Рождество

Снег падал на крыши домов, щедро посыпая города сахарной пудрой. Елки из лесов переехали в города и поселились в разных домах. Все пытались приблизить праздники: официальный Новый год и тайное Рождество. Союз ждал отца, который вот-вот должен был приехать. Ленин смотрел на их встречи с презрением, но помешать не мог. Знал, что это ни к чему хорошему ни приведёт. Начинался первый год после того, как Союз получил власть. Советский пытался сказать людям о несправедливости, но те лишь отмахивались. Терять власть никому не хотелось. - И они ещё решили в этот день провести собрание. Союз был уверен они специально это сделали, лишь бы помешать воплощению встретиться с отцом. Но Совет даже не думал отменять свои планы и был готов пропустить совещание. Елку уже украсили к Новому году и решили пока не разбирать. Яркая зелёная красавица, украшенная шарами и гирляндами освещала зал, изредка потухая. Рабочие стремились скорее вернуться домой к семье и уже там тихо отпраздновать Рождество. Союз смотрел на них сверху с лестницы и ждал приезда любимого гостя. Вскоре раздался звук тормоза и у ворот остановилась служебная машина. РИ медленно вошел в кремль, где теперь располагался центр коммунизма. Солдаты, сопровождавшие его помешали радостной встрече. Союз неспешно подошёл к отцу, взял его за руку и повел в свою комнату, надеясь, что желающих их потревожить не окажется. - Но собрание… - попытался напомнить кто-то из НКВД. - Я знаю. – с улыбкой ответил Союз, давая понять, что ждать его там не стоит. Наконец двери в комнату закрылись, и страна облегченно вздохнула. Больше притворяться не нужно. Яркие искры в глазах вновь загорелись. РИ чел на кровать и посмотрел на сына, ожидая, когда тот начнёт. - Пап, я соскучился. Империя чуть не задохнулся в крепких объятиях сына. «Уже стал сильнее. Я даже не заметил, как он вырос». Снова речь о том, как революционера не устраивает место стран в правительстве. РИ уже заранее знал, что они начнут беседу с этого. - Но на собрании я всем расскажу об этом. - Я обязательно приеду, не могу пропустить такое. - Знаю, мне хотелось попросить тебя об этом. - Желания исполняются. – РИ засмеялся, чуть прикрыв рот рукой. Союз же наоборот стал серьезнее. - Боюсь, всё не так легко, как казалось когда-то. Это будет намного сложнее. - У тебя получится. - Думаешь? - Знаю. - Но ведь они могут обойтись без нас. Что если я всё сделаю хуже? - Нет, не смогут. Мы и есть они. - Что? Я не понимаю. - Мы – страна, которой они управляют, но раньше всё было немного иначе. Мы правили страной, делая её идеальной для людей. - Но почему всё изменилось? - Люди устроили войну. Воплощение, сражавшееся с ними погибло, но страна ещё не полностью проиграла. Но без правителя сражаться было сложно. Люди выбрали вождя из лучших воинов и стали жить дальше. Но недолго. Рассорились. Воин не знал, чего хочет народ, а приближенные заставляли править так, чтобы лучше было им. Страна распалась. Тогда люди поняли, что без нас они не справятся. Другое воплощение заболело и умерло, унеся с собой почти всех людей. В обратную сторону такое тоже действует. - Но ведь всё же править можно. - Да, но это очень тяжело и почти невозможно. Так что хуже не будет, а попытаться стоит. - Но я не уверен. - Ты ведь так этого хотел, надо довести до конца. Рано или поздно у тебя появятся дети, разве ты хочешь им такой судьбы? Пойми, если люди будет слишком против, то ты сможешь заставить их поменять своё мнение. Часы пробили полночь. Союз подошёл к столу и, достав оттуда небольшую коробочку, протянул её отцу. Империя аккуратно развязал ленту и открыл подарок. Внутри лежала музыкальная шкатулка с ангелом. Он кружился под музыку , как балерина, когда шкатулка открывалась. - Я так и не научился играть. – стесняясь, сказал Союз. - Ничего, у тебя всё впереди. – РИ отдал сыну книгу, которую раньше держал в руках. – Ты, вроде, этим интересовался . Разве Онегина запретили? - Нет, но откуда ты узнал? - Я помню, что ты любишь. - Спасибо. Книга с автографом Пушкина лежала на столе вместе со шкатулкой. Союз сидел на кровати рядом с отцом. Впервые он почувствовал что-то странное в груди. Ему казалось это неправильным, но вполне возможным. Союз заметил, что теперь любит отца другой, вдвойне неправильной любовью, и что-то подсказывало ему, что РИ чувствует то же самое, но никто из них не может признаться в этом. - Надолго? - Надеюсь, задержусь на пару дней - Они будут против. - Я уеду, если тебе будет лучше без меня. - Не надо, пап. Я хочу это увидеть. Мне просто нравится смотреть на то, как они злятся, видя нас вместе. - Ты стал другим. - Я вырос. И мне жаль.