Без названия

Шум вечернего города раздражал. Машины гудели в пробке, люди спешили домой, а Минхо сидел в своём чертовом кабинете, перебирая бумаги, которые не сулили ничего, кроме головной боли. Он давно мечтал об отпуске, но кто, если не он, потянет всё это дерьмо? Крупная корпорация не даёт поблажек даже собственному директору. — Господин Ли, совещание через двадцать минут, — робко произнесла секретарша, выглядывая в дверь. — Пусть идут в жопу со своими совещаниями, — буркнул он, хватая пиджак. — Я ухожу. Никаких извинений, никакого сожаления. Ему нужно было выдохнуть, пока он не вышвырнул кого-нибудь из окна. Бар оказался спасением. Полутёмный, пропахший дымом и алкоголем, он встречал таких, как он, с распростёртыми объятиями. Минхо уселся у стойки, кивнул бармену, и уже через минуту перед ним стоял бокал виски. Тут его взгляд зацепился за фигуру в дальнем углу. Худощавый парень с тёмными волосами, которые небрежно падали на лицо,он ведь он просто делал свою работу. Лицо Минхо напряжённое, взгляд сосредоточенный именно на том пареньке. Минхо, обычно не интересующийся чужими проблемами, поймал себя на том, что не может отвести взгляд. Что-то в этом парне притягивало. — Ваш заказ? — голос оказался низким, с лёгкой хрипотцой. Парень даже не удосужился поднять голову. Минхо усмехнулся, поднимая бокал. — Ты выглядишь так, будто тебя только что послали к чёрту. Парень фыркнул, наконец взглянув на него. — Может, и послали. А вам-то что? — Просто заметил, — пожал плечами Минхо. На этом разговор мог бы закончиться, если бы не едкая фраза парня: — У вас лицо, как у скучающего богача. Это всё, что вы делаете по вечерам? Пристаёте к незнакомцам? — Лучше, чем сидеть одному и ныть, — парировал Минхо, не отводя взгляда. Парень усмехнулся. — Хан Джисон. Если уж будем ругаться, то хотя бы знайте моё имя. — Ли Минхо, — ответил тот. — Хотя ругаться мне неинтересно. Джисон усмехнулся, жестом подзывая бармена. — Ну что ж, Минхо. Посмотрим, насколько вы не скучный. --- Час за часом разговор плавно перетекал из мелких колкостей в более личные откровения. Минхо узнал, что Джисон — официант в этом баре, и хотя он вёл свою работу с каким-то унылым профессионализмом, за этим скрывалась личная боль. Джисон недавно пережил неудачу в карьере — его проект был провален, так и не получив должного финансирования. — Эти ублюдки забрали всё, на что я ставил, — горько усмехнулся Джисон, допивая очередной стакан. — Ты знаешь, каково это? — Знаю, — коротко ответил Минхо. — Да ну? — Джисон поднял бровь. — Ты из тех, кто привык получать всё, чего захочет. — Не всё, — усмехнулся Минхо. — Например? Минхо посмотрел на него, медленно улыбаясь. — Тебя. Джисон замер на секунду, потом рассмеялся, но смех был коротким, напряжённым. — Смелое заявление. — Я такой, — спокойно ответил Минхо, бросая на стойку купюру. — Поехали. — Куда? — Джисон сдвинул брови. — Увидишь. Джисон хотел было возразить, но что-то в голосе Минхо заставило его встать и пойти следом. — Что случилось, Минхо? — тихо спросил Джисон, глядя на мужчину с подозрением. — Да так… Сейчас закажу номер в отеле, — спокойно отозвался Минхо, убирая телефон в карман. — Зачем? — напряжённо уточнил Джисон, почувствовав, как что-то внутри сжалось. — Покажу тебе, как правильно заниматься этим, — с нескрываемым удовольствием произнёс Минхо, его голос звучал мягко, но с нотками насмешки. — Ты что, с ума сошёл? — выдохнул Джисон, чувствуя, как кровь приливает к щекам. — Да, сошёл. Из-за тебя, Джисон, — усмехнулся Минхо, его взгляд прожигал насквозь. — Ну, тогда попробуй… возбуди меня, — будто в шутку ответил Джисон, пытаясь сохранять спокойствие, но внутри всё перевернулось. — Покажу, — уверенно заявил Минхо, ухмыльнувшись. Через несколько минут подъехала машина. Минхо легко поднял Джисона и усадил на заднее сиденье. Джисон молчал, его мысли путались, он был растерян и взволнован одновременно. У него не было опыта, но странное чувство тревожного ожидания не отпускало. А Минхо тем временем тихо напевал себе под нос что-то из любимых мелодий, выглядя довольным и уверенным. Через двадцать минут они остановились у роскошного отеля. Минхо уверенно направился к ресепшену, ведя за собой Джисона. — Здравствуйте, какой номер вам нужен? — любезно спросила сотрудница. — Нам нужен номер, где царит романтика, — с лёгкой улыбкой ответил Минхо. — Хорошо, вас двое? Значит, два номера? — уточнила она. — Нет, один номер на двоих, — твёрдо произнёс Минхо, его тон не оставлял места для сомнений. — Оплата картой или наличными? — продолжила она. — Картой. Оплатит мой водитель. Мы можем идти? — коротко и раздражённо ответил Минхо. — Конечно, — кивнула сотрудница. Всё происходило слишком быстро, и Джисон не успевал осознавать, что делает. Мысли о том, что он сейчас окажется в одной комнате с Минхо, полностью заполнили его голову. Да, Джисон был обанкрочен, и его финансовое положение было плачевным. Возможно, поэтому он и не сопротивлялся — Минхо казался единственным, кто мог вытащить его из этой ямы. Минхо взял ключи и, не отпуская Джисона, повёл его к номеру. Как только они вошли в комнату, обставленную в тёплых, романтичных тонах, Минхо не стал тянуть время. Он начал нетерпеливо раздеваться, одновременно стаскивая одежду и с себя, и с Джисона. Джисон замер на мгновение, но странное чувство внутри не дало ему остановить Минхо. Ему нужны были деньги, а этот мужчина был его единственным шансом. После того, как Минхо наконец снял все свои вещи, Хан опускается на колени перед ним. Он выглядит снизу очень эротично, глаза полны похотью и желанием, губы слегка приоткрыты и блестят от слюны. Его руки нежно пробираются вдоль его бёдер, пока губы его наконец нежно пробуют его головку. Минхо нежно положил руку на голову своего партнёра, аккуратно ведя его сверху вниз. Его губы сомкнулись на нежной плоти, пробуя его на вкус и чувствуя его тепло на своём языке. Минхо медленно вел его голову вверх и вниз, чувствуя, как язык Хана трогал его нежную кожу и головку. Сам Джисон пробовал его член языком, чувствуя головку в своём рту. Минхо аккуратно поглаживал волосы своего партнёра и нежно подгонял его, тихонько постанывая и чувствуя, как партнёр отвечал его действиям своим языком. Минхо резко схватил его волосы, более жёстко ведя его голову вверх и вниз. Он мягко надавил на его голову, чувствуя, как партнёр отвечает его действиям своим языком и губами, более жёстко над ним двигаясь. Его язык чувствуя его член пробовал каждую секунду губами и языком. Минхо тихонько постанывал, прикрывая глаза от наслаждения, его рука не отпускала чёрных волос партнёра, нежно притягивая его ближе к своему члену. Когда джисон закончил. Минхо резко схватил Джисона за руки, удерживая их над его головой и нажимая на бёдра, крепко прижимая его к постели. Он навис сверху, его взгляд прожигает партнёра насквозь. Не отрывая своих прожигающе-хищных глаз, он тихо говорил: - Ты хочешь этого, правильно? Так же как и я? Одно его движение - и руки партнёра снова связаны. Он нежно проводит по его губам своими, но его руки уже не такие нежные. Минхо нетерпеливо скидывает всю одежду партнёра, оставляя его полностью обнажённого. Его глаза осматривают его тело, губы уже не такие нежны, он снова нависает над партнёром, его руки нежно пробираются вдоль его груди, нежно оглаживая каждую мышцу. Он жёстко хватает его за челюсть, губы его снова находят губы партнёра. Он властно проводит языком вдоль его шеи, оставляя на ней мокрый след, его зубы нежно прикусывают его кожу в нескольких местах. Его руки пробираются под одежду партнёра, нежно оглаживая его тело, скользя всё дальше вниз, до самого пояса его боксеров. Минхо резко скидывает свой собственный ремень, нетерпеливо рванув пряжку, его глаза горят похотью и нетерпением. Минхо нежно раздевал Джиcона, одну вещь за другой, его губы пробовали каждую оглашенную часть тела своего партнёра, покрывая его кожу мокрыми поцелуями. Затем он осторожно уложил Джиcона на постель и навис над ним, его глаза темнеют от похоти. Он нежно пробирается губами по шее своего партнёра, оставляя на коже влажные следы от своих губ. Мин прикусывал его кожу губами, его руки пробирались под одежду своего партнёра, нежно поглаживая его тело. Его губы медленно спускались всё ниже и ниже, пробуя кожу груди и живота своего партнёра, оставляя на ней следы своих губ и языка.