Верхний нижний город

Его изгнали.  Его. Джейса Талиса. Изгнали.  Изгнали из Пилтовера. Изгнали из Города прогресса.  Из города будущего.  Изгнали.  Вычеркнули.  Выкинули. Как ненужную, лишнюю деталь из идеального механизма.  Его вычеркнули. А заодно вычеркнули его мечту. И его жизнь в целом.  Джейс сжал зубы, порывы холодного ветра растрепали волосы. Он сделал еще один шаг.  Еще один шаг к концу.  К краю. К окончанию своей бессмысленной теперь жизни.  Талис шумно выдохнул, руки напряжено дрожали, все тело бил озноб. Но он ведь решил? Решил же?  Зачем ему теперь все это? Это солнце? Это небо? Этот мир в целом? Его выгнали, вычеркнули, замазали, растоптали. Его и его мечту. Отобрали самое ценное, единственное, что было важно,  Еще шаг. Последний. И все кончится. Все мучения, все глупые мечты, желания, страхи и надежды.  — Не помешаю?  Парень с ужасом дергается вперед, тут же отступая быстрыми шагами от края пола. Остекленелыми глазами он впивается в тонкую фигуру юноши позади себя.  — Ты… — Джейс задыхается в словах, взмахивает рукой, словно пытается высказать все жестом, зарывается пальцами в волосы, — боже, что с тобой не так?! — парень просто пожимает плечами, опираясь на трость: вы посмотрите, сама невозмутимость, — Что тебе нужно? — шипит Талис сквозь зубы, — еще какой-то список с моим именем? — выходит горько: неужели им все еще мало?  — Вообще-то да, — снова абсолютно спокойно отвечает юноша, — ты же подписал свои исследования, каждую страницу — он поднимает вверх руку, показывая блокнот. Блокнот Джейса, тот хмурится, — слегка эгоистично, не находишь?  — О чем ты собрался говорить? — злость снова закипает. Совету он высказаться не смог, ну хоть этот заносчивый помощничек получит, — вы же все это решили нахрен стереть! — он срывается на крик.  — Ну, во-первых, не стереть, а экологично утилизировать, — усмешка рассекает тонкие губы, — а, во-вторых, что это еще за «вы?» — парень поднимает бровь, насмешливо поглядывая на пышущего праведной яростью Талиса, — я не являюсь частью совета, мистер Талис.  Джейс набирает в грудь воздуха, открывая рот, но так и замирает: действительно, этот чудаковатый не является частью совета.  — Мне твои идеи импонируют, Джейс, — вдруг улыбается парень, действительно улыбается, без какого-либо намека на издевку, — магия, совмещенная с наукой…— в карих глазах мелькает какой-то невероятный блеск. Джейс теряет всю спесь, — это действительно то, что может сделать мир лучше, — говорит, подходя и протягивая пораженному Талису блокнот.  — А… — многозначительно отвечает Джейс.  — Но тебя изгнали, — хмурится помощник, — это проблема.  — Проблема, — болванкой кивает все еще прибывающий в шоке Талис.  — Или нет, — парень снова ухмыляется, кидая на него хитрый взгляд снизу вверх.  — Нет? — хлопает глазами Джейс.  — Пилтовер не единственный город, где есть гениальные ученые, — все еще хитро улыбаясь, говорит юноша, — я знаю, кто будет рад твоим исследованиям.  — Знаешь? — глупо переспрашивает Талис. — Больше двух слов ты связать не можешь, да? — тихо смеется помощник. В абсолютно пустой голове Джейса вдруг рождается одна единственная мысль, и посвящена она тому, что у этого чудика красивый смех, уютный какой-то, — Джейс, ты меня слушаешь? Талис вздрагивает, чувствуя чужую ладонь на своем плече. Она холодная.  — Как твое имя? — отлично Джейс, хорошим момент, чтобы узнать.  — Действительно вопрос по теме, — прыскает парень, — меня зовут Виктор. 

***

— Еще раз, куда ты предлагаешь пойти? — Джейс неверяще распахнуто смотрит на Виктора, удобно устроившегося на стуле.  Они все еще находятся в его полуразрушенно лаборатории, и порывы ветра пускают мурашки через отсутствующую стену. — В Заун, Джейс, — в который раз повторяет парень, — Нижний город.  — Но… — Что, ты слишком хорош для такого места? — язвительно поднятая бровь.  — Нет… — Талис почему-то очень смущается, — я просто…— он касается ладонью шеи, — я эм… — Соглашусь, конечно, в Пилтовере условия получше, — Виктор кивает, — но я знаю людей оттуда, поверь мне, — они пересекаются взглядами, — они ничем не хуже здешних светлых умов. Притом, — ухмыляется он, — они в разы меньше скованы какими-либо рамками.  — Откуда ты все это знаешь? — непонимающе спрашивает младший.  — Я там родился, — снова пожимает плечами парень, Талис выдает удивленно-невнятное: «о», — думал, там живут идиоты? — Виктор действительно смеется над ним.  — Конечно нет! — тут же оправдывается Джейс. Виктор испытующе молчит, — я просто…не знаю…. — Все нормально, — все же прерывает его мучения, — обычные последствия вашего воспитания, — почему-то это «вашего» вызывает в Джейсе бурю возражений, но он упорно себя затыкает, понимая, что лишь ухудшит свое положение, — вы привыкли считать себя лучше нас.  — Нет! — все же не выдерживает юноша.  — Да, Джейс, — Виктор затыкает его одним своим взглядом, — но тебя изгнали, и теперь у тебя нет выбора, — он говорит об этом так спокойно, что Джейс даже не может ощутить укола грусти, хотя ситуация буквально патовая, — Хотя нет, — юноша качает головой, — ты, конечно, можешь уехать куда-то за море, но, уж поверь мне, — он снова заглядывает ему прямо в глаза, — нигде, кроме Зауна, ты не найдешь тех, кто действительно захочет помочь тебе.  Он продолжает молча смотреть в чужие грустно-взбудораженные глаза. Джейс вздыхает, зарывается пальцами в волосы и садится на стул напротив, нервно дергая ногой.  — Получается, ты знаешь тех, кто поможет мне с хекстеком? — спустя минуту все же спрашивает Талис, поднимая взгляд. Виктор кивает, — ты…поможешь мне найти их?  — Я пойду с тобой, — младший снова удивленно моргает, — не думаешь же ты, что они примут…. — парень обводит ладонью всего Талиса, — тебя просто так.  — А что со мной не так? — хмурится Джейс. Ну вот уж во внешности своей он уверен, — все со мной нормально, — он складывает руки на груди.  — Вот именно, — хмыкает Виктор, — с тобой все более чем, — он выделяет последнее слово, — нормально.  Джейс опять непонимающе хмурится. Этот Виктор действительно издевается.  — Ты будешь белой вороной сразу же, как окажешься за воротами Пилтовера, Джейс, — мягко поясняет старший, замечая глубокую морщинку на чужом лбу, — от тебя за километр пахнет Верхним, никто не будет там с тобой любезничать, — улыбка Виктора вдруг становится грустной усмешкой, — подумай, как категорично о нас мыслишь ты, там все только хуже. Джейс хочет что-то ответить, но лишь вздыхает,  соглашаясь. И правда, куда он лезет? Кто из заунцев захочет иметь дело с мальчишкой из Верхнего города? — Значит, ты проведешь меня к этим людям и поможешь убедить их помочь, да? — Ага.  — Но… — Джейс склоняет голову к плечу, — зачем тебе это?  — Я же сказал, твое исследование может сделать мир лучше, действительно лучше, — как само собой разумеющееся поясняет юноша.  — И все? — Талис не понимает, — только это?  — Я хочу помочь тебе.  — Это я понял.  — Нет, — качает головой Виктор, — я хочу быть твоим партнером по исследованию хекстека, Джейс.  Талис распахивает глаза. У него в голове усиленно работают шестеренки. Виктор напряженно следит за каждой эмоцией. Тишина нагнетает. — Но, — Джейс разводит руками, — тебе придется тогда уйти со мной, — наконец, выдает он. Виктор замирает, а потом разражается смехом. Настоящим и очень искренним. Уютным. Талис чувствует, как пылают щеки: он сказал что-то смешное? — Ты действительно удивительный, Джейс, — стараясь успокоится говорит Виктор, заставляя краску на чужом лице стать гуще, — да, я уйду с тобой.  — Но ведь… — Я думал, ты не захочешь делится своими наработками, а ты… — Виктор снова смеется, прикрываясь рот ладонью, — нашел из-за чего волноваться.  — Но ведь ты еле вырвался оттуда, — это звучит так искренне, так непонимающе и взволнованно, что Виктор тут же успокаивается, неожиданно по новому осматривая знакомого.  — Ты прав, я действительно еле вырвался, — подтверждает он, — когда я пришел в Пилтовер у меня не было ничего, ни имени, ни дома, — его губы режет болезненна усмешка, — калека из Нижнего города…— он отводит взгляд, — у меня был только я и моя вера в себя.  — И ты все равно хочешь пойти со мной? — Джейсу неожиданно сильно хочется коснуться чужих бледный ладоней, сцепленных в замок нервным движением.  — Да, — Виктор говорит это так невозмутимо, абсолютно уверено смотрит в чужие взволнованные глаза, — ты же не думаешь, что помощник советника – предел моих мечтаний? — Виктор склоняет голову, его лицо вновь становится мягким, — настоящие ученые мечтают менять мир. Я хочу сделать его лучше. Хочу сделать лучше свой дом. Заун.  Джейс все таки не выдерживает. Он подрывается со стула и порывисто обнимает парня, выбивая из него вздох.  — Спасибо, — тихо говорит Талис, смущенно садясь назад, разглядывая носы ботинок.  Виктор молчит пару секунд, все еще пытаясь осознать произошедшее.  — Пока еще не за что, — как-то задушено выдает он.  В голове крутится только одно: Джейс Талис очень теплый, и его руки ощущаются слишком хорошо на его спине. 

***

Джейс на цыпочках заходит в дом, прикрывая входную дверь. Виктор ждет на улице. Он тихо проходит в свою комнату, внимательно следя за дверью в комнату матери.  Она еле уснула под умело подсыпанным снотворным и вряд ли проснется до утра, но страх все равно крадется под лопатки. «Бери только самое важное» — сказал Виктор.  Самое влажное? Талия оглядывает пространство: его рисунки на стенах, камни, которые он собирал, чертежи, макеты, фигуры, даже дурацкое одеяло, сшитое матерью – все отдает болью в душе.  И как здесь выбрать?  Он еще раз пробегается глазами по вещам, чувствует подступающие к глазам слезы и начинает быстро собирать все со стола в подготовленную коробку.  Важен только хекстек. А все о нем лежит именно на столе.  Юноша выходит, стараясь удержать в руках две переполненные коробки. Что-то внутри замирает, когда он проходит рядом с комнатой мамы. Что-то очень трогательное, очень живое.  Талис быстро ставит все на пол, поворачивает ручку и скрипит половицей, на носках подходя к спящей миссис Талис.  Женщина выглядит умиротворенно, впервые за последние дни кутерьмы суда она так хорошо спит, пусть и медикаментозным сном.  Джейс опускает на колени, беря ладонь матери и мягко целуя. Слезы снова рвутся наружу, и он прижимается к тонким пальцам щекой, вздыхая родной запах.  — Я еще вернусь, мам, — легкий поцелуй в лоб, оставляющий улыбку на губах матери, — обещаю.  Перед уходом в коробки добавляется пара его рисунков, фотография, один из камней и материнская шаль.

***

Джейс нервно теребит пальцами край жилетки. Он облизывает губы и стукается затылком о забор, стараясь уровнять сбившиеся дыхание. Академия высокими башнями высится прямо за его спиной. Все исследования были заперты в кабинете Хаймердингера, дороги в здание Джейсу не было, поэтому Виктор пошел за ними один.  Талис все еще не может сдержать искреннего восхищения знакомым, в память вечной картинкой вбивается хитрая улыбка и связка ключей в бледных пальцах, на фоне которых саркастично звучит: «Тебе повезло Джейс, мне открыто практически все в академии» Почему Виктора так долго нет?  Талис выдыхает, поднимая руку: и что он хочет увидеть? Часов то у него нет.  — Боже…. — Джейс сжимает кулак, ударяя колонну и снова стукается затылком, словно это может помочь выбить беспокойные мысли из головы.  Да сколько времени прошло?!  В голове раз за разом повторяется их диалог у этих самых ворот: — Последний шанс, Джейс, — Виктор смотрит слишком серьезно, взгляд почти режет, — стоит мне зайти туда, и мы оба станем преступниками, — Джейс вздрагивает, все тело пробивает вспышка осознания, — вероятнее всего, у нас никогда больше не будет возможности вернуться в Пилиовер.  Парень молчит, сверлит тяжелым взглядом Виктора, кто отвечает тем же.  — Я готов, — кивает, наконец, младший, — а ты? — он вновь с сомнением заглядывает в глаза напротив.  — Я решился на это еще во время твоей речи в суде, — улыбается краем губ партнер и уходит. «Решился еще во время твоей речи в суде» — набатом бьет где-то внутри. Талис оттягивает волосы, прижимаясь лбом к холодной поверхности камня. Да, этот Виктор действительно псих.  Что ж, Джейсу именно такого человека и не хватало. — Хей, я здесь, — Джейс тут же подрывается с места: за время ожидания он успел опустить на землю и уткнуться лицом в колени, лишь бы хоть немного отвлечься от паники. Виктор мягко ему улыбается, в глазах его пляшут смешинки. Он стоит, опираясь на здоровую ногу, трость висит на сгибе локтя.  — Ох, — юноша вздыхает, забирая достаточно тяжелую коробку из чужих рук, Виктор благодарно кивает, наконец, опираясь на трость, — извини, тебе пришлось все это в одиночку тащить.  — А был выбор? — склоняет голову старший. Джейс чувствует румянец, отводя взгляд, — все нормально, Джейс, я же не стеклянный, — он отмахивается, начиная идти.  — Я знаю, — быстро говорит Талис: если что-то он уже понял о своем новом партнере, так это то, что он вполне себе самостоятельный, — просто благодарен тебе.  Виктор резко останавливается, отчего юноша врезается в него со спины, тормозя пятками.  — Как я сказал, благодарить пока не за что, — серьезно говорит он, Джейс неопределенно ведет плечом: он и так уже сделал для него целую массу чудес, Талис обязан почти по гроб жизни,  — куда дальше?  — Мне нужно зайти к Кирамман. — Зачем?  — Ну…— Джейс сжимает пальцами коробку, — нужно кое с кем попрощаться.  — Девушка? — почему-то этот вопрос у Виктора выходит не ехидным, а каким-то обидчивым.  — Чего…— юноша удивленно распахивает глаза, — Нет! — он быстро крутит головой, — подруга.  — А… — невнятно тянет Виктор, отворачиваясь и продолжая идти. На душе почему-то становится легче.  — Тебе не обязательно идти со мной, — останавливаясь у машины, говорит Джейс. Виктор хмурится, — ну, в смысле, ты можешь подождать в машине…. — А, — многозначительно выдает старший,  открывая дверцу, — конечно, я думаю, мое присутствие будет излишне, — кивает он, быстро усаживаясь.  Джейс с благодарность улыбается ему, отдавая коробку.  — Мы быстро, — он занимает место водителя, заводя мотор. 

***

Быстро они не управляются.  Виктор еле сдерживая смех наблюдает, как Талис перебирается через забор, цепляясь брюками об острые пики наверху.  — Смешно тебе, да? — громко шипит Джейс, еле удерживая равновесие.  — Вообще-то да, — не скрывая веселья соглашается парень: это действительно очень забавно, такой большой Джейс, старающийся не присесть причинным местом на острый шпиль забора и одновременно не упасть с несколько метровой высоты.  — Боже, — выдыхает парень, наконец чувствуя ногами твердую землю.  — Ты был самой грациозностью, Джейс, — саркастично хвалит Виктор, глядя на знакомого через ворота. Талис кидает на него скорее обидчивый, чем злой взгляд, цокая.  — Я скоро, — бросает он и устремляется к дому Кирамман.

***

Джейс подходит к стене, рассматривая землю под ногами. Улыбнувшись, он поднимает камушек, приценивается к его весу и, размахнувшись, кидает в окно.  Результата ноль.  Талис поднимает еще один камень. И еще. И еще.  — Ты сумасшедший?! — шипит Кейт. Джейс ярко светит жемчужинами зубов, смотря на подругу запрокинутой головой.  — Отчасти, — смеется он.  — Что ты здесь забыл, Джейс? — Кейт свешивается вниз с подоконника, темно-синие волосы лезут в глаза, и она попеременно отплевывается от них.  — Хотел попрощаться.  — Попрощаться? — Кейтлин хмурит прелестные брови, убирая волосы за уши.  — Ага, — он кивает, грустно улыбаясь, — я ухожу, Кейт. — В смысле? Куда? — девушка свешивается еще больше, вставая на носочки.  — Эй, аккуратнее! — взволнованно вскрикивает старший, видя, как близка подруга к кувырку с двухэтажной высоты.  — Куда ты уходишь, Джейс! — Кирамман игнорирует его предупреждение, тревожно повышая голос.  — В Заун, — вздыхает парень, — пожалуйста, прекрати пытаться сломать шею, Кейт.  — В Заун?! — девушка все же слишком сильно нагибается и, громко закричав, начинает падать. Джейс реагирует молниеносно, подхватывая подругу у самой земли.  Секунда, и они оба валяются в пыли, тяжело дыша.  Кейт кашляет, приподнимается на руке и тут же болезненно морщиться, падая на друга. Талис от этого глухо выдыхает, спихивая ее с себя на траву.  — Я же говорил, — сипит он. Все тело тянет тугой болью.  — Я просто хотела нормально попрощаться, — Кирамман шипит от боли в пояснице, усаживаясь. Джейс поворачивает голову на нее, встречается взглядом и не может сдержать веселый смех, что спазмами расходится по всему телу. Кейт тоже смеется, убирая слипшиеся волосы с лица, и тут же прикладывает к его губам палец, прислушиваясь к шуму в доме. Они с минуту пытаются успокоиться, срываясь на смешки и вечное: «тише!». Когда становится очевидным, что все спят, они, наконец, выдыхают. — Не ударилась? — аккуратно интересует парень, с нежностью глядя на девушку.  — Отделалась легким испугом, — отмахивается Кейт, — а ты как? — она тут же встревоженно заламывает брови, оглядывая Талиса, касается ладонью его плеча.  — Жить буду, — хрипло посмеивается Джейс, принимая протянутую ладонь и садясь, тихо застонав от вспышки в спине. Кейт ласково отряхивает его от пыли.  — Они… — она останавливается, отводя взгляд от сияющего лица друга, — изгнали тебя, да?  Юноша с тоской оглядывает сгорбившуюся Кейт, упорно пытающуюся сдержать слезы. Не выходит.  — Эй, малышка, — он касается ее подбородка, поворачивая заплаканное лицо на себя. Слезинки сияют сапфирами на фоне синих глаз. Кирамман всхлипывает и бросается ему на шею, душа печаль в сгибе шеи, — Кейт… — он бы хотел поддержать, да только вот золотистые глаза сами начинают мокнуть, а из горла просится позорное рыдание.  Хекстек, Заун, рисунки на стене, мама…слишком много всего за вечер. Рядом с Кейтлин он может позволить печали ненадолго взять верх. Так они и сидят, непонятно сколько, в объятьях друг друга, пытаясь в один момент выжать всю печаль и нежность друг к другу.  — Я буду тебе писать, — тихо шепчет старший, убирая синюю прядочку за ухо. Кейт отрывается от него, утирая последние следы неожиданного порыва чувств.  — Постоянно, — она слишком серьезно смотри ему в глаза, вызывая теплый полусгиб губ и кивок, — обещаешь?  — Клянусь.  Уже прощаясь, Кейт вновь порывисто обнимает его, и Джейс отвечает тем же, легко поднима девочку над землей и кружа. Спина за это благодарит его новой болью. — Скажешь моей маме, что со мной все в порядке? — просит Талис, когда Кирамман уже забирается обратно в окно, цепляясь за трубу. Сердце болезненно сжимается: сколько раз она так слезала к нему, чтобы погулять ночью? — Конечно, — уверяет его девушка, неожиданно распахивает глаза и поднимает палец вверх, — погоди! Погоди секунду! У меня для тебя кое-что есть!  Парень заинтересованно глядит в опустевшее окно. Кейт появляется спустя секунду, заговорщически улыбается и аккуратно спускает ему кулек с помощью связки из простыней.  Джейс подхватывает кулек, чувствуя что-то твердое внутри.  — Что там? — спрашивает он, отвязывая подарок.  — Потом посмотришь, — щурится девочка.  Слышится шум, словно кто-то идет в комнату.  — Тебе нужно идти! — Кирамман встревоженно оборачивается на дверь.  — Ага, пока, Кейт, — Талис последний раз улыбается и посылает подруге воздушный поцелуй.  — Пиши мне!! — Кейт снова опасно высовывается из окна, но теперь крепко держишься руками за раму.  — Конечно, — Талис отвешивает шутливый поклон и быстро бежит обратно к воротам. Со второго этажа доносится строгий голос мисис Кирамман, отчитывающий Кейтлин за шум. 

***

— Это по-твоему быстро? — Виктор сидит на переднем сиденье с открытой дверью машины, сложив руки на груди. — Сколько прошло?  — Час, Джейс, — Талис виновато поднимает уголки бровей, очаровательно улыбаясь.  — Извини, — выходит не искренне, но Джейсу и не жаль. Он имел право на небольшую слабость.  Парень собирается с силами, подтягиваясь на руках за железные прутья забора.  — Джейс, все нормально? — Виктор снова хмурится. Это его базовая эмоция?  — Кроме того, что я опять вынужден лезть сюда? — кряхтит Талис, сжимая зубы: спина гудит, отдавая в копчик.  — Я слышал крик, — Виктор опирается на костыль, поднимаясь с сиденья и делая несколько шагов к злосчастному забору. — Кейт, — он стонет, когда рука срывается, и тут же хватается за декоративное колечко на заборе, подтягиваясь и тяжело дыша, — упала, — со вздохом заканчивает юноша, все же добираясь до верха.  Теперь предстоит путь вниз.  Виктор сжимает трость, глядя на замученного партнера. Он дергается вперед, когда Джейс все же срывается, вспотевшие ладони соскальзывает.  Талис шипит, приземляясь пятой точкой на асфальт. Виктор обрывает себя, углубляя морщинку между бровей.  — У меня есть таблетки.  — Чего? — устало тянет парень, поворачивая на него голову.  — Обезболивающие, — поясняет старший, сжимая трость сильнее, если честно, последнюю хочется сейчас кинуть куда подальше.  — Не нужно, — качает головой юноша, откидываясь на спину и глубоко дыша, — мне просто нужно чуть-чуть полежать вот так.  Виктор открывает рот, но тут же закрывает его обратно и садиться в машину, зарываясь пятерней в волосы.  — Джейс, — тихо зовет он, замечая как часовая стрелка неумолимо движется к 3 часам утра, — пора.  — Пора, — безэмоционально отвечает Талис, встает, простонав от боли, и идет к машине.  Перед тем как сесть, он последний раз смотрит на дом Кирамман, кусает губу и, резко качнув головой, занимает свое место. Дороги назад нет.

***

Они оказываются у какой-то…пещеры? Джейс бы не назвал это домом, да, это самая, что ни на есть, пещера.  Машину они оставили еще давно, до этого места можно было добраться только пешком.  Как они выехали из Верхнего города Талис искренне не помнит и не понимает, Виктор полностью руководил маршрутом, попеременно вырывая руль и резко крутя его, заставляя колеса выводить небывалые финты. Единственное, что знает парень — ехали они действительно долго. На улице уже начало светать.  — Идем, — зовет Виктор, устремляясь вперед. Джейс с секунду заторможенно смотри ему в спину, но тут же поспешно догоняет: честно, это местечко нагоняет ужас.  — Что это за место? — тихо спрашивает он, стараясь держаться поближе к Виктору. От того веет спокойной уверенностью.  — Дом того, кто может нам помочь, — отвечает старший, кидая заинтересованный взгляд на Джейса, — боишься? — Шутишь? — поднимает бровь Талис, — здесь пиздец жутко, Виктор.  Виктор удивленно распахивает глаза: по телу пробегает невнятная дрожь. Это первый раз, когда Джейс произнес его имя. Парень встряхивает головой, отгоняя непрошенные мысли и тут же возвращает на лицо привычное саркастично-спокойное выражение. — Такой большой и сильный Джейс Талис боится обычной пещеры на краю леса? — язвит он.  — Да, — такой ответ выбивает: Джейс слишком спокойно признает свой страх, с каким-то непониманием смотря на Виктора.  — Тебе нужно будет научиться не признавать свои страхи так легко, — хмурится старший, отворачиваясь от карих глаз.  — Эм… окей, — хмыкает Талис, и тут же касается чужого плеча, вновь вынуждая знакомого путаться в мыслях, — но признай, здесь реально жутко, Вик, — Виктор резко оборачивается.  — Во-первых, Виктор, — он скидывает смуглую руку, зло глядя на удивленно заморгавшего Джейса, — во-вторых, не признаю, здесь не хуже, чем в Пилтовере в разгар дня, — в-третьих, — он тыкает тонким пальцем прямо в лицо юноше, — прекрати, пожалуйста, болтать, я пытаюсь сосредоточатся на том, что буду говорить, — он шумно выдыхает и устремляется вперед.  — Мда, — спустя пару секунд выдает Талис, — а тебе стоит научиться быть помягче, — Джейс обидчиво складывает руки на груди, но вновь нагоняет знакомого.  — Условия моей жизни этому не способствовали, — усмехается старший.  Талис слышит а этой усмешке неприятную горечь. 

***

Пещера внутри оказывается ещё страшнее, чем снаружи. Джейс обводит расширившимися зрачками пространство: всюду стоят колбы, наполненные желтоватой или зеленой жидкостью, в которых покоятся тела непонятных животных, деревянные полки заполнены старыми книгами, но больше всего повергает в шок огромная метровая колба с…динозавром? внутри. — Это Рио, — вдруг тихо поясняет Виктор. Джейс удивленно смотрит, как тот подходит к колбе, касаясь длинными пальцами толстого стекла. — А от… — он едва успевает, начать вопрос, когда заунец затыкает его один движением ладони.  — Доктор, — Джейс тут же поднимает взгляд, смотря туда, куда направлен голос знакомого. Его всего пробивает дрожь. У двери в, ну, видимо, это некая хижина внутри пещеры, стоит высокий лысый мужчина с наполовину обиженным лицом.  Да, это ужасно жуткое место.  Доктор оглядывает Виктора, а потом колко смотрит на Талиса, и тот, наконец, до конца осознает о чем говорил Виктор в контексте «слишком нормально». Юноша чувствует себя дико неуютно с абсолютно здоровой, пышущей жизнью внешностью рядом с этим человек, который словно является один из всадников апокалипсиса.  Мужчина осматривает его с ног до головы, заставляя ежиться и вжимать голову в плечи, словно это поможет избежать столь досконального изучения.  — Это мой друг, — Джейс удивленно распахивает глаза, поворачиваясь к новому партнеру. Виктор даже не смотри на него, но, словно чувствуя чужое внимание, едва улыбается уголком губ.  Пусть Талис и понимает, что старший сейчас абсолютно точно…ну, не лжет, скорее преувеличивает их отношения, что-то теплом растекается внутри. — Нам нужна помощь, — продолжает парень, — с исследованием, — доктор, наконец, отворачивается от тут же выдохнувшего Джейса.  — Каким? — голос у него тоже жуткий. Подстать всему вокруг и внешности.  — Это эксперименты с магией, — Виктор говорит уверенно, давит на нужные рычаги, но Талис ощущает всю пагубность ситуации: похоже, если сейчас старший не сможет убедить доктора помочь им, живыми они отсюда не выйдут.  Доктор поднимает бровь, видимо будучи не особо впечатленным. Джейс сжимает руки в кулаки, шумно выдыхая. — Это хекстек, — на него тут же обращаются две пары глаз: колючие и взволнованные, — магия, подчиненная науке, — Талис чуть смущается, но старается применить весь свой ораторский талант: в конце концов именно он дал ему патронаж госпожи Кирамман много лет назад.  — Магия, подчиненная науке – это нонсенс, — голос мужчины пронзает на сквозь.  — Нет! Я клянусь вам, это работает! — он даже делает шаг вперед, перебарывая внутренни вопящий инстинкт самосохранения.  — Докажи, — доктор поворачивается к Виктору. Несмотря на ситуацию, это все равно болезненно задевает самолюбие Джейса.  Но задевает лишь слегка, потому что теплые карие глаза не отрываются от него не на секунду.  — Мы докажем, — уверенно говорит Виктор, и Талис отчего-то безоговорочно ему верит.

***

Джейс возвращается к пещере: в свете солнца она уже не выглядит так уж жутко. Хотя мурашки все равно бегут по коже, причём, само место ведь правда не страшное, рядом приятно журчит ручеек, лучики мягко играют на нем, но из сумрака несет чем-то удушающим, чем-то неправильным.  С другой стороны, Талиса невероятно тянет скорее зайти, возможно, причиной этому служит желание скорее продолжить эксперимент (или оставшийся внутри партнер, со своими шоколадными глазами и мягким голосом с акцентом, от которого Джейса тянет уснуть прямо на каменистом полу). — Я вернулся, — оповещает он, ставя коробку с необходимыми инструментами на пол. Виктор кивает, не отрывая взгляда от вычислений на доске.  — Я тут слегка изменил твою формулу, — бормочет он, Джейс подходит к нему со спины, оглядывая вычисления.  — Вау, — зрачки расширяются, Талис касается плеча Виктора, мягко сжимая, — да ты чертов гений, Виктор!  — Знаю, — мягко усмехается старший, — но все еще остается проблема со стабилизацией, — юноша прикладывает мел к губам, постукивая, в который раз пытаясь найти оплошность в формуле. Сознание работает медленно, буквы плывут: они оба не спят уже больше суток, — нам нужно…. — Раскрутить их! — Виктор удивленно оборачивается. — Да… — он задумчиво оглядывает сияющего знакомого, — раскрутить, ты прав!  Джейс ясно улыбается, и внутренне Виктор не может не сравнить его с довольным щеночком, рука сама тянется потрепать каштановые прядки, но он останавливает себя, неловко отводя взгляд.  Они устанавливают оборудование на освобожденном для них столе.  — Готов? — спрашивает Джейс, ставя кристалл в центр механизма.  — Пришло время раскрутить его, — смеется Виктор, Талис кидает его непонимающий взгляд.  — Думаешь, это безопасно? — волнение грызет внутри, не хотелось бы повторения того, что случилось с его лабораторией. Заунец лишь неоднозначно качает головой, включая машину.  Их почти сносит волной, кристалл с безудержной силой крутиться, заставляя пространство вокруг как-то странно потрескивать.   — Это опасно! — кричит Джейс, сжимая ладонями стол, — Виктор!  — Он стабилизируется, — настаивает Виктор и заглядывает прямо в глаза.  И снова карее тепло возрождает внутри уверенность. Джейс шумно выдыхает и начинает настраивать руны. Он краем сознания слышит голос доктора, тот вроде бы ругает их, Виктор быстро ему отвечает, но Джейс слишком сосредоточен на своих воспоминаниях, чтобы разобрать заунитский диалект. А потом происходит взрыв. Стены пещеры покрываются трещинами, а огромная колба с Рио раскалывается.  Доктор кричит. И все приходит в норму, словно бы кто-то отматывает время назад, трещины исчезают, колба цела, а Талис в шоке оглядывается залитой синим светом пространство, паря прямо у потолка.  У них получилось, получилось! А Джейс думает лишь о том, что лицо Виктора в этом свете выглядит как самое прекрасное в мире искусство.  И в карих глазах горит тот самый блеск, дающий ощущение, что в мире возможно все.  Вы том числе влюбится в человека меньше, чем за сутки