Думала избавиться от меня, Хелен?

— Ты прекрасна, Хелен… Лайл открывает глаза в своей могиле. Острый озноб пронзает ее душу. Что он сказал? Она похожа на обгоревшее чучело. Она потеряла близкую подругу, муж променял ее на ту, что помоложе. Остался только он. — Кэндимэн… — уже без страха произносит Хелен и оборачивается. Перед ней все тот же темнокожий мужчина, что преследовал ее на грани сюра. — Что тебе нужно? Я уничтожила тебя. — Нет, Хелен. Ты сделала меня сильнее. Она наконец-то встает и оказывается напротив маньяка в этом странном потустороннем мире. С потолка падает крюк с оглушительным звоном. Кэндимэн поднимает его с пола. — Что ты сделаешь? Убьешь меня снова? — усмехается Хелен. Где-то слышен шепот: «Хелен…» Маньяк приближается медленно и берет ее за руку, осторожно и нежно, что вызывает растерянность. Хелен сглатывает и не чувствует вкуса своей слюны. Где рай? Где ад? Ничего не ясно. Даже сердце не бьется. Кэндимэн слабо улыбается, а потом вкладывает свое оружие в руку Хелен. — Теперь это твое, — произносит он. — Ты ведь хочешь отомстить миру? Тебе подобные спокойно смотрели, как ты горела и ничего не сделали. Снова, на грани слышимости и грустно: «Хелен…» — Это ты подстроил, — просто возражает Лайл, не ощущая гнева. Все чувства словно под слоем едкой краски… И опять: «Хелен…» — Да… Но я хотел быть с тобой… — произносит Кэндимэн. Лайл смаргивает. Ей становится интересно, но кое-какие мысли у нее есть. — Я всего лишь похожа на твою невесту, но я не она… — Ты лучше, — твердо произносит маньяк. И в этом «лучше» словно сосредоточилась вся его черная душа. Лайл понимает, что в эти слова он вложил всего себя. Он притягивает ее за руку к своей груди. Кружат пчелы. Кэндимэн касается осторожным поцелуем ее губ. «Хелен…» — Я люблю тебя, мисс Лайл. Она улыбается его пчелам и ловит одну. Та спокойно сидит на ее пальце и не спешит жалить. Ей искренне приятно, что в ней нашли равную. — Я прощаю тебя, — произносит добрая Хелен Лайл. Кэндимэн улыбается по-настоящему, и можно увидеть, каким человеком он был. Лайл понимает, что им многое нужно обсудить. И тут уже шепот оформляется в крик: — Хелен! Кэндимэн смотрит ей за спину. Там зеркало, в нем отражение ее бывшего мужа. Хелен тоже оборачивается с непониманием. Кэндимэн кладет ладони на ее плечи и подсказывает, сжимая вместе с ней крюк, удерживая тот в ее ладони. — Иди, тебя зовут… Хелен Лайл идет на зов. Не забывает обернуться и ответить улыбкой своему Кэндимэну, с которым теперь связана на веки.