Пробуждение

      Я не думала, что известия о Турнире появятся настолько скоро. По книге, ученики из Шармбатона и Дурмстранга должны были прибыть только тридцатого октября — то есть, через два месяца! А по школе, в узких кругах, уже ходил слух об этом мероприятии.       — Вот поэтому отменили ежегодный Турнир по квиддичу! — говорила мне Дарлин, пока мы шли с ней до гостиной факультета. — Школа будет готовиться к проведению Турнира Трех Волшебников!       — Откуда ты об этом узнала? — спрашивала у подруги я.       — Я просто случайно оказалась в нужном месте в нужное время, — загадочно ухмылялась она.       Но от этого легче не становилось. Я знала, чем закончится этот турнир. Знала, что всего будет четыре участника. Что умрёт один из министерских чиновников. Что умрёт наш староста. После осознания того, как скоро произойдёт трагедия, я стала по-другому смотреть на него.       С Седриком я ходила ровно на те же занятия, что и с Дарлин. Я смотрела на его покладистость, беглый ум, его обаяние, популярность среди учеников, и жалела его. Никто даже представить себе не мог, как скоро он умрёт. И мне было так грустно от осознания этого. И от осознания, что я не могу никак ему помочь…       «Хотя… почему не могу? — вдруг посетила меня мысль на одном из уроков по заклинаниям, когда я разглядывала Седрика. — Я же могу отговорить его от участия!»       Я оторвала свой взгляд от Седрика и посмотрела на профессора Флитвика. И очень вовремя. Преподаватель посмотрел сначала на меня, а потом на мою подругу, которая мирно дремала на парте. Я начала толкать её локтем в бок, пока она не начала медленно открывать свои глаза. Когда она увидела упорный взгляд преподавателя на себе, она встрепенулась и выпрямилась.       — Мисс Хокинс, вы слышали когда-нибудь о заклинании «Эвигиляцио»? — вкрадчиво спросил профессор Флитвик, пока Дарлин непонимающе хлопала глазами.       — Н-нет, профессор, — замотала головой она. — А что за заклинание?       — «Эвигиляцио» — это заклинание мгновенного пробуждения. Вы его не будете изучать на базовых курсах Хогвартса, но его используют многие чиновники из Министерства Магии, когда им необходимо пробудить от глубоко сна или гипноза какого-либо человека. Оно очень болезненное, и после пробуждения эти люди обычно страдают от жутких головных болей еще сутки. Надеюсь, Вы поняли, о чём я говорю, и в последующем будете спать ночью на своей кровати.       Он приподнял брови и уставился на неё. Та неловко усмехнулась и, произнеся слова извинения, почесала затылок.       Два месяца пролетели незаметно. Я ходила на учебу, даже зарабатывала какие-то баллы для факультета, получала вполне неплохие оценки. Правда, зельеварение мне упорно не давалось. Я старалась делать всё по учебникам, рассчитывать количество ингредиентов по весам до микрограммов, но выше, чем «удовлетворительно» я от Снейпа получить не могла. В каком-то смысле, я поняла, почему я получила за СОВ именно «удовлетворительно» — на большее я способна, по всей видимости, не была. Но есть и хорошие новости: у меня были успехи в заклинаниях и трансфигурации. Я часто ловила на себе одобрительные взгляды преподавателей, и один раз Флитвик как-то сказал мне:       — Вы очень похожи с Вашим братом, мисс Стюарт. Он тоже меня постоянно радовал своими способностями.       И мало того, что это была огромная похвала для меня, как для человека, который буквально только что стал волшебником, — меня ещё и сравнили с этим мега-мозгом! Наверное, это была высшая степень похвалы для меня.       И вот, наступило тридцатое октября. Как человек, который зачитал до дыр все книги про Гарри Поттера, я прекрасно понимала, что сейчас будет происходить, и к чему оно приведет.       Все ученики собрались у входа в замок, чтобы встретить гостей. Все обсуждали, какие они — студенты Шармбатона и Дурмстранга? Есть ли там симпатичные парни или девчонки? А мы с Дарлин шептались о своём — прибывающих студентов мы обсудили уже давно.       — Тебе Майкл не пишет? — спросила у меня Дарлин.       — Нет, только от мамы два письма пришли, — покачала головой я. — А что?       — Я ему еще в прошлом месяце написала письмо, — грустно произнесла она. — Ну, про ту ситуацию с Фредом. Объяснила всё. Но он до сих пор мне не ответил…       — Какой же он противный, — фыркнула я, складывая руки на груди. — Не понимаю, что у него на уме.       — Может, работа? — пожала плечами подруга, с печалью поглядывая на меня. — По крайней мере, я очень надеюсь, что работа…       После этих слов ученики Хогвартса начали громко восторгаться и указывать пальцем в небо. Мы отвлеклись от разговора и посмотрели в небо: там летела прекрасная большая карета, запряженная золотыми лошадьми. Школьники, вместе с Дамблдором, начали аплодировать выходящей мадам Максим и её студенткам.       — Они очень красивые, — отметила Дарлин, разглядывая девочек. — Особенно вон та!       Она показала пальцем на белокурую девушку в шарфе.       — Спорим, у неё в роду есть вейлы, — широко улыбнулась я подруге.       — Я даже спорить с тобой не буду! Мне тоже так кажется! — завороженно ответила она.       Ученики расступились у каменных ступеней школы, пропуская прибывших гостей. Буквально пару минут ожидания (и восторженных шептаний однокурсников), и из озера начала появляться мачта. На поверхность всплыл огромный, величественный корабль. Ученики громко улюлюкали, хлопали в ладоши, наблюдая за тем, как из корабля выходят крупные мужчины в шубах. Среди них был и Виктор Крам. Когда школьники узнали его, разговоры в толпе стали громче.       — Крам?! — восхищенно прошептала Дарлин, закрывая рот руками.       «Да, он точно не такой привлекательный, как в фильмах…» — подумала про себя я, разочаровано приподнимая брови.       — У нас в школе теперь будут знаменитые люди? — усмехнулась я. — Вот это попортится наша успеваемость…       — Да плевать на эту успеваемость! — махнула рукой Дарлин (напомню, она сдала все экзамены на «Превосходно»).       — Да-да… — покачала головой я, наблюдая, как толпа мужчин в шубах заходят в замок.

***

      Ужин был в самом разгаре. Я стала разглядывать новоприбывших, заодно выискивая известных мне героев. Рядом с Крамом сидел Малфой и о чем-то оживленно с ним беседовал. Гарри, Рон и Гермиона о чем-то активно препирались. Джордж и Фред что-то обсуждали и довольно улыбались. Недалеко от Флер Делакур сидела Чжоу Чанг, рядом — Полумна Лавгуд.       А я рассуждала, как поступить с Седриком. Его друзья активно пихали его локтями в бок, будто подговаривая принять участие. Мне стало так некомфортно от этого зрелища. Казалось, будто они специально его толкают на смерть.       И вот, тарелки опустели, Дамблдор поднялся со своего места. Я посмотрела на близнецов. Они впились взглядом в директора, готовые его внимательно слушать. И, казалось, все затаили дыхание, пока он говорил. Я тоже молчала. Филч внес в зал ящик и поставил на то место, где еще два месяца назад была распределяющая шляпа. Директор убрал ящик, и перед нами оказался огромных размеров кубок. Он светился, переливался оттенками синего цвета. Я глядела на него со страхом и с восхищением. Он был прекрасен. В какой-то момент я даже сама захотела бросить свое имя туда, но быстро отогнала эту мысль.       «Не хватало мне еще раз умереть!»       — Желающие участвовать в Турнире должны будут написать своё имя и название школы на куске пергамента и бросить в этот Кубок. У вас будет ровно двадцать четыре часа на то, чтобы это сделать. Но знайте, бросая свое имя, вы заключаете магический контракт с Кубком. А это значит, что, если вы станете Чемпионом, пути назад уже не будет. К испытанию допускаются те учащиеся, возраст которых достиг семнадцати лет.       На этих словах я посмотрела на близнецов. Глаза тех в возмущении расширились, они склонились друг к другу и принялись активно что-то обсуждать.       — Жаль, я не смогу принять участие… — заговорила сидящая рядом Дарлин.       — Вообще не жаль! — отрезала я. — На этих испытаниях умирают!       — Да никто не умрёт! — возмутилась девушка. — И я бы не умерла! Ты же знаешь, что я живучая!       — Даже не думай, — отмахнулась я. — Даже если бы тебе было семнадцать, я бы тебя не пустила.       Подруга надула губы.       — И зря! Я бы выиграла!

***

      На следующее утро мы с Дарлин решили пойти на завтрак попозже. Была суббота, торопиться было некуда. Со слов Дарлин, конечно. Но я знала, что времени у меня было в обрез. Мы сели в подругой за стол, но я не решалась приступать к еде. Я смотрела на Кубок и ждала. Золотое трио уже было в зале, а значит…       В Большой зал победно влетели близнецы. Мы с подругой оглянулись на них. Они подбежали к черте, расчерченной директором, и встали около неё. Джордж посмотрел на наш стол и, увидев меня, замахал рукой:       — Кэтрин! Смотри!       Они с братом вместе прыгнули через черту. Ничего не произошло. Они победно захохотали, дали друг другу пять и бросили свои куски пергамента в Кубок. Я приподняла брови и загадочно улыбнулась. Джордж слегка нахмурил брови, увидев изменения в выражении моего лица, и в этот же миг их с братом толчкообразным движением магическая волна отбросила от Кубка. Мы с Дарлин захихикали. Когда близнецы поднялись с пола, на их лицах красовалась длинная седая борода — почти как у Дамблдора.       — Я же говорил, — В дверях был директор. Он довольно улыбался.       Парни отправились в лазарет, а я наконец начала есть. Как только я доела тост с ветчиной, я поднялась из-за стола и сказала подруге:       — Я вернусь в гостиную, мне нужно поговорить с Седриком.       — Зачем? — спросила она с набитым ртом.       — Потом расскажу.       И я ушла из зала. В гостиной Седрик, как обычно, сидел в компании своих друзей. Я подошла к нему:       — Седрик, можно тебя на минутку?       Его друзья странно ухмыльнулись, выпуская своего друга. Мы с ним отошли в сторону.       — Ты что-то хотела? — спокойно спросил парень.       — Да, — кивнула я. — Я хотела поговорить про Турнир.       — Ты тоже хочешь, чтобы я поучаствовал? — устало улыбнулся парень. — Мне уже, наверное, весь факультет об этом сказал.       — Я так не скажу, — замотала головой я, серьезно глядя на него. — Прошу, не бросай своё имя в Кубок.       Он удивленно посмотрел на меня.       — Ты очень классный человек, классный капитан, у тебя впереди большое будущее, я уверена! — начала свою тираду я. — А на этих испытаниях погибают люди! Это слишком большой риск!       Седрик молча смотрел на меня, задумчиво потирая висок, а потом ответил:       — Я тоже не уверен, что это хорошая затея…       Я уже готова была обрадоваться, но он продолжил:       — Но знаешь, я готов к трудностям! Я хочу прославить Хогвартс и, конечно же, наш факультет!       Диггори мягко улыбнулся мне и похлопал по плечу.       — Спасибо за заботу! Но я, кажется, всё решил!       Парень пошел обратно к своим друзьям:       — Я брошу своё имя в Кубок!       Друзья его заликовали, и они всей толпой двинулись в Большой зал. А я стояла и смотрела им вслед, хватаясь руками за голову. Я сделала только хуже!       Когда ребята выбежали из гостиной, зашла Дарлин, оглядываясь на них.       — О чём вы говорили? — спросила она, показывая на убегающих однокурсников.       — Слушай, Дарлин, — отозвалась я, глядя на нее со страхом в глазах. — Кажется, я совершила большую ошибку!

***

      К ужину вся школа собралась в Большом зале. Я сидела за столом, не глядя на кубок, держась руками за голову:       — Это провал… — повторяла я. — Это полнейший провал…       — Зачем ты вообще это затеяла? — возмущалась Дарлин. — Если его выберет Кубок, то он может стать чемпионом! Представь, какая это слава нашему факультету!       — Да какая слава! — взмолилась я. — Если он умрёт, никому никакого дела не будет до его славы!       — Да с чего ты взяла, что он умрёт?! — разозлилась подруга. — Ты же знаешь его! Он умный, сильный и смелый парень! Как он может умереть?!       — Как и любой другой школьник! — сердито ответила я. — Каким бы он крутым ни был, это опасные испытания! Кто угодно может на них умереть!       — Прекрати наводить панику, — сквозь зубы процедила Дарлин, наклоняясь ко мне. — Никто не умрёт!       Я уже хотела было ответить, но по моему плечу кто-то похлопал. Я обернулась. Около меня стояла Чжоу Чанг.       — Извини, ты же Кэтрин Стюарт? — спросила она.       — Д-да, это я, — в замешательстве ответила я.       — Можно тебя на минутку?       Я непонимающе нахмурилась. Я не понимала, что она от меня хотела именно сейчас. Мы с ней отошли в угол зала, где было меньше ушей.       — Скажи, — начала она. — Это правда, что… ты влюблена в Седрика?       Я остолбенела. Мои глаза расширились. Я ошарашено посмотрела на Чжоу, и с некоторой брезгливостью воскликнула:       — Чего?! Нет!       Несколько учеников повернулись на нас. Я сбавила тон:       — Нет, я в него не влюблена. Ты с чего это взяла?       — Ну, — Девушка замялась. — Об этом весь факультет ваш говорит…       Я удивлённо подняла брови кверху.       — Скажи тем, кто это говорит, чтоб перестали нести чепуху. Он, конечно, хороший капитан и староста, но не более.       — То есть, ты не пыталась отговорить его участвовать в Турнире?       «Так вот откуда ноги растут…»       — Нет, я пыталась, это правда. Но только потому, что это опасная затея. А он хороший человек. И никакая слава не стоит чьей-либо жизни.       Чжоу с облегчением выдохнула.       — Хорошо, я тебя поняла. Спасибо, что объяснила.       И, махнув мне рукой, она направилась к своему столу. Я тоже вернулась к Дарлин. Она уже сверлила меня ожидающим взглядом.       — Теперь весь факультет говорит о том, что я влюблена в Седрика! — всплеснула я руками. — Но это же бред!       Я закрыла лицо руками, уперевшись локтями на стол.       — О, Мерлин… — устало вздохнула Дарлин. — Хотя, знаешь, я бы тоже об этом подумала, если бы не знала тебя.       — И что теперь делать? А если… если ему кто-то об этом скажет?       — Я поговорю с Седриком, чтобы его друзья перестали распускать слухи. Надеюсь, что я успею остановить этот поток лжи до того, как она дойдет до твоего любимчика.       После этого начался отбор Чемпионов. Я уже, честно говоря, даже смотреть на это не хотела. Поэтому, когда назвали имя Седрика, я даже не встала аплодировать вместе с остальным факультетом. Я грустно хлопала в ладоши, сидя на своём месте, уставившись куда-то в сторону.       Мне даже неинтересно было смотреть, как люди реагируют на Гарри Поттера в качестве четвертого Чемпиона. Хотя видок, конечно, у парнишки был, мягко говоря, не очень. Испуганные зеленые глаза, неуверенная походка — мне кажется, только по одному его виду можно было понять, что он не при чем в этой ситуации. Хотя многие вслед ему кричали, что он обманщик. А мне было искренне его жаль. Бедный мальчик. Столько всего ему еще предстоит увидеть…