Выводок

Выводок. Тепло и безопасность. Славно и сыро. Хочется есть. Матушка... Только лишь беспорядочные вздохи, крики и шевеления раздавались по трубам королевских стоков. Хаотичные удары маленьких тремлингов о стенки своего живого инкубатора лишь усиливали тоску и чувство безнадёжности, расстилающееся по всему королевству. Казалось бы, тремоматка, - своеобразный символ продолжения рода в Халлоунесте. Но эти отчаянные, раздающиеся эхом стуки порождали лишь тревогу в сердце случайно забредающих в эти мерзкие места насекомых. Потомство и род. Создана для этого. Жертвенность. Мои детки... Бесчисленные рты, смешанные с влагалищами, из которых торчали затупившиеся со временем костяные новообразования, напоминающие зубы беспорядочно сокращались, выдавая наружу лишь влажные хлюпания и отдельные монотонные, но резкие булькающие звуки. Всё это смешивалась в своеобразную какафонию, отчётливо слышимую во всех канализационных трубах поблизости. Яростное шевеление выводка смешивалась со стуком сердца матери, с пульсацией крови в прижатых к стенкам тела-матки органов. Они буквально были смяты в едва функционирующую живую кашу. Благо, мы отдаём будущему поколению все самое лучшее. Не должна думать, не должна выбирать. Там на верху страшно, страшно. Матушка страдает, должна подменить. Сестрички... Одиноко подтекающая с трубы зловонная капля жижи своим звонким шлепком на дно стока слегка заглушает бормотание. Маленькая Трем-отшельница, забившаяся в угол в панике слушает безумный гул от рвущегося на волю потомства. Её плач, напоминающий хрюканье и вопли малого дитя тихо раздаётся по стоку. Скоро она будет корчиться в агонии точно так же, как и её матушка. Она не способна выбирать, не способна поменять нынешний безрадостный уклад своей ничтожной жизни. Жизни как инкубатора. Ей остаётся только ждать, пока какой-нибудь другой трем не оплодотворит её так же, как и её мать. И тогда-то нам точно станет всё равно. Ведь смысл будущей тремоматки лишь в одном.