Случай в библиотеке

— Блейз! Ты не поверишь, что только что произошло! — раздался звонкий голос Джинни Уизли. Блейз Забини, сидевший за отдалённым столиком в библиотеке, поднял голову от книги и удивлённо взглянул на подошедшую гриффиндорку. Его тёмные глаза скользнули по её взъерошенным волосам и раскрасневшемуся лицу, а затем опустились ниже — к огромному плюшевому мишке, которого она едва волокла за собой. — Что это у тебя? — спросил он с лёгкой усмешкой, приподняв бровь. — О, это неважно! — отмахнулась Джинни, усаживаясь напротив него с таким видом, будто только что вернулась с большого приключения. — Лучше слушай, что я сейчас видела! Её глаза горели задорным огоньком, и, не дожидаясь его ответа, она принялась размахивать руками, с жаром описывая сцену, свидетелем которой только что стала. Блейз слушал её внимательно, сложив руки на столе и лениво постукивая пальцами по обложке закрытой книги. — И вот, представь, Гермиона и Драко, — она театрально указала на мишку, которого тут же усадила перед собой, — стоят в коридоре и начинают переругиваться. Гермиона, как всегда, "Как ты смеешь, Малфой!" А он, — Джинни прищурилась, подражая Драко, — "Твоя книжная мания когда-нибудь доведёт тебя до беды, Грейнджер!" Блейз усмехнулся, уголки его губ дёрнулись вверх, но он продолжал наблюдать, не перебивая. Джинни, вдохновлённая его вниманием, продолжила свою миниатюру. Она взяла мишку в обе руки и начала двигать его, изображая сцены "любовной" ссоры: — И Гермиона такая, хлоп! — она хлопнула ладонью по столу, изображая жест, — по его плечу, а он, конечно же, упёрся и стал язвить ещё больше. — Малфой не был бы Малфоем, если бы не язвил, — вставил Блейз, весело качая головой. — Точно! — подхватила Джинни и захохотала, чуть не уронив мишку. Она продолжала разыгрывать сценку, издавая высокие и низкие голоса для "Гермионы" и "Драко", а Блейз то усмехался, то тихо смеялся, глядя на неё. Он заметил, как её волосы слегка сползают на лицо, как глаза искрятся от задорного веселья, и на мгновение подумал, что Джинни Уизли, с её невероятной живостью, как ветер, который внезапно врывается в комнату и освежает воздух. Закончив свою импровизацию, Джинни устало опустила мишку на колени и плюхнулась рядом с Блейзом на скамейку. Её дыхание ещё не успокоилось после веселья, но она уже выглядела уставшей и довольной, как после настоящего спектакля. — Боже, это было прекрасно, — выдохнула она, закрыв глаза и, почти не задумываясь, опустила голову на его плечо. Блейз на секунду замер, но его губы тронула мягкая улыбка. Он тихо, едва ощутимо, приобнял её за плечо, и его рука легла так естественно, будто она всегда там и была. Джинни не пошевелилась, лишь глубже вдохнула, словно рядом с ним ей было спокойно. — Ты неисправима, Уизли, — тихо проговорил он, его голос был тёплым и бархатным. — Возможно, — ответила она, не открывая глаз, её голос звучал почти сонно. Блейз посмотрел на неё, и что-то в её спокойном выражении лица — в контрасте с её бесконечным весельем несколькими минутами ранее — вызвало у него странное чувство мягкости. Наклонившись чуть ближе, он аккуратно поцеловал её в висок, его губы едва коснулись её кожи. Джинни улыбнулась краем губ, но ничего не сказала, а библиотека на мгновение наполнилась тем тихим покоем, который они оба так ценили, но редко находили.