Я бежал за тобой три дня и три ночи

Я бежал за тобой три дня и три ночи, чтобы сказать, как ты мне безразличен. Именно с такой цитатой ассоциировались отношения Саки и Нигеля, когда они ссорились. Почему спросите вы? Да потому что их ругань всегда была самым ярким и бурным явлением почти всегда, за этим даже было смешно наблюдать со стороны. Двое подростков кроют друг друга самыми грязными словами, а после чуть ли с кулаками друг на друга не летят, но дав друг другу отдохнуть они расходятся и лишь метают на друг дружку злостные взгляды, цедя сквозь зубы оскорбления, еще при этом успевали посмеяться злостно друг над другом и сказать: «Да он мне вообще на хер не нужен, этот дебил». Так было всегда, есть и будет, и их разлука никогда не была долгой, максимум 2 дня продержаться, а потом ногами под партой потолкаются и сразу лучшие друзья на ближайшие лет 20. Их взаимоотношения никогда невозможно понять, они как кошка с собакой, чуть что не так, так — сразу: «Да пошел ты нахуй», и начинается типичный вечер пятницы, но как я и говорила они никогда надолго не расставались, но тут иной случай, другой и никто не знает, почему эти два олуха не общаются уже почти целую неделю, лишь изредка посмотрят, поязвят и отвернутся. А все началось с девчонки... — Да блять, ты заебал уже со своей Эрикой, чем она тебе понравилась, она же страшная как смерть — проговорил бледный паренек и уткнулся лицом в парту, кажется, сегодня он опять не выспался из-за сестренки. — Так че ти розумієш в жіночій красі, у тебе навіть ніколи телиці то не було, так що не пізди мені тут — все не умолкал коротышка, эмоционально жестикулирую руками. — Это я еще в девках не разбираюсь? Какая у тебя девушка была, ах да, дай вспомнить, как ее звали напомни? Кажется "правая рука"? — уже не выдерживает Саки и язвит как может. — Ой можна подумати ти зі своєю лівою розлучаєшся — подъебывает, а значит злится Нигель наш. — Да и че теперь мне поплакать надо из-за этого, мне и с моей левой не скучно, а тебе видимо с правой надоело, раз мне уже как неделю мозг ебешь с этой "Ой Эрика то, Эричка сё" — голову все же парень поднимает и прожигает злостно своим заспанным взглядом парнишку, который тоже злостно смотрит на него из под лобья. А злостно то Нигель смотрит из-за того, что его передразнивают, а Саки знал как он это не любил. — Ти че взагалі охуел мене передражнювати? — уже не выдержал блондин и толкает в плечо длинного. — А че ты мне сделаешь, втащишь? Ну попробуй, мне вообще по барабану че ты мне сделаешь, уже заебал с этой дурой, как будто других людей вокруг тебя нет кроме неё. — Че ти маєш на увазі? — А то, про меня уже совсем забыл, только за ней бегаешь и бегаешь, ты ей никуда не упёрся, а носишься за ней как угашенный. — З чого раптом? — Не ты в натуре баран или не вдупляешь? Ай, черт с тобой, бегай за ней сколько хочешь, только уже без меня — терпение лопнуло и Саки вышел вон из класса, чтобы не видеть это тупое выражение лица. Ну он в натуре не понимает или что? Как он мог забыть про меня, только и нудит о этой девке, а я? Как же я? Меня можно спросить, как дела? Вот что думал по этому поводу Саки. И ему было действительно обидно, обидно до слез, что его товарищ променял на девчонку, которую знает от силы неделю максимум. Ну как можно променять друга, с которым они уже дружат лет 10... Так и прошла первая неделя их ссоры, с того момента они так и не заговорили, ни разу причем, только язвили и косо смотрели друг на друга. Хотя оба переживали, хоть и не показывали это напрямую, делали все скрытно, втайне друг от друга. Что Саки переживал это понятно, ему было обидно и больно, что его так быстро променяли на бабу, а что до Нигеля? А этот коротыш вообще сначала не втыкал что произошло и почему Саки так на Эрику реагировал, но думать долго не пришлось, потому что после 2 дней их ссоры и попытки помириться с другом он понял, что обиделся он надолго и явно ревновал его к этой девчонке. С этого можно посмеяться и Нигель так и сделал, ну и фиг с ним, пусть дует губы раз так хочет. Даже одноклассники заметили эти перемены в их поведении, на протяжении недели все то и дело непонимающе смотрели на этих двоих, потому что знали их уже как 9 лет, но таких ссор как сейчас у них не было никогда, а тут такое. Решил узнать ситуацию только их одноклассник Теркель с которым когда-то эти двое были в более-менее натяжённых нормальных отношениях, и узнать все он осмелился только у Саки, но тот только лишь хмуро гнул свои густые черные брови и ничего не отвечал. На этом их диалог и закончился и больше Теркель ничего не узнавал, потому что если бы еще сунул свой нос, то получил бы по нему со всей дури. Но вот недавно... Был выходной, суббота, за окном стояла пасмурная погода и лил небольшой дождик, так что в такую погоду по городу явно не хотелось бы шататься, но вот если бы с Нигелем... Ай да пошел он. Саки лежал в зале, укутанный в серый плед и уже хотел уснуть, но что-то ему явно не давало покоя. Как-то странно получается, у них ссор таких никогда не было, чтобы неделю вот так ходить как враги народа и косо посматривать друг на друга, а тут такое. С этими мыслями глаза начали слипаться и потихоньку Саки стал отрубаться, хорошо, что он успел уложить Ханну спать, иначе бы она покоя ему не дала, а он, итак, уставший, весь день по дому дела делал, как пчелка летал то туда, то сюда. И все бы хорошо, за окном моросил дождь и отстукивал своими каплями по крыше, было уже где-то в районе двенадцати ночи и за окном уже была темень непроглядная, лежи и спи в свое удовольствие, но вот не тут-то было. Послышался стук, тихий такой, аккуратный, ели слышный, парень сначала даже не обратил внимание, наверное, ветки за окном стучат по стеклу. С этими мыслями Саки снова попытался уснуть, но через пару секунд послышался уже более настойчивый стук, но все еще тихие, аккуратные. — Блять да кто там пришёл — проругался про себя парень и встал со своего теплого отлёжанного места. Подойдя к входной двери, он решил хотя бы посмотреть в глазок и о боги, ну нахер он это сделал, вообще зачем встал. На пороге стоял Нигель, перебирал с ноги на ногу и что-то явно репетировал, походу извинение, а может и нет. Все же длинный решил открыть ему, всё равно дождь на улице, хоть и не сильный, но все же, да и зная Нигеля он всегда найдет способ проникнуть в его дом, чего бы это ему не стоило. Распахнулась дверь. — Че пришёл? — состояние друга он явно заметил, покачивается из стороны в сторону, улыбается глупо, глаза прищуривает, ну как прекрасно, он в жопу пьяный. — До тебе прийшов, а че, не видно? Бачиш, аж напився в усмерть, щоб до тебе прийти — шутит, значит добрый пока, но кто знает этого Нигеля, кроме Саки, конечно. — Ну заходи, только не ори, Ханна спит — кареглазый отошел с прохода и дал войти этому пьяному телу внутрь, после чего дверь дома закрылась. В зале играл тусклый свет лампы, в которой еще чуть-чуть и сгорит лампочка, в нем стоял небольшой пошарпанный кофейный столик, на котором стояла банка энергетика, в тарелке мирно стыла какая-то дешёвая китайская лапша и рядом с этим хаосом лежала детская книжка, которую скорее всего на ночь Саки читал сестренке. Диван, которому уже лет двадцать и больше, стоял по середине комнаты, накрытый серым мягким пледом, которым минуту назад был накрыт Саки и дремал. Пройдя в зал, оба парня грохнулись на диван и Саки то и дело потирал переносицу, смотря на этого дурака, который давил лыбу и икал. Смотреть на это было уморительно, пьяный в жопу пацан сидит с чистым как стеклышко другом, который еще чуть-чуть и просто психанет и выпрет этого обалдуя за порог дома. — Ты где так нахрюкался и нафиг сюда явился, мы же в ссоре типо? — Тебе хотів побачити — все не переставал улыбаться Нигель и подсаживаясь чуть ближе. — Мы в школе каждый день видимся, не надо ко мне заваливаться в жопу пьяным и с такой хуйней. — А якщо я хочу вибачитися? — И как же? Нигель еще шире заулыбался, и это никогда не предвещало ничего хорошего, а в особенности тот прищур, который он сделал сейчас не сулил ничего хорошего, хотя кто его знает, может щас как бандит из кожанки он достанет бутылку "Jack Daniels", вот это было бы возможно лучшее извинение, но нет. Нигель придвинулся очень близко к Саки и чуть ли не в упор смотрел на него, дышал очень медленно, даже было не понятно дышит ли белобрысый или нет, и он проницательно, внимательно всматривался в карие тёмные глаза. В свою очередь друг непонимающе вскинул вверх бровь и как-то с опаской смотрел на братана в ожидании, что он может сейчас выкинуть, а он может, например бахнуть ему щелбана или выкрутить нос, но это было бы даже забавнее. Зеленоглазый очень странно посмотрел на парня и в туже секунду он притянул его к себе, а точнее к своим губам. Вот тут-то в моменте Саки выпал из реальности, он мог лишь только моргать и широко открывать глаза, пока коротыш неумело обхватил руками лицо парнишки и сминал их губы вместе, хоть как то, пытаясь это действо превратить в поцелуй. В ответ же оппонент не проявлял никакой инициативы, ну как сказать, он просто застыл как статуя в немом шоке с глазами по пять копеек. Мдам, не такое он явно извинение ждал. Спустя пару секунд Нигель прервался и смотрел в ожидании на карие глаза, пока те все еще смотрели сквозь парня и чуть ли не плыли от наплыва эмоций, толи смущение, толи непонимание. Весь он сидел красный, застывший будто, только чуть приоткрыл рот и был как рыбка, которую выбросили на сушу, и она как-то открывала рот, хватая воздух. Спустя минуты молчания и смущения Саки все же решил заговорить, хоть как-то хотел прервать уже эту неловкость. — И че это сейчас было? — ели как выдавил из себя брюнет. — Поцілунок, а ти ще не в'їхав типу? — с лёгкостью на лице сказал Нигель и облокотился головой об диван. — Ты че баран, я въехал, я только не понимаю зачем? — Хотів так помиритися. — Ну и как? — Ось ти мені і відповідай, як тобі? — Нигель замер в ожидании, а парень напротив все еще пытался все переварить. — Не знаю, мы же типо парни, это неправильно ведь? — А кого ебет Як правильно? — Ты же на утро ничё не вспомнишь, жалеть будешь может потом. — уже более утвердительно начал говорить Саки. — А може і не пошкодую, може я хочу продовжити, може я хочу все запам'ятати, всі деталі цієї ночі? — Нигель снова чуть ближе придвинулся к парню и пальцем тыкнул ровно в середину грудины. Саки уже вообще ничего не понимал, вроде бы его друг пьяный, но говорит то он нормально, даже более адекватнее чем обычно, да и тем более, он почти неделю сох по одной красотке, а тут резко решил поменять все свои ориентиры и направил их ровно на противоположный пол. Уже звучит так бредово, но подростковый неокрепший мозг явно требует разных экспериментов, да и Саки как бы не против этого, просто, как бы помягче сказать то, ну неправильно как то, сосаться, пока один друг в стельку, а другой трезвый как стекло, да еще не понимает первого, чего этот обалдуй хочет от тебя. — Блять я не понимаю тебя, ты чего хочешь вообще? Тебе же эта Эрика нравилась, куда убежала то она? И вообще какого лешего тебя резко на парней то потянуло пьяного олуха? — уже не выдержал брюнет и четко поставил все вопросы, чтобы глупостей не натворить, а то они то могут, Саки то ведь, тоже скучал по идее, хотя и обиженный был на него до ужаса. Может тоже сгоряча как вывалить на блондина всю свою тактильность, а может... — Та не було ніякої Еріки, я просто тебе на ревнощі хотів вивести, а фотки я, взяв своєї сестри там далекої, яку ти не знаєш. — теперь Саки вообще выпал из вселенной. Нет, план то сработал на ура, но зачем? Какая цель то всего этого, только просто на ревность вывести, и нафига? Но вопрос резонный задать не дали, потому что его сразу прочитали будто сканером и прямо ответили. — Подобаєшся ти мені придурок, дуже давно, але я сміливості набратися не міг, тип вирішив хоч якось тебе перевірити як ти на бабу ліву зреагуєш, ну ось і побачив я, але я, не думав, що ти настільки губи надуєш, тому і прийшов з таким планом, що нап'юся для сміливості, а потім прийду і, ось коротше. — в конце Нигель как собачка поджал хвостик и сам уже начал смущаться того, что он щас сказал. Выслушав всю эту пьяненькую тираду, Саки лишь тихо рассмеялся, даже в сторону отвернулся, что бы его лицо смущенное и довольное не увидели. Надо же, постарался то, как ради всего этого, но одновременно хотелось врезать ему за весь вот этот театр самодельный. — Я, конечно, знал, что ты полный придурок, но не настолько же. — уже не выдержал и проговорил сквозь смех брюнет. — Це я ще придурок? — уже не выдержал блондин и оба начали небольшую дружескую драку. Она длилась недолго, ровно до того момента, пока оба не поняли, что сверху то блондин, а снизу оказался брюнет. Оба смотрели друг на друга смущенно, отворачивая лица и прячась, боялись, как маленькие дети, что их застыдят за такие телячьи нежности, хотя кто их тут стыдить будет, они в доме почти одни, ну сестра не считается, она спит и видит прекрасные сны с поняшками. — Нигель, я это, че сказать хотел. — М? — Может, продолжим все-таки? Мне как бы, даже понравилось слегка, ну не слегка, конечно, понравилось, ну короче ты понял. — запинаясь и путаясь в своих же словах тараторил лежащий внизу. Нигель лишь хмыкнул и приблизился ближе к парню, а точнее к его губам. Сначала рассматривал, любовался даже, хотелось провести пальчиками, но это выглядело бы как-то странно. Губы то у кареглазого были обветренные, покусанные все, почти живого места нету на них, но в этом и вся их изюминка, такая таинственная и немного манящая. Пару секунд Нигель смотрел на эти губы, а потом уже решил и прислонится к ним, немного сминая и покусывая для уверенности, будто бы так правильно. Но Саки то знал как, знал как лучше целоваться, поэтому решил инициативу всю свою проявить только сейчас. Притянув чуть ближе к себе блондина за талию, брюнет аккуратно выстраивал хоть какой то ритм в их поцелую, прикусывал нежно губы партнёра, водил по талии своими грубыми и сильными руками и старался углубить поцелуй, но он пока не давался, старался всё делать аккуратно, нежно, но одновременно страстно, как Нигель и любит естественно. Блондин же в свою то очередь повторял за партнером, он целовался впервые, он не был вообще на опыте, он даже не знал, как правильно, а как нет, поэтому он старался повторять все в точность, как это делать парень снизу. Саки правой рукой надавил на щеки парня, чтобы тот пошире открыл рот, что в итоге и сделал зеленоглазый. В приоткрытый рот наконец заполз язык и теперь уже можно было действовать в отрыве. Языки сплелись, стали играться, кто сильнее на кого надавит и пока действует ничья. Поцелуй уже становится мокрый, влажный, воздуха уже не сильно хватало, приходилось лишь шумно дышать через нос, чтобы хоть как-то подольше задержаться, хоть на долю секундочки остаться единым целым и слиться душами спустя столько времени. Руки каждого блуждали по телам, гуляли, оглаживая плечи, грудь, шею и лицо, сжимали, нежно царапали, оставляя немного красные следы на телах, которые может будут потом немного побаливать, но кого это сейчас волнует, когда адреналин чуть ли не из ушей течей, пульс отдает со всей дури в виски, а мышцы скручивает от дикого удовольствия. Конечно хорошо, когда такое происходит с какой то девчонкой, но когда ты это делаешь с другом, которого ты знаешь чуть ли не с песочницы, знаешь все его болевые точки, знаешь на что надавить, знаешь как сделать лучше, чтобы оба взлетели в небеса от кайфа, даже травки не надо для этого курить, ты знаешь его, как академик знает свою отрасль, да и вообще ты знаешь его лучше всех на этом голубеньком шарике. Хочется продолжить, хочется вытворить такой разврат прям тут чтобы потом на утро проснуться и корить себя всю жизнь за это, а после получить объятья со спины и поцелуй в макушку, но нельзя, рано еще для таких страстей, еще не пришло подходящее время, нужно, чтобы оба были трезвы и в своем уме как минимум. Вся ночь прошла так, в поцелуях, нежных объятиях и небольших синяках на шее, на которые оба парня смотрели с смущённым взглядом, но зато счастливые...