731

На стуле сидел связанный Юшенг и наблюдал, как один силуэт ходит из в стороны в сторону. На боку его формы были расположены ножни с катаной внутри. Одет он был в военную формы японской армии, что была на удивление, ведь не любил одевать ее. Одежда выглядела достаточно опрятно. По крайней мере, она была на много лучше, чем у Пекина, который не особо находил время, чтобы следить за ней, когда к нему в город начали вторгаться войска японской армии. Можно сказать, что армия Наоки даже не старалась как то. Штурмовать город всего за два дня выглядело забавно, но только со стороны Токио. Юшенг бы в 15 веке не поверил, чтобы его взял какой то мальчишка. У Сумиды в свои годы не было хороших природных условий, земля была неплодородная. Зато была уважаемая армия. Хуайхэ никогда не думал, что он решит пойти против него. -зачем ты до сих пор здесь? - выдавливает из себя Юшенг. В его горле был большой ком чего то твёрдого и склизкого. То ли кровь начала скапливаться, то ли страх. Кстати да, его не так и слабо успели избить. Возможно это были военные, а может и сам Наоки. К сожалению, те моменты он вспомнить не мог. Токио лишь хмыкает на такое обращение к нему. Сумида подходит к Юшенгу и прикасается своей ладонью к его подбородку, чтобы увидеть его измученный взгляд. Эти карие глаза поведали достаточно много. Даже без "достаточно", а много. Столько страданий они увидели. Столько смертей и трупов повидали. А сейчас на них была пелена какого то отчаяния. Резко убрав свою руку, от чего голова Юншенга резко и быстро опустилась. У Наоки на лице была удовлетворенная улыбка. Когда с уст полились слова, он начал доставать катану. -знаешь, я могу спокойно лишить тебя головы. Сумида направил острие катаны к шеи Хуайхэ. -но знаешь какая будет самая главная проблема? - спрашивает Токио. Его слова раздавались эхом по пустой комнате, в которой раньше был порядок. На полу не валялись осколки выбитых стекл, мебель не была раскинуты в разные углы. Да и раньше не была атмосферы мёртвого города, как сейчас. На удивление Наоки все же ждал ответа от Юшенга, который только решил приподнять свою голову и увидел катану около горла. -ты не сможешь повесить её трофеем у себя или сдать на опыты 731 отряду. - хмыкает Юшенг и смотрит на Сумиду. Его глаза, будто были покрыты коркой льда. На лице была неживая и фальшивая улыбка. Ледяные глаза и неживая улыбка делали из него куклу. Ещё и обстановка превращала его в безумца, хотя в нынешнее время каждый третий безумец. Ничего нового. После ответа Хуайхэ он лишь улыбнулся своими очаровательными глазами и отошёл на пару сантиметров. Его катана все так же находилась в руках. Рука, в которую она была положена, была вытянута прямо, будто Токио что то выравнивает. Все же у Пекина было ощущение, что Наоки выравнивает его путь. Если он сам того пожелает, то свалит его в яму, а если не захочет, то даст ему возможность спастись и выкарабкаться. -ты был почти прав. - прищурив глаза отвечает Наоки с наглой ухмылкой. -я просто не хочу, чтобы ты был похож на своё дружка. - последнии слова были сказаны шепотом. Сумида на пятках развернулся к Хуайхэ и сократил между ними растояние, а катана была брошена в сторону, что означала, что спастись Хуайхэ не сможет, он сможет лишь потонуть в сладких узах их взаимоотношений. Сам Пекин лишь выгнул бровь: мол "я не понимаю, про что ты". Токио лишь от такой реакции расхохотался, а Юшенг лишь выплюнул. -тебе совсем война мозги разъела. На такой вброс Токио лишь ухмыляется и ещё сокращает растояние. -знаешь, мне все время хотелось владеть столицей Китая. - шёпотом произносит тот, почти выдыхая свои слова. -даже если ты сейчас не столица, то это неважно. - после этих слова Сумида снова отходит и подходит в к выбитому окну. В небе плавали серые тучи. В пейзаже виднелись развалины домов мирных жителей. Где то валялись трупы, хотя они были почти везде. Взятие Пекина или же как его они начали называть Бэйпин было только началом пути. По мнению Наоки, то название Бэйпин ему никак не шло. Звучало совершенно грубо и оскорбительно, будто название какой то вещи, а не Великого города и столица долговечного и процветающего Китая. Хотя опять же, бывшая столица. Нанкин занял его место, но Токио уже прикинул, скольких людей надо будет убить, чтобы вернуть статус Юшенгу. В прочем, если его захват Восточно-Азиатской части совершится, то сможет делать все что хочет. И переименует его обратно, вот жаль, что лидеров не бывает двое, поэтому придётся оставить его ни с чем, только с красивым названием. -твой план будет провальным. - произнесит через шипение Юншенг. Токио лишь на это хмыкает и поворачивается обратно к нему. - ты так уверен? Думаешь вас вновь прикроет Берхард? - выгибая бровь спрашивает Наоки. Из своего кармана он вытаскивает одну сигарету, которую Сумида забрал как то у Берлина. Отыскал спички и поджег. Делая одну долгую затяжку он направляет свой взгляд на упавшую голову Пекина. Походу ему правда терять особо нечего и его реакция на взятие его же города это лишь мелкое отчаянние. Отойдя от этого несчастного окна, хотя, разве можно его так называть, если ни рамы, ни стекла нет. Зайдя со спины к Пекину, он развязывает его руки, а после подходит к нему в притык. Они оба тяжело дышали. Глаза смотрели друг на друга завораживающе. Они будто говорили что то этим взглядом, но ни единого звука не было услышано. Только лишь глухой стук, потому что сигарета выпала из тонких пальцев, а потом он прошелся ими по щеке Пекина, а позже прижался своими губами к его. Хуайхэ хотел отсранится, но все же поддался в ответ. А катана все лежала в углу. Походу Сумида выравнивал не только путь Пекина, но и свой. Но разве сейчас это имеет разницу, если они оба в проигрыше.