4 случая

      Я смотрю влево, а потом вправо. Дорога пустая, ни одной машины. Но вдруг, сейчас из-за угла вылетит фура, а я даже закричать не успею?       В одном я был прав — закричать я не успел. Я был повален прямо на асфальт, покрытый льдом. Боль распространялась по всему телу, начиная с тазовой кости, заканчивая даже головой и кончиками пальцев на ногах. Это ли чувство, которое ощущают инвалиды не с рождения, когда происходит тот самый роковой случай?       Я дернул рукой, а затем ногой. Хоть у меня не получалось двигаться полностью, ибо на мне было другое замерзшее тело, я облегченно вздохнул. Я все еще в порядке.        Я быстро, даже подозрительно быстро стряхнул кудрявого очкарика с себя. Словно тот был пушинкой. Затем, я поднялся на ноги, все еще немного подрагивая, и побежал на тротуар через скользкую дорогу. Чем он думал?! Чем он думал, когда упал на меня, на проезжей части, да еще и специально?        Осторожно оглядываюсь на него. Он в порядке, посмеиваясь, снова идет за мной. Слава всем Богам, что эта скользкая каменная тропа недолюблена водителями во всем городе. По крайней мере, Пик это упоминал пару раз, это я точно помню. Но полного разговора мне вспомнить не удалось.       Мы молча пошли домой, ступая по холодному снегу. Ну, почти что молча. Я слышал гнусное хихиканье за своей спиной. Он так и не пояснил тот небольшой момент, но, кажется, он смысла не видел этого делать.       Затем я услышал громкий визг за своей спиной. Что!? Что случилось?       Повернулся я практически незамедлительно, мои зрачки были неестественно расширены от страха. Я знал, что при страхе они у меня расширяются. Почему-то мне казалось, что у него они тоже расширены, хоть я и не видел этого сквозь его очки.

***

      Он рассчитывал закрыть дверь перед моим носом. А может это было специально? Или нет... Но острая боль в моем носу никуда не уходила, а лишь нарастала, пока Куромаку метался в поисках аптечки, наверняка в мыслях проклиная Федора, что скорее всего потерял ее. Я же знал, что когда-то эта аптечка срочно пригодится, но я не ожидал, что это произойдет вот так.       Феликс даже присел рядом со мной, прижимая к своему животу свои колени, пока в моих глазах все расплывалось от слез, которые все же застилали мое зрение. Но я не плакал. Возможно, блондин уже хотел сказать мне что-то ободряющее, но трефовый король быстро позвал его рукой, чтобы тот занялся делом — поиском аптечки. Тот вполне понял, судя по судорожному кивку и извиняющемуся взгляду. Я провел его взглядом. Удивительно, что он погнался не за самим зеленоволосым виновником происходящего. Я не знал, где он, а когда я попытался хоть подумать о какой-то догадке, боль отдавала еще сильнее. Дальше я уже не стал пытаться. А может я просто пытался отвлечься от стрессовой ситуации? Защитная реакция психики...

***

                               Я прищурился, пытаясь что-то разглядеть. Но в темноте ночи ничего не было видно. Вдруг я почувствовал руку на своем рту. Ромео? А затем другая на плече. Холодновато.       Я уже собрался завизжать, но почему-то, касание мне казалось знакомым. Я позволил вести себя из квартиры, только в домашней одежде, на улицу. Я не мыслил здраво. Надеюсь, ребята не проснуться от звука закрывающейся двери.       Прямо в тапочках я зашагал по снегу. Ветер пробирал меня, но почему-то, у меня не получалось вспомнить подробности ни одной из статей про пневмонию.       Под светом уличных фонарей, я все же смог разглядеть этого человека. Протерев глаза пальцами пару раз, разумеется. Его очки казались не такими яркими, а скорее блеклыми. Они не блистали каким-то подобием на неон. Они просто были.       Я не смог сдержать невольной улыбки, возможно нервной, когда заметил, что он был полностью одет. Куртка, шапка, сапоги, которые он своровал у Габриэля, а тот позаимствовал у создателя... А я стоял на морозе и мерз. Мне казалось, что будь на моем месте кто-то вроде Данте, ему было бы все равно. Хотя нет. Ему было бы не все равно. Он все же такой же человек.       Я все еще молча пялился вниз, уперевшись взглядом в лед. Моя голова была склонена вниз. Недосып на мне сказывался.       А затем я почувствовал, как тот схватил меня за щеки. Кажется, он достаточно сильно задел кожу ногтями. Либо царапина, либо порез. На мгновение он замер, а я задрожал и от холода, и от боли, и от неожиданности. Кажется, это произошло случайно, как в тот раз с носом. Хотя, я бы не назвал себя лучшим в медицине. Из клонов, скорее всего, лучшим в ней был... — Слышишь? Не думай про них. Есть я, есть ты. Забей на них. Боль пройдет, когда ты будешь думать только про нас.

***

      Я проснулся ото сна, которого мне было недостаточно, чтобы стать бодрым. Но все же, это лучше чем ничего. Почему-то по телу был какой-то неприятный озноб. Может, кошмар приснился, а я забыл?       В ванную, где я больно ударился ногой об шкафчик, где меня, Зонтика, проводил внимательный взгляд Вару.