Надежда

      Яркий Архей, что заставлял улыбаться жил своей жизнью и процветал с каждым днём. Эграссель сидел за столом и немного нервозно перебирал книги. Совсем недавно Лололошка вел себя довольно странно, и эльф совсем не мог понять, что произошло. Друг никогда не сомневался в его идеях или же думал об осторожности, обычно принимая решение сразу и со всей серьёзностью помогал во всём, что касалось первооткрывателя искры. Впервые за все время его слова так сильно отличались от привычных, будто перед ним был другой человек, который вполне хорошо пародировал характер друга, лишь иногда делая осечки. Эграссель так и не смог сосредоточиться на своих расчётах и не услышав, как кто-то зашёл, он вдруг почувствовал руку на своём плече. Эту ладонь эльф узнал сразу, мягко улыбнувшись и повернувшись к обладателю синих очков. — Эграсса, — уверенный, но при этом нежный и заботливый голос был намного привычнее, чем тот неуверенный и скомканный, что он слышал пару минут назад. Это был его Лололошка, тот с кем они провели бесчисленное время вместе, тот кто готов пойти на всё ради него и тот с кем они делили постель. — Ло…ты в порядке? , — вопрос, что обременял долгое время наконец-то был задан, а недопонимание на лице междумирца лишь усиливало беспокойство за друга. Лололошка нахмурился на секунду, но быстро расслабившись и кивнув ответил: — Да, все нормально, только события нашего собрания, как в тумане. Я совсем не могу вспомнить, что говорил или же делал… Эльф раскрыл глаза от удивления, зрачки начали бегать туда-сюда лихорадочно пытаясь понять, что недавно произошло и кто был в теле друга, пока он даже не знал что происходит? Почему он не заметил, что рядом был не его Лололошка, а кто-то чужой? Кто-то кого он не знал, но позволил узнать об их планах. — Эграсса…? Эграссель! Ты слышишь меня?! , — междумирец с тревожностью начал звать друга, пытаясь достучаться и успокоить поток мыслей, что медленно переходили от заботы о Лололошке до собственной вины. — СЕЛЬ! Эльф вздрогнул наконец-то придя в себя и обратив внимание на первого перед собой. Только сейчас он понял, что от минутного накручивания себя глаза покраснели и выступили слёзы, что быстро начали убирать чужие пальцы, нежно дотрагиваясь до кожи лица. Эграссель измучено улыбнулся, чувствуя комфорт от таких знакомых рук. Ло вздохнул, поняв, что парню стало легче, и улыбнулся в ответ. Тишина, что доставляла удовольствие и оставляла хорошие воспоминания у них обоих, давала безмолвное согласие, на интимность ситуации. Потресканные губы междумирца, что постоянно прикусывал их от переживаний соединились с чужими сладкими, такими же сладкими, как и каждая надежда Эграсселя.