потерянный контроль.

Сынчоль стоял у окна, наблюдая, как дождь размазывает вечерние огни Сеула. Город, обычно такой громкий, казался ему странно тихим. В комнате не было ни звука, кроме мягкого стука капель по стеклу. В руке он держал бокал красного вина, но вино почему-то не расслабляло его так, как хотелось. Мингю находился где-то позади, и Сынчоль ощущал его присутствие всем телом. Казалось, воздух в комнате стал плотнее, стоило младшему переступить порог. — Ты часто так делаешь, хён? — голос Мингю раздался неожиданно близко, и Сынчоль вздрогнул. Он обернулся, чтобы посмотреть на младшего, и обнаружил его всего в паре шагов от себя. На лице Мингю была привычная лёгкая улыбка, но в тёмных глазах пряталось что-то другое — что-то, от чего внутри стало жарко. — О чём ты? — Сынчоль сделал глоток вина, чтобы отвлечься, но заметил, что его рука слегка дрожит. — Прячешься. От себя, от своих мыслей. — Мингю шагнул ближе, почти вплотную, и протянул руку, аккуратно забирая бокал из пальцев Сынчоля. — И от меня тоже. — Я не… — начал было Сынчоль, но замолк, когда Мингю наклонился, чтобы поставить бокал на подоконник. Их плечи слегка соприкоснулись, и он почувствовал, как по телу пробежала волна тепла. — Ты всегда всё держишь под контролем, — продолжил младший, выпрямляясь. Его голос был низким и спокойным, но в каждом слове звучала какая-то скрытая сила. — Но почему-то мне кажется, сегодня ты этого не хочешь. — Ты слишком самоуверен, — бросил Сынчоль, чуть насмешливо, но голос прозвучал не так твёрдо, как он хотел. Мингю усмехнулся, его глаза искрились вызовом. Он не ответил, только мягко взял Сынчоля за запястье и потянул чуть ближе. — Хён, — он смотрел прямо в его глаза, а пальцы уверенно скользнули вверх по руке, вызывая мурашки на коже. — Ты ведь знаешь, что можешь мне довериться? Сынчоль замер, чувствуя, как напряжение внутри сменяется странным ощущением легкости. Мингю продолжал смотреть на него, и в этом взгляде не было ни капли насмешки, только нежность и уверенность. — Ты забываешь, кто здесь старший, — сказал Сынчоль, пытаясь вернуть контроль над ситуацией, но в его голосе сквозило сомнение. Мингю усмехнулся шире, свободной рукой проводя по линии подбородка Сынчоля. — Старший? Может быть. — Его голос стал ниже, он склонился ближе, почти касаясь губами уха старшего. — Но посмотри на себя, хён. Ты весь дрожишь. Сынчоль попытался что-то ответить, но Мингю не дал ему времени. Его губы коснулись кожи у линии шеи, оставляя лёгкий, горячий след. Сынчоль невольно выдохнул, наклонив голову чуть в сторону. — Мингю… — его голос прозвучал слабее, чем он хотел. — Шшш, — мягко прошептал младший, обхватывая руками талию Сынчоля. Его прикосновения были уверенными, но не грубыми, как будто он заранее знал, что именно хочет старший. — Доверься мне. Просто расслабься. Он притянул Сынчоля ближе, прижимая его к себе, и почувствовал, как тело старшего теряет напряжение. Их взгляды встретились, и на этот раз Сынчоль не пытался отвести глаза. Мингю медленно провёл пальцами по линии его ключицы, и Сынчоль вздрогнул. Его руки рефлекторно легли на плечи младшего, но не чтобы оттолкнуть — скорее чтобы удержаться. — Я всё ещё могу остановить тебя, — сказал он тихо, почти шёпотом, как будто проверяя самого себя. Мингю слегка улыбнулся, его губы вновь скользнули вдоль шеи, поднимаясь выше, ближе к уху. — Тогда почему ты этого не делаешь? Сынчоль закрыл глаза, чувствуя, как всё напряжение, весь контроль, который он так старательно держал годами, начинает рушиться. Его тело, его дыхание, его мысли — всё принадлежало Мингю в этот момент. Младший не спешил. Его прикосновения становились всё более уверенными, всё более горячими, но он следил за каждым движением старшего, каждым его вздохом. — Ты такой красивый, хён, когда позволяешь себе расслабиться, — прошептал он, прежде чем их губы наконец встретились в глубоком, медленном поцелуе. Сынчоль поддался, полностью растворяясь в этом моменте. Всё остальное перестало иметь значение.