Кошка

В поселившейся в его покоях тишине Балдуин IV как никогда ясно видел надвигающуюся погибель. Не было сил ни слышать, ни видеть - зрение уже было ни к чёрту, лишь мутная пелена с едва различимыми силуэтами. Казалось, порой, вот протяни руку и эта пытка закончится, но она всё никак не заканчивалась, мучая и его, и людей, что всё ещё были рядом. Однажды в его покоях поселилась кошка. Ему об этом рассказала сестра в один из тех редких вечеров, что они проводили вместе. Чёрное пушистое чудовище коротало дни и ночи на его постели, яростно отбиваясь ото всех, кто смел покуситься на её право нежиться рядом с ним. Она подставлялась под его неловкие поглаживания, довольно мурчала и порой облизывала кончики пальцев более здоровой руки. Он её не гнал. Не было ни сил, ни желания. Несколько стыдно было признаться, как легко засыпалось под довольное урчание лежащего рядом животного. Позже Балдуин начал с ней разговаривать. Рассказывал байки, говорил о своих мечтах и переживаниях. Слова легко слетали с его уст, образовывая предложения. Кошка слушала, мурчала, согласно мяукала или даже шипела. Словно всё понимала. Словно человек, заточенный в теле животного и нашедший в нем, Балдуине, нужного для себя человека. По крайней мере, так хотелось думать. Должно быть, ему снился прекрасный сон, где он снова мог видеть, где пушистая чёрная мордочка глядела на него двумя яркими изумрудами глаз и довольно щурилась. Прекрасный сон. А, может, он в предсмертном бреду? Пожалуй, ближе к правде. Он касается шелковистой шерски, пропуская сквозь пальцы, а руки его покрыты красноватой кожей с сетью мелких шрамов - царапин. Словно болезнь отступила, давая ему передохнуть, прежде чем проглотить без остатка. Думать становится тяжело, больно, только бы продлить эту сладкую пытку. Ещё мгновение. И ещё. Он чувствует боль, когда, свернувшись клубочком на его груди, кошка легонько царапает кожу, сквозь тонкую ткань. Вот и конец. Блаженная улыбка скользит по губам, а вмиг отяжелевшие веки закрываются, пряча неожиданно чёткую картину. Восторженные крики достигают его слуха с опозданием и Балдуин не знает, что это, но становится так горько от того, что люди радуются его уходу. Из-под ладони исзечает пушистое тельце и он с трудом разлепляет глаза. - Какое счастье, - он уже и забыл, как приятны объятия, как тепло от чужого дыхания на коже. Забыл, каково быть живым. Но он жив. Определённо жив, живее, чем когда-либо. И только заметив пустое место рядом, он уже знал, кошка больше не вернётся. Но он будет ждать, чтобы сказать ей спасибо.