все ощущения, чтобы в дальнейшем помочь себе, если эта ситуации повториться. Но, к огромному сожалению или счастью, Феликс просто заковал своё сердце и чувства глубоко внутри под десятью замками, чтобы никто не смог туда добраться и открыть, сорвать эти цепи. Мысли снова роились в голове у парня, но посмотрев на часы и ужаснувшись времени, он всё же принял решение погрузиться в царство Морфея и отдаться в руки фантазии. Утро наступило слишком быстро для парня, что даже не дошел до постели и упал прямо на диване возле компьютера. Телефон разрывался от звонков друга Феликса, что уже третий раз слушает в трубке гудки, а не бархатный голос. - Ты что там совсем уже решил себя загубить? – послышалось, как на том проводе, парень уже вовсю жарит себе завтрак, хотя по времени это должен быть уже обед. - Я в порядке. Прекрати за мной следить, сталкер чёртов. – блондина и правда пугала такая гиперзабота от лучшего друга. Да, она, конечно, была совершенно обоснованной со стороны Джисона, но не со стороны Феликса, который считал, что ничего страшного не произошло в тот день. - Ты и в тот раз говорил, что всё в порядке и ничего страшного, а после…- на том конце провода повисла тишина и блондин услышал, как друг изо всех сил держится, чтобы не заплакать. - Прекрати. Я же жив. Всё хорошо. Джи, мне некогда с тобой сопли разводить, у меня пара через 30 минут. Увидимся после. – короткое «угу» от друга и парень сбросил трубку, отмечая про себя, что в этот раз Сон был гораздо спокойней и сдержанней, чем прошлый месяц. Собирая все свои вещи для пары, блондин параллельно читал что-то в своём компьютере, не забывая быстро чёркать какие-то записи в своей тетрадке. Быстро собравшись, Феликс мигом выскочил на остановку и на ходу влетел в автобус, что уже трогался с места. Поблагодарив водителя, блондин сел на своё любимое место у окна и просто стал рассматривать виды, что проносились мимо него, и через 20 минут уже был на месте. Университет был настолько громадным, что некоторые корпуса находились на соседней улице. Старинное и величественное здание всегда завораживало парня своей архитектурой, так что все 3 года, что он здесь учиться, всегда приезжал пораньше, чтобы подольше рассмотреть всю архитектуру, что находиться на территории. - Ты снова ворон ловишь. Быстрее идём уже. – девушка с рыжими волосами ухватила Феликса за локоть и уводила в сторону главного входа. - Знаешь Йеджи, ты меня бесить начинаешь. - Знаю. Идём скорее. – всё никак неугомонная девушка тараторила что-то о сдаче предмета, который она так плохо выучила и что она даже не ожидала, что Ликс сможет ей так чётко в двух таблицах всё рассказать. Феликс и правда был прекрасны студентом и предметы, связанные со специальностью, всегда знал от и до, будто всю ночь только их и учил. Старостой он был отменным, потому что в любой момент мог помочь закрыть пропуск или просто помочь договориться с закрытием экзамена. Он никогда не жаловался, что ребята пропускают неинтересны им пары, говоря, что каждый выбирает то, с чем дальше будет идти по жизни, так что винить их он не будет. Пускай совесть каждого студента, что не считает тот или иной предмет для себя важным, сама отвечает за их поступки и действия. Йеджи ещё немного поразвлекла парня и завела его в аудиторию, таща за собой на самый верх, чтобы тот помог ей с темой доклада. Преподаватель уже начал вести пару, напоминая студентам, что на сегодня по плану у них семинар и что сегодня слушать будет только он, а не его. Темой семинара было обсуждение работ группы для последнего доклада в этом семестре. Преподаватель, и по совместительству куратор этой группы, мистер Хван, хотел помочь каждому из своих студентов сделать работу верно, правильно и допуская минимум ошибок. - Давайте начнём с Бомгю, а дальше пойдём по рядам. – вверх летит рука, что, конечно же, всегда взлетает самая первая на семинарах. – Да Феликс, вы хотите быть первым? - Да, мистер Хван. – как же сильно «мистер Хван» било по ушам преподавателю, что буквально не привык к тому, как всё ещё один студент в этой группе, что стала его любимой группой, всё ещё называл его так. Каждый из студентов здесь знали, что Хван Хёнджин старше их всего на 3 года, а кого-то даже всего на 2, но, тем не менее, в официальной обстановке он просил называть себя так, но среди своей группы, просил называть Хёнджином, чтобы не чувствовать себя старым и противным преподавателем и куратором. Но всё же, один блондин в этой группе отказался и сказал, что он не будет этого делать, ведь это невоспитанно, так что Хван тихо и молча терпел это. - Что ж, прошу тогда. – спускаясь с самого верхнего ряда, Ликс выглядел словно ангел, что сходит с небес на землю к грешникам, дабы почтить их своих присутствием. Хенджин уже год, пока работает здесь в роли куратора их группы, не может заставить себя отлипнуть от этого студента, ибо его внешность, его голос, его разум, всё в нем заставляло Хенджина забывать, что он преподаватель и отдаваться мечтам о том, что однажды, он всё же разрешит себе не сдержаться. Феликс положил работу на стол к преподавателю и начал свой монолог, попутно показывая студентам презентацию на проекторе. За всё время выступления, Хван ни разу не опустил глаза в работу, что лежала у него на столе. Оторваться от этого прекрасного студента было просто вне его сил, ведь только сейчас он может позволить себе так внаглую разглядывать своего студента. На блондине всегда была красиво сочетающаяся одежда. Сегодня это чёрные оверсайз штаны, который закрывали то, что парень очень худой, наверху была обычная белая футболка с чуть больше, чем обычным, вырезом горловина, что открывала вид на худые выпирающие ключицы, что не могло не радовать Хвана, ведь он любил, когда ключицы парня было видно. Он их обожал. В его снах часто фигурировали открытые участки тела студента, но именно ключицы всегда получали самое большое внимание от губ Хенджина. Поверх футболки была чёрная косуха, что так идеально дополняла образ плохого мальчика. Феликс и правда никогда не ошибался со стилем, ведь в его гардеробе слишком много вещей, которые ему подсовывает его лучший друг, чтобы тот нашёл уже себе наконец-то опору на жизнь и прекратил одеваться как школьник в пубертате. Конечно, этот стиль Джисон очерчивал именно так, потому что Ликс выглядел младше своего возраста, а в одежде такого стиля и подавно. Некоторые парнИ и правда боятся с ним знакомиться, ведь возможность что ему меньше 18 всё-таки присутствует. Хван сам впервые увидев этого парнишку, подумал, что кто-то младшего брата забыл, но оказалось, что этому мальчику 20 лет и он правда студент этого факультета и университета. - И таким образом, подводя итог, могу сказать, что сейчас для всех нас любовь к себе – самый главный двигатель. – закончив свой монолог, все в аудитории молча начали подниматься с мест и аплодировать, потому что Феликс мог уже хоть сейчас идти и защищать эту работу. - Что ж, Феликс, ваша работа потрясающая. Вы подготовились даже лучше, чем я мог ожидать. Если ы готовы ответить на мои вопросы, то я ставлю вам экзамен прямо сейчас. – блондин притих и стоял в удивлении и оцепенении. Он, конечно, был уверен в своей работе и в своих доводах, но, чтобы прямо сейчас закрыть экзамен, который был только через неделю? На такое он явно не рассчитывал. - Я готов попробовать. – Хвану нужно было лишь его одобрение. Сейчас или никогда. - Вы утверждали в своей работе, что она написана на вашем личном опыте. Можно ли узнать детали?– вопрос будто имел личный интерес преподавателя к своему студенту, что не могло не напрягать блондина. Он вовсю старался не смотреть на Хвана, что в свою очередь, прожигал взглядом младшего. - Это личная информация, которая не имеет отношение к сегодняшней теме. Я не буду отвечать на этот вопрос. – где-то вверху послышался одинокий хлопок. Йеджи гордилась своим другом, который не давал никому топтаться в своём прошлом. - Хорошо, тогда объясните нам, как же мы можем верить, что любовь приносит лишь боль, если особых доказательств мы не услышали. – «Как он смеет такое спрашивать, кусок идиота. Что он хочет от меня услышать, как мне сердце разбили?». Ликс потихоньку начинает заводиться и нервы уже на пределе, но ответить всё же нужно. - Вся ситуация взята из моей личной биографии. В начальных курсах мне разбили сердце, и я просто взял эту историю за основу моего доклада. Каждый факт основан на моём личном мнении, а некоторые, конечно же, подкреплены фактами из статей и книг. - Хорошо, спасибо. Экзамен закрыт, вы можете не появляться на защите. – Хван уже было потянул руку, чтобы пожать и выразить своё уважение младшему, но тот круто развернувшись, ушел, даже не забрав свою работу со стола. – Ну, что ж. Бомгю, прошу вас. – сказать, что эта ситуация обидела Хенджина, это ничего не сказать. Он просто хотел убедиться в том, что парень не врал в своей работе о том, что невзаимная любовь страшнее смерти, что все те симптомы, что он называл, не прослеживались у него и что он перестал любить того урода, что смог одним лишь действием сломить такого сильного, на вид, парня. Феликс же, воспринял эту ситуацию слишком серьезно и чувственно, что даже подумал о том, что Хван неравнодушен к нему. Такое вечное внимание к его особи конечно же настораживало. Даже не одного его. Пару месяцев назад, куратор попросил Йеджи и Феликса сделать вместе проект для участия в конкурсе, но, когда тот узнал, что младший болен и не сможет принимать участие, слёзно выпытывал у девушки адрес блондина и каждый день передавал всякие вкусности через рыжеволосую подругу. Йеджи, конечно, молча всё приносила, но однажды её это настолько достало, что та просто продиктовала Хвану адрес парня и ушла, не сказав ничего другу. Так что Феликс и правда удивился, увидев на пороге не подругу, а куратора, что держал в руках свой ноутбук и пакет с очередным набором витаминов и вкусностей. - Господин Хван, вы зачем здесь и как вы вообще сюда попали? - Только не злись. Йеджи дала мне твой адрес. Я её вынудил. Мне было неспокойно, потому что она сказала, что у тебя грипп, вот я и переживал. Возьми. Мне уже пора. Выздоравливай. – и он ушёл. Словно его и не было. Словно Феликсу просто показалось. Йеджи в тот день славно получила по своей рыжей головушке подушкой, а после и вовсе была выставлена за дверь после слов «он же переживал за тебя». Хван Хенджин не имел никакого отношения к личной жизни Ликса абсолютно никакого. Как педагог, он мог просто написать или позвонить и уточнить как дела у его студента, но поступок куратора, это не поступок педагога, а скорее его парня, что так сильно печётся о младшем. Это настораживало даже Джисона, что однажды застал, как парень выходил из машины преподавателя, что так галантно подвез его домой. - Ликс!!! – громкий голос друга выдернул блондина из мыслей и заставил обернуться. – Это что сейчас было? – глаза, полные непонимания и полного непринятия ситуации были обращены к Джисону. - Он подвёз меня домой. - И всё? Вот так спокойно куратор посреди позднего вечера привозит домой своего студента? Он спит с тобой? - Нет! Ты что совсем уже перечитал своих романов? Он просто увидел, что я задержался в библиотеке и зашёл спросить куда я после. Я ответил, что домой, и он предложил подвезти меня. Я что дурак пешком идти до остановки, а там к дому? Я согласился. – заходя в квартиру и пропуская друга вперёд, всё продолжал свой разговор парень. - Нет Ликси, это не просто подвезти. Он явно тобой заинтересовался, слепой идиот. – ударив друга шарфом и выпроваживая того обратно домой, Ликс и правда после пол вечера думал над этими словами. Сейчас же, сидя в столовой и дожидаясь своих друзей, блондин снова вернулся к рассуждениям на эту тему. С одной стороны, не мог просто интерес к студенту от преподавателя так быстро перерасти во влечение. Но ведь сейчас же прошло достаточно много времени, чтобы Ликсом перестали интересоваться, чтобы его перестали каждый раз изучать взглядом, чтобы его перестали каждый раз смирять таким взглядом, будто в аудитории кроме него нет ни одного другого студента. Сейчас же, эта заинтересованность всё больше пугала блондина. Она пугала его тем, что куратор, с недавних пор, тоже стал ловить на себе изучающие взгляды и Феликс правда не мог объяснить, чем это вызвано. На каждой паре он слушал его внимательней, чем всех остальных преподавателей. Он выполнял его задания самыми первыми, чтобы не думать при их выполнении слишком много. Это продлилось недолго, пока Ликсу не надоело спать и видеть сны о кураторе. Он буквально заставил себя выкинуть из головы Хенджина и сосредоточился лишь на учёбе. Забываясь в ней, он словно давал себе знак быть занятым постоянно. Возможно, именно поэтому сейчас, ситуация с вопросами так взбесила младшего. Потому что он уже давно выбросил попытки любить кого-то, а Хван всё никак не оставлял в покое бедного студента. Он обращался к нему по-другому, шутил в его присутствии осторожней. Хван делал всё, чтобы студент чувствовал себя комфортно, находясь рядом с куратором. А в последние дни, будто совершенно забыл про то, что они студент и преподаватель и купил Феликсу новый ноутбук, который прекратил свои долгие годы службы прямо на паре с преподавателем. Хенджину и правда было не сложно подарить такую вещи студенту, ведь тот, даже рот не успел открыть, как курьер уже ушёл. Стоя на пороге своей квартиры с коробкой в руках, на которой был написан отправитель, Феликс тут же нарыл номер телефона и позвонил, чтобы Хван прояснил, что этот жест значит и зачем он всё это делает. Но в трубке было слышно лишь «это всего ноутбук, пользуйся» и сброс звонка. Всего ноутбук от фирмыapple, который стоит 2 почки Феликса и ещё и его друга в придачу. Да, у блондина был телефон от этой фирмы, но лишь потому, что это был подарок родителей. Но ведь это подарок от родных людей, а не от преподавателя. Размышления прервала Йеджи и подбегающий к ним Джисон. - Этот уёбок скоро будет лысым. Я выдеру все его патлы, сука. – Джисон часто ругался на учителей, так что никто даже не удивился, на кого в этот раз он кричал и матерился. - Ты снова забыл принести ему свою работу, и он отправил тебя на пересдачу? – Йеджи и вправду очень хорошо знала каждого из парней, так что просто уже выдавала то, что чаще всего происходило. - Да. Сукин сын, он даже не выслушал меня. Зато потом он будет писать мне мол «Джи, это всё ради твоего блага» бебебе. Слушать и видеть его не хочу. - Знаешь, во всей этой ситуации меня забавляет то, что мне ты запрещаешь думать о Хване как о предмете воздыхания, а сам встречаешься с преподом. - Это другая ситуация. Мы уже встречались до того, как он сюда пришёл. – Феликс просто закатил глаза на такой ответ и продолжил ковырять свой обед. Сегодня в меню снова этот странный суп и кимчи, которое по запаху явно вчерашнее. – Понимаешь, Хван просто…Он… - Что там Хван? – конечно же, для полного счастья, Ликсу сейчас только назойливого куратора не хватало. - Ничего. У Хана язык как помело просто, плетёт чушь всякую. – говорит блондин, попутно отодвигая тарелку, потому что Хенджин явно пытается сесть рядом с блондином. - Разрешишь я присяду возле тебя? – совершенно не стесняясь людей рядом, Хенджин переходит на ты и очень надеется, что блондин тоже сделает это, но, как говорится, надежда умирает последней. - Пожалуйста, садитесь. – Йеджи давится со смеху едой и прося прощения, уходит, забирая свою сумку. Этот жест значил, что она не вернется сюда и после обеда стоит идти сразу в аудиторию, а не ждать её. Джисон же, втыкает наушники в уши и кивает в знак того, чтобы Ликс немного отсел, ибо их локти находятся в недозволительной близости друг от друга. Феликс и правда слушает друга и немного совается на стуле в сторону. Хван немного мрачнеет, но после всё же возвращается к еде. Всё же, не выдержав такого напряженного молчания, Хан принимает решение уйти за подругой. Возможно, так каждому из присутствующих будет легче от этой ситуации. Как только макушка друга скрылась за горизонтом, Ликс поднялся со своего места и пересел на его, чтобы быть напротив преподавателя и следить за его действиями. - Ты мня избегаешь? – неожиданный вопрос застал блондина врасплох и он даже немного подавился, но тут же принял самое серьёзное лицо, что было у него в арсенале. - С чего ты это взял? – неужели Хенджину сейчас не послышалось, и парень обратился к нему на «ты»? Это не могло не радовать, потому что, наедине он всё же принимает правила игры. - Ты постоянно сидишь либо напротив, либо далеко от меня, отворачиваешься, когда я прямо с тобой говорю, бежишь на другой конец аудитории, только чтобы во время хождения по ней, я тебя не трогал. Что происходит? – вопрос был задан настолько искусно, что Ликс и правда поверил, будто Хван не догадывается о причине такого поведения. - Не делай вид, что тебе не известна причина моих поступков. – Хенджин напрягся. Парень скорее всего догадывался, но не мог же он наверняка знать, что движет мужчиной. - Я не делаю вид, я правда не понимаю. - Хван Хенджин. Давай ты сначала разберешься какие роли нам можно играть, а какие нет, а после уже подходи ко мне и спрашивай, что не так. – закончив свою речь, Ликс положил в поднос весь мусор, закинул на плечо сумку и ушел, оставляя брюнета на растерзание собственных мыслей.

***

Дома Хван был около девяти вечера и сильно жалел, что не зашёл в библиотеку по дороге, там бы точно был блондинистый мальчик. Слова, что сказал ему за обедом, этот ребёнок сильно отпечатались в его сознании и отказывались выходить. Уже сидя на кухне и попивая коньяк, чтобы расслабить голову, голос Ликса всё еще эхом в его голове отзывался и говорил. Даже под хорошей дозой алкоголя ничего не получалось выкинуть и заглушить. Феликс всё так же иллюзией сидел напротив него и держал в своём тонком запястье палочки, которыми так прекрасно владел. Запястья блондина, как и в принципе всё тело парня, очень сильно привлекало Хвана и будто магнитом тянуло к нему. Он так хотел почувствовать какого это держать такую маленькую ручку, обнимать такие крохотные плечики и придерживать за такую узкую талию. Он не раз просыпался с мокрыми от возбуждения штанами и со стоящим колом членом, потому что этот милый ангел в его фантазиях совершенный пошляк и флиртун. Даже не только в фантазиях. Хенджин один раз и правда застал парнишу флиртующего с каким-то парнем из параллельного факультета. Лишь то, как он двигает своими губами, не важно говорит он что-то или нет, могло заставить Хенджина кончить раза 4 подряд. Ему было настолько интересно изучать поведении младшего, что Хван не заметил, как перенял привычку мерить себе пульс, когда он волнуется. Феликс часто так делал перед выступлением или перед ответом на вопрос. Это юное создание заставлял старшего молча наблюдать за ним со стороны, не разрешая даже смотреть на него, потому что нарочно избегал его. Хван попытался встать из-за стола, но алкоголь уже ударил в голову, и он просто свалился на пол, заливаясь громким смехом, а после утопая в рыданиях. Истерика подкатила незаметно, пока из неё не вытащил громкий стук в дверь. Пересилив своё опьянение, Хван двигался в сторону двери. Он открыл двери и застыл в немом шоке. Перед ним стоял Феликс. Возможно, это был сон, и чтобы подтвердить это Хенджин ущипнул себя за руку, но тут же вскрикнул. - Что, совсем уже поехал крышей, да? – Хенджин и правда слышал, как Ликс говорил перед ним. Он стоял в своей джинсовке, в теплом худи под ней и в прекрасных штанах, что снова же были в оверсайзе. Младший был совершенно не накрашен и даже немного запухший ото сна. Любоваться Хенджин перестал, когда блондин прошел внутрь и стал разуваться и снимать куртку. - Ты…ты что здесь делаешь и как нашел мой адрес? – Ликс усмехнулся, но в ответ промолчал и просто прошел на кухню, занося пакет, который Хван, к слову, сразу и не заметил. – Ликс, ты говорить будешь сегодня? – направляясь за парнем, настаивал старший. - Птичка нашептала мне, что ты отказываешься есть и пьешь уже третьи сутки подряд. Ну оно и видно. Продуктов в холодильнике нет. Ты как жив вообще все еще? – вопрос был скорее риторическим, так что Феликс просто вернулся к распаковыванию пакета. – Я просто знаю, с кем дружить нужно. - Стой. Оставь в покое продукты, - разворачивая за плечи, Хван осознал, что впервые смотрит прямо в глаза младшего, впервые ощущает его плечи под своими пальцами и впервые чувствует, как фантазия потихоньку подбрасывает картинки неприличного характера. – Ты можешь объяснить мне, что происходит? - Твой любимый друг Минхо приходил в гости к моему другу Джисону. У них типа отношения. И Сон, тупая башка, начал говорить, что ты ему оценки занижаешь, мол пусть Хо разберется с тобой, а он в свою очередь сказал, что ты просто в херовом состоянии и тебе бы поесть и хорошо поспать. Так что я просто пришел чтобы спасти тебе жизнь. – после рассказа, Ликс отвернулся к столу и продолжил распаковывать продукты. Хенджин на секунду оцепенел, а после обнял младшего со спины, обвивая своими руками талию блондина. – Ну здрасте приехали. Руки при себе держи, ладно? Я же и уйти могу. – после этого Хенджин тут же убрал руки и отошел на пару сантиметров, садясь на стул за стойку. - Ты правда сам приехал? - Ещё один тупой вопрос и я уезжаю домой. – разворачиваясь к парню держа в руках нож, грозился Ликс, и Хенджин правда не понимал, он либо мазохист, что так спокойно приехал в руки к охотнику, либо чувствует то же, что и сам куратор сейчас. Спустя около двадцати минут, Феликс закончил жарить что-то и принялся за рыбу. Возможно, это бы выглядело сексуально, если бы Ликс всё время не проклинал Джисона и не пытался соскочить с каждого вопроса, что задавал ему Хенджин. Хотя для второго любая ситуация, где фигурировал блондин автоматически становилась сексуальной. Спустя несколько минут, Ликс уже ставил на стол судочек с кимчи и насыпал в тарелки рис, а из духовки доставал рыбу, которая очень аппетитно пахла. - Давай, садись будем есть, ибо ты реально сдохнешь скоро. – обращение было к брюнету, так что, вставая со своего места, Хван перешел за обеденный стол, а после поняв, что Ликс сидит у стола возле телевизора, перешел туда, не забывая забрать с собой 2 стакана и бутылку вина. Присаживаясь около блондина, Хван резко отшатнулся, когда понял, что прикоснулся коленом к колену младшего. – Ты такой шуганный. Угомонись и сядь. – молвил Феликс, приглашая рукой брюнета. Конечно же Хенджин будет пуганым и дерганым. Феликс почти постоянно одёргивал свои ноги или руки от старшего и всё время указывал ему на это фразами «слишком близко; подальше сядьте, пожалуйста». И Хенджин привык к тому, что ангела трогать нельзя. Он – фарфор, на который можно лишь смотреть, но запрещено касаться. Здесь же ситуация позволяет прикасаться к блондину, но позволяет ли сам парень? - Феликс. Скажи пожалуйста, тебе правда разбили сердце? Ты поэтому такой отстранённый и холодный? – бум прилетел по голове этим вопросом и младший правда не понимал, что же всеми этими допросами старший хочет узнать, понять или разобрать в нём. Хван же, затаив дыхание принялся просто слушать юношу, что даже сел в полуобороте к нему. - Ты что, моё личное дело составляешь, что ты хочешь узнать этими вопросами? – Феликс был на взводе. Ему не нравилась вся эта ситуация в принципе. Он был готов приехать, накормить бедного парня и уехать заниматься своими делами, но Минхо же настоял на том, чтобы процесс поглощения пищи был выполнен. Сейчас Ликс уже правда готов уйти, потому что ситуация превращалась в допрос в полицейской комнате. - Мне интересно, потому что ты меня интересуешь. – ступор. У блондина, кажется, даже дыхание остановилось на пару минут, а затем биение сердца начало медленно затихать. Возможно сегодня, он сможет услышать слишком много и после придётся слишком много думать, а это пагубно влияет на его самочувствие, так что нужно либо всё разобрать, либо не дать ситуации разгореться. - Я тебе интересен как кто? – теперь уже у Хвана проявляются симптомы тахикардии, и он понятия не имеет, можно ли ему сегодня ответить на этот вопрос. Можно ли ему вообще зацепать эту тему, которая так долго болит в его груди. Можно ли быть настолько храбрым, чтобы сегодня всё решить для них обоих. Этого Хенджин не знал. Так что плыть по течению – лучший вариант. - Как студент, который меня заинтересовал. - Фу Хван. Ты знаешь какой ты противный, серьёзно. Я же твой студент. – Хенджин правда старался не обращать внимание на то, каким обиженным тоном Феликс сказал фразу. Возможно, всё же сегодня стоит всё решить и понять, куда можно двигаться. А где стоит огромный куст розы с шипами. - Ты младше меня на 3 года. - Это не отменяет того факта, что ты мой куратор. – блондин всё ещё настаивал на своих словах, ведь забывать их роли нельзя ни в коем случае. - Ты повторяешь это постоянно, но наедине со мной, я для тебя не мистер Хван, а Хенджин. Ты обращаешься ко мне на «ты» и не представляешь какую эйфорию я испытываю, когда слышу твоим голосом «Хван». Мне становится настолько дурно, что поверь, если бы не моя воспитанность, я бы уже давно лежал с тобой в постели и шуршал руками по твоим волосам. Но ты не позволяешь мне, а против тебя я пойти не могу. И, боже, мне так сильно хочется тебя себе, что я просыпаюсь с утра и не понимаю, то, что ты существуешь реальность или моя странная фантазия. – монолог утих и Хенджин просто опустил голову вниз, словно шкодливый котенок. Сейчас, Феликсу стало его неимоверно жаль, потому что скорее всего, он терпит эти все чувства ещё со второго курса, когда только познакомился с ним. Блондин же отвернулся и прислонился спиной к дивану, пытаясь осознать слова, которые услышал. Он так хотел найти внутри себя что-то светлое, что дало бы ему надежду на то, что ответ от него последует быстро и незамедлительно. Этого не происходит, потому что брюнет подымается и уходит на балкон. Холодный воздух ударяет ему в лицо и Хван просто достает пачку сигарет, закуривает и вдыхает едкий дым, что сразу же обволакивает легкие. Привычка курения появилась сразу же после того, как взгляд блондина был обращён на него. Этот паршивец завладел всей душой и сердцем старшего и Хенджин был готов ответить за все свои грехи, если в раю его будет сопровождать этот ангел. Как только Ликс появился на его горизонте, у Хвана тут же в голове связалась картинка, что они предначертаны судьбой, что они соулмейты, просто из разных вселенных, где один ангел, а второй – демон. И если логически размышлять, то они совершенно не должны подходить друг другу, но то, как брюнета тянет к нему, как он пытается найти подход лишь к этому студенту, явно видно не только со стороны этих двоих. Друг Хенджина Минхо постоянно говорит, что они связаны, просто младший пока ещё это не осознаёт и ему нужно время. Возможно, не месяц и не два. Осознать, что ты испытываешь чувства к человеку доволи длительный процесс и не каждый сумеет понять и принять это. Особенно, если вы куратор и студент. Хван выдыхал сигаретный дым и почувствовал, как тепло из квартиры попало на его кожу. На балкон вышел Феликс и стал рядом с брюнетом, доставая свою пачку сигарет. - Ты куришь? – легкий мах головы. Ответ: положительный. Ликс и не хотел начинать эту привычку, но с напором Хенджина на него, он испытывал слишком много стресса. Он не хотел принимать то, что кто-то может любить его. Просто за то, что он есть. Не потому, что, он умеет хорошо делать минет, или не потому, что, он красиво стонет, а просто, потому что он – это он. Постоянные слова о том, что он прекрасный любовник и секс-партнёр его и правда доконали. Это всё слышать настолько ужасно, что верить в то, что кто-то просто так приносит с утра тебе кофе, потому что это ты. Не верится, что человек может писать тебе в соц. сети не с целью сбросить нюдсы, а спросить, как ты, добрался ли домой, поел ли, хорошо ли себя чувствуешь. При этом Феликс знал, что отвечать не будет, но ему было так приятно читать это всё каждое утро, что, когда сообщения прекратили приходить, разочарование поселилось в парне надолго. - Да. Начал. С недавних пор. – он закуривал сигарету и даже не поворачивал голову на Хенджина, чтобы лишний раз не трепать себе нервы и свою силу воли. Влечение к куратору началось ещё несколько месяцев назад, когда косые взгляды и настрой на парня стал уже настолько очевидным, что каждая собака понимала, что происходит. Ликс никогда прежде не признавался себе в том, что его тянет к Хвану. Тянет с такой силой, что невозможно ей противостоять. Сейчас же, ему стоит огромных усилий устоять перед таким красивым и сексуальным мужчиной возле него, от которого ещё и пахнет духами, которые недавно себе купил Феликс. - Ты слишком милый для такой гадости. – забирая из рук младшего сигарету, брюнет тушит её и выбрасывает в пепельницу. – Чего вообще вышел без кофты, в одной легком лонгсливе. – снимая с себя теплую кофту, Хенджин накидывает её на блондина и обнимает со спины, прислоняя к себе. В душе молится, чтобы его сейчас не убили за такое самовольничество, но не чувствует отдаления, даже наоборот, Феликс прислоняет свой затылок к груди куратора и медленно закрывает глаза, наслаждаясь закатом. – Я правда заинтересован в твоей личности. - Ты знаешь сколько раз я такое слышал? Верить каждому теперь для меня больно. - Расскажи, что случилось и когда это случилось. – Ликс правда хотел бы этим с кем-то поделиться. С кем-то, кто поддержит и не скажет, что он сам виноват. - Это был мой первый курс. Я тогда только знакомился со всеми и парень по имени Джинсу, он ушёл сейчас на индивидуальные занятия, так как находится за границей, он привлёк моё внимание… Блондин заходил медленно в аудиторию и рассматривал всех сидящих там. Кто-то сидел на партах, кто-то, как компания девушек, обсуждали журналы, что держали в руках. Но внимание привлёк рыжеволосый парень, что стоял спиной к аудитории и что-то внимательно рассматривал в окне. Ликс решил, что повод познакомится есть и нужно им пользоваться, так что, собрав всю смелость, он направился к парню. - Привет. Я, Ли Феликс. —блондин протянул свою маленькую ручку к парню напротив и ждал, пока он сделает то же самое. - Приятно познакомиться. Я Пак Джинсу. – и рыжеволосый протягивает и жмёт руку парню, у которого в глазах светились звезды и зрачки были в виде сердечек. Этот парень был идеальным типом блондина. Красивый идеальные брови, лисьи глазки, ровный и тонкий нос, длинные волосы и что самое неотразимое – родинка под глазом. - Стой. – Хван хотел было что-то сказать, но Ликс тоже начал говорить, опережая его. - Знаю. Он точная копия тебя. Это правда. Твоя внешность – мой идеальный типаж. – сердце Хенджина сейчас сделало кульбит и прекратило биться на пару секунд. – Так вот, я ещё долго налаживал с ним общение, чтобы сблизиться, знать его лучше. – всё время разговора, Хенджин поглаживал плечи младшего, потому что чувствовал, как те вздымаются и дрожат. – А потом, спустя месяц, он предложил мне прогуляться. Я, конечно же согласился. Рыжеволосый парень направлялся прямиком к месту Ликса, где он уже сидел и выжидал, когда парень наконец дойдёт до него. - Ликси. Можно тебя? – компания из друзей блондина тут же заукали, на что получили строгий взгляд в свою сторону от младшего и замолчали. Феликс же направился за предметом воздыхания в коридор. Он не мог поверить, что сейчас Джинри заговорит с ним наедине. – У меня сегодня нет планов, я бы хотел тебе предложить прогуляться и может, в кино сходить? – остановка сердца и дыхания диагностировали бы у Ликса прямо сейчас. Для рыжеволосого это возможно была просто прогулка, но для блондина это было приглашение на свидание. Конечно же он как дергунчик закивал головой. Неужели он подумал, что Ликс откажется? – Супер. Я тогда за тобой заеду около пяти, идёт? – ещё несколько агрессивных кивков головы и блондин вернулся в компанию друзей. В деталях решил рассказать после, так что просто спокойно упомянул прогулку и поход в кино. Снаружи словно ничего и не произошло, а внутри будто ураган из эмоций, и он всё никак не тухнет. Вечер для младшего наступил слишком быстро, так что пришлось собираться впопыхах. Главной задачей для себя Ликс поставил не опозориться и понравится ему. Джинри был воспитан и точно не скажет, что Феликс плохо себя повёл, так что это задача была на самом парне. Дважды перепроверив свой лук, который состоял из белого с чёрными полосками свитера, огромных чёрных джинсов и на ноги были массивные ботинки, что идеально сочетались с чёрными полосками на кофте. На голове просто красиво завиты волосы. Нанеся немного бальзама на губы, блондин услышал звук мотора и ушёл спускать вниз. - Прекрасно выглядишь. – сходу Ликс получил комплимент за свой внешний вид. Копилочка приятностей пополняется. - Спасибо. Ты тоже чудесно выглядишь. – обменявшись комплиментами, ребята рушили в тц, где и находился кинотеатр. Свидание, что только для Ликса так называлось, проходило идеально. Кино было очень смешным и весёлым, а еда из ресторана, который повёл их Джинри была прекрасной. Подъезжая к подъезду парня, рыжеволосый хватает за запястье блондина и целует. Это был не какой-то углублённый поцелуй. Просто чмок в губы, но для Феликса это значило очень много. - До встречи. – и выходя из машины, Ликс ещё пару минут постоял, а уже когда машина парня скрылась, Феликс зашёл в подъезд словно влюбленный подросток. Хван перевёл их в квартиру, потому что на балконе становилось холодно. Усаживая Ликса на диван, брюнет отставил одну ногу и держа за запястье, посадил блондина к себе. - Я провёл с ним ещё несколько встреч. Был будто не в себе совершенно. А после, я настолько его избегал, что он до сих пор думает, что я его боюсь. – Хенджин на этих словах даже не мог предположить, какая сильная истерика младшего его ждёт впереди. Джинри вёз Ликса в свой загородный дом, чтобы отдохнуть от суеты города и расслабиться. Они не обговаривали их отношения, просто старались проводить много времени вместе. - Ты правда купил ту машину? Она же стоит как полноценный дом. – разговоры были не о чём и не серьезные. Ликс просто обсуждал новости, что он узнал и выпытывал новости, что были у Джинри. Доехав до дома, поведение рыжеволосого будто немного изменилось. Он пытался всячески обнять Ликса, что никогда не делал первый, пытался поцеловать везде, куда мог дотянуться. - Эй, Ри, стой. Ты сегодня такой странный, что с тобой? – у парня напротив словно дьявол сидел в зрачках. Он животно смотрел на блондина и пытался совладать с собой изо всех сил. - Мы с тобой уже месяц вместе. Я имею право на твоё тело. – и сразу же после этого, парень набросился на маленького ангела. Он нёс его на руках на второй этаж, попутно целуя его везде, где мог. Ликс брыкался всю дорогу. Он плакал, умолял ничего не делать, умолял поговорить, но его никто не слышал. Никто его не слышал и тогда, когда рыжеволосый без спросу залез в его трусы и ввёл в него палец, будто это что-то будничное. Сукин сын наслаждался реакцией младшего. Он будто упивался своим величием над блондином. А Феликс всё ещё молил о пощаде, молил остановиться. Он просто хотел стереть этот день из воспоминаний. Джинри уже во всю вводил несколько пальце и не выдерживая, плевал на руку, размазывал слюну по своему члену и пытался ввести его в парня, но Ликс в момент того, как насильник снимал с себя ремень, тянулся к лампе, что стояла рядом с кроватью. Сильный удар по голове и вот Феликс уже бежит изо всех сил, но в одних своих шортах, что так некстати были испачканы в смазку насильника. Он бежал совсем босиком по холодному асфальту, пока не выбежал на дорогу и не упал перед первой машиной, что проезжала. Из машины вышла девушка и была так напугана, что просто без раздумий вызвала скорую и полицаю. В момент того, как блондина ложили в скорую, Джинри подъехал на машине к месту, где было море мигалок и тут же получил штраф и задержание под арест. Ликс очнулся уже в больнице. В серых стенах и белом потолке. Рядом была его мама и Йеджи с Джисоном, которые успели подружиться с ним и стали его лучшими друзьями. Ещё долго они будут извиняться и корить себя за то, что они не разглядели насколько гнилой этот человек. Джинри отделался исправительными работами и штрафом, а вот Феликс закрылся в себе навсегда. Первая слеза упала на колено Ликсу, который так тщательно скрывал то, что кроется за ледяной стеной его личности. Он ранимый и сентиментальный мальчик, что до сих пор не верит, что после секса существует любовь, что любить взаимно можно и это не редкость. Он боялся открывать свою душу куратору, что так пристально смотри на него сейчас и поглаживает спину круговыми движениями. Чёртовы психологические уловки, которые работают и Ликс доверяет человеку, что сидит позади него. - Я знаю…знаю, что ты скажешь…- дрожа и заикаясь произносит младший. Он знает. Все говорят, что он сам виноват, сам напросился на такое поведение, сам не давал парню возможности прикоснуться к нему и сам виноват в том, что верил в отношения без секса. Дабы заглушить всю боль, блондин стал искать себе партнёров на одну ночь, чтобы доказать себе, что любви нет и никогда не будет в его жизни. Он не травмированный ребёнок, он травмированная личность, что была подкошена и разрушена в один момент неизвестным человеком, имя которого Феликс навсегда закрыл в дальнем шкафу под десятью замками. Он навсегда и навечно для всех закрыл своё сердце и доступ к нему. Но брюнет, что так сильно сейчас прижимает его к себе и обхватывает так сильно, как это возможно, ему удалось на пару мгновений вернуть веру в любовь, веру в чувства, веру в то, что Феликс умеет любить и он может быть любимым. - Ты не виноват. И я бы никогда не оправдывал действия насильника, даже если насилия не было, он оставил тебе травму на всю твою жизнь. Он разбил тебя и даже не удосужился извиниться. Ты прекрасный человек и заслуживаешь всего мира, как жаль, что мир не заслуживает тебя. – конечная. Слова Хенджина заставили слёзы блондина увеличиться, и он перестал сдерживать свои порывы плакать. Он так сильно плакал и содрогался, что даже Хван, который сидел позади и чувствовал все эти содрогания будто душой, не мог сдержать летящей вниз слезы из собственных глаз. Ему нельзя быть слабым. Сейчас он нужен ангелу. Он нужен его мальчику, и он будет рядом, даже если сейчас настанет апокалипсис. – Кто бы что тебе не говорил, не слушай их. Людям проще найти в твоих действиях вину, чем обвинить человека, который действительно виноват. Разум людей прекратил нормально функционировать, как только все перестали интересоваться что происходит в мире. Ты светлячок в моём личном мире, и я бы так хотел, чтобы ты светил самым ярким светом, но не знаю, как помочь. – на полуслове его обрывают тёплые прикосновения к своим губам чужими. Феликс целует мокро и ненастойчиво. Скорее с опаской и осторожностью. Будто это стеклянная ваза, что разобьется, если надавить чуть сильнее. Он сминает нижнюю губу Хенджина и понимает, что не получает ответа. Старший же, ошарашен таким шагом младшего и просто не успевает ответить, как блондин уже отстраняется от него. - Прости. Я просто всегда думал, что, поцеловав человека, можно получше понять свои чувства. - И как? – Ликс сам не понял, когда успел открыть сердце и душу и впустить туда куратора, что всё так же прижимал его к себе. Он не понял и того, что чужие губы накрыли собственные. Соображать пришлось недолго, и блондин ответил на настойчивый поцелуй, когда чужой язык ворвался в его рот и стал изучать там всё, проводя по верхнему ряду зубов и не стесняясь, сплетаться в танце с языком ангела. Отстраниться пришлось первому Хвану, потому что дышать было нечем, легкие горели от нестачи кислорода, но он и при смерти попросил бы лишь целоваться с Феликсом до конца его времени. Он бы был рад, если бы в гроб положили фотографию ангела, чтобы он в следующей жизни обязательно нашёл его. – И что, теперь тебе понятны твои чувства? - Ты такой невыносимый. Ты знал? - Зато я любимый. – победоносная улыбка озарила лицо преподавателя, но тут же Хван скривил лицо от толчка в ребро. - Я ещё не ответил тебе ничего, а ты уже делаешь выводы. – парни просидели в обнимку ещё несколько минут, а после будильник Ликса ужасно зазвонил, и он понял, что пора идти на остановку. Всё же ему ещё нужно всё обдумать, решить и взвесить все за и против. - Я тебя не отпускаю. – мило сморщив лицо и надув губы, обхватил ещё сильнее талию Ликса Хван. Он не хотел так быстро прощаться. Не хотел остаться без ответа. Притянув парня к себе снова в поцелуе, Феликс и сам не понял, как оказался на коленях Хенджина. - Ты меня не можешь держать против воли. – отстранясь, пробубнил Ликс, но не получил никакой реакции. Он так и продолжил сидеть на коленях у старшего и ерошить его волосы, перебирая прядку между своими пальцами. Тишина, что воцарилась в квартире не была угнетающей или напряжённой. Наоборот. Эта тишина помогала Феликсу думать, осознавать и принимать все мысли, а Хвану просто наслаждаться любимым человеком рядом. Когда прошло уже достаточное количество времени, Ликс подал голос. – Хорошо. Раз уже я пропустил автобус, вези меня домой. - Нет. Ты ночуешь здесь. – Хван не спрашивал. Это было утверждение. Возможно, если бы Феликс сильно хотел, он бы поспорил и просил везти его домой, но на деле же, его дом был пуст и там никто не ждал его. Здесь, конкретно в этой квартире, хотелось остаться. Хотелось остаться и потому, что Хенджин очень тепло обнимает. Хотелось остаться, потому что Хенджин рядом и не уходит, не выгоняет и любит. Он любит его ни смотря на то, что сам же блондин считает себя грязным и запятнанным. - Ты знаешь сколько у меня было любовников? - Мне наплевать. – куда-то в район солнечного сплетения проговаривает Хенджин и в доказательство, целует живот блондина, задрав кофту. Он целует нежно и почти невесомо, что в животе Феликса закручивается тугой узел и отдаёт импульсом в пах и в ноги, которые тут же подкашиваются, заставляя уже полностью сесть на брюнета. Хенджин подымается выше, задирая кофту ещё больше, а после, просто наглым образом стягивает её с ангела. – Твоя белоснежная кожа меня манит. Я думал ты на вкус как серебро, а ты как цветок. - Сейчас будет не романтичная шутка, но ты что козёл раз цветы ешь? – Хенджин сначала осознаёт, а после прыскает от смеха и утыкается лицом в ключицу блондина. Феликс же заливается смехом и отклоняет голову назад, давая Хенджину больше пространства. - Ты невероятен. – отстраняясь, а затем вновь припадая к чужим губам, проговаривает Хван. От кусает, а затем посасывает чужие губы. Наслаждается каждой секундой и каждым мигом, что дарит им эта ночь. - Ты хочешь меня или что? – после этих слов, Хенджина будто отрезвляют и он отпускает блондина, выпуская того из объятий. Он подымает его, насильно одевает кофту и уводит в спальню, при этом, не выдав ни одного слова и ходив с опущенной головой. Феликс уже тысячу раз успел пожалеть, что вообще заикнулся об этом. Ему были приятны касания старшего, его невесомые поцелуи и его настойчивость не чтобы залезть в штаны, а чтобы залилеять младшего. Заходя в комнату, Феликс хватает брюнету за руку и тянет на себя, падая на кровать. – Я же не сказал, что я против. Я просто хотел чёткого выражения твоих желаний. - Я не буду настаивать ни на чём. Только если ты скажешь да, только тогда я смогу снова к тебе прикасаться. – идеальный. Слишком правильный, слишком хаотичный и притягательный человек лежит рядом с Феликсом и, кажется, младший уже точно знает, что с утра попросит отвезти его на пары, где в машине признается во всех чувствах, что царят внутри него. А пока, наслаждаться его компанией и его растерянностью слишком приятно. - Ты всегда был таким правильным? Мне казалось, что с тем парнем из параллели у тебя другие отношения. – внезапное упоминание о злейшем враге сильно кольнуло Феликса. Он вновь вспомнил, как стоял в проходе и хотел спросить что-то насчёт своей работы, а Хван стоял с тем парнем слишком близко и тот практически шептал преподавателю что-то на ухо. Хван даже не помнит этого, ведь тогда в дверном проёме тут же заметил младшего и все слова прекратили долетать до его слуха. В тот день блондин был ещё более привлекательным, потому что это был его день рождение, и он надел свою любимую рубашку с цветами, чтобы открыть ключицы и снова ловить взгляд наглого куратора. Но тот стоял и шептался с этим противным ботаником, который каждый раз называет Феликса подстилкой Джинри, за что конечно же получает от Джисона. - С кем это и когда это было. Я такого не помню. - Конечно не помнишь. Он вышёптывал тебе что-то на ухо, а ты улыбался. Сентябрь 15, мой день рождения. – Хван даже губу закусил и поднимаясь на локти, обернулся к младшему. Первая его реакция была смех. Он просто согнулся пополам от истерики, вытирая тыльной стороной руки слёзы. - Ты такой милый, когда злишься и ревнуешь. - Я не ревную, что за самонадеянность. – Ликс лёжа скрестил руки на груди и тут же был захвачен в крепкие объятия. - Ты потрясающий. – брюнет тёрся своим носом об ухо блондина и целовал его линию подбородка. – Я совершенно не помню, что мне говорил тот мальчишка, потому что в дверном проёме стоял ты. Мне было интересно, что ты здесь делаешь, нежели пытаться услышать, что этот парень говорит мне. Мне было правда всё равно. Когда ты ушёл, я просто мугукнул ему и он с улыбкой ушёл. Так что, твоя ревность совершенно ни к чему. – Феликс хотел было что-то возразить, но Хенджин опередил его и вовлёк в поцелуй. Ликс же наконец-то дождался момента, когда Хван прекратит быть послушным мальчиком, и сделает всё в своей манере. Он всё равно прижмёт его к себе, усадит на колени, запустит руки под кофту и снова начнёт её снимать. Брюнет снова будет целовать каждую частичку блондина и будет шептать что-то нечленораздельное, чтобы Ликс чувствовал, что он нужен, важен и он то, что называют зависимостью. - Ты мне нравишься. – Хван на пару секунд останавливается и поднимает шокирующий взгляд на младшего. - Стой. Что? - Ты. Мне. Нравишься. – выделяя каждое слово, словно пробуя его на вкус, снова повторил Феликс. И тут же почувствовал прикосновение чужих губ к своим. Хван просто мазнул ими, но в этом жесте было слишком много чтобы просто так отстраниться. Феликс снова притянул Хвана к себе, на этот раз настаивая в длительном поцелуе и будто невзначай тянет руку к ремню на штанах старшего. Раскрывает ремень, затем пуговица и молния и вот, старший, не разрывая поцелуй стаскивает с себя джинсы, и они летят туда же, куда летит свитер и штаны младшего. Ликс уже устал от долгих прелюдий, ведь губы уже жжёт от долгого времени поцелуев, а в паху уже через чур мокро и грязно. Блондин первым разрывает долгий поцелуй, подставляя под губы старшего шею и томно дышит, стараясь быть потише. - Ты прекрасен. У меня голову от тебя сносит. Ты мне нравишься. – будто на одном дыхании произносит Хван и переворачивает Феликса на спину, занимая позицию доминанта. Он очерчивает невесомо изгиб тела блондина и проводит рукой по внутренней стороне бедра, доходя до заветного места. Хенджин кладёт руку на пах и слышит долгожданный стон, что тут же заглушается маленькой ручкой ангела. Брюнет всю жизнь готов прослушивать этот стон. Пусть ему введут это в вену, сделают его гимном жизни иначе зачем тогда существовать, если не будет разрешено слышать этот бархатный гортанный стон. Он целует его в низ живота, и всё же проводит рукой в боксёры, задевая нежную кожу парня. – Будь громким сегодня. Хочу, чтобы ты кричал. – и тут же исполняя просьбу, Феликс убрал ладонь изо рта и протянул ещё один не менее сладкий стон уже намного громче. Хенджин лишь усмехнулся и продолжил прокладывать мокрую дорожку от низа живота до органа парня. Феликс не опускал глаза к картине, что происходила у него между ног, потому что готов кончить от одного вида взлохмаченного и раскрасневшегося Хенджина. Громкий стон снова освещает тёмную спальню, когда брюнет берёт в рот член блондина почти на всю длину. Он поглаживает его руками внизу, а сам облизывает головку и стимулирует руками яички. Он припадает языком к ним чуть позже, не забывая руками надрачивать младшему и получать громкие и сладкие протяжные стоны и глубокие вздохи. Феликс хватается руками за простынь, комкая её в кулак и стягивая с кровати. Он готов отдать душу кому угодно, лишь бы Хенджин продолжал и не останавливался. Подкатывающее чувство эйфории наступает на пятки Ликсу, и он оттягивает брюнета за волосы, показывая, что он на пределе. Они меняются ролями, когда блондин подползает к изголовью кровати, а Хван садится в ожидании дальнейших указаний младшего. Ангел долго не думает и тут же опускается к члену старшего, что был уже настолько мокрым, что даже смазка не понадобилась. От смущения Хенджин просто закидывает голову наверх. Ну и ещё для того, чтобы не опозориться словно школьник в период пубертата от того, что Ликс лишь одними губами касается кожи органа. Хван тихий и скрытый, в отличии от Ликса, но здесь слишком велик соблазн поддаться эмоциям, и он протяжно вздыхает, а после громко стонет и снова вздыхает. Феликс заглатывает полностью член парня. Он упирается ему в горло, и оно больно першит, но ради сладких звуков, что издаёт куратор, блондин был готов терпеть и пытки, и убийство и что угодно, лишь бы до смерти слышать эти мелодичные стоны. - Ликси…давай просто перейдём к следующему этапу…я…прямо ахр, прямо сейчас…- и Феликс тут же отстраняется, понимая, что имеет в виду парень. Хенджин снова целует его. Слишком мокро, слишком хаотично, слишком смазано, но так приятно. Они снова меняются местами, и Феликс забрасывает свои ноги на брюнета, открывая доступ к своему телу. - У тебя же есть защита? – Хенджин ничего не говорит, а просто тянется к тумбочке у изголовья кровати и достаёт оттуда презерватив и смазку, будто они только и ждали своего часа, ведь там оказалась лишь одна резинка. Он распределяет смазку по сфинктеру парня и по своим пальцам как можно лучше, чтобы было менее болезненно. Вводит один палец и реакция не заставляет себя ждать. Феликс громко вскрикивает и тут же получает успокаивающий поцелуй в косточку таза. Хенджин ждёт. Покорно ждёт момента, когда Ликс привыкнет и можно будет продолжать. Когда блондин начинает насаживаться на палец сам, брюнет вводит второй палец и осторожно, словно это самая ценная и дорогая вещь в его жизни, начинает разводить внутри пальцы на манер ножниц, чтобы как можно лучше подготовить ангела к следующему шагу. Ликс мечется по кровати в попытках унять боль и сжиться с чувством привыкания. Не первый раз он проходит такой этап, но близости не было слишком долго. Когда боль отошла на задний план, а вперёд подступило чувство тянущего восторга, блондин положил свою руку на руку парня и надавливал, показывая, что готов к большему. Хван осторожно достал пыльцы и надевая защиту, размазал смазку по всей длине члена, не забывая и про дырочку Феликса. - Сейчас будет больно, но я дам тебе время привыкнуть, малыш. Если будет очень больно, скажи. Я остановлюсь. – младший кивнул и уже приготовился к боли, что сразу же ударит под дых. Расслабившись, Феликс и не понял, что Хенджин уже наполовину вошёл в него. Чувство боли потихоньку подкралось к горлу, и блондин чувствовал, как сильно отличается чувство удовольствия от чувства боли. Надавливая пяткой на спину старшего, он показывал, что можно продолжать, и Хенджин начал медленно двигаться внутри. Тесно и горячо внутри младшего, но Хван делал всё, чтобы блондин чувствовал себя комфортно и удобно. Чтобы он наслаждался процессом, как это сейчас делает брюнет. Феликс с красными щеками, губами и с закатными глазами выглядел великолепно. Этот снимок был бы его любимым произведением искусства. Задевая комок нервов, Хван тут же получал реакцию в громком стоне блондина, в его извивающемся теле и крепком захвате его бедер чужими ногами. Когда же пик наслаждения был на пределе, Хенджин взял член парня в кулак и начал двигаться в ритм своим толчкам. Ещё пара движений руками и Феликс с именем Хвана излился себе на живот, а после него, содрогаясь и вынимая свой орган из парня, закончил и брюнет, пачкая постельное бельё. Хенджин целует младшего в висок и подымает его на руки, чтобы ополоснуться и заменить бельё. Всё же, эта забота слишком нравилась Феликсу. Он чувствовал себя любимым, нужным и важным для человека напротив, что сейчас осторожно заносит его в душевую и включает воду. Теплая струя льётся на них, заставляя отрезветь от происходящего немного ранее, но Хенджин не разрешает полностью осознать всё, потому что вовлекает парня в требовательный поцелуй. Целует так, будто боится, что всё это окажется сном, что Ликс не настоящий и что его глупая фантазия просто слишком бурная. Но открыв глаза, всё остаётся на местах и Хенджин улыбается прямо в поцелуй. - Ты такой милый, когда не пытаешься быть моим куратором. – пробубнил Феликс, помогая заправить новую простынь. - А ты всегда милый, но сегодня слишком секси. – ухмылка появляется на лице у старшего, и он тут же получает подушкой в лицо. – За что? - Чтобы ерунду всякую не болтал. Ложись. – постукивая по месту рядом, приглашал его блондин. И Хвану не нужно даже первое приглашение. Он тут же заваливается в постель, утягивая младшего в объятия. Они вымотаны, но рады, что этот вечер произошёл. Они рады, что каждый смог сказать то, что копил в себе уже долго. Сейчас самая теплая вещь, это объятия старшего и его же сопение на ухо. - Ликси…Ликси…малыш, просыпайся. – блондин открывает глаза и всё же не понимает, где он проснулся и почему квартира выглядит там странно. Не так как раньше, не так как вчера. – Ты так долго спишь. Твои клиенты с ума сойдут, если ты опоздаешь. А первый, между прочим, тот мальчик с паническими атаками. – младший правда не понимал, что поменялось за один вечер. - Джинни, когда у нас пара? – Хенджин от шока даже перестал собирать вещи и остановился у кровати, садясь рядом с парнем. Он поднёс руку к его лбу, проверяя температуру. - Ты заболел? Какая пара? Ты с института выпустился два года назад, мы в браке уже год, ну ты чего? – какой выпуск и какой брак? Разве вчера они не только начали встречаться? - Да ладно. Что мы делали вчера? - Вчера было воскресенье, мы были у моих родителей, а потом смотрели фильм дома. Ты уснул на диване, и я перенёс тебя сюда. Малыш, ты точно не заболел? – Ликс шокирован, а затем идёт истерика и смех. Настолько реалистичного сна он ещё никогда не видел. - Я тебе сейчас расскажу, а ты постарайся не офигеть. – и блондин начал рассказывать всё в деталях, наблюдая за тем, как широко открывает рот муж и округляются его глаза. - Да ну нафиг. Это же события 2х летней давности. Ты как это вспомнил? - Вчера альбом смотрел и увидел полароид с первым букетом от тебя и вспомнилось. Я сам не понял, как не сообразил утром, что это был сон. – и парни рассмеялись уже вместе, попутно вставая и собираясь на работу. Брюнет закинул на заднее сидение вещи и приглашая присесть в машину, открыл дверь для блондина. - Я люблю тебя. – внезапно произнёс младший и поцеловал Хвана в губы, быстро садясь в машину. - Эй, не честно. Я тебя тоже люблю. – и нагибаясь к мужу, Хенджин поцеловал того в ответ. Он сел за руль, взял ладонь ангела и улыбаясь, рушил с места. В мире, где каждый может открыть сердце любому, всегда найдётся человек, что в скором времени залечит ваши раны и наклеит пластырь, чтобы было легче пережить боль. Хенджин стал таким человеком для Феликса, и он в тысячный раз смотря на родное лицо задумывается, не сон ли это и правда ли он давал клятву быть вместе и в горе, и в радости? Любовь всегда боль, но от того, она не перестаёт существовать и благодаря любви, мы можем выучить себя и свои чувства. А также, любовь открывает нам глаза и даёт знаки сердцу. Обернитесь. Возможно, ваша любовь именно сейчас смотрит на вас влюблёнными глазами.