Последнее, что осталось в этом Аду

      Эльза проснулась утром и обнаружила, что всю ночь проспала сидя на палубе. Спину неприятно тянуло и ей едва удалось встать не развалившись на части. Сложив аккуратно плед, она заковыляла босыми ногами в сторону носа катера. Влажный ветер встретил ее в лицо и обдал свежестью. Эльза хмурится, потягивается и протяжно зевает потерев глаза и выплескивает изнутри себя звуки пробуждения.       — Доброе утро! — В углу, рядом с входом в рулевую, сидел Фернандес. Выглядел бодро, хоть и не сомкнул за всю ночь глаз ни на минуту. В руках он держал свежий выпуск газеты и непонятно как оказавшееся на катере кофе.       — Кажется, дождя сегодня не будет. Надо обрадовать Люси. — Эльза посмотрела вперед. Утреннее море пахло свежестью, а поднявшееся солнце словно обещало пробыть с ними весь день.       — Обо мне болтаете? — Из рулевой по лестнице поднималась блондинка держа в одной руке ведерко с пивом, а в другой складной шезлонг. — Дождя сегодня не будет, а значит отличный денек, чтобы позагорать. — Голос блондинки пропитан задорным весельем и сама она истончает привычное женское очарованье. — Давай со мной, Эльза? — Люси разложила свой агрегат. — До Манилы нам добираться еще по меньшей мере часа четыре, вот и потратим их на то чтобы загорать. Здесь всегда пляжный сезон, а ты вон какая бледная, надо это исправить. — Люси бросает раскладушку и открывает первое пиво, предлагая Эльзе. Звук открывающейся жестяной крышки вызывает мурашки и Скарлет с радостью принимает банку.       — Пожалуй, я откажусь. — Она пытается деликатно отказаться, но Хартфилия стоит на своем воинственно. Она тянет руки к Скарлет, что все еще была одета в одолженный Джераром пиджак и резво расстегивает затянутый ремень.       Скарлет не успевает остановить Люси и случается то, что заставит Хартфелию прикусить язык и пожалеть о сделанном. Залитый вчерашней алой кровью бюстгальтер стал сегодняшним коричневым пятном на ее груди.       — Эльза, я… — Люси отступает на несколько шагов.       — Что там у вас происходит? — Нацу поднимался вслед за Хартфелией с небольшим запозданием.       — Если ты поднимешься сейчас, я пересчитаю тобой ступени. — Люси хоть и испытывала вину за случившееся, быстро прогнала это неприятное чувство, затягивая на Скарлет пиджак. Нацу выждал голосовое разрешение и поднялся, держа за плечом еще один шезлонг. Тот весь был в пыли, древесина скрипела при попытке Драгнила его разобрать.       Джерар наблюдавший за всеми со стороны пристально следил за сменяющимся выражением лица Эльзы. В его глазах все еще стояла вчерашняя она, направляющая в его сторону пистолет с глазами кричавшими о желании выжить и враг, которого она повергла по той же причине.       — И так! — Люси всплыла слишком близко к лицу Скарлет. — Идем переодеваться, я дам тебе чистое белье. — Она уводит Эльзу за собой, оставляя Нацу самого додумывать о случившемся.       — Я тоже пойду. Разбудите меня, как прибудем к Манилу. — Джерар спустился в рулевую, где с утра пораньше уже сидел Грей и сменял одну сигарету за другой. Тесное пространство рулевой было все утоплено в дыму, но Джерару это никак не могло помешать. Плюхнувшись на диван, он стянул с ног пыльные ботинки и улегся на диване, засыпая.

***

      — Люси! Я не могу надеть такое, оно впитается мне в… — Скарлет не успевает договорить, речь ее прерывается, когда в диалог вступает Хартфелия.       — Эльза! Белье, которое ты носишь подойдет только школьницам и бабушкам. — Блондинка кидает в сторону Скарлет черное бикини.       — Эти твои трусы впиваются мне прямо в задницу! — Эльза продолжает стоять на своем, но Люси совсем не оставила ей выбора. Пока Скарлет обмывала свое тело в тазу, та ликвидировала ее комплект, а чтобы у Эльзы на было соблазна его вернуть, Люси разорвала его в клочья по всем швам.       — Это называется стринги! — Люси сложила рука на руку, продолжая смотреть на Скарлет. — И они должны впиваться в твою задницу. Так задумано. Если бы я не знала, что у тебя был муж, подумала бы что ты — девственница. — Эльза уже во всю пылала румянцем от смущения или от злости — было невозможно определить.       — Я не носила красивое белье. Работа не позволяла, поэтому я всегда выбирала более практичное и удобное. — Эльза послушно натянула на ягодицы черные стринги и Хартфелия победно улыбнулась.       — Все мужчины просты до невозможности. Чем красивее белье на теле девушки, тем сильнее они жаждут снять его. Если ты понимаешь о чем я. — Эльза кротко кивнула. — Но одно могу сказать наверняка, мужчины изменяют тем, кто предпочитает удобное и практичное с теми, кто привык к трусам в заднице. — Хартфелия рассмеялась, продолжая перебирать склад со своим бельем. — Все решено, тот черный комплект теперь твой. И вот это тоже забери себе. Мне оно маловато, а тебе будет в самый раз. — Люси была ниже Эльзы и таз у нее был шире, чем блондинка очень гордилась, а вот у Эльзы победной частью однозначно были стройные длинные ноги.       — Спасибо, — Эльза приняла в дар еще несколько комплектов и утрамбовала их в пакет.       — А теперь, идем загорать.       Оставшуюся часть пути до Манила Люси и Эльза провели, принимая солнечные ванны на палубе катера. Старенький шезлонг Люси, который сейчас принадлежал Эльзе, скрипел как старая половица при любой попытке Скарлет перевернуться. Холодное пиво, что стояло между ними заканчивалось и Нацу любезно бегал вниз за новым, не забывая и про себя.       — Эй, Люси. А расскажи про Криса? — Скарлет лежала на животе, приподнявшись на локтях.       — Я и сама ничего не знаю о нем. — Люси стянула с глаз очки. — Когда я присоединилась к ребятам он уже тут был. Знаю лишь то, что он как-то связан с прошлым Джерара. Но как именно — не имею понятия.       — С прошлым Джерара? — Это было не менее интересно и Эльза зацепилась за эти слова, словно за ветку дерева, вот только Люси словно и не собиралась отвечать на них, вновь накрывая глаза темными очками.       — Спроси сама у него.

***

Манила 2:00 РМ

Бар «Уродливая Фея»

      Грей остался сторожить катер вместе с Люси и Эльзой. В то время как Нацу и Джерар перешли к завершающему этапу задания — передачи груза.       Внутри было на редкость безлюдно. Впрочем, в такую рань заведение Каны пользовалось небольшим спросом. Разве что парочка завсегдатаев потирали стулья пялясь на ее сиськи.       — Нацу, ты все-таки пришел ко мне? — Альберона махнула рукой в сторону вошедших гостей.       — И не мечтай. — Нацу только переступил порог, но уже пожалел, что согласился идти с Джераром. Знал ведь, что встретится с ней.       — Я куда опытнее, чем твоя блондинка. — Альберона оперлась на барную стойку, приковав к себе внимание посторонних.       — Не интересно. — Драгнил прошел вперед, Джерар следовал за ним. От угла шла лестница на второй этаж из-за темных занавесов и интерьера она была не заметна, но тот кто знает без труда сможет отыскать.       — Похоже, что ты ей нравишься. — Обычно серьезный Фернандес выглядел весьма повеселевшим. — В чем секрет?       — Секрета нет! — Отрезал Драгнил. — Только факт: Кана — моя первая девушка, ну в плане секса. Она была в стельку пьяна и я думал, что на утро она забудет, но даже спустя почти семь лет, она продолжает изводить меня. — Нацу и Джерар скользили по коридору пока не уперлись в черную дверь. Она единственная из всех остальных на этаже была железной (вероятнее всего бронированная). Джерар постучался и тупой звук разошелся по металлу. Она открылась.       — Входите. — На входе стоял охранник в костюме. Крупный, в одном ухе торчала гарнитура, а в плечевой кобуре ствол.       Оказавшись внутри Нацу и Джерар встретились глазами с Зерефом. Он сидел на краю дивана, на его коленях лежала белокудрая голова девушки, что крепко спала.       — Буду вам признателен, если вы не нарушите ее сон своей громкой болтовней. — Его бледная рука поглаживала голову девушки. Путалась в ее волосах и вытягивала кудрявые пряди.       Джерар молча прошел вперед и положил пыльник с грузом на стол перед Зерефом. — В темноте было сложно разобрать внешность, черные волосы сливались с темнотой как и его черные глаза.       — Нацу, ты тоже можешь подойди ближе. Или ты совсем не хочешь видеть своего брата? — Голос Зерефа был тихим, но сказанное все слышали хорошо. Драгнил сделал несколько шагов вперед и поравнялся с Фернандесом.       — Здесь то, о чем мы договаривались. Семейное колье Леванстеров. — Драгнил старший взял в руки мешок и достал украшение. Даже в темноте оно блестело словно было украшено небесными звездами.       — Дешевка. — Его рука откинула украшение на стол, то ударившись об бутылку упало на пол, прямо к ботинкам. — Ну и шума вы там навели. — Зереф стал говорить громче. — Впрочем, мне плевать кто умер, а кто нет, задание вы выполнили и получите всю сумму. — Охранник, что впустил их передал в руки Нацу черный кейс, который был плотно набит банкнотами. — Вы прошли проверку и теперь будете работать на меня. — Нацу нахмурил брови.       — Проверку? — Джерар не понимал. Больше всего ему не хотелось ввязываться в долгосрочные отношения с Драгнилом-страшим.       — Присядьте. — Фернандес сел за стол и Драгнил уселся за ним следом. Отчего-то спорить с Зерефом на его территории совершенно не хотелось, а его территория не ограничивалась стенами этого клуба, весь Манил был ею.       — Прошел слушок, что в городе появился новый наркотик женского типа. — Зереф обвел глазами Фернандеса пристально следя за ним.       — Мы транспортная компания. — Нацу перебил брата, перетягивая его внимание на себя. — Мы не детективы.       — Нацу, разве я тебя не учил не перебивать, когда взрослые разговаривают? — Одного взгляда было достаточно, чтобы смерить Драгнила-младшего, но этот эффект продлился недолго, Нацу быстро преодолел страх перед старшим братом.       — Все, чему ты меня научил — это правильно держать ствол. — Джерар понимал, что его просьба не нарываться на неприятности была забыта Нацу в ту же секунду, когда Фернандес ее озвучил.       — Замолчи! — Фернандес поставил ладонь на грудь Драгнила и потянул того назад. Ударившись головой о мягкую спинку дивана, Нацу цокнул, но смирился с молчанием.       — Рад, что хоть кто-то нашел управу на этого неугомонного мальчишку. — Зереф рассмеялся. — Меня он редко слушался. Эх ладно, воспоминания о прошлом губят настоящее. Вернемся к нашему делу. Вы беретесь?       — Но ты же можешь узнать обо всем этом щелкнув пальцами? — Джерар видел за всем этим скрытый смысл и пока не спешил соглашаться, хоть и отлично понимал, что это не просьба, а приказ. Нацу может он и отпустит, но откажись Джерар вряд-ли он покинет эту комнату также как в нее вошел — на своих ногах.       — Ну вот я и щелкнул пальцами. — Зереф откинулся назад, демонстративно щелкая пальцем. — Не хочу впутывать в это кого-то из своих, а вы отлично подходите на эту роль. Военный преступник, убийца и мой брат, ну и две очаровательные дамы, конечно же. — По спине Джерара прошли мурашки. Казалось, что Зереф протянул руку к его шее и вот-вот сдавит горло.       — Что с оплатой? — Джерар не видел ни одного возможного варианта отказаться. Как бы ему не хотелось впутываться в это дерьмо, Зереф уже вогнал их в него по горло.       — Сегодняшний кейс умножь на каждого члена своей команды. — Зереф наклонился вперед. — Делайте что хотите, но если мое имя хоть вскользь пронесется, я не пощажу даже собственного брата и женскую половину вашего водоплавающего цирка.       Разговор закончился и Нацу с Джераром покинули клуб. Фернандес был на редкость злой и ситуацию усугубляла безвыходность. Все то, что он пытался поддерживать: нейтралитет, независимость разбилось в дребезги подле его ног, ему оставалось только пинать эти осколки своим пыльным ботинком, надеясь, что когда-нибудь они вновь сложатся во что-то значимое.       — Нацу, пока не говори никому. Я попробую узнать сам, не хочу впутывать других.       — Я помогу. Он все-таки мой брат.

***

      Люси и Эльза выпив порядком пива перешли на более крепкий алкоголь. Желание утопиться в спирте оказалось более чем выполнимым и они не стали ему противиться, принимая участь опьянения и когда на катере закончились все запасы скотча, они решились покинуть его.       — Мы планируем заскочить в три сирены. Неужели ты не хочешь с нами? — Люси спустилась в рулевую споткнувшись на лестнице косыми ногами. Грей недовольно потушил сигарету и зажег новую, сидя на диване.       — Идите куда хотите, я останусь здесь. — Фуллбастер сложил ноги на маленький столик и томно прикрыл глаза, выпуская из легких густой дым.       — Не хочешь повидаться с Джу? — Эльза стояла рядом с Люси, наблюдая как легко той удается изводить парня всего лишь силой едких слов.       — Без меня. — Грей не выглядел так, словно слова, валившиеся из рта блондинки как-то его задевали, продолжая выпускать вперед себя малые облака дыма.       — Неужели ты боишься, что Джу увидит твою разукрашенную рожу? — Этого Фуллбастер стерпеть не смог. Он резко поднялся с дивана, направляясь в сторону смеющейся Хартфелии. В каждом шаге его отбивалось недовольство и злость.       Подойдя впритык к Люси, Грей вытолкнул ее впридачу с Эльзой из рулевой и закрыл металлическую дверь изнутри.       — Ты — идиот, Грей! Она все еще ждет твоего возвращения, а ты ведешь себя как хренов евнух! — Ядовитые слова Люси были неспособны растворить металлическую дверь, но с легкостью прошли сквозь нее, попадая в уши Фуллбастера и выворачивая того изнутри.       Сразу за этими словами по металической двери разошелся гул удара, от которого по телу Хартфелии проходят волны неприятных ощущений.       — Да пошел он, пусть сидит тут и жалеет себя. — Люси махнула рукой на дверь, поднимаясь наверх.

***

Бар «три сирены»

3:30 РМ

      Деревянные стулья были опрокинуты на столики. Для посетителей еще было слишком рано, бар начинал свою работу с четырех часов, а народ стягивался и того позже.       Вооружившись шваброй и половой тряпкой, Локсар ловко протирала пол в зале, не забывая и про труднодоступные места.       — Так-то лучше! — Сказала вслух, но единственными ушами в заведении были ее собственные.              Раздался стук в дверь и, бросив все свои дела, она подошла к двери, открывая ее. На пороге стоял молодой парень в оранжевой футболке и такого же цвета кепке по центру которой бы изображен круг пиццы.       — Заказ для мисс Локсар!       — Это я! — Джувия тянет руки к коробке и забирает ее у курьера, вручив взамен пару баксов чаевыми.       — Спасибо! — Мужчина уходит и Локсар скрывается за дверью.       Бросив пиццу на барную стойку, девушка берет первый кусок тщательно пережевывает и запивает колой.       Сегодня ее с лихвой одолевает тоска. В такие дни одиночество ощущается куда сильнее и бьет по ней в разы больнее.       Сама не замечает как по напудренным щекам прокатывается слеза и разбивается о грудь. Продолжает жевать пиццу, втягивая носом воздух и сопли, которые уже тоже были на подходе.       — Что это ты дурочка решила тут разреветься? Дел что-ли мало? Идиотка! — Бросает колкие слова в свой адрес, вытирая слезы с лица. — Если есть время плакать, значит надо больше работать. — Кидает пиццу и хватается протирать стаканы полотенцем. Стекло блестит от чистоты в дрожащих руках.       — Добрый день! — Пугается, когда видит перед собой первого поситителя. Стакан, что был в руке падает с треском на пол, рассыпаясь на крупные и мелкие осколки. — Простите, я напугал вас? — Джувия смотрит на него и понимает, что его лицо ей не знакомо. Она с опаской смотрит на его загорелую кожу и голубые глаза. Слишком навязчивая улыбка не сползает с лица.       — Простите, мы еще закрыты. Приходите через пол часа. — Джувия наклоняется к полу, полностью игнорируя первого посетителя. Собирает крупные осколки и осторожно перешагивая берет щетку и совок.       — Но дверь была открыта, я вошел через нее. — Мужчина, что уже сел за барную стойку берет недоеденный Джувией кусок пиццы и кусает его по надкусанной ею стороне.       — Видимо, я забыла закрыть, когда забирала пиццу. — Отправляет в мусорное ведро осколки и встает перед ним в полный рост.       — Ну раз я уже здесь, обслужите меня. Подумаешь на пол часа раньше пришел. — Выглядит немного пугающим, напускная добродушность напрягает.       — Приходите через пол часа. — Ей до невозможности хочется снова остаться одной, избавиться от навящевой компании.       — Я не уйду. — Стоит на своем.       — Что будете? — Сдается. Не из слабости, а из желания поскорее с ним распрощаться.       — Пиво и твой номер телефона. — Вздыхает. Собственное раздражение становится нестерпимым. Кажется поднеси к ней спичку и она вспыхнет.       — Вот пиво, а номера для тебя не найдется. — Джу ставит темную бутылку предварительно открыв. Чувствует как теплая ладонь хватает ее за предплечье и тянет через барную стойку. Смотрит в пустые голубые глаза, но не видит в них ничего человеческого. Как потухшие звезды, что больше никогда не смогут гореть.       — Отпусти меня! — Вырывает руку. Скалится и закипает. К глазам снова подкатывают жгучие слезы. Бесит собственное никчемное одиночество.       — Эльза, скажи сколько костей в человеческой руке? — Слышит еще один голос, поднимает голову и видит блондинку, что держит в руке металическую арматуру.       — В руке взрослого человека, если считать предплечье и плечо тридцать костей. — Рядом с ней стоит Скарлет. Немного шатается и держит в руках на половину пустую бутылку виски.       Резкий удар металлического прута по руке заставляет его разжать ладонь и отпустить девушку. На бледной коже остаются следы пальцев, но это ерунда по сравнению с собственной болью.       — Кажется Люси, ты попала по лучевой кости. — Скарлет делает глоток и продолжает смотреть за избиением со стороны блондинки. Следующий удар был точно впечатан по лицу и на скуле тут же появился след.       — Сучки! — Ругается. Смотрит за что можно схватиться и под руку попадается заказанная бутылка пива. Заносит ее для удара, но останавливается, когда слышит за спиной щелчок, снявший пистолет с предохранителя.       Медленно поворачивает голову и видит направленный на себя золотой desert eagle.       — Не великовата ли игрушка для такой малявки? — Поднимает впереди себя здоровую руку и медленно идет к выходу.       — Еще раз здесь появишься и выпущу в тебя пулю. — Кричит порядком выпившая блондинка.       Осторожно ступает к выходу и как только он пропадает в дверном проеме, Скарлет закрывается изнутри.       Джувия переводит дыхание и медленно садится на пол. Бросает пистолет рядом и обнимает себя руками за согнутые колени. «Тощая как всегда», «Слабачка» — в голове всплывают слова Грея, что неоднократно напоминал ей о собственной слабости. Даже этот пистолет подарил ей он в их последнюю проведенную ночь, надеясь, что хоть с ним Джувия сумеет постоять за себя.       — Вот урод! — Хартфелия перешагивает через колени Локсар и идет к бару тут же сооружая выпивку на троих. — Пусть явится сюда еще раз и прострелю этому мудаку член. — Люси бросает в стакан лед и отдает подругам.

***

08:15 РМ

      Знойная жара била по голове Джерара и Нацу. В такую духоту даже думать было тяжело не то, что что-то искать.       — Сейчас бы холодненького пивка. — Драгнил давно стянул с себя футболку, накидывая ее на голову.       — Не думал, что когда-нибудь соглашусь с тобой, но ты прав. — Джерар был в белой майке и штанах.       — У нас ведь есть это! — Драгнил похлопал рукой по черному кейсу, напоминая Фернандесу о крупном номинале.       — И то верно! Заскочим к Джувии, заодно может сможем что разузнать. — Джерар соглашается и в ногах тут же появляется прилив силы, шаг становится быстрее.       Подойдя к бару, первое, что бросилось в глаза — бушующая снаружи толпа. Многие стучали в двери, кто-то стоял поодаль, в надежде, что скоро откроются, а кто-то забвенно курил уже не на что особо не рассчитывая.       — Что тут происходит? — Джерар прошел сквозь толпу к закрытой двери, где наспех на белом листе было написано «Закрыты». Нацу срывает лист и громко стучит.       — Джувия, мы прошли весь этот путь ради холодного пива, ты не смеешь так подло поступить с нами? — Крики его перебивают собственные кулаки, барабанившие по деревянной двери, но в ответ только громко играющая музыка. — Пусти или я прострелю дверь! — Музыка стихла и за дверью Драгнил услышал родной голос:       — Нацу, это ты?       — Люси? Ты там? — Дверь на секунду открывается и в это окно успевает проникнуть Драгнил и Фернандес, после чего она снова громко хлопает и закрывается на всевозможные засовы и замки.       — Что вы тут устроили? — Фернандес проходит внутрь за Нацу, присаживаясь за барную стойку рядом с Эльзой.       — А что тут непонятного? — Скарлет пытается внести ясности, но ребята тут же улавливают пьяный тон и только после него замечают пустые бутылки разбросанные по всему периметру.       — Вы оставили Грея одного? — Джерар все еще надеется на адекватный разговор, но уже второй раз за день его планы рушатся как песочный замок во время прилива.       — Тс-с-с! — Эльза проставляет к его губам указательный палец, призывая замолчать. — Мы не вспоминаем про Грея здесь. — Джерар смотрит на спящую Джувию. Вроде ничего не обычного, но если долго присматриваться можно заметить слегка отекшее лицо и красные глаза. Вывод напрашивался сам собой — типичный женский девичник со слезами и алкоголем.       — Я, надеюсь, та арматура не для его головы припасена? — Джерар большим пальцем через спину показывает на толстый металлический прут.       — Нет, она для другого парня. — Успокаивает его Эльза и качающимися движениями допивает содержимое бокала.       — Держи! — Люси, что сегодня выполняла обязанности барменши протягивает Джерару бутылку холодного пива и такую же для Нацу. Все возмущение к данной ситуации напрочь отпадает, когда в их руки попадает освежающий хмельной напиток.       В первые же несколько минут после их воссоединения в баре Люси и Нацу пропали с радаров и силуэты их остались только в памяти. С помощью Джерара тело Локсар перекочевало спать на один из диванчиков в углу заведения, а сам Джерар тут же составил компанию Скарлет уже по обычаю предлагая ей закурить.       — Скажи, Джерар, что ты за человек? — Эльза втягивает сигарету. Видит как расходится алым цветом ее кончик, а после тухнет, превращаясь в пепел.       — Не думаю, что хороший. А впрочем, не бывает только хороших или только плохих людей, думаю и во мне тоже что-то хорошее есть. Наверное, я бы сказал так: во мне двадцать процентов хорошего и восемьдесят плохого.       — Так мало? — Эльза растягивается на барной стойке, а после кладет голову набок и смотрит прямиком в глаза Фернандесу. Это немного сбивает Джерара, словно на него смотрит глазами Эльзы невинный ребенок, что ждет, когда он, положив руку на сердце, признается во всех своих прегрешениях.       — А что ты за человек, Эльза Скарлет? — Смотрит на ее красные щеки, видит как дуется не получив ответа, которого хотела.       — Несостоявшийся хирург, у которого куда лучше получается отнимать жизни, чем спасать. Без коня, но на седле. — Смотрит на свои руки, проверяет ладони на кровь, а после закрывает глаза, но тут же их открывает. Видит лежащие пряди своих волос, моментально пугается, исходит истошным криком, но тут же приходит в себя, когда видит сидящего рядом Джерара, что сначала выглядит удивленным, но потом лицо его принимает привычные бесстрастное спокойствие.       — И давно ты стала бояться крови, Эльза? — Теряется, когда вопрос нависает над ней вместе с ничего не упускающим взглядом Фернандеса.       — А ты внимателен. — Отрывает голову от стойки и тянется за бутылкой. Отпивает сама и делится с Джераром.       — Когда умер мой муж, наверное. Я уже и не помню, просто в какой-то момент я не смогла выносить цвета собственных волос. — Берет прядь, смотрит на них в тусклом желтом цвете от лампы, весящей над баром.       — Как по мне, у тебя прекрасные волосы. — Джерар проводит рукой по той же пряди и ловит смущение затесавшее на лице девушки. — Пойдем, надо разбудить Джувию и мы уходим. Грей наверняка нас уже заждался. — Встает первый и ловко подхватывает Скарлет, помогая держаться на ногах.

***

      Ночью на Филиппинах вдвойне опаснее. То, чего не видно днем, вылазит с наступлением сумерек. Людям свойственно бояться темноты, это было испокон веков. Не просто так самые опасные хищники выходят на охоту именно ночью.       — Черт бы их побрал! — Пнув попавшуюся под ногу консервную банку, Фуллбастер посмотрел на телефон, но никто из этих двух оторв, не соизволил перезвонить на его пропущенные вызовы.       Выругавшись теперь уже про себя, он заученным маршрутом двигался в сторону бара.

***

      Проснувшись от легкого толчка Эльзы Джувия чувствовала себя куда лучше, чем когда засыпала, но бар открывать сегодня все-таки не решилась. «Почему бы не устроить себе хоть один чертов выходной?» — подумала она, когда Джерар и Эльза ушли и она снова осталась одна.       Собрав повсюду пустые бутылки в мусорный мешок, девушка помыла стаканы и сразу вернула их на места.       Послышался звук открывания двери, но из-за за замка открыть ее не получилось. Подумав, что кто-то из ребят наверняка что-то забыл, она попятилась к ней бездумно открывая дверь.       Так она еще никогда не ошибалась. Резко захлопнув дверь она надеялась тут же ее запереть, но выставленная рука помешала это сделать. Схватив ее за предплечье мужчина крепко держал, делая невозможным побег.       — Я просидел рядом с твоим баром целый день и вот наконец ты осталась одна! Умница, что открыла дверь не спрашивая, а то я уже собирался прострелить замок. — Мужчина убрал в кобуру пистолет, но Джувию по прежнему крепко держал.       — Что тебе надо? Деньги? Забирай их и уходи! — Локсар пыталась вырваться, но от ее жалких потуг это сделать, он даже не напрягся, делая несколько агрессивных шагов в глубь комнаты, закрыв за собой дверь.       — Мне не нужны деньги, я пришел исключительно за тобой. Не люблю бросать дело не законченным. — Он тянет Джувию на себя и затягивает в свои объятия, словно паук в кокон свою добычу. — Твоя подружка сделала мне больно, я бы предпочел вернуть долг ей, но раз ее больше нет, придется тебе одной принять на себя мой гнев, девочка. — Хватает ее поперек живота и против воли тащит в глубь зала. Джувия отчаянно пытается закричать, но страх сковал спазмом не только мышцы, но и голосовые связки, делая невозможным закричать во все горло.       Истерика подводит сознание к обрыву. Еще шаг и она прыгнет в эту бездну полностью его лишаясь. Чувствует как шершавая ладонь заползает под топ и с силой сжимает голую грудь. Противно.       Прикосновения настолько мерзкие, что ее буквально выворачивает от неприязни. Слышит как расходятся края молнии на собственных шортах и вместе с этим звуком появляются гроши сопротивления. Кусает его за руку и тут же в лицо получает жгучую пощщечину. Этот удар выкидывает из головы все мысли, но она тут же заполняется прежними страхами и отчаяниями. Хочется потерять сознание, а еще лучше — умереть. Отключиться и больше не чувствовать этих мерзких пятен, от которых ей потом никак не отмыться.       Из глаз уже во всю льются слезы, пачкают лицо. Проглатывает скопившуюся слюну, в надежде, что этого хватит, чтобы обрести голос хоть на чертову секунду, а в этот момент чувствует, как его свободная рука стягивает с собственных бедер кожаные шорты. Удается закричать, но крик кажется таким жалким, что его навряд-ли кто-то услышит.       — На этот раз тебе уже никто не поможет. — Видит его лицо перед своим. Очень близко. Голубые глаза не блестят безумием. Они тусклые и безжизненные, словно выключенные прозрачные лампочки.       Джувия не перестала сопротивляться. Делает рваные движения из стороны в сторону, уворачивалась от его взгляда, но на самом деле только больше теряет собственных сил.       Слышит как в звенящей тишине, падает пряжка ремня и лязг этот отбивается в ее голове, словно удары колокола.       Чувствует как по ткани трусиков проскальзывает касание пальцев и ноги тут же судорожно сжимаются, приложив на это весь остаток сил.       Чувствует как касается ее бледной кожи его член и тут же срывается на крик, но мужчина крепко прижимает ее спиной к стене и закрывает рот вонючей ладонью.              — Здесь по близости ни души! Твои крики слышу только я и поверь они мне очень нравятся. — Отпускает руку и слышит только тишину, а после резко разворачивает Джувию спиной к себе. Ударяется головой о стену и жалеет лишь, что этот удар не выбил ее из сознания. Закрывает глаза и жмурится. Сдается.       Но внезапно ощущает прилив воздуха. Неприятные прикосновения пропали и она обессилено падает на пол, сворачивается калачиком, страшась открывать глаза. Слышит как содрогается воздух и звуки — словно где-то поблизости ее бабушка выбивает старый ковер. Она с силой затыкает уши, чтобы не слышать стонов, но сквозь этот занавес проходит еще один звук, последний — звук выстрела.       Чувствует как чья-то теплая рука отрывает ее ладони от ушей и медленно открыв глаза она видит Грея. Его лицо было перекошено злобой, а на лице блестела испарина. Он поднимает Джувию на ноги и обнимает, притягивая ее своей ладонью за затылок. И гладит по спутавшимся волосам, разбивая локоны и как делал это раньше целует рядом с ухом, скорее по старой привычке.       А у нее прорезается голос и она плачет. Навзрыд как ребенок, не может остановиться, а он и не останавливает. Подхватывает ее на руки и несет на второй этаж. Заносит в комнату, где несмотря на царивший мрак, он знал расположение каждого предмета. Кладет ее осторожно и ждет, когда истощенное сознание перестанет содрогаться и она уснет.       — Ты уйдешь, Грей? — Держит его за руку, со всей своей ничтожной силой.       — Да. — Не отпускает ее, сидит рядом, гладит по голове, изредка касаясь кожи лица, мокрых ресниц.       — Останься хоть на одну ночь. — Чувствует как ее рука пытается ухватиться еще крепче, приковать к себе.       — Прости, Джу. Не могу, если я останусь, то не смогу уйти. Ты подождешь меня еще немного? — Бросает в эту темноту надежду и она подхватывает ее как кость собаченка.       — Да.